О, черт! Юй Байхань всё вспомнил.
На его шее до сих пор красовались следы их романтической страсти. Причем только по кругу — ниже шеи кожа была чиста, как холст, и стоило снять одежду, как эти отметины напоминали нелепый шарф.
Лу Хуань неторопливо постучал пальцем по его шее:
— Ну что, придумал, как объяснишь этот след?
Юй Байхань задумался на секунду…
— Скажу, что ниже шеи у нас ничего не происходит?
— …
Они пару секунд смотрели друг другу в глаза.
Юй Байхань поправился:
— Скажу, что сам себя расцарапал.
Лу Хуань с невозмутимым видом наблюдал за ним:
— Можешь попробовать.
Ян Синьюань, стоило им заговорить о следах, мгновенно испарился, так что на диване остались только они вдвоем.
Юй Байхань и Лу Хуань поднялись и вышли, свернув к открытому бассейну. Рядом с ним располагались барная стойка и шезлонги, а чуть поодаль — винтовая лестница на нижнюю палубу.
Ци Цзюэ и остальные ребята заказывали напитки. Увидев их, они окликнули Лу Хуаня:
— Лу, сейчас спустимся вниз, переоденемся и поплаваем!
Лу Хуань неопределенно повел бровью и посмотрел на Юй Байханя. В его взгляде читалось легкое подталкивание: иди, мол, поспорь с ними.
Юй Байхань: «…»
Ха, да неужели!
Он посмотрел на стоявшего ближе всех Ян Синьюаня. Тот, с копной золотистых волос, старательно накручивал на палец челку. Выглядел он настолько простодушно, что мысли его наверняка были такими же примитивными.
Юй Байхань подошел к нему и ткнул пальцем в свою шею:
— Видишь?
Рука Ян Синьюаня дернулась, и он нечаянно вырвал клок волос! Он с опаской покосился на Лу Хуаня, который молча наблюдал за ними издалека, а затем снова перевел взгляд на Юй Байханя:
— Вижу… вижу.
— Я сам себя так расцарапал, — искренне сообщил Юй Байхань.
Ян Синьюань: «…»
Он понимающе закивал:
— Угу, угу, конечно.
Юй Байхань: «…»
И правда, всё очень просто. Просто отмахнулся от него.
Лу Хуань в стороне негромко усмехнулся.
В конце концов, Юй Байханю всё же пришлось попросить у Ци Цзюэ футболку. Тот отнесся к просьбе с полным пониманием, но, прежде чем уйти за вещью, одарил Лу Хуаня таким взглядом, будто перед ним был дикий зверь.
…
Переодевшись, компания вернулась на палубу. Солнце в послеобеденные часы светило ярко, заливая всё вокруг золотом. Ближний бассейн и речная гладь искрились, отражая свет друг друга.
Юй Байхань натянул футболку и, обернувшись, увидел, что Лу Хуань тоже надел свою, полностью скрыв свое великолепное тело.
Он подошел ближе:
— Почему не раздеваешься?
Лу Хуань посмотрел на четверку парней, которые в бассейне, держась за руки, изображали распускающийся цветок, и невозмутимо ответил:
— Хочу выглядеть еще более не вписывающимся в эту компанию.
Юй Байхань тоже глянул на бассейн: цветок уже начал вращаться.
— И правда.
Лу Хуань поплавал в футболке всего пару кругов, вышел из воды и сел на шезлонг загорать. Юй Байхань немного поплавал, наслаждаясь гидромассажем, но, как только «пять золотых цветов» собрались затащить его на репетицию синхронного плавания, он пулей вылетел из воды.
Он оттолкнулся от бортика.
Раздался всплеск, брызги разлетелись по палубе, оставляя мокрые следы. Мокрая футболка плотно облепила спину, очерчивая красивый изгиб позвоночника.
Лу Хуань, до этого смотревший в телефон, поднял голову. Юй Байхань уже выпрямился и попытался оттянуть прилипшую ткань.
Лу Хуань отвел взгляд и произнес:
— Полотенце там.
Юй Байхань завернулся в большое банное полотенце и сел рядом с ним:
— Что делаешь?
— Ничего особенного.
Лу Хуань убрал телефон. Юй Байхань успел мельком увидеть название: Новый порт Чэндун.
До боли знакомо. Кажется, это тот самый проект, где ему пришлось идти на крайние меры. Раз Лу Хуань так активно им занимается, значит, его не принесут в жертву, как в оригинальном сюжете.
Юй Байхань, кутаясь в полотенце, посмотрел на небо — чистое и ясное. Он очень надеялся, что Лу Хуань сломает этот нелепый сценарий.
Сидя в шезлонге, Юй Байхань тоже достал телефон. Как только экран загорелся, выскочило сообщение пятиминутной давности.
Цинь Лунь: Нас четверо, нужно еще одного, пойдешь?
Юй Байхань: Не смогу, я не дома.
Жаль. Редкий случай, когда Цинь Лунь сам нашел ему четырех неудачливых напарников.
Секундное разочарование мгновенно улетучилось, стоило вспомнить о флешке стоимостью в восемь значных цифр! Он застучал пальцами по экрану.
Юй Байхань: Кстати, привез тебе местный сувенир! [картинка: доставка тепла]
Цинь Лунь: [вопрос]
Юй Байхань не успел ответить, как рядом раздался спокойный голос Лу Хуаня:
— Что за сувенир?
Он повернулся и увидел, что Лу Хуань совершенно открыто заглядывает в его экран.
Юй Байхань возмутился:
— Ты подглядываешь!
Лу Хуань усмехнулся:
— Ты так стучишь по экрану, будто это механическая клавиатура, трудно не заинтересоваться.
— …
Юй Байхань смущенно улыбнулся. Ничего не поделаешь, содержание переписки слишком сильно его заводило.
В этот момент телефон завибрировал — ответил Цинь Лунь.
Цинь Лунь: Ладно. В следующий раз сходим в сложный рейд.
Юй Байхань: …
Нет, он имел в виду совсем не это. Но раз Цинь Лунь так настойчиво приглашает, придется великодушно согласиться.
Юй Байхань: Завтра! [картинка: возьми меня с собой]
Только он отправил сообщение, как Лу Хуань равнодушно спросил:
— Если день не поиграть, уровень близости упадет?
Звучало как обычный вопрос. Юй Байхань подумал и ответил:
— Кажется, да.
Но близость с напарниками всё равно бесполезна, это просто игрушки для парочек, чтобы хвастаться друг перед другом!
— М-м, — отозвался Лу Хуань и больше не спрашивал.
После обеда солнце начало клониться к закату, все выбрались из бассейна. Приняв душ и переодевшись, Ци Цзюэ предложил:
— Давайте в игровой комнате сыграем в игру Король.
Лу Хуань, засунув руки в карманы брюк, равнодушно посмотрел на него. Ци Цзюэ почему-то занервничал:
— Обещаю, ничего непристойного, мы знаем меру.
Юй Байхань машинально поднял взгляд на мостик, возвышавшийся в шести метрах над головой.
Лу Хуань рядом с ним холодно усмехнулся:
— Меру?
— …
Через несколько минут вся компания уже сидела в игровой комнате. Стены были отделаны матовым черным материалом, в центре стоял овальный стол, вокруг — полукруглые диваны. Холодный белый свет ламп падал сверху, как в морской пучине.
Юй Байхань сидел рядом с Лу Хуанем и слушал правила. Если вкратце: тянешь карты, тот, кому достался джокер, становится Королем. Король может дать любое задание любому номеру, и тот обязан его выполнить.
Ци Цзюэ закончил и повернулся к Юй Байханю:
— Понял?
Юй Байхань кивнул:
— Значит, роешь яму, а там уж — себе или другим.
Остальные: …
— Именно так.
Правила объяснили, колоду положили на стол. Сунь Ицин, сидевший с другой стороны от Юй Байханя, начал раздавать карты.
Юй Байхань повернулся к Лу Хуаню:
— Ты раньше играл? Все задания выполнял?
— Разумеется.
— А если задание не проходит цензуру?
На мгновение воцарилась тишина. В холодном свете ламп профиль Лу Хуаня казался высеченным из камня, темные зрачки скрыты под ресницами — вылитый безжалостный судья.
Лу Хуань ответил небрежно:
— Я и есть цензура.
Юй Байхань: «…»
Вполне логично.
Игра началась. В первом раунде Вэнь Ло стал Королем и заставил Ян Синьюаня пить воду, стоя на руках; во втором Ян Синьюань заставил Сунь Ицина давить воздушные шары пальцами; в третьем Ци Цзюэ вытянул жребий сам для себя и десять раз покрутился на месте.
Прошло три раунда, а Юй Байханя и Лу Хуаня так и не задели.
Юй Байхань уже начал подозревать, что их специально избегают, как вдруг Сунь Ицин произнес:
— Я Король. В этом раунде выбираю номер два.
Юй Байхань посмотрел на свою карту: «два».
…И правда, не стоит делать громких заявлений.
Он слегка напрягся, и Сунь Ицин, заметив это, бросил на него взгляд:
— Номер два должен посидеть один раунд на коленях у Лу.
В комнате стало тихо.
Юй Байхань: ?
Сунь, ты умеешь подкинуть дровишек.
Лу Хуань молчал. Ци Цзюэ и остальные судорожно проверяли свои карты, глядя на Сунь Ицина так, будто тот сошел с ума.
Затем они посмотрели, как Юй Байхань открывает свою карту:
— Это я.
— …
Напряжение мгновенно сменилось оживлением:
— Быстрее, садись!
— Идеальный момент!
— Не сядешь — не мужик!
В шуме и гаме Лу Хуань перевел взгляд на Юй Байханя. Его длинные пальцы постукивали по столу, но он молчал.
Голоса затихших было ребят снова зазвучали:
— Это тоже не пройдет цензуру… Лу?
Юй Байхань понимающе сказал:
— Что такое, стесняешься? Мне-то всё равно, если стесняешься — давай пропустим.
— … — Лу Хуань вдруг рассмеялся. — Я стесняюсь?
Юй Байхань: OvO
Они несколько секунд смотрели друг другу в глаза. Лу Хуань убрал руку со стола, развернулся и, освободив место на своих крепких, длинных бедрах, сказал:
— Давай.
Юй Байхань без колебаний сел к нему на колени. Под всеобщим молчаливым взглядом он похлопал Лу Хуаня по колену:
— Сожми ноги, я соскальзываю.
Перед ним раздался тихий смешок, в котором невозможно было разобрать эмоции. Бедра под ним сжались, надежно его поддерживая. Лу Хуань обнял его одной рукой за спину и кивнул на карты:
— Продолжаем.
…
Следующий раунд снова раздавал Сунь Ицин. Юй Байхань сидел на коленях у Лу Хуаня, чувствуя, как мышцы под ним напряглись, стало жестковато. Он заерзал, но Лу Хуань тут же прижал его к себе:
— Чего крутишься?
Пришла карта, Юй Байхань взял ее и посмотрел: номер пять. Он снова поерзал:
— Ты мне давишь.
Рука Сунь Ицина дрогнула, он чуть не выронил карты.
Лу Хуань взял свою, приоткрыл угол и снова перевернул:
— Моя вина?
Юй Байхань великодушно ответил:
— Не твоя.
Круг завершился, Ян Синьюань обвел всех взглядом:
— Где Король?
На черном столе перед ними перевернули джокер. Юй Байхань услышал голос Лу Хуаня прямо у себя над ухом:
— Король — я.
Он сделал паузу, и голос его слегка повысился:
— Назначаю номер пять…
Черт? Юй Байхань посмотрел на свою пятерку, которую держал прямо перед носом у Лу Хуаня: ???
— Завтра 24 часа без игр.
Юй Байхань: !!!!
Намек был слишком прозрачным, все тут же уставились на него. Юй Байхань обернулся:
— Ты специально!
Лу Хуань улыбнулся так, что захотелось врезать:
— Ну да, специально. И что?
— Мы же договаривались!
— В этой игре всё должно быть по-твоему? Нужно же проявлять хоть немного бунтарства.
— …
Лу Хуань постучал по джокеру:
— Соблюдай правила.
Юй Байхань сверлил его взглядом: вот сейчас пойдет и сломает его флешку.
Он выдал холодную улыбку:
— Хорошо.
— Вот и славно.
Они разговаривали так, будто никого вокруг не было. Юй Байхань всё еще сидел на коленях у Лу Хуаня, лицом к лицу, очень близко, и его тонкая белая шея, освещенная лампами, подрагивала, обнажая пятнышки красных следов.
Ци Цзюэ и остальные: …
Ну, ясно.
Ян Синьюань отпил лимонного чая и снова бросил взгляд в их сторону, чувствуя укол зависти: у их Лу такой белый и ароматный партнер сидит на коленях и кокетничает, он так завидует.
О, они ведь еще и косплеем занимались.
Еще больше завидует, как они умеют.
…
Играли в Короля около десяти раундов, пока не подошло время ужина.
Ужин устроили на палубе — барбекю под открытым небом. Дым стоял столбом, но избалованные молодые господа с азартом жарили мясо.
Небо постепенно темнело, дул ночной ветер. На фоне глубокой синевы на берегу зажглись огни города. Юй Байхань ел шашлычки, а Лу Хуань рядом сдержанно ковырял палочками жареный баклажан.
Юй Байхань смотрел на это с болью в сердце:
— Ты теряешь всю суть барбекю.
Лу Хуань даже не поднял глаз:
— В семье Сы часто едят барбекю? Откуда ты вывел эту суть?
— … — Юй Байхань сохранил невозмутимость. — В семье Сы часто включают телевизор.
Не ел свинину, так хоть бег свиньи не видел?
Лу Хуань бросил на него косой взгляд.
Ци Цзюэ подошел от гриля и, глядя на шашлычки в руках Юй Байханя, спросил:
— Как вам сегодня? Чувствуете себя как дома?
Юй Байхань кивнул:
— Еще как.
Ци Цзюэ был тронут. А в следующее мгновение Юй Байхань обвел рукой пространство:
— Вокруг одни волны.
Прямо как дома.
— …
После долгой паузы Ци Цзюэ с удивительной адаптивностью похлопал Юй Байханя по плечу и снова нацепил свою хитренькую ухмылку:
— Вечером вас ждет кое-что еще более волнительное… хи-хи.
Юй Байхань: ?
Лу Хуань: ?
Когда ужин закончился, Ци Цзюэ отвел их в комнаты, и Юй Байхань наконец понял, что означало «более волнительное». В центре изысканно обставленной спальни стояла круглая водяная кровать.
Вся компания столпилась у дверей, разглядывая ее с нескрываемым восхищением: «Вау…»
Юй Байхань и Лу Хуань: …
Ци Цзюэ сиял:
— Знал, что вы приедете, вчера всю ночь меняли! На всей яхте такая одна. Нравится?
Юй Байхань: Это слишком волнительно.
Ему очень нравится.
Лу Хуань прикрыл глаза, словно пытаясь успокоиться:
— Дайте другую комнату.
— Других нет, всего три спальни, в остальных я заменил кровати на две односпальные.
Ци Цзюэ покосился на водяную кровать, голос его стал тише:
— Да и нам самим ложиться вдвоем на такую кровать как-то не с руки…
Ян Синьюань представил это и выразительно округлил глаза от ужаса.
Лу Хуань уставился на него тяжелым взглядом.
Ци Цзюэ поспешно повернулся к Юй Байханю:
— К тому же Байхань сам сказал, что вы любите погорячее!
Юй Байхань: Э?
Лу Хуань посмотрел на Юй Байханя:
— О, наш Байхань любит?
Под этим взглядом Юй Байхань застенчиво опустил голову и честно признался:
— Да.
— … — Лу Хуань.
Ци Цзюэ быстро выставил любопытных друзей за дверь и заботливо закрыл ее. Бум!
В комнате воцарилась тишина.
Юй Байхань, оставшись один, предвкушающе подошел к кровати:
— Можно попробовать, какая она на ощупь?
Лу Хуань потер переносицу:
— Делай что хочешь.
Юй Байхань с разбегу прыгнул на кровать, подпрыгнув на ней: «Ого, круто!»
Он подпрыгивал так, что превратился в размытое пятно, и обернулся к Лу Хуаню, который стоял в стороне:
— Если я так прыгаю, она не лопнет? Может, помягче?
— Не лопнет, она прочная, прыгай как хочешь. Хоть как на батуте, — ответил Лу Хуань, не глядя на прыгающее пятно, и, взяв сменную одежду, ушел в ванную.
…
Звукоизоляция между ванной и спальней была отличной.
Через двадцать минут Лу Хуань, смыв с себя запах барбекю, выключил душ и вдруг заметил, что снаружи подозрительно тихо. Он помедлил и толкнул дверь.
Дверь открылась.
Вместе с клубами пара Лу Хуань столкнулся с мокрым Юй Байханем. Тот улыбнулся ему, и в этой обстановке выглядел особенно свежо.
У Лу Хуаня появилось плохое предчувствие:
— Почему ты мокрый?
Юй Байхань смущенно указал назад:
— Лу Хуань… пойди посмотри, кровать сломалась.
— …?
В игровой комнате Ци Цзюэ и остальные играли в карты, делая ставки и болтая:
— Лу с парнем уже отдыхают, небось?
— Должны, иначе бы пришли играть.
— Да что играть, у Лу же есть…
Тук-тук.
Два стука в дверь прервали их. Они обернулись и увидели Лу Хуаня, стоявшего на пороге. Мокрые волосы прилипли ко лбу, на нем был халат, вид — суровее некуда.
Лу Хуань с непроницаемым лицом произнес:
— Кровать сломалась. Найдите кого-нибудь починить.
— …??
Ци Цзюэ подскочил: «Твою ж мать…»
Автор:
Юй Байхань: Я такой дикий маленький бес.
Лу Хуань: Я такой несчастный.
Ребята: Лу, ну ты даешь!!
http://bllate.org/book/23439/2524987
Сказали спасибо 0 читателей