Готовый перевод Apocalypse Trading God / Бог торговли на краю света: Глава 7

Янь Цзинци ничуть не беспокоился о том, не привлечет ли такое количество риса лишнего внимания. Осторожность на начальном этапе была нужна лишь для того, чтобы заложить фундамент для стабильного развития, к тому же у него не было помощников. Чем больше возникало проблем, тем больше сил и времени приходилось тратить на их решение. Его главной целью в постапокалипсисе оставался бизнес в современном мире, и он не собирался путать приоритеты. Впрочем, это не означало, что он обязан вечно сидеть в тени — в этом гибнущем мире он в любой момент мог сменить место и начать всё заново.

Теперь оставалось лишь проверить, чего стоит этот случайно спасенный человек. Суть торгового дела, если говорить прямо, заключается в поиске редких товаров. Если Цзи Фэн и его команда достойны вложений, то нет ничего плохого в том, чтобы потратить на них немного сил на старте. Невозможно получить желаемую отдачу, не вложившись заранее.

Услышав условия Янь Цзинци, остальные были поражены. Если этот молодой господин Янь действительно готов дать им свободу действий, то на ресурсы, которые он предоставит, можно будет выменять не только кристаллы.

До апокалипсиса умение работать головой ценилось куда выше физического труда, но теперь, если ты не узкопрофильный специалист, даже самый острый ум не стоил и гроша по сравнению с бывшим строителем, умеющим таскать кирпичи. Умников пруд пруди, а ты — далеко не самый выдающийся из них, так где же найти того, кто разглядит в тебе талант? Цзи Фэн и остальные понимали: если им и суждено изменить свою судьбу, то только сейчас. Кто бы мог подумать, что шанс выпадет так внезапно? Поистине, жизнь полна крутых поворотов.

Однако Дин Цзэцзэ отнесся к доверию Янь Цзинци с долей сомнения:

— До конца света наша провинция не была крупным производителем зерна, зато славилась залежами руды и нефрита. Поэтому после катастрофы здесь выращивают в основном картофель, батат и кукурузу — культуры, которые неприхотливы и быстро созревают. Легко представить, насколько рис дефицитен для нынешнего Личэна. Если бы не крупные гильдии, его бы здесь вообще не было. Господин Янь, прежде чем мы приступим к делу, лучше прояснить некоторые моменты.

Дин Цзэцзэ помолчал, а затем серьезно и прямо посмотрел на Янь Цзинци:

— До сегодняшнего дня мы были незнакомы. Даже вчера вы, вероятно, не знали ни меня, ни моих братьев. Я хочу знать, что заставляет вас так доверять нам и передать управление столь ценными ресурсами?

Янь Цзинци усмехнулся:

— Скорее, я верю не вам, а самому себе. В этом мире люди бьются не на жизнь, а на смерть лишь ради того, чтобы досыта поесть. Я же могу дать вам возможность быть сытыми каждый день. Если в ответ на мое доверие я получу предательство, то знайте: всё, что я вам дал, я отберу обратно — в тысячекратном размере.

Янь Цзинци обвел взглядом присутствующих, включая Лэ Сяо, который замер с ложкой во рту из-за внезапно сгустившейся атмосферы. Его голос звучал ровно, но слова несли леденящий душу смысл:

— Верность — мое единственное условие. Пока вы соблюдаете его, я гарантирую вам абсолютную свободу и защиту. Но если кто-то переступит черту — последствия будут на его совести.

Цзи Фэн продолжал молча хлебать суп. В его словаре не было слова предательство. С того момента, как он решил последовать за Янь Цзинци, он даже не допускал мысли о подобном. Что касается его братьев, то они до этого момента еще не приняли окончательного решения, поэтому сейчас лучше позволить им выбрать самим.

После долгого молчания Гэн Минсюй, который до этого не проронил ни слова, поднял чашку с чаем и обратился к Янь Цзинци:

— До апокалипсиса я мечтал стать хозяином своего дела, чтобы не зависеть ни от кого, заработать кучу денег, жениться на красавице и завести здорового сына. Первую часть я осуществил, но потом наступил конец света. Теперь у меня одно желание: обеспечить жене и будущим детям спокойную жизнь, чтобы они не дрожали от страха и были сыты. Если господин Янь поможет мне достичь этого, то эти сто с лишним килограммов мяса — в вашем распоряжении!

Янь Цзинци поднял свою чашку и слегка коснулся ею чашки собеседника:

— Как пожелаешь.

Дин Цзэцзэ тоже поднял чашку:

— Надеюсь, наш следующий совместный обед пройдет уже на той базе-курорте.

Увидев выбор своих верных друзей, Цзи Фэн был искренне рад. В мире, где люди выживают в одиночку, такая сплоченность — большая редкость. Он, конечно, не хотел с ними расставаться и с радостью поднял чашку:

— Никогда не предадим!

Лэ Сяо, заразившись общим настроением, тоже поднял чашку и громко провозгласил:

— Никогда не предадим! За это!

Обед из четырех блюд и супа обошелся Янь Цзинци в семьсот с лишним кристаллов второго уровня. От такой цены у Лэ Сяо даже мясо на костях задрожало. Впрочем, мясо мутировавших зверей содержало много энергии, а учитывая, что в апокалипсисе мясная пища была на вес золота, цена была вполне оправдана.

Янь Цзинци велел Цзи Фэну прийти к нему через три дня, пообещав тогда же сообщить место хранения риса. После того как они ушли, Янь Цзинци не стал возвращаться на съемную квартиру, а направился за город. Ему нужно было найти укромное место, чтобы переместиться в современный мир и закупить рис.

Легион Гром в последнее время постоянно пропадал за городом в поисках ресурсов и кристаллов, пытаясь захватить территорию для своей базы. Удача сегодня была не на их стороне: у одной из машин лопнуло колесо, из-за чего колонна встала. В этот момент их окружила огромная толпа зомби, и они вернулись на базу, понеся немалые потери.

Хань Тин стоял у ворот базы, дожидаясь проверки машин. В тот момент, когда в поле его зрения попал Янь Цзинци, Хань Тин вдруг почувствовал, будто вокруг расцвела весна. Это описание могло показаться чересчур поэтичным, но в ту секунду ему действительно показалось, что небо стало светлее.

Хань Тин машинально осмотрел свою одежду, убедившись, что на ней нет лишней грязи, и зашагал навстречу Янь Цзинци. Лишь когда он подошел достаточно близко, чтобы почувствовать исходящий от парня тонкий аромат, Хань Тин остановился и улыбнулся:

— Какое совпадение. Вы собираетесь за город?

Заметив, что Хань Тин идет к нему, Янь Цзинци начал практиковать технику скрытности. Утром он проверял её на Лэ Сяо — тот не мог почувствовать колебания его энергии. Хотя он не знал, сработает ли это на Хань Тине, чей уровень был выше, Янь Цзинци решил рискнуть.

Увидев, что на лице Хань Тина не отразилось ничего необычного, он немного успокоился: всё-таки превращение из обычного человека в обладателя способностей второго уровня за столь короткий срок выглядело подозрительно.

— Господин Хань только что вернулся? Похоже, сегодня улов был не очень? — колонна машин, ожидавшая въезда, выглядела так, словно прошла через кровавую баню. Похоже, бой был жарким.

Хань Тин кивнул и посмотрел на Янь Цзинци с легким беспокойством:

— Уже поздно, выходить за город сейчас небезопасно. В последнее время там всё больше зомби, особенно второго уровня. Одному идти еще опаснее. Если вы хотите поохотиться неподалеку, не возражаете, если я составлю вам компанию? Как раз не придется заниматься рутиной внутри базы.

В этот момент к ним подскочила миловидная девушка, вцепилась в руку Хань Тина и с неприязнью посмотрела на Янь Цзинци:

— Брат Хань, это твой друг? Раньше его не видела. Как тебя зовут? Я Лэй Вэйэр.

Янь Цзинци обладал прекрасными манерами, но это не значило, что он обязан быть любезен с тем, кто открыто проявляет к нему враждебность. Проигнорировав девушку, он слегка улыбнулся Хань Тину:

— Нет, спасибо. Я иду за город встретиться с человеком, далеко не уйду. Благодарю за предложение. — Сказав это, он, не дожидаясь реакции Хань Тина, направился к выходу.

Хань Тин не успел стряхнуть с себя девушку, как человек, с которым он хотел сблизиться, уже ушел. Естественно, на Лэй Вэйэр он посмотрел без всякой теплоты. Однако та, похоже, привыкла к ледяному тону Хань Тина и, надув губы, недовольно проворчала:

— Брат Хань, какой он невоспитанный! С ним разговаривают, а он игнорирует!

Хань Тин холодно взглянул на неё и буквально отшвырнул обратно к Лэй Яо:

— Присмотри за своей сестрой!

Лэй Вэйэр, глядя на удаляющуюся широкую спину Хань Тина, недовольно капризно воскликнула:

— Брат Хань!

Лэй Яо, занятый проверкой грузов, схватился за голову:

— Да угомонись ты уже, маленькая принцесса! — Она уже привыкла к публичным отказам, но это всё равно было позором.

Выйдя за город и убедившись, что Хань Тин не последовал за ним, Янь Цзинци облегченно выдохнул. Он и представить не мог, что Хань Тин — обладатель способностей четвертого уровня. Неудивительно, что тот давил на него своим присутствием. Похоже, в этом маленьком Личэне действительно скрыто немало талантов.

Вернувшись в современный мир, Янь Цзинци через посредников с большим трудом нашел нужное количество риса. Провозившись еще день в постапокалипсисе, он наконец нашел укромное местечко в горной лощине. После нескольких рейсов он успел переправить рис к назначенному сроку.

Как только три дня истекли, Цзи Фэн явился вовремя. Янь Цзинци сообщил ему место:

— Рис на месте. Что делать дальше — не мое дело, я жду результата. Я буду за городом охотиться на зомби. Если не случится чего-то важного, не ищите меня. Если будут вопросы — пишите записку, я прочитаю вечером, когда вернусь.

Цзи Фэн, представляя, сколько риса спрятано за городом, с трудом сохранял спокойствие, но кивнул:

— Господин Янь, можете не беспокоиться. Лишних слов не будет, я сделаю так, чтобы вы остались довольны результатом.

Янь Цзинци улыбнулся:

— Тогда буду ждать.

Янь Цзинци не пошел охотиться на зомби, а решил отправиться вглубь страны. Раньше он не ехал туда, потому что не имел достаточно капитала и не хотел встречаться с дедом.

С детства отец воспитывал его как наследника, он жил в Гонконге и лишь по праздникам навещал деда. А Янь Цзиншу вырос рядом с дедушкой и бабушкой, и их отношения были совсем другими. С момента предательства Цзиншу никто из родни в глубинке не вышел с ним на связь, и Янь Цзинци не мог не задуматься о причинах. Даже у самых мудрых стариков есть свои предпочтения. Для деда они оба были внуками, но один рос на его глазах, а другой — лишь наездами. Как бы дед ни выбирал, это в любом случае причинило бы боль. Янь Цзинци не хотел ранить своих оставшихся близких, но и не хотел сам стать жертвой этого выбора.

Однако рано или поздно с этим нужно было столкнуться. Янь Цзинци никогда не был трусом. Раньше он планировал вернуться, когда бизнес встанет на ноги, но теперь обстоятельства вынуждали его поторопиться: в Гонконге слишком строгий контроль за продовольствием. Десятки тонн он еще мог провернуть, но больше — уже риск.

Население Гонконга было ограничено, и даже с помощью интеллектуальных систем скрыть всё было невозможно. В глубинке же было больше пространства для маневра. К тому же Тан Цисюань уже повез фильм вглубь страны — возможно, они хотели успеть к праздничным выходным, чтобы собрать больше кассы.

В элегантном офисе, перед панорамным окном, из которого открывался вид на Гонконг, стоял молодой человек. Он был на шестьдесят процентов похож на Янь Цзинци, но его глаза были чуть уже, а сам он выглядел более суровым и тяжелым, чем благородный и изящный Янь Цзинци. Черная рубашка и брюки идеально сидели на его стройной фигуре.

Янь Цзиншу произнес низким голосом:

— Потеряли?

Мужчина в дорогом костюме поправил очки и кивнул:

— Да. Как только мы получили известие, наши люди сразу выехали в аэропорт.

В голосе Янь Цзиншу не было ни гнева, ни радости. Глядя на процветающий город за окном, он крутил кольцо на пальце и равнодушно спросил:

— И что дальше?

Юй Лэй ответил:

— Наши люди были обнаружены персоналом аэропорта — их раздели догола и связали в туалете. По их словам, они догнали старшего господина и вошли за ним в уборную, а дальше ничего не помнят. Они даже не знают, как попали в ловушку.

Янь Цзиншу опустил глаза и едва заметно усмехнулся:

— Он не проявляет бдительности к тем, кому доверяет. Но если он насторожится — подобраться к нему будет непросто.

Юй Лэй помолчал:

— Что нам делать дальше? Старший господин уехал в столицу, а влияние семьи Гу в глубинке слишком велико. Нашим людям будет трудно действовать.

Янь Цзиншу повернулся к нему. В его глазах читались замешательство, сомнения, обида и ненависть:

— Скажи, я действительно настолько хуже него? Когда у него было всё, он купался в обожании. Когда он остался ни с чем, нашлось столько людей, готовых его защищать. Даже отец говорит, что я не чета ему. А дед? Мои детские попытки угодить ему не стоили и одного ежегодного визита брата. Все говорят, что младших любят больше, но я не дотягиваю до него и на одну десятитысячную.

Янь Цзиншу обвел взглядом свой офис и усмехнулся:

— Это то, что он выбросил. Просто взял и отказался. То, ради чего я просчитывал каждый шаг, он отбросил с такой легкостью.

Юй Лэй промолчал. Он не понимал мира богатых наследников. У Янь Чэнханя, третьего господина Яня, было два прекрасных сына, которым завидовал весь Гонконг. Если честно, отец был строг со старшим и добр к младшему, так что жалобы на отсутствие любви были несправедливы. А старший брат всегда был добр к младшему, выполняя любую просьбу, пока тот не загнал его в угол. И после этого он смел жаловаться, что он — самый несчастный в мире? Мозги этих господ были непостижимы. Впрочем, его это не касалось — он лишь служил своему господину. А совесть? В этом мире она стоила слишком дорого, позволить её себе он не мог.

Янь Цзиншу не нуждался в ответе. Глядя на фотографию счастливой семьи из четырех человек на столе, он произнес:

— Он сказал, что даже если останется ни с чем, у него хватит способностей подняться снова. Раз он сбежал на территорию деда, пусть будет так. Если прижать его слишком сильно, дед может действительно забыть о родственных связях и пойти против нас.

Юй Лэй добавил:

— Старик Гу до сих пор не вмешался, значит, он не собирается лезть в ваши дела. Но теперь, когда старший господин в столице, неизвестно, не предпримет ли старик Гу что-то ради чести семьи Гу.

Янь Цзиншу смотрел на оживленный поток машин за окном, его глаза сузились, в них мелькнула тень:

— Он просто хочет, чтобы я своими глазами увидел разницу между мной и братом. Его молчание — это уже выбор в пользу брата и отказ от меня, ведь это молчание — доверие к способностям старшего. Видишь? Даже оставшись ни с чем, он всё еще пользуется доверием стольких людей. Ха, я хочу посмотреть, чем он лучше меня и как он собирается подняться с нуля!

Ши Юаньцун лежал на перилах, через темные очки наблюдая за толпой. Полмесяца назад он собрал вещи и рванул в столицу. После того как у А-Ци начались неприятности, он понял, что в семье Ши ему больше ловить нечего, и заранее начал потихоньку выводить деньги со счетов компании в свои подставные фирмы. Старик вместе с сыном своей любовницы нетерпеливо выживали его, но Ши Юаньцун не был простаком. Хотя за такой короткий срок он не успел полностью опустошить компанию, он заставил их как следует понервничать. При мысли о том, как старик прыгает от бешенства, уголки губ Юаньцуна поползли вверх.

В этот момент из толпы показалась фигура, сразу приковавшая к себе взгляд: высокий рост, длинные ноги, красавец — глаз не оторвать. Ши Юаньцун замахал руками:

— А-Ци! Сюда, сюда!

Янь Цзинци сразу заметил ярко одетого Ши Юаньцуна и с улыбкой направился к нему.

Не успели они обменяться парой слов, как сзади внезапно выскочили двое. Один из них обнял Янь Цзинци за плечи и несильно, но ощутимо ударил в грудь:

— Паршивец, вспомнил, что пора возвращаться? Случилась беда — не домой поехал, а засел там, дурью маешься! Показываешь, какой ты крутой?

***

В постапокалипсисе Лэй Вэйэр с мрачным лицом слушала доклад двоих подчиненных:

— Не нашли? Как можно не найти живого человека?! Или вы просто не старались?

Эти двое были членами Легиона Гром, Лэй Яо ценил их способности, поэтому Лэй Вэйэр привыкла поручать им грязную работу — например, избавляться от девушек, которые лезли в постель к Хань Тину. Но это не значит, что они были людьми второго сорта, чтобы терпеть такие крики. Лица обоих помрачнели:

— Этот человек вышел за город и больше не возвращался. Если старшая госпожа Лэй так хочет его найти, пусть сама выходит и ищет! — один из них, закончив фразу, хлопнул дверью и ушел, второй последовал за ним. Характер этой девицы мало кто мог вынести. Жаль капитана Хань — связался с такой ядовитой змеей.

Увидев, что они ушли, не проявив должного почтения, Лэй Вэйэр снова впала в ярость. Но, вспомнив их слова о том, что он не вернулся, она подумала, что та дрянь, возможно, сдохла за городом, и настроение её заметно улучшилось. Тварь, посмевшая привлечь внимание брата Ханя, сдохла за городом — это еще легко отделалась!

Янь Цзинци, не подозревая, что о нем сплетничают в постапокалиптическом мире, встретил двух своих кузенов и почувствовал странное облегчение.

Двое приближались, и Янь Цзинци заметил их заранее, поэтому позволил им обнять себя, не переходя в контратаку. Рефлексы, выработанные днями непрерывной охоты на зомби, были не шуткой.

Глядя на них, Янь Цзинци не выказал никаких негативных эмоций, лишь спокойно произнес:

— Четвертый брат, пятый брат.

Гу Юйхан, четвертый в роду Гу, взглянул на младшего и почувствовал, что тот сильно изменился, но не мог понять, в чем именно. Он списал всё на череду потрясений и, вздохнув, сказал:

— Хорошо, что вернулся. Я знаю, у тебя сейчас полно вопросов. Дедушка будет так рад узнать, что ты дома. Давай обсудим всё дома.

Семья Гу была большой: у старика Гу было шестеро сыновей и дочь. Старшие двое родились еще до политики ограничения рождаемости, остальные — по одному. У замужней дочери, на которую ограничения не распространялись, тоже было двое сыновей. Только внуков было десять, плюс три правнука. Янь Цзинци был седьмым в списке внуков, и в семье не делали различий между внуками по мужской или женской линии, называя всех по порядку рождения.

Ши Юаньцун, поняв, что пришли люди из семьи Гу, стоял в стороне, изображая фон, и украдкой подмигнул Янь Цзинци. Когда случилась беда, никто не объявился, а как только самолет приземлился — тут как тут. Очевидно, за ним следили. Если могли следить, почему не помогли, когда всё началось? Даже если были заняты, позвонить было сложно?

Его друг был хорош во всем, кроме одного — семья была его слабым местом.

http://bllate.org/book/23373/2513923