Готовый перевод I Am the Master of Quick Transmigration / Я — босс всех миров: Глава 18

Чернокожие телохранители втиснули Фан Чи на заднее сиденье Майбаха, и кортеж покинул виллу Му Сытина.

Едва автомобиль отъехал, как из переулка выскочил красный спортивный болид. Резко затормозив, он остановился прямо перед воротами виллы. Цзян Чэнь, сидевший за рулем, сорвал с лица темные очки и впился взглядом в удаляющийся Майбах. Лишь спустя долгое время он опомнился и дрожащими руками полез за телефоном, бормоча себе под нос:

— Беда, просто беда! Если Фан Чи попал к нему в руки, добра не жди!

Не успел он договорить, как уже набрал номер Му Сытина. Гудки шли один за другим, но трубку никто не брал. Цзян Чэнь в ярости колотил по рулю, мечтая провалиться сквозь экран телефона, лишь бы узнать, чем занят Му Сытин. Он позвонил трижды, и каждый раз — тишина.

Когда он уже собрался ехать в офис к Му Сытину, тот внезапно перезвонил сам. Цзян Чэнь тут же схватил телефон и закричал:

— Алло, дорогой, катастрофа! Твоего маленького любимца утащил этот дьяволенок!

На том конце воцарилась пауза, после чего раздался голос Гу И:

— Господин Цзян, я не совсем понимаю, о чем вы.

Услышав Гу И, Цзян Чэнь пришел в ярость:

— Гу И, мне нужен ваш босс! Где Му Сытин? Почему ты отвечаешь на его звонки?

Гу И дернул уголком рта, но сохранил вежливый тон:

— Господин Цзян, господин Му сейчас на очень важном совещании, которое продлится еще минимум два часа. Вы можете передать всё мне.

Цзян Чэнь снова ударил по рулю и выпалил:

— Фан Чи похитил Айвэнь! Ты же знаешь этого парня лучше меня — если Фан Чи оказался у него, кто знает, каким пыткам он его подвергнет!

Не дожидаясь ответа, Цзян Чэнь бросил трубку и помчался в ту сторону, куда скрылся Майбах.

Спустя десять минут черный Майбах остановился перед частным клубом. Айвэнь вышел из машины, телохранители вывели Фан Чи и, не отпуская его, последовали за своим хозяином внутрь. Администратор клуба, завидев Айвэня, в страхе бросился навстречу:

— Босс! Босс, вы вернулись!

Айвэнь, не меняясь в лице, сбросил пальто и небрежно бросил его в сторону. Администратор тут же подхватил одежду и, бережно прижимая ее к груди, засеменил следом.

В холле какой-то подвыпивший гость спорил с девушкой за стойкой бара:

— У меня полно денег! Почему я не могу пройти в самый дальний вип-зал?

Мужчина был средних лет, с оплывшей фигурой и ремнем от Hermes, который нелепо перетягивал его огромный живот, лишая образ всякой солидности. Он с грохотом бросил на стойку банковскую карту и рявкнул на перепуганную девушку:

— Быстро проводи оплату, ты что, не слышала?

Девушка не решалась взять карту и продолжала извиняться:

— Простите, сэр, но по правилам клуба этот зал никогда не открывается для гостей.

Это было незыблемым правилом: никто и никогда не мог занять последний вип-зал. И за всю историю клуба еще не появлялось человека, способного его открыть.

Администратор, бледнея, украдкой взглянул на Айвэня, надеясь, что тот просто пройдет мимо. Этот мужчина был выскочкой, недавно разбогатевшим на торговых сделках, и, по слухам, имел могущественных покровителей наверху, с которыми никто не хотел связываться.

Но, к несчастью, Айвэнь не прошел мимо. Он остановился у стойки. Ноги администратора подкосились, ладони мгновенно вспотели.

Айвэнь бросил взгляд на мужчину и неторопливо подошел к бару. Девушка, работавшая здесь недавно, не узнала его и, приняв за обычного клиента, вежливо спросила:

— Добрый день, вы хотите забронировать зал или у вас уже есть заказ?

Айвэнь слегка улыбнулся, скользнул взглядом по толстяку и небрежно бросил:

— Откройте последний зал.

Девушка чуть не рухнула на пол. Мало того, что нашелся один наглец, так теперь еще и этот! Но прежде чем она успела прийти в себя, администратор уже метнулся за стойку, достал ключ-карту от последнего зала и дрожащими руками протянул ее Айвэню:

— Босс, вот ваша карта.

Девушка остолбенела: этот парень, который на вид едва перешагнул двадцатилетний рубеж, был владельцем клуба!

Однако толстяк не унимался. Увидев, что Айвэню выдали карту, он взревел:

— На каком основании?! Почему ему можно, а мне нельзя? Эй, ты! Я хочу эту карту, называй цену, сколько хочешь!

Айвэнь с презрением взглянул на него, не удостоив ни словом, и развернулся, чтобы уйти. Мужчина, почувствовав себя оскорбленным, схватил Айвэня за рукав:

— Я с тобой разговариваю, оглох, что ли?

Айвэнь опустил взгляд на руку на своем белом пиджаке и нахмурился:

— Считаю до трех. Один. Два…

— Ты что удумал? Не думай, что я тебя испугаюсь! — перебил его мужчина, принимая угрожающую позу.

Айвэнь вдруг странно улыбнулся:

— Ты сам выбрал этот путь.

Мужчина не успел понять смысла слов, как вдруг с невероятной силой был впечатан в мраморный пол. Удар головой о камень прозвучал пугающе глухо.

— А-а-а! — взвыл мужчина.

Айвэнь даже не взглянул на него. Отряхнув пальцы, он зашагал прочь, бросив через плечо:

— Выкиньте его отсюда. И чтобы ноги его здесь больше не было!

Администратору пришлось собирать остатки мужества и приказывать охране вытащить мужчину вон. Тот, хватаясь за разбитую голову, продолжал вопить:

— Погоди! Я заставлю тебя пожалеть об этом!

Айвэнь остановился, обернулся и холодно усмехнулся:

— Тот, кто пытался стать мне отцом в прошлый раз, уже мертв.

В коридоре воцарилась гробовая тишина.

Администратор, дрожа, следовал за Айвэнем, пока тот не открыл дверь последнего зала. Лишь тогда он украдкой вытер холодный пот со лба.

Внутри охрана швырнула Фан Чи на темно-красный кожаный диван. Вскоре официанты принесли вино, фрукты и ведерко со льдом. Айвэнь сел в центре, посмотрел на все еще безжизненного Фан Чи и щелкнул пальцами:

— Пора разбудить нашего гостя.

Телохранитель понял намек, взял ведерко и, не колеблясь, вылил ледяную воду прямо на голову Фан Чи. Кусочки льда посыпались на грудь, несколько штук завалились за распахнутый ворот рубашки.

Фан Чи вздрогнул от ледяного шока, очнулся и сдавленно охнул, широко открыв глаза. Поначалу в полумраке зала он ничего не видел, а когда зрение прояснилось, попытался вскочить, но телохранитель тут же прижал его обратно к дивану.

— Кто ты такой? Зачем меня похитил? — выкрикнул Фан Чи, глядя на Айвэня.

Айвэнь лишь мягко улыбнулся, прищурив карие глаза. Он походил на кота, играющего с мышью. Не отвечая, он выждал несколько секунд и негромко спросил:

— Выпьешь?

Фан Чи опешил:

— Я не пью! Отпусти меня немедленно!

Он должен был вернуться домой и дождаться Му Сытина, чтобы обсудить вчерашнюю ночь. И вот теперь, оказавшись в лапах незнакомца, он совершенно не понимал, что происходит. Как бы он ни противился этой мысли, Фан Чи остро чувствовал: этот двадцатилетний юноша связан с Му Сытином очень близкими отношениями.

Айвэнь проигнорировал его слова и махнул рукой. Охранник тут же открыл бутылку виски и наполнил бокал перед Фан Чи. Тот запаниковал и мысленно взмолился Бай Учану. Странно, но обычно появлявшийся в нужные моменты Бай Учан сегодня молчал как воды в рот набрал!

Видя, что охранник подносит бокал к его губам, Фан Чи почувствовал, как по спине пробежал холодок. Неужели он сегодня здесь и сгинет?

Бокал коснулся губ. Фан Чи крепко сжал зубы, отчаянно сопротивляясь, но охранник сжал его челюсть так, что пришлось открыть рот.

— Поаккуратнее, — усмехнулся Айвэнь. — У господина Фан такие нежные губы, они очень дороги.

Охранник замер, почтительно кивнул, но хватку не ослабил. Фан Чи покраснел от гнева — он понял насмешку! Все эти намеки на нежность и дороговизну — не что иное, как издевка над тем, что произошло между ним и Му Сытином прошлой ночью. Хотя, как ни печально, ничего настолько пошлого между ними не было!

Охранник разжал его челюсть и наклонил бокал.

— Господин Фан, это подарок от нашего молодого господина!

Одним резким движением он влил виски в горло Фан Чи. Крепкий алкоголь обжег пищевод, словно раскаленное железо. Фан Чи захлебнулся, но не мог пошевелиться, вынужденный глотать обжигающую жидкость.

Когда бокал опустел, охранник не отпустил его. Коричневые капли виски стекали по подбородку на шею и одежду. Фан Чи задыхался, остатки алкоголя застряли в горле — он покраснел до корней волос, не в силах вдохнуть. Охранник, испугавшись, что тот может задохнуться, вопросительно посмотрел на Айвэня.

Айвэнь пригубил свой бокал и небрежно махнул рукой:

— Хватит, отпустите.

Охранники разжали руки, и Фан Чи рухнул на колени, сотрясаясь в мучительном кашле. Айвэнь наблюдал за ним с таким наслаждением, будто смотрел захватывающий спектакль, слегка приподняв уголки губ.

Когда Фан Чи наконец перевел дыхание и поднял голову, он встретился с этой насмешливой улыбкой. От одного взгляда на нее по спине пробежал мороз. По сравнению с этим жутким выражением лица, он был готов отдать что угодно, лишь бы увидеть вечно холодное, никогда не улыбающееся лицо Му Сытина.

Вспомнив о Му Сытине, Фан Чи снова принялся отчаянно звать Бай Учана. Что за чертовщина с ним сегодня? Хоть бы намекнул, кто такой этот Айвэнь!

Увы, Бай Учан сейчас был не в состоянии услышать его зов. Янь-ван Царства мертвых исчез, вслед за ним пропал и Судья. Скрыть это было невозможно. Небеса, давно желавшие прибрать Царство мертвых к рукам, узнав о случившемся, немедленно отправили одного из небожителей, чтобы тот стал временным правителем. Но хотя Царство мертвых и осталось без лидера, оно не собиралось подчиняться присланному сверху выскочке.

http://bllate.org/book/23166/2480996