Готовый перевод Beyond the Azure Sky / Гость из-за небес: Глава 1

Секта Цинсюань — нижайшая из низших среди сект Цзянху, занимающихся бессмертным совершенствованием.

Она располагалась на самой вершине горы Цилинь.

Численность её была лишь немногим больше, чем у мирских боевых сект низовья, и составляла около трёхсот человек, причём половина из них выполняла в основном обязанности разнорабочих.

Поскольку в радиусе нескольких сотен ли не было других сект, способных сдерживать её, она тоже стала самостоятельной силой.

Но в лучшем случае её можно было назвать лишь местным удельным князем да горным разбойником.

К счастью, бессмертные, любившие называть себя праведными сектами, в большинстве своём дорожили своей репутацией, поэтому они не чинили бесчинств в открытую и не угнетали простой народ, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Девять сект и восемьнадцать школ Цзянху, а также бесчисленные аристократические роды совершенствующихся по этой причине вообще не подозревали о существовании какой-то там секты Цинсюань.

В эту же эпоху, охваченную пламенем войны, это уединённое место, напротив, наслаждалось временным покоем.

До тех пор, пока в один прекрасный день на гору не поднялась женщина, чтобы просить об ученичестве.

Глава секта Сюань Цинцзы сидел на главном месте и, глядя на стоявшую внизу девушку редкой, ошеломляющей красоты, прищурил старые глаза, а во взгляде его мелькнуло изумление.

Остальные старейшины точно так же жадно разглядывали женщину своими вороватыми глазёнками.

Сюань Цинцзы про себя подумал:

— Мой Великий Закон Парного Культивирования Вселенной наконец-то нашел себе применение.

Не только они — ученики секи, завидев эту женщину, тайком сглатывали слюну.

Не говоря уже о её внешности, одна лишь эта фигура с выдающейся грудью и округлыми бедрами, изящная и соблазнительная, — даже в мире совершенствования, где после закалки костей и очищения мозга заново формируют тела, едва ли нашлось бы много тех, кто обладал бы столь чарующей грацией.

Просто душу вон вынь.

Вот только выражение лица у женщины было холодным, и, поднимаясь в секту ради ученичества, она не опустилась на колени, а вместо этого стояла прямо.

При встрече с главой она даже не поприветствовала его поклоном, а её горделивая осанка создавала ауру человека, находящегося высоко на облаках и недоступного для мирской грязи — такую, перед которой пасовали многие старейшины секты, включая самого главу.

Она действительно пришла сюда учиться?

Сюань Цинцзы отбросил свои грязные мысли, легко кашлянул и произвел:

— Кхм, э-э… Девушка проделала столь долгий путь специально для того, чтобы вступить в мою секту Цинсюань, и помыслы её чисты.

— Я вижу, что у девушки прекрасная природная кость и выдающийся корень духов. Старик уже несколько сотен лет не принимал учеников, но на этот раз я сделаю для девушки исключение, вновь открою врата горы и приму тебя в качестве внутренней ученицы.

Несколько старейшин были против — все они знали истинную подоплёку друг друга и прекрасно понимали, у кого какие мысли на уме.

Они тут же наперебой начали выражать недовольство.

— Старший соученик, ты и так уже принял столько внутренних учеников! Какие еще врата горы, не смеши людей до боли в зубах.

— Верно! Моя ветвь еще не получала хороших учеников, а тут сама судьба благоволит. Как раз у меня есть одно утонченное уединение… то есть, кхм, заклинание, которое я хочу ей передать, так что никто со мной не смей спорить.

— Старый чёрт, кончай со своими фокусами! Твоё заклинание годится разве что улицы подметать, ступай прохлаждайся в сторонке.

— Ах ты, я говорю тебе…

Старики заспорили. Жажда женской красоты была одной причиной, но её природный талант оставался важнейшим фактором.

В конце концов, из секты Цинсюань еще никогда не выходило хороших учеников, но если вырастить гениального мастера…

То прославиться на весь мир и занять первые места можно было ожидать уже в самое ближайшее время.

Женщина внизу слегка нахмурилась, от этого галдежа у неё разболелась голова.

Она подняла мизинец и поковыряла в ухе, выглядя совсем не как благородная девица, а скорее как человек из Цзянху.

Холодным голосом она произнесла:

— Хватит спорить.

Голос был негромким, но эхо в главном зале всегда разносилось очень гулко, и они расслышали его предельно отчетливо.

Услышав её лишённые всякого почтения слова, старики на мгновение остолбенели.

Воспользовавшись этим, женщина озвучила цель своего визита.

— Я пришла в секту Цинсюань, чтобы стать привратницей, и не интересуюсь ролью ваших учеников.

Сюань Цинцзы подумал, что ослышался.

— Что? Повтори ещё раз?

Женщина повторила:

— Я хочу стать привратницей, причём у задних ворот. Прошу главу удовлетворить мою просьбу.

Услышав это, старики разразились громким смехом, а ученики тоже не смогли сдержать веселья.

И без того шумный главный зал сделался ещё громче.

Один из учеников вышел вперёд, чтобы просветить её:

— А ты вообще знаешь, кто такие привратники у задних ворот? Это те, кто стережет главные ворота, они даже формальными учениками не считаются, в лучшем случае — разнорабочие. Кроме начальной ступени Ци, им не дозволено изучать никакие заклинания, да вдобавок приходится выполнять всю грязную работу по всей секте.

Кто-то другой выступил следом и добавил:

— К тому же, думаешь ли ты, что врата горы имеют хоть какой-то смысл для бессмертных? Кроме простых смертных, которые приходят к подножью послушать наставления, сюда вообще никто не ходит, не говоря уже о задних воротах — это же просто бесполезная глушь, которая служит лишь украшением.

Женщина повернула голову и посмотрела на тех болтливых учеников, и в её взгляде мелькнул поразительный холод.

Оба юноши, только что смеявшихся, в тот же миг почувствовали, будто их сердца упали в ледяной погреб, ощутив пронзительное до боли удушье.

У них со лба сорвалось по две капли холодного пота, и они поспешно отступили назад.

Женщина обратилась к Сюань Цинцзы:

— Именно привратницей у задних ворот. Прошу удовлетворить мою просьбу.

Видя, что она упряма, Сюань Цинцзы беспомощно горько улыбнулся и попытался убедить её с отеческой заботой:

— Девушка, в твои лучшие годы и с твоим выдающимся талантом быть простой служанкой в нашей секте Цинсюань — это слишком унизительно для тебя. Приходи в мою Библиотеку Сутр, сотни заклинаний к твоим услугам, выбирай любые.

— Не нужно.

Терпение женщины, казалось, подходило к концу, и она произнесла:

— Выдайте жетон ученика, после чего я немедленно отправлюсь к задним воротам для вступления в должность.

Тут уже не только Сюань Цинцзы, но и все старейшины сочли, что эта женщина совершенно не умеет ценить доброе отношение.

Тон их речей начал становиться суровым.

— Тебя берут в ученицы, а не издеваются над тобой. Что это за отношение? Не желаешь идти по прямой широкой дороге, а рвёшься в задние ворота старой вазой стоять?

— Именно, не будь же столь неблагоразумна.

— Какая-то бабёнка, а смеет указывать нам тут!

Они привыкли жить развязно, здесь все подчинялись каждому их слову, и даже совершая злодеяния, они видели перед собой лишь простолюдинов, готовых идти за ними следом, поэтому во всех их словах и поступках сквозила разбойничья удаль.

Видя, что по-хорошему договориться не удается, они решили сделать еще одну попытку убедить её добрым словом.

А если договориться окончательно не получится — применить силу.

В конце концов, не впервой.

А фраза о том, что она всего лишь женщина, явно задела нервы самой женщины.

Она подняла взгляд на присутствующих и тихо произнесла:

— Я пришла сюда, чтобы поговорить с вами по-хорошему, и это уже проявило к вам достаточно уважения. Выдайте сейчас же учетон, и тогда позже вы сможете заработать от меня ласковое слово наставник или старейшина.

— Иначе вы очень скоро узнаете, что такое по-настоящему не ценить добро, и что такое участь хуже смерти.

Она говорила с крайним высокомерием, и среди учеников поднялся ропот.

Гнев всколыхнулся в сердцах старейшин, и они уже собирались сорваться.

Как вдруг Сюань Цинцзы торопливо поднял руку и остановил их.

Старейшины недоумённо посмотрели на главу и заметили, что его зрачки сузились, всё тело дрожало, а сам он, уставившись на женщину, боялся даже вздохнуть полной грудью.

Насильно удержав их, он сел прямо, вернул себе праведный вид главы и хозяина секты, перевёл дыхание и вполне прилично спросил:

— У каждого свои стремления. Раз уж девушка душой не лежит к этому, то старику больше нечего сказать. Посмею ли я спросить твоё благородное имя?

Он использовал слово посмею, вызвав у окружающих выражения крайнего оцепенения.

Женщина сложила руки в приветственном поклоне и холодно ответила:

— Сяо Юнь.

— Хорошо, Сяо… соученица, отправляйся в административный отдел за жетоном ученика и базовой техникой вступления в секту, ступай же. У задних ворот дежурит старший соученик, он проводит тебя. Впредь усердно занимайся и практикуйся, надеясь прославить мою секту Цинсюань.

Сяо Юнь ответила поклоном, бросив напоследок:

— Благодарю главу.

И повернувшись, удалилась.

Как только её силуэт полностью скрылся из виду, Сюань Цинцзы тут же обмяк и едва не рухнул со стула.

К счастью, несколько старейшин подхватили его, позволив удержать равновесие.

Они поспешно засыпали его вопросами:

— Старший соученик, эта девчонка проявила такое неуважение, почему ты всё же позволил ей стать какой-то там привратницей? Если бы не твои слова, я бы давно стёр её в порошок прямо на месте!

— Именно, старший соученик, ты часом не выжил ли из ума?!

Сюань Цинцзы тут же свирепо огрызнулся:

— Это вы выжили из ума!

Усевшись поудобнее, он отослал всех учеников и выложил всё, что только что понял, как на духу:

— Эту женщину только что невозможно было разглядеть насквозь, на самом деле она скрывала свою культивацию. Если бы я тогда не пошёл у неё на поводу, она бы уже учинила здесь бойню и залила нашу секту Цинсюань кровью!

— Что?!

Старейшины переглянулись.

— Да я гляжу, кроме смазливой мордашки, у неё от силы чуть больше таланта, чем у обычных людей, но духовное дыхание отсутствует напрочь, ци течет беспорядочно, она даже хуже новоприбывшего ученика! Какая же она могущественная мастерица?

Руки Сюань Цинцзы всё ещё дрожали, и он с предельной серьезностью произнес:

— Когда совершенствующийся достигает высшего мастерства, скрывать своё дыхание совсем не сложно.

— Но эта женщина лишь слегка продемонстрировала свою силу, и её божественное сознание лишь легким мановением прошлось по моему телу, как тут же развеяло в ничто добрую долю моей Магической Силы! Разве такой ангел смерти — не могущественный мастер?

Услышав подобный вывод, те самые старейшины, что только что пылали яростью, перепугались до полусмерти.

Они задрожали и спросили:

— Но, старший соученик, если эта женщина — старший и могущественный мастер, зачем ей понадобилось приходить в нашу секту Цинсюань и становиться какой-то жалкой привратницей?

Сюань Цинцзы с трудом сглотнул слюну:

— Спроси меня, откуда я знаю! Короче говоря, раз уж она явилась, давайте пока подыграем ей, а там будем смотреть по обстоятельствам. Пойду-ка я сперва разведаю её подноготную.

— Понятно.

http://bllate.org/book/23277/2500441