Готовый перевод Sweet Dance Girl Tastes Like Milk Candy / Сладкий танец со вкусом ирисок: Глава 22

— Хорошо, я тебе помогу. — Чу Симу подошёл и единым движением поднял Цзян Жаня с земли.

— Ой, да что ты делаешь, мамочка моя!

Цзян Жань в растерянности оказался заброшен на плечо Чу Симу. Мир вокруг завертелся волчком, и в следующее мгновение он уже сидел верхом на его плечах.

Чу Симу бросил ему баскетбольный мяч, обхватил обеими руками ноги Цзян Жаня и двинулся к кольцу: — Пойдём, испытаешь каково это — забивать со стопроцентным попаданием.

Чу Симу был ростом 187 сантиметров, а с учетом высоты верхней части тела Цзян Жаня его глаза теперь находились на добрых два метра над землей.

Хотя во время танцев ему часто доводилось взмывать высоко вверх, а иногда даже выступать, зависая в воздухе на высоте, сидеть вот так на плечах у Чу Симу всё равно было страшновато и неуютно.

Одной рукой Цзян Жань прижимал к себе мяч, а другой ухватил Чу Симу за ухо и дрожащим голосом произнес: — Мне страшно, у меня ноги ватные, я ведь не упаду?

— Не упаду, не бойся. — Чу Симу крепко сжал тонкие и гладкие икры Цзян Жаня, уверенно дошел до баскетбольного кольца и усадил его поудобнее: — Бросай.

Цзян Жань глубоко вздохнул, отпустил ухо Чу Симу, обхватил мяч обеими руками и забросил в кольцо.

— Попал! — Цзян Жань радостно зааплодировал, совершенно забыв, что всё еще сидит на плечах у Чу Симу.

— Еще хочешь? — с улыбкой спросил Чу Симу.

— Хочу! Хочу попробовать то движение, как в сериалах, когда главный герой успешно забивает сверху, привлекая всеобщее внимание, и всё это с восьми ракурсов! — Цзян Жань уже не боялся, в его груди пробудился истинный азарт.

— Хорошо. — Чу Симу сделал еще шаг вперед. — А силы в руках сейчас хватит? Одной рукой держись за кольцо, другой бросай мяч, я тебя сфотографирую.

— Ой, а это кольцо выдержит мой вес?! — в ужасе воскликнул Цзян Жань. — Ты только не отходи, вези меня на себе!

— Ничего страшного, не бойся. Даже если упадешь, я тебя сразу же поймаю.

Цзян Жань впервые понял, насколько безумным может быть этот Чу Симу в глубине души. Ему оставалось лишь набраться храбрости и принять эффектную позу: одной рукой придерживая мяч, второй он вцепился в баскетбольное кольцо, а ноги в воздухе замерли в прыжке.

Чу Симу быстро отбежал назад, вытащил телефон и сделал несколько снимков Цзян Жаня с разных ракурсов.

— Давай, бросай, можешь не замедляться специально, я поснимаю серией.

— Муму, ты такой понимающий! — Цзян Жань включил всю профессиональную выучку танцора и изо всех сил сохранил на лице невозмутимое выражение, не показав и тени робости.

— Я же снимал прошлогодний проморолик нашего института для набора абитуриентов, — ответил Чу Симу.

— Тогда мне обязательно нужно будет его найти и посмотреть, — отозвался Цзян Жань.

— Всё, закончили, спускайся, посмотришь фотографии.

Зависший в воздухе Цзян Жань боялся шевельнуться: — Я… а как мне слезть-то?

— Прыгай вниз. — Чу Симу упер руки в боки, глядя на него снизу вверх, и усмехнулся: — Разве у студентов-танцоров не отличная прыгучесть?

— То прыжки в высоту, а не приземление! — Цзян Жань был готов заплакать. — Хватит надо мной издеваться, мне же страшно, опусти меня скорее, у-у-у.

Чу Симу с досадой вздохнул, протянул руки и обхватил Цзян Жаня за талию: — Отпускай руки.

— Ладно. — Цзян Жань разжал пальцы. Чу Симу придержал его за талию, слегка опустил вниз, а затем единым плавным движением подхватил на руки и поставил на землю.

Короткое превращение из запрыгнувшего ребенка в принцессу на ручках.

Цзян Жань надежно приземлился, уперся руками в плечи Чу Симу и радостно подпрыгнул на месте: — Чу Симу, я так рад! Оказывается, я тоже могу быть таким крутым!

— Иди сюда, покажу снимки.

Они склонились над телефоном, прижавшись головами. К счастью, внешность у Цзян Жаня была отменная: даже несмотря на некоторое напряжение на лице, фотографии получились очень стильными.

— Вау, просто отпад! Скинь мне, обязательно скинь, я выложу в моменты и буду хвастаться, — возбужденно затараторил Цзян Жань. — Сегодня я — Жань, мастер слэм-данка!

Чу Симу перекинул фотографии и сказал: — Не забудь поблагодарить своего фотографа.

— Обязательно! — тут же согласился Цзян Жань, совершенно не догадываясь о тайных помыслах своего спутника.

— Давай сделаем совместное фото? — неожиданно предложил он. — У нас ведь почти нет нормальных общих кадров, а те, что мы делали на вершине горы, — с другими людьми.

— Давай.

Цзян Жань прижался к Чу Симу и толкнул его плечом: — Ой, ну чего ты окаменел с таким кислым видом, будто тебя из-под палки заставляют? Улыбнись, подними руку и закинь мне на плечо, так мы будем выглядеть еще ближе.

Под чутким руководством учителя Цзяня Чу Симу послушно попозировал, и они сделали несколько снимков в образе «лучших корешей».

После съемки Цзян Жань с улыбкой на губах принялся по очереди обрабатывать фото и подбирать фильтры, как вдруг его палец замер: — Ой, Муму, я только сейчас заметил: номер на твоей баскетбольной форме — 24, а последние цифры моего номера телефона — 7724.

Чу Симу озадаченно моргнул: — И что? Мой номер на майке совпал с последними цифрами твоего телефона — простое совпадение.

— Но мои последние цифры — 7724! Чмок-24! — Цзян Жань рассмеялся собственной шутке. — Чмок-24, чмок-Муму!

Чу Симу внезапно вспыхнул до самых ушей, торопливо отвернулся и теперь показывал Цзян Жаню затылок.

Цзян Жань ухватил его за плечо и заглянул в лицо: — Ой, ну чего ты смущаешься, это же просто совпадение.

Чу Симу: — …

Быстро отредактировав совместные кадры и фотографии со своим броском, Цзян Жань переслал их Чу Симу: — Выбери одну, поставим на фон в чате.

— Мы же только что меняли? — задал вопрос истинного натурала Чу Симу.

— Но мы же только что сделали свежие! — с видом полной правоты заявил Цзян Жань. — Их нужно вовремя обновлять, чтобы все видели, что мы постоянно на связи! Как можно использовать старые фото?

Чу Симу сохранил все снимки, принялся листать галерею и в конце концов остановился на одиночной фотографии Цзян Жаня, где тот забивает мяч.

Это был единственный снимок из всех кадров с бросками, на котором Цзян Жань улыбался; его глаза сияли, наполняя всю фотографию солнечным светом.

— Ты что, общую не выбрал? — Цзян Жань заглянул через плечо. — Тогда я тоже выберу твою одиночную.

— Эй, но у тебя же нет моих одиночных фотографий. — Цзян Жань поскреб подбородок, задумался, и его глаза внезапно загорелись: — Придумал! Ты сейчас берешь мяч, выпрыгиваешь на кольцо, а я тебя подловлю и сфоткаю! Тогда у нас у обоих будут стоять фотки чужих бросков!

Чу Симу с легким вздохом поднялся, чтобы подыграть Цзян Жаню. К счастью, оба обладали приятной внешностью, и Цзян Жань быстро справился с обработкой снимков — теперь у обоих стояли новые обои для чата.

Цзян Жань также опубликовал запись в моментах, прикрепив три картинки: слева — его собственный бросок, посередине — их совместное фото, а справа — бросок Чу Симу.

Текст гласил: [Жань — мастер слэм-данка и его личный тренер. (Фотограф потребовал упомянуть его имя: @Чу Симу)].

— Чу Симу, я выложил! Иди быстрее лайкай! — поторопил его Цзян Жань.

Чу Симу с его прямолинейным мышлением совершенно не понимал всех этих романтических штучек Цзян Жаня и не видел никакой разницы в том, кто поставит лайк первым.

Он протянул телефон обратно Цзяню: — Сам себе лайк поставь.

Цзян Жань радостно забрал гаджет: — С удовольствием.

Открыв чужие моменты с телефона Чу Симу, он на мгновение замер: — Мелкий капризуля?

Чу Симу весь напрягся и выхватил телефон обратно: — Пожалуй, я лучше сам лайкну.

— Эй, дай сюда, покажи еще раз! Что там за желтая штука торчит сзади? — Цзян Жань попытался отнять телефон обратно, но куда ему было тягаться в росте с Чу Симу. Он несколько раз подпрыгнул на месте, но каждый раз Чу Симу нахлобучивал ему руку на макушку и прижимал к полу.

— Ничего особенного. — Чу Симу с облегчением выдохнул: слава богу, этот вредина не успел разглядеть остальное.

— Но с какой стати я капризуля? Я между прочим очень даже выносливый! — Цзян Жань задрал рукав, демонстрируя бицепс.

Чу Симу протянул руку и слегка ущипнул его — бицепс мгновенно сжался в мягкий комочек.

Цзян Жань: — …

— Маленький мягкий мешочек? — приподняв бровь, уточнил Чу Симу.

Цзян Жань рассвирепел от стыда: — Зачем ты разрушаешь мои мышцы?!

— Твои мышцы что, из воздушных шариков? — тут Чу Симу уже не выдержал и расхохотался в голос.

Пылая ушами, Цзян Жань отвернулся: — Следующие десять минут можешь даже не рассчитывать, что я стану с тобой разговаривать!

— Ну ладно тебе, ладно, пойдем покажу, как делать бросок восьмеркой. — Чу Симу, подражая тому, как Цзян Жань обычно капризничает, подергал его за край одежды: — Учитель Чу пришел с повинной, уважь студента Цзяня, а?

— Пф-хм… — Цзян Жань не удержался и тоже прыснул со смеху.

— Тогда я прощу тебя, если ты изменишь мое имя в контактах на «Сокровище Жань». — Цзян Жань резко повернулся к нему с хищным выражением лица.

— Хорошо. — Чу Симу тяжело вздохнул и на глазах у Цзян Жаня сменил подпись на «Сокровище Жань».

На этот раз он не рискнул добавлять крошечную луну — боялся, что Цзян Жань заметит.

— Хм, у тебя в записной книжке такое короткое имя, а у меня такое длинное, как-то несолидно. Тоже изменю. — Почесав в затылке и немного подумав, Цзян Жань переименовал Чу Симу в «Брат Му».

— Сокровище Жань и Брат Му — о, смотри-ка, как гармонично! — Цзян Жань остался безумно доволен собой.

Чу Симу, только что выведший его из себя, мог лишь смиренно позволять ему творить всё, что вздумается.

Занимаясь своими дурачествами, они не заметили, как Вторые из их компании оставил под той записью комментарий: [Ого, наш вечно не любящий фотографироваться крутой парень в последнее время что-то зачастил со снимками, ццц]

* * *

После окончания лекции преподаватель специальности задержал всех в аудитории: — Уделите мне еще пару минут, нужно объявить об одной вещи.

— Что такое, преподаватель?

— Наверное, самые сообразительные из вас уже слышали: в середине года областной театр искусств планирует провести грандиозный арт-фестиваль. Отбор участников по направлению танцев будет проходить среди всех университетов провинции, но… для студентов вузов выделено всего два места для номеров.

— Всего два?! Это же до смешного мало!

— Тише, слушайте дальше. Хотя мест очень мало, я всё же надеюсь, что вы постараетесь побороться. Даже если пройти не удастся, участие и успехи на городских и областных отборочных турах определенно пойдут вам на пользу в будущем. Однако…

— Из двух мест для студентов вузов одно отведено под масштабный массовый танец.

— Получается, все университеты будут грызться за одно место для коллективного номера, а вообще все танцоры провинции — за единственное место для соло? Да это же какого уровня монстром надо быть, чтобы отобраться!

— На этом всё, надеюсь на ваше усердие при подготовке. Свободны.

Пока остальные студенты дружно выли от безысходности, мысленно собираясь завязать с танцами и сойти с дистанции, Цзян Жань, уткнувшись носом в экран, строчил сообщение Чу Симу.

Сокровище Жань: [Брат Му~~~]

Брат Му: [?] Столько волн наставил, явно ничего хорошего.

Сокровище Жань: [В выходные нужно готовиться к танцевальному конкурсу, не смогу пойти с тобой заниматься учебой~]

Брат Му: [Мм]

Сокровище Жань: [Но мы ведь и вчера не виделись, а если не увидимся еще завтра и послезавтра, мне будет тааак грустно~]

Брат Му: [И что ты предлагаешь?]

Брат Му: [Заехать за тобой и вместе поужинать?]

Сокровище Жань: [Поэтому… не мог бы ты прийти со мной на репетицию?]

Сокровище Жань: [Сложенные в мольбе кошачьи лапки: ну пожалуйста-пожалуйста~.jpg]

В субботу, наученные горьким опытом недавней скрытой съемки и опасаясь утечки хореографии, они отправились за пределы кампуса. Цзян Жань снял частный танцевальный зал, затащил Чу Симу в магазин, накупил кучу снеков и напитков, после чего они доехали до места на электроскутере.

— Посиди здесь немного, я переоденусь, — бросил Цзян Жань и, прихватив пакет, скрылся в раздевалке.

Наряд был создан личным дизайнером Цзян Жаня по его собственным эскизам и наброскам. После нескольких правок и доработок костюм приобрел свой нынешний вид.

Дверь раздевалки со скрипом отворилась. Чу Симу автоматически поднял взгляд на звук и, разглядев Цзян Жаня, на секунду затаил дыхание.

На Цзян Жане был облачен наряд из лунно-белой небесной вуаль Муюньша. При каждом движении ткань переливалась мягким перламутровым блеском, приковывая к себе все взгляды. Но самой удивительной особенностью было то, что Муюньша вовсе не являлась цельным полотном: она состояла из бесчисленных нитей, свободно ниспадающих вниз и соединенных лишь несколькими узлами в самых стратегических местах.

Стоило Цзян Жаню легко повернуться, как эти сияющие нити взмывали от малейшего дуновения ветра, и скрытое под ними безупречное, нежное тело то и дело проступало во всей красе, разжигая пламя в крови.

Чу Симу нахмурился, его лицо помрачнело: — Разве можно танцевать в таком виде? А вдруг кто-нибудь…

Он не успел договорить, как изящная рука Цзян Жаня уже потянулась к технике. Заиграла музыка, и танцор, ступая легкой невесомой походкой, вплыл в центр залы. Под звуки мелодии он резко взметнулся вверх, поднялся на полупальцы, взмахнул рукавами и превратился в лесного эльфа, исступленно растворившегося в прохладе залитой лунным светом горной долины.

Чу Симу забыл, как дышать, а в груди разлился обжигающий жар.

Вдруг движения Цзян Жаня заметно сбились, и он испуганно прикрыл руками грудь.

— Цзян Жань…

Влажные миндалевидные глаза Цзян Жаня умоляюще уставились на Чу Симу, с губ сорвался едва слышный шепот: — Чу Симу, у меня лямка слетела…

Закончив фразу, он граммофонным поворотом развернулся к нему спиной. Бесчисленные нити рассыпались, обнажая гладкую, заманчивую кожу, которая врезалась в покрасневшие от напряжения глаза Чу Симу.

* * *

Глава 54. Танец, похищающий души, разжигает пламя в груди всё сильнее и сильнее.

— Чу Симу, лямка слетела…

Чу Симу не бросился к нему сразу. Точнее говоря, он сидел на скамье для отдыха и физически не мог подняться.

Встань он сейчас — и все поймут, что его тело отреагировало совершенно не так, как полагается в подобных ситуациях.

— Брат Му, помоги… — Не дождавшись шагов, Цзян Жань со стыдом заалевшим лицом повернул голову. Мягкая щека прижалась к гладкому округлому плечу, в глазах блестели слезы, а голос звучал до того мягко и чарующе, будто перед ним была лисица-оборотень из «Странных историй Цзян Цы», заманивающая путников в ловушку.

В этот момент полупрозрачное платье из нитей Муюньша сползло до самой поясницы, едва держась на округлостях ягодиц, а глубокая манящая ложбинка терялась в путанице переплетений.

Чу Симу глубоко вздохнул, со злости ущипнул себя за бедро, подошел к Цзян Жаню, и хриплым, глухим голосом выдавил: — Как ее завязать?

— Подними те две нити, что упали назад, и завяжи узел на плече, — голос Цзян Жаня стал совсем тихим, выдавая девичью стыдливость.

Чу Симу протянул длинные пальцы, подцепил лямку и потянул нити вверх…

Сотканные из сияющего перламутра нити походили на потоки разноцветного света. Следуя за движением его рук, они медленно ползли вверх по белоснежной спине Цзян Жаня, придавая этому безупречному полотну фантасмагорический оттенок, от которого буквально терялся рассудок.

Пальцы Чу Симу горели огнем. Стоило им коснуться остывшей кожи спины Цзян Жаня, как оба одновременно вздрогнули.

Обычно Чу Симу тренировался и играл в баскетбол в компании грубых парней, сам двигался резко и частенько не рассчитал силу ударов, но сейчас он бессознательно смягчил движения, предельно бережно завязывая узел, страшась оставить хоть малейший красный след на этой белой коже.

Однако Цзян Жань снова вздрогнул.

— Что такое? — встревоженно спросил Чу Симу. — Сделал больно?

— Твое дыхание… оно падает мне на спину, очень горячо. — Цзян Жань покраснел, опустил голову и пробормотал мягким, сладким голосом.

Дыхание Чу Симу перехватило, и его уши вновь залились краской.

— В-всё, готово, — заикаясь, произнес он.

— Спасибо~ — Цзян Жань сделал резкий разворот, выскользнув из объятий Чу Симу. — Будь добр, включи музыку сначала.

— Хорошо, — хрипло отозвался тот.

Чу Симу подошел к телефону Цзян Жаня и отмотал трек, доигравший до середины, к самому началу.

Цзян Жань снова закружился в танце, но внимание Чу Симу уже зацепилось за название композиции на экране.

— «Поздние дни солнца и луны»?

Он перевел взгляд на танцующего посреди зала Цзян Жаня. Струящееся перламутровое платье-вуаль переливалось при каждом шаге; пока руки были опущены, казалось бы, ничего особенного, но стоило танцору поднять руку или ногу, как обнажались стройные конечности, являя взор безупречные формы.

Внезапно музыка резко ускорилась. Цзян Жань стремительно завилял бедрами, и перламутровый блеск заструился следом подобно текучей воде. Дыхание Чу Симу опалило грудь, он замер на месте.

Цзян Жань кружился по полу в вихре музыки всё быстрее и быстрее…

Пока наконец не оказался прямо перед Чу Симу. Его выразительные глаза, казалось, тянулись за взглядом Чу Симу, словно расплавленный сыр.

— Брат Му~

— Жань… — машинально выдохнул Чу Симу.

Подведенные глаза Цзян Жаня излучали уже не детскую миловидность, а чувственную, роковую притягательность. Его манящий взгляд прилип к Чу Симу, а в следующее мгновение он резко отвернулся и упорхнул прочь, оставив лишь мерцающий шлейф.

Чу Симу закрыл глаза, глубоко вздохнул, и его кадык судорожно дернулся.

Танцующий Цзян Жань владел взглядом в совершенстве, его движения гипнотизировали. Он прекрасно знал, как зажечь огонь в чужом сердце, но точно так же умел вовремя отстраниться — балансируя на грани близости и отчуждения, он разжигал пламя страсти всё сильнее, не оставляя бедняге ни единого шанса на спасение.

Закончив танец, Цзян Жань тяжело опустился на пол и поднял на Чу Симу сияющее лицо: — Брат Му, как тебе этот танец?

Хотя макияж оставался прежним, выражение лица Цзян Жаня вновь стало солнечным и лучезарным, без единого намека наваждения маленького искусителя.

— Неплохо, — хрипло выдавил Чу Симу.

— А по мне, так недостаточно. Нужно кое-что доработать, — Цзян Жань подергал нити на костюме. — Здесь слишком много лишнего, пожалуй, стоит сделать их еще тоньше.

— Еще тоньше?! — машинально повысил голос Чу Симу.

— Ну да, — невинно захлопал ресницами Цзян Жань. — Это же переходы от луны к солнцу: чтобы лучше показать закат ночи и рассвет дня, смену фаз можно сделать чуть плавнее, но так, чтобы никто не заметил швов в смене одежды. Так что придется переделать, сделать всё более лаконичным.

Лицо Чу Симу сделалось крайне недовольным: — Ты и так сверкаешь здесь и руками, и ногами, все тебя голышом увидели.

— Я же парень, и что такого? — Цзян Жань наивно похлопал глазами. — Мой танец изначально задуман ради демонстрации чистой эстетики.

На самом деле всё обстояло иначе: мужское соло не выигрывает за счет одной лишь демонстрации тела, поэтому под платьем должна была быть свободная одежда для тренировок, но сегодня он намеренно ее не надел.

Однако разве он мог сейчас в этом признаться Чу Симу?

Тот стоял с каменным лицом, крепко сжав губы.

Он ничего не смыслил в танцах и уж тем более в дизайне одежды, а излишние споры лишь выставили бы его невеждой. Но на душе у него скребли кошки, хотя сформулировать причину он был не в силах.

Пока Цзян Жань скрылся в раздевалке, Чу Симу провел ладонью по лицу, чувствуя, что сегодня он потерял контроль над собой слишком много раз.

— Пошли, — переодевшись в привычную одежду — простую белую футболку, заправленную в широкие джинсы, со смытым макияжем и забавным хвостиком на макушке, — Цзян Жань выглядел невероятно свежо и чисто, вылитый студент-отличник.

— Куда? — Чу Симу машинально подхватил брошенный на пол пакет с вещами, закинул на плечо и поинтересовался.

— Есть, конечно! — Цзян Жань моргал своими большими глазами. — Мы ведь в такую даль выбрались, неужели вернемся в кампус ужинать?

— Угу, — кивнул Чу Симу.

— Брат Му, что с тобой? — Цзян Жань склонил голову набок и в недоумении уставился на него. — Ты сегодня такой молчаливый.

— С чего ты взял? — Чу Симу криво улыбнулся уголкаком рта.

— Если не рад, можешь не улыбаться через силу. — Цзян Жань наморщил изящный носик, протянул руки и ущипнул Чу Симу за щеки, сводя их к центру.

Тот был вынужден скорчить комичную гримасу, а Цзян Жань, лучезарно улыбаясь, объявил: — Пойдем, накормлю тебя праздничным ужином!

Отыскав в телефоне корейское барбекю, Цзян Жань во время еды вился вокруг него волчком — усердно жарил мясо и непрестанно подкладывал лучшие куски в тарелку Чу Симу.

Чу Симу чувствовал себя не в своей тарелке: — Ты сегодня тоже сам на себя не похож.

http://bllate.org/book/23415/2521678