Готовый перевод The Curse of the Rotting Spirit Prequel / Прелюдия к Проклятию Гниющего Духа: Глава 20

Фань Инь проболела целых два дня, прежде чем ей стало лучше. Как только она смогла встать на ноги, Ань Цин заставила её полчаса просидеть в горячем источнике, чтобы с помощью внутренней энергии изгнать остатки холода из тела.

После нескольких дней восстановления Фань Инь чувствовала себя бодрой и полной сил. Но больше всего её поражало то, с каким взаимопониманием переглядывались и улыбались друг другу Ань Цин и Хун Чоу — разве похоже, что они познакомились совсем недавно?

Неужели за эти дни госпожа Ань Цин успела принять Хун Чоу в ученицы?

В этот момент Ань Цин обучала Фань Инь искусству нитей колдовства и гу. Заметив, что взгляд девчонки постоянно блуждает между ней и Чи Фэй, Ань Цин нахмурилась:

— А-Инь, о чём ты задумалась?

— А? — Фань Инь перевела взгляд с Хун Чоу на лицо Ань Цин. — Госпожа, вы тоже взяли Хун Чоу в ученицы?

— Ты думаешь, стать моей ученицей так просто? — Ань Цин ловко ушла от ответа. Она слегка поманила пальцем стоящий поодаль кувшин, и тот послушно перелетел ей в руку. — Вот твоё сегодняшнее задание. Не справишься — останешься без ужина.

Фань Инь посмотрела на керамический кувшин, стоявший в нескольких чжанах от неё, и надула губы:

— Госпожа… я…

— Сосредоточься, используя технику, которой я тебя учила, и достигни единения духа с нитями колдовства и гу. Если ты даже этого не можешь, как ты собираешься управлять марионеткой в будущем? — Сказав это, Ань Цин поднялась и подошла к Чи Фэй, одарив ту мягкой улыбкой: — Мне нужно отлучиться в Юнчэн. Присмотри за ней.

Не говоря уже о её нынешнем статусе, даже будь она Великим Жрецом Двух Граней Небесного Дворца, у неё не было причин отказывать госпоже. Поэтому Чи Фэй с улыбкой приняла поручение:

— Слушаюсь.

…

Фань Инь проводила Ань Цин взглядом. Она покосилась на Хун Чоу, которая стояла неподалёку, прямая, как сосна. Девушка хотела было спросить, умеет ли та пользоваться нитями колдовства и гу, но застеснялась. Снова посмотрев на кувшин, она изо всех сил махнула рукой, пытаясь притянуть его к себе, но тот даже не шелохнулся.

Спустя полчаса движения Фань Инь стали куда изящнее, но кувшин оставался неподвижен.

Чи Фэй наблюдала за всем этим процессом. Глядя на беспомощность Фань Инь, она вспомнила себя в годы обучения здесь. В конце концов, она не выдержала и сделала шаг навстречу:

— Использование нитей колдовства и гу на самом деле не зависит от движений тела. Ты хоть раз видела, чтобы госпожа совершала какие-то лишние жесты, когда применяет их?

Эти слова словно открыли Фань Инь глаза. Она обернулась и спросила:

— Тогда в чём же секрет?

— Неужели ты забыла, как формируются нити колдовства и гу? — напомнила Чи Фэй. — Кровавый договор — это не только кормление, это ещё и духовная связь. Если ты не передашь свою волю, как они смогут тебе помочь?

— То, что я хочу сделать… — повторяла Фань Инь, кусая губы. Она снова посмотрела на кувшин и зажмурилась. Отбросив все лишние мысли, она сосредоточилась лишь на желании притянуть сосуд к себе. И прежде чем она успела пошевелить пальцем, кувшин с тихим свистом пронёсся по воздуху и оказался прямо перед ней. Она тут же подхватила его в объятия.

Чи Фэй не ожидала, что девчонка схватывает всё на лету, и на её губах появилась довольная улыбка.

Фань Инь смотрела на кувшин в своих руках, поражённая:

— Как это возможно…

— В этом мире существует три вида гу. Первый — это гу, спасающие жизни, их называют лекарственными гу. Второй — вспомогательные, например, Гу Кровавого Договора или Гу-Шелкопряд, которые у тебя есть. А третий вид — это гу, несущие смерть. Они убивают без следа, а способы их выращивания крайне жестоки.

— …Убивать? Убивать людей?

— На самом деле, всё зависит от человека, который использует гу. Если у тебя нет злых намерений, то даже владея смертоносными техниками, ты не станешь ими пользоваться. Но если в сердце затаилось зло, то нити колдовства и гу станут невидимым орудием убийства. — Чи Фэй повторила слова, которые когда-то ей говорила Ань Цин. Вспомнив наказ госпожи, она мягко улыбнулась: — Продолжай тренироваться. Овладение единением духа — это только начало.

Фань Инь пристально посмотрела на лицо Чи Фэй и вдруг рассмеялась:

— Ты сейчас так похожа на госпожу. Не волнуйся… я точно не подведу её.

Чи Фэй на мгновение замерла, не ожидая такой внезапной реплики.

…

Небо над Юнчэном затянуло тяжёлыми тучами, начался мелкий моросящий дождь. Ань Цин, пришедшая в Зал Пяти Врат, чтобы передать весточку в Павильон Инь-Ян, случайно услышала от главы отделения новости о назначении Великого Жреца Небесного Дворца. Замысел Главы Павильона становился всё более непостижимым.

Однако это позволило подтвердить одну вещь: имя Великого Жреца Двух Граней, Чи Фэй, в своё время наделало много шума. Обычные люди сочли бы это просто случайным совпадением имён.

Но как на это посмотрят те, кто ищет скрытый смысл?

— Есть ли какие-нибудь новости от Главы Павильона? — Ань Цин передала главе отделения запечатанный бамбуковый тубус.

— Госпожа, будьте спокойны. Если появятся вести от Главы Павильона, мне не нужно будет напоминать — почтовые соколы со станции Когтя Орла сразу оповестят вас своим криком. — Глава отделения передал бамбуковый свиток своему заместителю Лин Куаню: — Немедленно скачи на станцию Когтя Орла и отправь это в Павильон Инь-Ян.

Лин Куань принял свиток и склонил голову:

— Слушаюсь.

Ань Цин, доверяя эффективности Зала Пяти Врат, слегка улыбнулась:

— Тогда благодарю за труды.

Глава отделения проводил Ань Цин до самого выхода:

— Счастливого пути, госпожа.

Ань Цин вышла из здания охранного агентства, раскрыла зонт и направилась за город. Проходя мимо лавки с жареными лепёшками, она вспомнила о Фань Инь и купила две порции.

Всё это, включая саму Ань Цин, не ускользнуло от глаз одного заинтересованного лица.

Однако внимание этой женщины было приковано не к уходящей Ань Цин, а к Лин Куаню, который выводил лошадь из задних ворот агентства.

Местность за пределами Юнчэна была в основном равнинной. Из-за усиливающегося дождя земля превратилась в жидкую грязь. Женщина под зонтом внимательно осмотрела свежие следы копыт, а затем подняла взгляд на далёкую одинокую гору и исчезла на месте.

До почтовой станции Когтя Орла, через которую передавали сообщения в Павильон Инь-Ян, нужно было перевалить через гору. В ясную погоду путь занимал полтора часа, но из-за проливного дождя Лин Куаню пришлось укрыться в беседке у подножия. Каково же было его удивление, когда, войдя внутрь, он увидел там женщину в белых одеждах.

Они обменялись взглядами, не проронив ни слова.

Лин Куань бегло оценил наряд и манеры незнакомки, задаваясь вопросом, что она делает одна в этой глуши, но, вспомнив, что с восточной стороны горы есть деревня, успокоился. Как только он отвернулся, чтобы проверить седло, мелкий весенний дождь словно замер.

Женщина в белом сделала шаг, отвела рукой капли дождя, достала из притороченного к лошади ящика бамбуковый тубус, прошептала Заклинание Снятия Печати и легко откупорила его. Прочитав содержимое, она довольно улыбнулась.

…

Дождь, падая в грязь, издавал звук, похожий на девичий шёпот. Лин Куань почувствовал лёгкое головокружение, а когда обернулся, женщины, стоявшей позади, и след простыл.

Будучи заместителем главы отделения Зала Пяти Врат, он повидал немало странностей. Инстинктивно он первым делом проверил бамбуковый свиток — тот был цел и невредим. Лин Куань вздохнул с облегчением, но тревога от увиденного не отпускала. Не задерживаясь, он поспешил под дождём к станции Когтя Орла.

Женщина в белом переместилась в бамбуковую рощу и, стоя под зонтом посреди двора, склонила голову:

— Приёмный отец, человек, остановившийся в Юнчэне — это Ань Цин, Второй Счетовод из Саньцинсуань. Она уже заметила следы младшей сестры.

— Ещё в тот вечер я почувствовал, что кто-то находится напротив, но она так хорошо скрывалась, что я не придал значения. Не ожидал, что это Ань Цин. — Голос из дома по-прежнему звучал как чревовещание. Человек крутил в руках почти законченную деревянную фигурку. Помолчав, он спросил: — Она одна?

— С ней девушка по имени Фань Инь, судя по всему, ученица Ань Цин.

— Фань Инь… — произнёс мужчина, отложил фигурку, взял другой кусок дерева и продолжил работу.

В небе сверкнула молния, вслед за которой раздался грохот грома. Женщина в белом молча стояла под зонтом, ожидая указаний.

Прошло около времени, необходимого для заваривания чая, прежде чем из окна вылетела какая-то вещь. Женщина поймала её, и тогда раздался голос приёмного отца:

— В Павильоне Инь-Ян должности Великих Жрецов обеих сторон долгое время пустовали. А раз Ань Цин когда-то обучила Великого Жреца Двух Граней, то, вероятно, Фань Инь станет одной из них в будущем.

— Прошу приёмного отца дать указания.

— Ань Цин всего лишь один из трёх Счетоводов. Мне любопытно, как ей удаётся воспитать столь выдающихся людей. Неизвестно даже, смогла ли она предсказать себе такую беду. Раз уж она хочет уничтожить Павильон Инь-Ян, существование Великого Жреца нужно пресечь в самом начале. — Голос мужчины стал низким, в нём послышался холодный смешок. — Гу Бо, отправь людей на гору Вофэн для разведки. Если не удастся совершить покушение, по крайней мере, пусть смертники запомнят лицо Фань Инь. Великий Жрец… поистине смешно.

Гу Бо посмотрела на изящную деревянную фигурку в своих руках — лицо было точь-в-точь как у той женщины, которую она видела сегодня. Теперь, имея этот образец, обученные смертники будут знать, как выглядит этот Счетовод из Саньцинсуань.

— Слушаюсь.

…

Когда Ань Цин вернулась в усадьбу, уже стемнело.

Едва она переступила порог, как её окутал аромат еды. Не успела она сделать и пары шагов, как пакеты с жареными лепёшками оказались в руках Фань Инь.

Фань Инь прижала их к себе, вдохнула запах и радостно воскликнула:

— Это жареные лепёшки!

Ань Цин взглянула на свои пустые руки и улыбнулась:

— Неплохо. Похоже, сегодня есть небольшие успехи.

— Госпожа, откуда вы знали, что я люблю жареные лепёшки? — Фань Инь подбежала к ней, уже успев достать кусочек и с наслаждением пробуя его. — Как же вкусно!

Ань Цин лишь улыбнулась в ответ и спросила:

— А она?

— Готовит ужин. Днём, когда вы не вернулись, я освоила управление нитями колдовства и гу, и мы с Хун Чоу ходили на реку рыбачить. Сегодня вечером будет рыбный суп. — Фань Инь протянула лепёшку Ань Цин: — Госпожа, тоже попробуйте.

— Ешь сама, я подожду супа. — Ань Цин ушла в свою комнату переодеться, а затем заглянула на кухню, где хлопотала Чи Фэй: — Помощь нужна?

Чи Фэй бросила на неё взгляд и мягко улыбнулась:

— Лучше не надо. Твоя помощь только добавит мне суматохи.

Ань Цин усмехнулась:

— Кстати, я купила два кувшина вина.

— Тогда я приготовлю ещё две закуски.

— Умница.

…

Неизвестно почему, но ужин в этот вечер показался необычайно вкусным. Может, потому, что Фань Инь освоила нити колдовства и гу, а может, из-за вина — на лицах всех троих сияли улыбки.

Ань Цин держала чарку, глядя на пейзаж вокруг горячего источника. В глубокой ночной тьме не было огней, лишь чернильный туман, напоминающий человеческие сердца, скрытые за вуалью — кто знает, какие демоны и духи там таятся?

Ань Цин помрачнела:

— Интересно, как долго продлятся такие безмятежные дни?

Фань Инь, не привыкшая к алкоголю, уже была навеселе. Услышав вопрос, она пробормотала:

— Очень, очень долго.

Ань Цин поставила чарку и поддержала девчонку, которая уже начала оседать:

— С такой головой до вина лучше не дотрагиваться. — Она посмотрела на Чи Фэй: — Я отнесу её в комнату.

Когда Ань Цин вернулась, едва уложив Фань Инь, она заметила, что Чи Фэй исчезла, как и закуски со стола. Увидев, что в её собственной комнате горит свет, Ань Цин невольно улыбнулась.

— Почему ты у меня в комнате?

Чи Фэй, потягивая вино из чарки, внимательно разглядывала Ань Цин, стоявшую у двери, и с улыбкой протянула руку:

— Полюбовалась луной, теперь пришло время полюбоваться тем, кто мне дорог.

Ань Цин подошла, взяла Чи Фэй за руку и села рядом:

— Язык у тебя остёр.

Чи Фэй наклонилась и поцеловала Ань Цин в губы, слегка прикусив их, а затем отстранилась:

— Госпожа ошиблась. Сейчас на моих губах только аромат вина, а не сладость.

— Ты…

— При Фань Инь мне приходилось сдерживать свою тоску по тебе. Теперь, когда этот чертёнок спит, неужели ты не уделишь время мне?

— Чертёнок? — Ань Цин посмотрела на юное, нежное лицо Чи Фэй и рассмеялась. — Сейчас ты и сама как чертёнок.

Единственное, что сейчас не устраивало Чи Фэй — это её вечно молодое тело. Раньше она не придавала этому значения, но теперь, рядом с Ань Цин, разница казалась слишком заметной.

— Я вовсе не чертёнок.

Ань Цин, воспользовавшись случаем, наклонилась и прошептала ей на ухо:

— Неважно, я подожду, пока ты вырастешь.

Лицо Чи Фэй вспыхнуло:

— А-Цин…?

В глазах Ань Цин отразилось глубокое чувство. Она приподняла подбородок Чи Фэй, коснулась мочки её уха и, склонившись для поцелуя, прошептала:

— Малышка Фэй.

http://bllate.org/book/23266/2498881