Готовый перевод The Insectoid General's Disabled Lord / Звёздные Жуки: Генерал и Искалеченный Герцог: Глава 18

Имперский университет расположен на юго-западе первого сектора столичной планеты, прямо напротив Военной академии. По мере того как аэрокар приближался к месту назначения, вокруг становилось всё тише и спокойнее, а вдоль дорог виднелись редкие для этих мест роскошные зеленые насаждения.

Когда Гу Чэнь прибыл в университет, было лишь немногим больше двух часов дня. В это время как раз заканчивались обеденные перерывы, и у ворот было полно студентов. Гу Чэнь надеялся войти в университет без лишнего шума, но, по всей видимости, руководство решило иначе: у входа красовался огромный приветственный транспарант.

— ... — Внезапно перехотелось учиться.

Даже через стекло автомобиля Гу Чэнь чувствовал на себе любопытные взгляды: юные самцы-студенты и самки из соседней Военной академии вовсю глазели на него. Он с досадой потер виски:

— Еще не поздно развернуться и уехать?

— Хозяин? — Мика, только что припарковавший машину, обернулся. В его прозрачных голубых глазах застыло недоумение.

Реальность всегда отличается от идеальных планов. Пока Гу Чэнь медлил, расторопный гид от университета уже поспешил навстречу. Мике не оставалось ничего, кроме как сопровождать мрачного Гу Чэня. Стоило им выйти из машины, как они тут же оказались в центре всеобщего внимания.

— Ого, это же самец! Выглядит таким статным и красивым, почему же он в инвалидном кресле? — прошептал миниатюрный а-самка своему спутнику, в голосе слышалось искреннее сожаление.

— Ты что, в сеть не заходишь? Это же герцог Гу Чэнь, чье имя не сходит с заголовков новостей! Ты его не узнаешь? — другой самец был куда более возбужден. Он выхватил свой терминал, лихорадочно разыскивая информацию о Гу Чэне.

— А-а-а-а! Это же генерал Мика! Я не верю, что вижу его вживую! — молодой военный самец был готов подпрыгнуть от восторга. Он всегда считал Мику своим кумиром, мечтая однажды стать таким же бесстрашным воином на поле боя.

— Герцог Гу, что привело вас в Имперский университет? Вы восстанавливаетесь в учебе? Мы сможем встретить вас в кампусе?

— Генерал Мика, я ваш поклонник! Можно автограф?

— Герцог Гу, посмотрите сюда! Могу ли я надеяться стать вашим самцом-наложником? Прошу, дайте мне шанс...

Вокруг стоял невообразимый гвалт, голоса сливались в раздражающий гул. Лицо Гу Чэня стало еще мрачнее. Ни прежний владелец тела, ни он сам не любили подобных шумных сборищ. Восстановление в университете определенно было скверной затеей.

Для Мики же подобные сцены были обычным делом. Он давно научился отсекать весь этот словесный мусор, поэтому оставался невозмутимым, сосредоточенно толкая кресло Гу Чэня.

— Приветствую, герцог Гу. Для нас большая честь встречать вас, — вежливый а-самка-гид быстро подошел к ним. Он учтиво поздоровался и добавил: — Прошу за мной, герцог, я провожу вас к ректору.

Гу Чэнь слегка кивнул в знак признательности — этот а-самка на фоне остальных казался вполне адекватным — и тихо произнес:

— Пойдем, Мика.

Мика повез его следом за гидом сквозь толпу.

— Герцог Гу, добро пожаловать обратно! — другие сотрудники университета, проходившие мимо, пытались разрядить обстановку приветливыми улыбками. Но Гу Чэнь лишь едва заметно кивал, не произнося ни слова. Его взгляд скользил по любопытным лицам, и голова болела всё сильнее.

Заметив, что хозяин не настроен на общение, Мика взял инициативу на себя. Он начал обсуждать с сотрудниками вопросы восстановления, уточняя детали учебного плана и состав групп. Его голос, холодный и спокойный, звучал чисто и мелодично, что немного уняло раздражение Гу Чэня.

По мере того как они углублялись в кампус, толпа редела, и у Гу Чэня наконец появилось настроение осмотреться. Всё было точно так же, как в воспоминаниях прежнего хозяина: строгая, элегантная архитектура в сочетании с повсеместными высокими технологиями. Не зря это был первый университет империи — мощная база и умиротворяющая атмосфера.

Вскоре они достигли административного корпуса. Гид приложил идентификационную карту, и они вошли внутрь. Коридоры были украшены портретами выдающихся выпускников; каждый шаг здесь словно погружал в многолетнюю славу и традиции университета.

Кабинет ректора находился в самом конце коридора. Когда они подошли, ректор как раз провожал инспекционную группу из Министерства образования. Увидев гостей, пожилой, но добродушный самец-ректор тут же поднялся навстречу.

На его лице сияла мягкая улыбка.

— Герцог Гу, утомились с дороги? Проходите, пожалуйста, — голос ректора был теплым и располагающим.

Впрочем, академическая и политическая сферы всегда находились под контролем самцов, и этот ректор не смог бы так крепко удерживать власть в сложном Имперском университете, если бы был таким мягким, как казалось на первый взгляд.

Гу Чэнь слегка кивнул в знак благодарности и в сопровождении Мики вошел в кабинет. Обстановка была лаконичной и академичной. Книжные полки ломились от изданий, а за столом располагалось огромное окно с видом на кампус. Ректор собственноручно разлил чай и вернулся на свое место.

— Герцог Гу, для нашего университета большая честь, что вы решили восстановиться, — сказал ректор, усевшись в кресло. — Ваши прежние оценки были превосходными. Уверен, ваше возвращение вновь принесет славу нашему учебному заведению.

Ситуация с этим маленьким герцогом была особенной — с самого утра ректору оборвали телефоны с расспросами. Хотелось бы надеяться, что этот самец окажется беспроблемным... — размышлял он, наблюдая за реакцией гостя.

Гу Чэнь вежливо ответил:

— Благодарю, ректор. Я лишь надеюсь поскорее влиться в учебный процесс.

И как можно скорее закончить обучение, чтобы вернуться домой.

Ректор кивнул и перевел взгляд на Мику. В его глазах промелькнула искренняя забота:

— Генерал Мика, давно не виделись. Как вы?

В отличие от официальной вежливости, в его голосе теперь слышалась отеческая теплота. Он долгое время работал вместе с отцом Мики, но жизнь непредсказуема, и весть о его кончине стала тяжелым ударом... Вспомнив об этом, ректор помрачнел: Мика был несчастным ребенком.

— Благодарю за беспокойство, дядя, у меня всё хорошо, — Мика относился к этому пожилому и доброму человеку с большим почтением.

Хотя он по-прежнему был немногословен, его аура заметно смягчилась.

— Герцог редко выходил из дома, поэтому в дальнейшем я прошу вас, дядя, присматривать за ним в университете.

Мика искренне вверил своего супруга заботам старшего, который всегда был к нему благосклонен. Несмотря на то, что статус самцов был высок и они всегда находились в центре внимания, поддержка ректора сделала бы жизнь в университете куда проще. Он был самцом-супругом Гу Чэня, они разделяли общую судьбу, и это было его долгом.

Гу Чэнь слегка приподнял брови. Мрак, сгущавшийся в его душе из-за нежелания возвращаться к учебе, сменился теплой улыбкой. Его маленький супруг...

Ректор улыбнулся и кивнул, принимая просьбу. Он достал из ящика документ и протянул его Мике:

— Вот список доступных специальностей и бланк заявления на восстановление. Остальные формальности возьмет на себя университет. Выберите специальность сегодня, и уже завтра сможете приступить к занятиям.

— Выбрать специальность? — Гу Чэнь удивленно поднял глаза. В памяти прежнего хозяина занятия самцов были чем-то вроде факультативов: история, культура, искусство игры на музыкальных инструментах, чайные церемонии... Он часто прогуливал их. Оказывается, существовало разделение по специальностям?

— Специальность, которую вы изучали ранее, была выбрана для вас графом — это факультет искусств, — Мика всегда умел угадать замешательство Гу Чэня и вовремя прийти на помощь.

Принимая документы, он пояснил:

— На самом деле, большинство самцов из столичной знати предпочитают искусство, так как это просто и изысканно. Однако университет, учитывая нужды империи, открыл немало специальностей специально для самцов. Вы можете рассмотреть вариант смены направления.

Мика передал список Гу Чэню. Его духовное море было исцелено, а духовная сила достигла редкого уровня S+. Факультет искусств больше не был для него лучшим выбором.

Список был внушительным: более десяти направлений, разбитых на семь категорий: исследование и успокоение духовной силы, политология и социальное управление, военная стратегия и командование, военная логистика и анализ разведданных, биологические науки и медицина, культура и искусство...

Гу Чэнь внимательно просмотрел список и принял решение. Взяв у Мики ручку, он размашисто вписал в бланк: Специализация на духовной инженерии и фармакологии.

Духовная инженерия — наука о том, как по-настоящему использовать духовную силу. В отличие от традиционных специальностей, ориентированных лишь на успокоение самок, здесь изучали, как с помощью духовной энергии пилотировать мехи, создавать оборудование и даже управлять космическими кораблями.

Проще говоря, она не служила кому-то конкретному — она созидала. С помощью силы духа строила лучший мир, чтобы ответственность за защиту общества не лежала исключительно на плечах самок.

А фармакология была нацелена на освобождение самок, страдающих от приступов духовной нестабильности. Исследования были направлены на создание препаратов, способных имитировать, заменять или даже превосходить эффект успокоения, даруемый самцами.

Суть этой дисциплины заключалась в праве самок на выбор и автономию собственного тела, чтобы они могли спасать себя сами, не завися от самцов.

Гу Чэнь был заинтригован: как в таком обществе вообще появилась эта почти еретическая дисциплина?

Мика широко раскрыл свои лазурные глаза. Его хозяин выбрал две непопулярные дисциплины, на которые почти никто не обращал внимания? Духовная... инженерия? И сразу две?

Он думал, что Гу Чэнь, планирующий взять под контроль четвертый легион, выберет политику или военную стратегию.

Когда ректор взял бланк, его пальцы заметно дрогнули, а между бровями залегла глубокая складка. Столь необычный выбор? Он поправил очки и осторожно, с ноткой назидания, произнес:

— Герцог, фармакологию, конечно, можно рассмотреть, там всегда не хватает таких одаренных самцов. Но что касается духовной инженерии... если у вас есть склонность к этой области, почему бы не выбрать более солидные Исследование духовной силы или Управление и успокоение? С вашим уровнем S+ после пробуждения, специализация на успокоении принесла бы вам блестящее будущее.

Гу Чэнь слегка усмехнулся. Его взгляд стал острым, как лезвие:

— Почему я должен следовать за толпой? У меня есть способность успокаивать самок, и я готов использовать ее, когда это необходимо. Но это не должно быть моим единственным определением. Моя ценность определяется тем, что я создаю своими руками, а не тем, кому я служу. Самцы должны быть только успокоителями? А самки — вечно молить о милости?

Законы империи привыкли считать самцов драгоценностями, под видом защиты осуществляя «содержание». Самцы наслаждались почетом, не замечая, что их приручили, превратив в золотых канареек без когтей. Если однажды самки, долгое время находившиеся под гнетом, пробудятся, этот фальшивый баланс рухнет.

Гу Чэнь планировал просто отбыть номер, чтобы получить диплом и наследство, но, глядя на слова «успокоение», «сервис», «обслуживание», он понял: каждый путь, проложенный для самца, ведет к одной роли — быть полезным инструментом.

Это не должно быть так. Самки не должны быть рождены для унижений, а самцы не должны быть лишены возможности творить.

Выбор, который сделал Гу Чэнь, был не просто выбором специальности — это был первый удар по невидимой клетке. Это возвращение в университет значило куда больше, чем он предполагал. Встреча с Микой стала его первым якорем. Сначала он просто хотел сделать Мику свободнее, но теперь его цель стала твердой: он изменит это общество вместе с ним, пусть даже на самую малость.

Ректор молча смотрел на строки, написанные твердой рукой. Спустя мгновение он убрал бланк в папку. В его глазах промелькнула глубокая буря. Он больше не стал отговаривать.

— Имперский университет уважает выбор каждого студента, — голос ректора был ровным, но в нем слышалось предчувствие перемен. — Надеюсь, ваш клинок действительно проложит иной путь, господин герцог. Если что-то понадобится — обращайтесь.

Мика стоял рядом, чувствуя, как внутри него вспыхнуло что-то давно угасшее. Он смотрел на спокойный профиль своего хозяина, и прежнее недоумение сменилось волной обожания. Его сердце билось в бешеном ритме. Это было восхищение первопроходцем, зерно, упавшее в благодатную почву.

Он наконец понял вес слова «равенство», о котором говорил хозяин. Это не просто нежные слова, это мужество и сила, способные прорубить тернистый путь. Это именно то, к чему он всегда стремился.

— Благодарю за понимание, ректор. Надеюсь встретить здесь единомышленников, — Гу Чэнь вежливо попрощался. — Мы отняли у вас достаточно времени, позвольте откланяться.

Ректор лично проводил их до выхода, в его взгляде читалась сложная гамма чувств.

Когда они покинули административный корпус, навстречу им подул теплый послеполуденный ветер. Аэрокар уже ждал их на аллее. Всю дорогу до машины Мика молчал, пребывая в глубокой задумчивости.

Гу Чэнь открыл дверь и случайно коснулся прохладной руки своего супруга.

— Домой, — спокойно произнес он, словно завершил самое обычное дело.

— Слушаюсь, хозяин, — тихо ответил Мика.

Дверь захлопнулась, отсекая любопытные взгляды. Мика поднял машину в воздух и взял курс на дом.

http://bllate.org/book/23392/2517343