Готовый перевод Ten Meters to My Dorm [Jian San] / Десять метров от общаги: Геймерская любовь: Глава 13

Утаить правду и не объясниться — поступление, безусловно, неразумное, но Ю Ци боялся, что если он расскажет всё Хэ Му, у того активируется режим кровожадности. Тогда он будет гонять Ю Ци по Цзюньшаньским персикам и берегам Балинской ночной грозы, от Зеркального озера в Деревне новичков до Девяти озёр на хребте Жунтянь, и так отымеет его до полной беспомощности, ледяным трупом цветочной лоли дюйм за дюймом измеряя великолепные горы и реки Великого Тан!

Эта картина была настолько прекрасна, что Ю Ци даже не смел её воображать!

Хуже всего было то, что этот маленький гей — будь то в реальной жизни или в виртуальной — полностью соответствовал вкусам Хэ Му, и теперь Ю Ци внезапно узнал, что вся та доброта, которую Хэ Му проявлял к нему, была лишь недоразумением.

Какой сокрушительный удар.

— Пересаживайся на перса-лоли.

Отключивший микрофон Ю Ци мог лишь покорно отправить свой стол платной почтой, чтобы сброшить бой с боссом Тан, а затем переодеться на свой собственный аккаунт цветочной лоли. В конце концов, сейчас этот маленький гей испытывал жгучее чувство вины, так что, разумеется, во всём слушался Хэ Му.

Глядя в списке друзей на статус «Не разлей вода» с Хэ Му, Ю Ци ощутил в сердце безграничную тоску: чёрт побери, почему этот парень оказался до одури прямолинейным? И при этом таким тупицей!

Каким таким ухом он услышал, будто Ю Ци пользуется вокодером? Да чтоб твоему дедушке вокодер в задницу вставили!

Хэ Му понятия не имел о бушующих в душе Ю Ци бурных страстях; как только Ю Ци вошёл в игру, Хэ Му тут же затянул его в Озерцо Бабочек — место, где они познакомились.

Побродив кругами вокруг стоящего в режиме ожидания персонажа Ю Ци, Хэ Му издал в голосовом чате улыбчивое, полное эмоций вздох:

— В последние дни у тебя, кажется, неважное настроение. Я долго размышлял об этом.

Сердце Ю Ци ухнуло вниз — у него было смутное предчувствие, что случится что-то недоброе.

— Маотай сказал, что если хочешь стать достойным возлюбленным для своего избранника, в первую очередь нужно сделать так, чтобы он был счастлив.

[Система: «Фэньцзю» хочет посмотреть информацию о вашем сердечном союзе. Согласиться?]

Ю Ци казалось, что эта игровая сцена до того прекрасна, что на неё больно смотреть. Зажмурившись, он нажал «Согласиться».

— Растяни ещё один апельсин — и на твоём счётчике Хаймана в графе «возлюбленный» буду красоваться я.

Сообразив, что именно зател Хэ Му, Ю Ци инстинктивно попытался сделать шаг назад, надеясь уклониться от этого апельсина точно так же, как уворачивался от вражеских умений. Однако, как и во время любых их тренировочных дуэлей, Ю Ци оказался абсолютно не способен увернуться, и под ноги его персонажу вновь брызнули груды белоснежного серебра. Этот жест смутил Ю Ци ещё сильнее, чем тот богатый владелец угольных шахт, который когда-то по случайности расщедрился на фейерверк.

Цзяньху быстрые гонки! Доблестный воин «Фэньцзю» использовал легендарное [Сердце истинного апельсина] на девушку-воительницу «Хао Сэ» в Цаншань Эрхай! Объявляя тем самым всему миру: восхищение «Фэньцзю» к «Хао Сэ» заключено союзом солнца и луны, засвидетельствовано небесами и землей, заклято горами и реками, порукой тому — призраки и боги! С сей поры выси гор не сокрушат его устремлений, глубины вод не прервут его пути, быстротечные годы не истают его чувств, ветры и морозы не скроют его страсти. Пусть даже впереди стезю устилают тернии, он без страха и сомнения обнажит меч и пойдёт следом. Ныне и во веки веков — не разлучаться, из века в век — следовать повсюду друг за другом! Благородные воины могут стремительно отправляться в Цаншань Эрхай, дабы воочию засвидетельствовать это сотрясающее небеса и божества признание в чистой любви от воина «Фэньцзю»!

Нужно признать, голос у Хэ Му был превосходным, а в этот момент он звучал настолько нежно, что в нём можно было утонуть. Любая девчонка при виде подобной картины непременно пала бы жертвой чар, не говоря уже о таком маленьком гее, как Ю Ци. Но каким бы геем ни был Ю Ци, он всё равно не мог превратиться в ту цветочную лоли, что пользовалась вокодером.

Поэтому Ю Ци без колебаний закрыл игру и вышел из голосового чата.

Отправив Хэ Му в WeChat сообщение «Интернет вырубило», он рухнул лицом на стол, притворившись мертвым трупом.

22. Как же бессилен ты перед лицом реальности

Если бы это произошло раньше, Ю Ци наверняка, сжав судорожно сжимающееся сердечко, стал бы корить Хэ Му за неумение вести хозяйство экономно: лучше бы отдал деньги, потраченные на апельсины, ему! Но сегодня у него совсем не было настроения для шуток. Всё потому, что Хэ Му был так добр к нему лишь из заблуждения, принимая за девушку; и наоборот — стоило Хэ Му узнать, что он вовсе не девушка, как он тут же забрал бы всю эту доброту назад.

Раз он мужчина, значит, не заслуживает подобной нежности.

Возможно, в мыслях Ю Ци было изрядное количество предвзятости, но он видел слишком, слишком много дурных примеров. Не говоря уже о тех случаях, когда люди, узнав, что под женским персонажем скрывается мужчина, становились заклятыми врагами и убивали друг друга снова и снова, пока те не бросали игру или не меняли сервер. Стоит вспомнить хотя бы его лучшего друга со времен старшей школы: после того как тот признался в любви понравившемуся парню, объект признания сначала подослал людей избить его так, что тот пролежал в больнице три месяца. Выписавшись, он столкнулся с самыми изощренными угрозами и запугиваниями, подвергся упрэкам родителей и насмешкам родственников и в конце концов был вынужден бросить учебу и уехать на заработки в чужие края, вдали от родных мест.

Стоило Ю Ци вспомнить, что на проводах на вокзале его провожал один лишь Ю Ци, как у него невольно сжималось сердце от жалости к другу.

— Раз мы другие, мы не заслуживаем справедливого к себе отношения.

Как же беспомощно звучали эти слова.

Это было одной из причин, почему Ю Ци до сегодняшнего дня скрывал свою сексуальную ориентацию. Сделав выбор, отличный от большинства, ты обречен слыть белой вороной.

Телефон вибрировал, но у Ю Ци не было сил даже достать его. Уткнувшись головой в стол и безвольно опустив руки по бокам, он думал о том, что еще до сегодняшнего дня у него оставалась крошечная капля надежды: пусть даже виртуальный роман Хэ Му был лишь узами по привязке, но если Хэ Му в принципе не против романтических отношений с мужчиной, то не было ли хоть малейшего шанса, что тот сможет полюбить и его?

Теперь же всё это казалось просто полнейшей насмешкой.

Хэ Му всё это время думал, что перед ним мягкая домашняя девчонка, пользующаяся вокодером. Какая тебе нахрен любовь! Гей — так умывайся и ложись спать, с чего бы это вокруг тебя вилось столько геев, желающих с тобой сойтись!

Что? Оборвать ориентацию натурала?

Герой, с чего же ты так ненавидишь самого себя?!

Пока Ю Ци предавался размышлениям о превратностях судьбы, он вдруг заметил, что вентилятор компьютера перестал гудеть. Приподнявшись, Ю Ци сообразил: кажется, отключили электричество?

В этой паршивой богадельне то и дело вырубало то свет, то воду — настоящее безумие. Стоило снегу выпасть чуть посильнее, как у ворот невозможно было поймать даже такси. Ю Ци по нескольку раз на дню проклинал себя за то, какое залитое мочой решение он принял, поступая сюда.

Только собрался философски осмыслить жизнь — и на тебе, отключение света. Просто отвратительно.

Из соседней комнаты Хэ Му кто-то вышел, а следом застучали и в дверь его собственной комнаты. Ю Ци мысленно пробил взглядом дверную панель, оставшись безмолвным и неподвижным, и затянул про себя мантру из трех слов: меня нет дома, меня нет дома, меня нет дома, меня нет дома, меня нет дома...

Однако не прошло и десяти секунд, как дверь распахнулась. Окаменев на месте, Ю Ци увидел Сифэна, который с сияющей физиономией ввалился внутрь:

— О, а я говорил, что ты в комнате! Давайте, свет отключили, погнали в «Две помещицы»!

Мысленно проклиная себя за то, что у него не вошло в привычку запирать за собой дверь, Ю Ци выдавил из себя натянутую улыбку:

— Я не очень-то умею играть в помещиц, поищи кого-нибудь другого.

Сифэн таинственно покачал головой, широким шагом пересек комнату и ухватил Ю Ци за запястье:

— Больше тут никого нет, на всем этаже не сыщешь никого, кто хотел бы перекинуться в картишки с Хэ Му. Остаешься только ты! Вы же вроде неплохо ладите, особенно этот пушистый комок по кличке Цзыла — кажется, он от тебя просто без ума.

И Сифэн, не дав Ю Ци ни единого шанса на повторный отказ, попросту выволок его в соседнюю комнату. При виде вошедшего Ю Ци Хэ Му, ласкавший Цзылу, на мгновение явно опешил, но тут же сменил выражение лица на безобидную улыбку.

— Не думал, что ты и впрямь уступишь его уговорам.

— М-м... Я не слишком силен в игре, сыграете пару раундов и сами не захотите со мной возиться.

Блуждающий взгляд Ю Ци никак не мог зацепиться ни за одну точку в пространстве. К счастью, сообразительный Цзыла спрыгнул с колен Хэ Му на пол, подбежал к ногам Ю Ци и принялся настойчиво мяукать, словно призывая взять его на ручки.

Ю Ци наконец-то нашел свое предназначение — стать живой подушкой для сидения для господина Цзылы.

Меблировка в общежитиях этой школы поражала своей нелогичностью: в комнате, где легко поместились бы четыре кровати, стояли только две; кровати и письменные столы можно было бы разместить отдельно, но нет, их непременно совмещали в конструкцию «кровать наверху, стол внизу», а в освободившемся пространстве ставили диван.

По сей день Ю Ци наконец-то осознал истинное назначение этого дивана.

Играть в карты.

Правила «Двух помещиц» знал каждый, так что в лишних словах нужды не было. Трое молча разобрали карты, сделали ходы, заплатили, собрали выигрыш.

После трех партий Сифэн наконец не выдержал:

— Понимаете теперь, почему на всем этаже никто не хочет с ним играть в карты? Да удавиться можно от тоски!

Ю Ци улыбнулся, подумав про себя: то что надо, поиграем вот так тихонечко пару партий, разойдемся — и слава богу!

Хэ Му воздержался от комментариев и продолжил беззвучную игру в помещиц.

Сифэн, выступавший в роли помещика, снова проиграл и, бормоча себе под нос, вытащил телефон:

— Знаете что, в картишки надо играть под фоновую музыку, иначе откуда атмосфера! Нет атмосферы — нет настроения! Нет настроения — невесело!

Ю Ци отчетливо заметил, как дрогнули уголки глаз Хэ Му. Тот чуть закусил губу, искоса глянув на Сифэна, но останавливать не стал.

Подобное поведение придало Сифэну еще больше энтузиазма. Достав телефон, он быстро открыл плеер и в два счета врубил музыку.

Знакомая мелодия ввинтилась в уши Ю Ци, уши онемели, а рука, державшая карты, задрожала. Цзыла мяукнул, поменял позу и повернулся к Сифэна задом.

Хэ Му обреченно покачал головой и издал полный тоски по ушедшей жизни вздох.

Потому что Сифэн включил именно ту самую гипнотическую фоновую музыку из «Двух помещиц».

Причем со встроенными звуковыми эффектами «Пас», «Три очка» и «Перехват помещика».

Ю Ци со сложными чувствами глянул на Хэ Му. Хэ Му как раз смотрел на него в ответ, и в итоге они обменялись глубокими взглядами через Сифэна под аккомпанемент музыки из карт.

Хэ Му усмехнулся:

— Теперь понимаешь, почему на всем этаже никто не хочет с ним садиться за карты?

— Понимаю...

Время за карточной игрой пролетело незаметно, и в мгновение ока совсем стемнело. Хэ Му проиграл больше всех, Сифэн вышел в ноль — считай, при своих, зато лицо Ю Ци побагровело от удачи: он сгреб целый таз серебра, и настроение его тут же прояснилось.

Смотреть на Хэ Му стало уже не так неловко, хотя на душе всё еще скребли кошки.

Вернувшись в свою комнату, Сифэн принялся собирать колоду и ворчать:

— Разве так играют в карты? Ты просто деньги раздавал, какого хрена мы вообще играли! Хорошо еще, что ты не заставил меня проигрывать вместе с тобой, а то бы мы рассорились!

Хэ Му, прижимая к себе Цзылу, прислонился к краю стола и неторопливо расчесывал коту шерстку:

— Всё равно у него было паршивое настроение. Проиграть ему немного денег взамен на улыбку — невелика потеря.

Сифэн хмыкнул и лениво полистал попавшийся под руку журнал:

— Кто не знает, подумал бы, что ты говоришь о какой-нибудь девчонке! Малец неплох, только непонятно, из-за чего он так загонялся. Ты бы видел его лицо, когда я вошел — точь-в-точь как у вдовы на похоронах мужа.

— Наверное, как и ты, в любви разочаровался.

Сифэн поднял глаза и свирепо зыркнул на Хэ Му:

— Вали.

Выиграв кучу серебра, Ю Ци, будучи парнем без особых запросов, сразу повеселел. В общежитии тем временем дали свет, и он, приведя в порядок мысли, уселся за компьютер и приготовился задротить в Цзяньсань. Едва он вошел в игру, как личные сообщения от кошки-мицау Маотая взорвали чат.

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Ученик! Спасай! У твоего Фэньцзю крыша едет!»

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Спасите! Фэньцзю, Чжунчжун и Уляньи заперли меня на точке возрождения и фармят!»

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Утащи ты своего Фэньцзю! Он рехнулся! Взбесился!»

У Ю Ци задергался глаз. Пока он раздумывал, стоит ли наведаться на поле боя и оценить обстановку, от Хэ Му пришло приглашение в группу. Тяжело вздохнув, Ю Ци все же вошел.

В группе было всего трое: Фэньцзю, Маленькая свайка и Уляньи. Втроем они зажали кошку-мицау на точке возрождения в Байлункоу и убивали снова и снова.

Все трое были заядлыми пвп-бойцами и любителями фрагов, да еще и три в один — нетрудно представить, насколько свирепой была эта картина. Проявив остатки человечности, Ю Ци доскакал туда налегке и присел рядом, молча наблюдая за тем, как его наставника мутузят во все щели.

В душе он одновременно злорадствовал и сочувствовал Маотаю.

[Личные] Хао Сэ: «Учитель, они разве не знают, что это твой перс?»

Неужели Маленькая свайка разозлился на Маотая и побежал жаловаться Фэньцзю с Уляньи, чтобы те заступились? Неужели эти двое не в курсе, что под маской этого мерзкого Минцзяо скрывается их старый знакомый по арене?

Как показала практика, Ю Ци переоценивал ситуацию.

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Какое там не знают! Я сам с них фраги снимал и скрины им показывал! Они теперь притворяются, будто меня не знают! Типа за справедливость борются!»

[Личные] Хао Сэ: «Бессовестные!»

На самом деле Ю Ци уже вовсю ржал перед монитором как дурак, прямо в группе напечатав строчку: «Отличная работа! #свиная_города»

Наконец Ю Ци, до этого момента лишь наблюдавшая сторона, встал с земли. Маотай, лежавший у входа на точку возрождения, почуял луч надежды и моментально прислал сообщение:

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Утащи уже своего Фэньцзю куда-нибудь! Хоть пейзажами любуйтесь, хоть на дуэли идите, свалите отсюда ради бога! Учитель умоляет!»

На это Ю Ци ответил решительным отказом — об этом не могло быть и речи! Он был только рад, если бы Хэ Му резал Маотая всю ночь напролет, лишь бы у них не оставалось времени наедине.

Поэтому он наложил на троицу бафф «Очищение сердца», повесил на каждого по точке восполнения здоровья от иглоукалывания, а затем отошел подальше и уселся на землю.

[Ближний] Хао Сэ: «Сдохни, крыса, нападай еще из засады! Разобью твой капюшон в щепки!»

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Твою мать! Мелкий гаденыш, погоди у меня! Учитель намерен очистить секту от скверны! Пойду расскажу Фэньцзю, что ты его обманываешь!»

Это послужило отличной солью на свежую рану Ю Ци, который тут же скис.

[Личные] Хао Сэ: «Лучше скажи ему, что я мужик, а потом вместе прикончите меня так, чтобы я свалил с сервера и сменил фракцию».

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Чего? Он не знает, что ты парень? #испуг»

Увидев, что кошка-мицау больше не собирается вставать, Хэ Му и остальные прямо на месте устроили дуэли для укрепления дружеских уз.

Маотай продолжал проявлять заботу о личной жизни своего милого ученика.

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Вы же целыми днями в голосовухе сидите! Он что, глухой? До сих пор думает, что ты девчонка?»

[Личные] Хао Сэ: «Он не глухой! Он мозгами слепой! Этот гад думает, что я — баба с вокодером! #рыдает»

23. Папаша-Цицюн недоволен

Узнав о злоключениях Ю Ци, Маотай проникся глубочайшим сочувствием и тут же напрочь забыл о том, что сам сейчас валяется убитым на точке возрождения. И как после этого Ю Ци мог не называть такого учителя образцовым! У него сердце старой наседки сочеталось с душой безумца!

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Хочешь, я пойду и всё ему объясню? Моим словам он вроде должен поверить».

[Личные] Хао Сэ: «Лучше не надо. Даже если объясниться прямо сейчас, потом мы втроем при встрече со стыда сгорим».

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «И что тогда делать? Шила в мешке не утаишь! Он же не вечно будет тупить! Рано или поздно до него дойдет озарение!»

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Я и сам знаю... но тебе не кажется, что если сказать ему сейчас, что та милая девчонка, о которой он думал, на самом деле суровый мужик — это будет слишком сильным ударом?!»

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Пусть удар и сильный, но винить он может только собственную слепоту и глухоту! Даже если он мой кореш, в этой ситуации твоей вины нет! Хоть какое-то чувство справедливости у меня есть!»

[Личные] Хао Сэ: «Ой, да говорю же, тебе не понять моих терзаний. Я просто поделился, сам разберусь».

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «С твоим-то умом? Учитель за тебя волнуется! #презрение»

[Личные] Хао Сэ: «Будь у тебя хоть капля совести, встал бы и померялся со мной умом! #презрение»

[Личные] Одинокая сушеная рыбёшка: «Не собираюсь опускаться до уровня инвалидов. #презрение»

Маленькая свайка, за которым столько дней охотились, наконец отмстил за все обиды и был безумно счастлив. Стоя на трупе кошки-мицау, он крутил вертушки на месте. Хэ Му, до этого не обращавший на Ю Ци внимания, наконец не выдержал и ткнул его в личку.

[Личные] Фэньцзю: «Цветок?»

[Личные] Хао Сэ: «Чего?»

[Личные] Фэньцзю: «Ничего. Просто мне кажется, ты всё еще не в духе».

[Личные] Хао Сэ: «Тебе необязательно так переживать из-за моего настроения, не стоит».

Ю Ци посмотрел на сидящего рядом с цветочной лоли даоса и глубоко вздохнул. Интересно, будет ли Хэ Му так же переживать из-за его настроения, когда узнает, что он мужчина?

На девяносто девять процентов — ему будет плевать.

Кто станет переживать о человеке, который его обманул? Пусть даже непреднамеренно, но Ю Ци не был уверен, станет ли Хэ Му принимать во внимание хоть что-то, если его застигнет слепая ярость. Отрицательных примеров было слишком много, так что Ю Ци трудно было винить за излишний пессимизм.

Поразмыслив так и эдак, Ю Ци пришел к выводу, что заявлять о себе вот так с бухты-барахты — решение не из умных. Лучше всего было разорвать виртуальный союз до того, как Хэ Му догадается о его мужском поле, затем сосватать ему какую-нибудь миловидную и хорошенькую девчонку, после чего с честью уйти в отставку, оставив за собой славу без имени.

Он надеялся, что вскоре Хэ Му забудет этого криворукого и языкастого болтуна.

[Личные] Фэньцзю: «Правда?»

[Личные] Хао Сэ: «Правда!»

В голове Ю Ци роились мысли: «Да, именно так! Разозлись поскорее, взбесись и разорви союз! Все заняты, жизнь идет в быстром темпе, нет у людей времени разводить с тобой сопли в стиле Цюн Яо! Раз нужно порвать отношения — рви, в игры играют ради развлечения, с какой стати трепать нервы из-за такой ерунды, как игровой брак!»

[Ближний] Фэньцзю: «В столь прекрасный вечер почему бы нам не разрешить тревоги в бою?»

[Ближний] Хао Сэ: «Валяй!»

На этот раз Ю Ци выложился по полной, решив хорошенько щелкнуть Хэ Му по носу. Что за манера чуть что — так сразу хвататься за оружие?! Сегодня он покажет ему, что такое тактическое мышление! Понимает ли он вообще, что скорость реакции спасается пониманием механик?!

После отсчета 5-4-3-2-1, по традиции, бой начался с контроля. Отлично знавший привычки Хэ Му, Ю Ци схитрил и сделал шаг назад, идеально увернувшись от оцепенения — в конце концов, у него был всего один навык снятия контроля, сливать его в самом начале было бы самоубийством!

Любой, кто играл за лекарей, знал, что самое досадное — это когда тебя сковывают на месте без возможности шевельнуться. А у Цицюн навыков замедления и оцепенения было в избытке: стоило Хэ Му закинуть какую-нибудь тройную триграмму, как Ю Ци тут же жмякал рассеивание, мысленно приговаривая: я — экзорцист, и я горжусь этим!

Бегая туда-сюда, он получил от системы предупреждение, что покидает зону дуэли, и поплёлся обратно, но в итоге Хэ Му снова запер его и превратил в статую. Ну и пусть снятие контроля, забирай!

Не прошло и много времени, как у Ю Ци от непрерывного прожимания легких цигун заныли пальцы, а мана подошла к концу. Урон и навыки контроля были слиты, прочтение заклинаний постоянно сбивали, в то время как Хэ Му неумолимо продолжал плодить на земле поля Ци и лупить его четырехсимвольными и двухсимвольными ударами.

Шкала здоровья металась туда-сюда, как американские горки. Едва Ю Ци выдался шанс перевести дыхание и восстановить немного маны с помощью «Бишуй», как Хэ Му молниеносной рукой запечатал ему внутреннюю энергию и вновь обездвижил. Ю Ци так разозлился, что чуть не разломал клавиатуру!

Следом Хэ Му мгновенно прожал бурст и выдал новую серию ударов.

Цветочная лоли пала.

Ставший свидетелем этой трагедии Маотай тут же нашел повод для насмешек и, лежа на земле, затянул язвительным тоном:

— Первая шутка Цзяньсань: цицюн бьет хила. Вторая шутка: хилер-цветок, убитый циюном.

http://bllate.org/book/23283/2501383