Готовый перевод Dark Realm / Тёмный мир: Избранник Лорда Белиала: Глава 10

Проекция света здесь постепенно тускнеет, а когда загорается вновь, перед глазами предстает совершенно новая картина. История той Великой войны ультра-воинов до сих пор не зафиксирована полностью: слишком много хаоса, слишком много жертв, а само начало войны было столь внезапным, что всё произошло в одно мгновение.

Никто не ожидал, что Ампера так дерзко объявит войну Стране Света. Сначала он отправил своих приспешников сеять хаос в открытом космосе, из-за чего целый элитный отряд Страны Света бесследно исчез. С того момента пламя войны, как и ожидалось, охватило эту изумрудную планету, и некогда мирные будни рухнули, словно метеорит. Свет Башни плазменной искры продолжал сиять, но он уже не мог осветить те жизни, что угасли навсегда.

— Скорее уходите! Ищите учителя, нужно выстроить внешнюю оборону и сдержать распространение угрозы, нельзя позволить коварным планам Амперы осуществиться! — Мол изо всех сил оттолкнул Рэйсу и Бэйстэ. Ампера уже открыл в глубинах открытого космоса Вихревое Око, ведущее в неизвестность, и бурлящий океан энергии было уже не остановить.

— Либо мы уходим вместе, либо все остаемся здесь! Мы ни за что вас не бросим! — взревел Бэйстэ, разгадавший намерение Мола принести себя в жертву в одиночку.

— Грядет великая битва, Страна Света нуждается в вас, учитель нуждается в вас еще больше. Эта война решает судьбу всей Вселенной, настоящий воин должен уметь выбирать. Мы не можем позволить учителю потерять нас всех сразу — вы должны выжить.

— Подумайте хорошенько, у вас есть то, что стоит защищать гораздо больше, чем я, — Мол крепко обнял двух своих товарищей. — Прощайте. — Он взмахом руки открыл портал и, не терпя возражений, втолкнул в него Бэйстэ и Рэйсу.

Глядя на угасающее сияние портала, Мол решительно обернулся и встал плечом к плечу с оставшимися воинами.

— Теперь очередь за нами, — Мол первым воспламенил собственную энергию, и остальные воины последовали его примеру. Их свет слился в огромный барьер, подобно пламени, испаряя выплескивающуюся энергию океана.

Мол встретился взглядом с воином рядом, слова были не нужны: твердый кивок товарища сказал всё за него. Он прыгнул в бурлящую пучину, устремившись к самому Оку. Пылающая энергия защищала его, и в последний момент, прежде чем иссяк источник его жизни, он добрался до самого ядра Вихревого Ока. Мол не знал, куда ведет другая сторона, возможно, в другую Вселенную. Сейчас единственное, что он должен был сделать — это собой заткнуть этот разлом.

Это был не конец, а лишь начало. Но, по крайней мере, своей жизнью и жертвой всех воинов, стоявших за его спиной, он провозгласил Ампере: борьба никогда не прекратится, мир — это истина!

Мол нанес мощный удар кулаком по своему цветовому таймеру. Ослепительный свет хлынул из его груди, устремившись к Оку и рассеивая темную энергию, поддерживающую разлом. Его тело начало постепенно растворяться. Без защиты собственной энергии океан вскоре должен был полностью поглотить его, но это уже не имело значения — Око было запечатано, товарищи справятся с оставшейся угрозой. Единственное, о чем он жалел, это то, что им суждено навеки уснуть в этих глубоких водах.

...

Портал Мола перенес Бэйстэ и Рэйсу прямо в Страну Света. Оба, спотыкаясь, ввалились в кабинет Белиала. Белиал стоял перед рабочим столом, спиной к свету из окна, и смотрел на двух своих учеников, заливающихся слезами. На нем не было того красного плаща, символизирующего его статус, и его и без того стройная фигура казалась в тени особенно хрупкой.

— Учитель... — Бэйстэ хотел что-то сказать, но захлебнулся рыданиями, не зная, как поведать о жестоком финале.

— Я знаю, — голос Белиала был неестественно спокоен. Он предвидел этот исход — он знал, что именно Мол останется прикрывать отступление, и понимал, что никто из того отряда не выживет. Только вот...

— Выходите, мне нужно обдумать дальнейшую расстановку сил, — Белиал согнулся, опираясь руками о край стола. Казалось, эти слова отняли у него последние силы.

После того как Бэйстэ и Рэйсу ушли, он весь день просидел перед световым экраном, разбирая нескончаемые донесения и военные сводки с таким сосредоточенным видом, будто эти жертвы не имели к нему никакого отношения.

Лишь когда на экране появилось очередное сообщение о тяжелых потерях, Белиал резко встал и быстро подошел к панорамному окну. Он давно предвидел этот исход, давно подготовился морально — гибель воинов была обычным делом, и скорбь ничем не могла помочь. Только вот... почему, почему именно его ребенок должен был стать жертвой на пороге этой войны? Почему кто-то всегда должен платить такую цену? Он предпочел бы, чтобы в бездне космоса сейчас покоился он сам!

За сто сорок тысяч лет Белиал, казалось, ни разу не проронил ни слезинки. Воины почитали его и боялись, называя его сердце каменным. Но сейчас, даже если бы он захотел, он не мог выдавить из себя ни капли. Белиал провел рукой по лицу — пальцы ощутили лишь сухую кожу. Внутри всё словно кромсали острым лезвием, боль была реальной и невыносимой, но глаза, в которых когда-то отражались звезды и пламя сражений, оставались сухими.

Он не позволил себе утонуть в печали. Спустя мгновение он снова сел перед экраном и продолжил просматривать бесконечные отчеты, словно ничего не произошло.

Неужели он не умеет плакать? Даже когда ему так больно, почему он не может пролить ни слезинки? Только потому, что идет война? Или потому, что он обязан сохранять твердость, подобающую старшему? Зеро крепко сжал кулаки, костяшки пальцев побелели от напряжения, а в груди закипала жгучая, безымянная ярость.

Проклятье!

— Белиал! — Кэн резко распахнул дверь и ворвался в кабинет, тяжело дыша, словно бежал без остановки, потратив все свои силы.

Белиал поднял голову, взгляд его был рассеянным, словно он только что вырвался из долгого потока мыслей.

— ...Что случилось?

— Я всё знаю, — Кэн подходил ближе шаг за шагом, голос его был низким, но твердым. Он решительно забрал из рук Белиала световой экран и, не говоря ни слова, крепко прижал его к себе.

— Не держи всё в себе, ты не выдержишь.

— Я ничего не держу, Кэн. У меня еще много работы, — Белиал попытался оттолкнуть его, но обнаружил, что руки друга не дрогнули.

— Белиал! — Кэн сжал объятия еще сильнее, его голос звучал с мольбой, не терпящей отказа. — Поплачь, прошу тебя.

Белиал наконец обмяк, его руки судорожно вцепились в плащ на спине Кэна, плечи затряслись в неконтролируемом порыве. Ни звука, лишь давящая тишина; никто не знал, плачет ли он беззвучно.

— Это был мой ребенок... Это был мой ребенок! — наконец, хриплый крик прорвал плотину, Белиал зарыдал, и в этом звуке была заключена вся кровь и боль его души.

Кэн прекрасно понимал, что чувствует Белиал. Он не мог сказать тех громких слов о победе над Амперой и защите мира, которые сейчас казались такими пустыми.

— Мы заставим Амперу заплатить за это.

— Мы...

— Да, мы, — тихо ответил Кэн, поглаживая ладонью дрожащие спинные гребни Белиала. Он обнимал его так крепко, словно боялся, что стоит ему разжать руки, и тот рассыплется на куски и исчезнет.

— Я ведь тоже ребенок своего отца... — Джед смотрел на проекцию, где Белиал был охвачен горем из-за смерти Мола, и в глубине души у него возникла горькая тоска. Как бы он хотел, чтобы отец признал его своим ребенком, чтобы хоть раз проявил к нему такую же скорбь.

— Белиал любит всех своих детей, каждого без исключения, — Кэн повернулся к Джеду, его голос был спокойным и мягким. — Ты готов поверить, что твой отец любит тебя, Джед?

— Я не знаю... — Джед опустил голову и тихо произнес: — Но когда Орб приходил мне на помощь, он сказал, что это отец попросил его прийти... — По крайней мере, отец должен был хоть немного заботиться о нем, верно? Даже если совсем чуть-чуть.

— Я верю, что он любит тебя, Джед, — Кэн снова перевел взгляд на проекцию. На экране молодой Кэн осторожно перекладывал Белиала, обессилевшего от рыданий и уснувшего от переутомления, на кровать в комнате отдыха, и, держа его за руку, молча охранял его сон. Кэн невольно сжал свою ладонь — она была пуста. — Просто времени, проведенного с тобой, было слишком мало. Настолько мало, что он, возможно, сам еще не осознал этого чувства и не знал, как тебе об этом сказать. Он не хотел, чтобы ребенок, который должен стоять на стороне света и стать героем, имел такого отца, как он. Но я верю: во всех его планах, каким бы ни был финал, он хотел, чтобы ты получил всё самое лучшее.

— Почему... — голос Джеда дрогнул от слёз. — Почему он ничего не говорит... хотя бы намек, хотя бы капля надежды...

— Потому что он Белиал. — Потому что он Белиал — человек, который всегда прячет самые глубокие чувства в тишине, а самые нежные намерения скрывает за своими действиями.

***

Я никогда не жалел о своем выборе, но всегда чувствовал вину перед учителем — тем, кто учил меня более десяти тысяч лет и относился ко мне как к сыну.

Бесчисленные воины боготворили его за силу и самоотверженность; многие ученые уважали его за выдающийся интеллект, за разработку трех великих планов и за то, что он вырастил таких гениев, как Джелаци, и множество других выдающихся воинов. Не будет преувеличением сказать, что я — один из них. Однако учителя всегда окружало чувство глубокого одиночества, и даже присутствие спутника рядом не могло его уменьшить. За исключением наивного Бэйстэ, все остальные на самом деле знали, каковы истинные отношения между тремя правителями Страны Света.

Учитель тоже когда-то был сиротой, потерявшим родителей в битве, которая привела к резкому сокращению населения Серебряного клана. Этот опыт создал под его твердой оболочкой мягкую и склонную к маскировке натуру — хотя его маскировка была довольно неуклюжей и могла обмануть лишь немногих. А те, кого он не смог обмануть, стали его друзьями, спутниками, учениками и боевыми товарищами, которым удалось увидеть его истинную, теплую сторону.

Мне повезло стать одним из тех, кто увидел его настоящим. Я как-то сказал Рэйсу и Бэйстэ, что в этом мире есть много вещей, которые важнее меня, но перед учителем я никогда не смог бы произнести те же слова.

Но учитель, прошу, не скорби обо мне. Моя жизнь не была короткой, напротив, она вспыхнула самым ослепительным светом.

Я сделал то, чему вы меня учили:

Борьба никогда не прекратится, мир — это истина!

http://bllate.org/book/23302/2504772