Готовый перевод Your Highness, you mustn't! / Ваше Высочество, ни в коем случае!: Глава 5.1 Медицинские способности.

Императорский цензор Цуй нарочно перевёл Шэнь Ляня из дворца на службу, сославшись на опасения, что юный возраст и высокомерие, отсутствие должных манер могут оскорбить высоких господ при дворе.

Но в глубине души все понимали: вдовствующая императрица была явно потрясена медицинским даром Шэнь Ляня ещё в прошлый раз, а несколько дней назад прямо спрашивала, почему не видит молодого лекаря. Если Шэнь Лянь и дальше будет привлекать к себе внимание, этот врач, проработавший в Императорской больнице меньше полугода, вскоре сравняется по положению с её директором или главным чиновником.

На первый взгляд, Цянь Мао и императорский лекарь Цуй держались одного мнения, но на деле было бы неплохо, если бы нашёлся тот, кто смог бы подорвать устоявшуюся власть в Императорской медицинской академии. В конце концов, императорский лекарь Цуй не считал Цянь Мао своим, а тот уже шесть лет не получал повышения. Сколько даров он ни раздаривал — будущее оставалось туманным.

Оглядываясь назад, можно было сказать: Шэнь Лянь, юный врач, способный поразить всех своим искусством, куда бы ни направил стопы, вполне мог стать тем самым исключением в Императорской медицинской академии.

Пусть этот парень возглавит атаку — и поглядим, как Дин Цуй сумеет с ней справиться. А если по справедливости, то будь Шэнь Лянь способен занять высший пост в Императорской больнице, Цянь Мао было бы куда проще завоевать расположение такого простодушного юноши. Что касается того, чью сторону занять, — придётся подождать и посмотреть. В конце концов, Шэнь Лянь искусен в лечении, но не хватает ему хитрости, а потому он легко поддается чужим влияниям.

«Воистину радостное событие», — произнёс Цянь Мао с очень серьёзным лицом и даже оправдал Шэнь Ляня за то, что тот приберёг награду для себя: «Его Высочество принц Си, должно быть, так обрадовался, что даже не прислал никого уведомить дежурную часть. Ничего страшного, я внесу запись о заслугах Шэнь Ляня в медицинскую карту резиденции принца Си и передам её вышестоящему начальству на рассмотрение. Это непременно поможет тебе получить повышение на одну ступень в конце года».

Шэнь Лянь заколебался, не вполне понимая, что происходит. Впервые начальство Императорской медицинской академии отнеслось к нему так благосклонно. Обычно чем больше наград он получал, тем сильнее его бранили. Почему же сегодня всё вдруг стало иначе?

Но он вовсе не хотел фиксировать это достижение: чем меньше людей узнает о награде в десять таэлей серебра, тем лучше. Благодаря своему искусству он не останется без возможностей отличиться, а вот встретить столь щедрого принца снова будет непросто. Он просто боялся, что начальник заставит его вернуть эту крупную сумму в двадцать тысяч юаней, ведь таких денег он давно не держал в руках.

Однако Цянь Мао лишь похлопал его по плечу: «Ты много потрудился. Уже поздно, сегодня не твоя смена. Ступай и расскажи отцу добрую весть». Шэнь Лянь, чувствуя лёгкое головокружение, покинул дворец, храня в кармане внушительное сокровище — десять таэлей серебра.

Только что закончив готовить последнее блюдо, старик Шэнь Цзайю вышел из кухни, снял с плеча полотенце, отер пот со лба и бесстрастно оглядел стол с блюдами и вином посреди небольшого дворика. Большинство блюд были из бобовых. По краям — арахис и размятые огурцы, а из мясного в центре — тарелка яичницы-болтуньи, тарелка свиной головы и горшок тушёного куриного супа.

Этот банкет был лишь торжеством по случаю повышения. После долгих лет службы в Государственном церемониальном суде старший сын, Шэнь Ао, наконец, поднялся с должности рядового чиновника до более высокого ранга. Подобно отцу, он взошёл с низкого девятого чина, и жалованье его выросло с тридцати пяти ши до пятидесяти ши, что примерно равнялось десяти таэлям серебра. К тому же младший сын, Шэнь Лянь, теперь мог содержать себя сам.

До поступления в Императорскую медицинскую академию все хвастались, что это доходное место. И верно: когда младший сын только приступил к службе, его ежемесячное жалованье было выше, чем у отца и старшего брата вместе взятых. Но почему-то чем хуже работа в других местах, тем больше люди толстеют. А его простодушный младший сын, напротив, становился всё беднее по мере того, как больше трудился. Старик очень беспокоился за его репутацию, а потому после устройства на службу Шэнь Лянь отказался от денег, что давал ему отец, притворяясь богатым и говоря, что денег у него больше, чем он успевает тратить.

Но каждый раз, возвращаясь домой, старик Шэнь заглядывал в западное крыло и видел младшего сына, погружённого в чтение медицинских книг, жующего простые паровые булочки и запивающего их обычной водой. Меньше полугода он проработал в Императорской больнице, а некогда пухлое лицо его младшего сына заметно осунулось.

Когда тот только поступал в Императорскую медицинскую академию, десяток банкетов, что задала семья, стоили всех накопленных сбережений. Родня с нетерпением ждала возможности извлечь выгоду из этого, и старик думал, что младший сын тоже стремится прославиться благодаря такому месту.

«Почему…» — старик Шэнь обернулся к главной комнате и крикнул: «Аози! Аози! Где подносы с вином? Почему их до сих пор не поставили?»

«Куда же так спешить!» — недовольно отозвался молодой человек из дома. Из главной комнаты вышел высокий мужчина с красивыми чертами лица, брови и глаза которого напоминали Шэнь Ляня, но были более резкими и выразительными. Он нёс два блюда с винными чашами. С недовольным видом он пробормотал: «Кувшин вина размером с ладонь, а мне нужно разлить его более чем на дюжину чаш, и ещё останется. Как я должен вам эти фокусы показывать?»

«Почему бы просто не добавить в вино немного воды?»

«Выдержат ли оно такое разбавление?» — посетовал Шэнь Ао. «Это всё равно что добавить немного вина в воду». Отец и сын препирались, ставя на стол чаши для вина.

Шэнь Ао небрежно сел за главный стол и, глядя на тарелку со свининой в центре, рассмеялся: «Папа, ты так тонко нарезал эту свиную голову, что она стала прозрачной, как крыло цикады! Зачем ты так её разложил? Чтобы порция казалась больше? Но разве не будет заметно, когда её возьмёшь палочками? С твоим умением работать ножом её, пожалуй, и не подцепишь».

Старик Шэнь закатил глаза: «Курица есть, свинина, яйца, тофу, арахис, огуречный салат — всё здесь есть, а ты ещё ворчишь? Что, сдал императорский экзамен и стал лучшим учёным?»

«Эй!» — Шэнь Ао нетерпеливо посмотрел на него: «Прекрати, старик, ты опять пытаешься втянуть меня в это? Я не просил тебя устраивать мне банкет по случаю повышения. Ты сам настоял на приглашении родни, а теперь хочешь обвинить меня в этой услуге? Меня лишь повысили в звании — какой смысл устраивать пир?»

Старик Шэнь раздражённо покачал головой: «Это потому, что твой третий дядя уже проведал о твоём повышении. Он сказал, что не зря похвалил тебя перед стариком Цю. Как я мог не оценить этого?»

«Забудь об этом! Это место в подготовительном классе — награда, которую я заслужил, три месяца проведя на снегу, терпя леденящий холод и сдирая с себя несколько слоёв кожи. Какое это имеет отношение к нему?»

«В конце концов, он был высокопоставленным чиновником в Государственном церемониальном суде. Мы с братом служили под его началом и получили повышение. Он сказал, что заслуживает за это похвалы. Как я мог это отрицать?» — старик Шэнь похлопал старшего сына по плечу: «Мы все родственники. Ему приятно приписывать себе все заслуги, и это ещё способ наладить отношения с нами, бедными родичами. Оставь его в покое. Угостить его домашней едой — не проблема».

«Второй брат!» — раздался громкий и радостный голос за дверью, после чего последовал настойчивый стук.

«Иди сюда!» — старик Шэнь тут же изобразил льстивую улыбку, но его старший сын надавил ему на плечи и заставил снова сесть.

http://bllate.org/book/23168/2743559