Готовый перевод No Cheat Skills, Still Can Conquer Gods / [Англо-американские комиксы] Без читов покорю героя: Глава 7

Этот порыв возник лишь на мгновение. Раз уж предстоит поездка в Нью-Йорк, займет она минимум дня два, так что вещи всё равно придется собрать. К тому же, нужно разобрать покупки из супермаркета, сделанные накануне вечером, да и позвонить Анне — пусть повесит на двери объявление о том, что магазин закрыт на несколько дней. Стоило только задуматься, как навалилась куча дел. Именно так рассуждала Цзянь Синь, великая лентяйка.

— Цзянь Синь, ты встала? — телефон зазвонил рано утром. Она нащупала аппарат, нажала на кнопку и услышала голос одного знакомого человека.

— ... — Цзянь Синь решила, что проспала, но, взглянув на время, чуть не сошла с ума. — У тебя с головой всё в порядке? Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени?

— Ну, пять утра.

— Вот именно, пять! Ты прекрасно осознаешь, что сейчас пять утра! — Цзянь Синь была в ярости. Она села на кровати и принялась колотить по матрасу. — Чжэн Тунъюй, ты хоть понимаешь, что пять утра — это время, когда люди спят? Будить кого-то в такую рань — верх аморальности!

Чжэн Тунъюй испугался:

— Э-э, разве мы не собирались сегодня в Нью-Йорк?

— Разве ради поездки в Нью-Йорк нужно вставать так рано?! — Цзянь Синь отказывалась признавать, что у неё тяжелый подъем, она просто не любила, когда её будят. Да, именно так — не любила.

— Но ведь тебе нужно собраться, позавтракать, потом поймать такси до аэропорта… как раз время и выйдет, — голос Чжэн Тунъюя становился всё тише, он выглядел так, словно его только что отчитали.

Цзянь Синь окончательно сдалась:

— Вы с сестрой — мои личные враги. Поняла, поняла, встаю я уже, господи, бесите!

— Я у твоей двери.

— ... — Цзянь Синь с ненавистью сбросила вызов. Не слышала, и всё тут! Стой там сколько влезет! Конечно, это она только так думала, а сама уже вылезала из-под одеяла, быстро переодевалась и спускалась вниз, чтобы открыть дверь этому остолопу.

Чжэн Тунъюй ждал-ждал и наконец дождался:

— О, Цзянь Синь, доброе утро! Э-э, или недоброе? — увидев смертельно уставший вид женщины, он немного оробел.

— Заходи, а не то будешь стоять там вечно!

— Ага. — Чжэн Тунъюй послушно вошел в дом, передвигаясь как-то неуклюже. Сколько бы лет ему ни было, перед подругой детства он всегда чувствовал себя неуверенно. Почему? Она такая маленькая, а он такой высокий и крепкий, но вот поди ж ты…

Кхм, вероятно, всё дело в психологической травме, полученной еще в детстве, когда они с сестрой были мелкими сорванцами, а Цзянь Синь их отчитывала. Кто же виноват, что при своей миниатюрной внешности она обладала такой зрелой душой.

Цзянь Синь была в отчаянии:

— Садись здесь, смотри телевизор, я еще даже не умылась. — Последняя фраза была буквально процежена сквозь зубы.

Чжэн Тунъюй, сжимая пульт, послушно кивнул:

— Понял. — Его покорность была сравнима с поведением ребенка в детском саду.

Цзянь Синь поспешила наверх, почистила зубы, умылась, нанесла базовый уход, схватила собранный с вечера рюкзак и спустилась в гостиную.

— Завтракал?

— Еще нет, — Чжэн Тунъюй заискивающе улыбнулся. — Слушай, а можно еще одну порцию?

— Ладно. — Цзянь Синь развернулась и ушла на кухню. Настроения готовить с утра пораньше не было, поэтому она просто отварила пельменей. А когда открыла холодильник, нашла остатки хлеба и сделала несколько сэндвичей.

Чжэн Тунъюй уже давно следил за ней хищным взглядом. Как только завтрак был готов, он шустро уселся за стол. Конечно, он не забыл прилежно расставить столовые приборы.

— Иди сам накладывай, сколько хочешь, — Цзянь Синь взглянула на него и окончательно смирилась. Брат и сестра: один — как хаски, другая — как самоед, оба — сплошная головная боль.

— Хорошо! — Чжэн Тунъюй схватил миску и вприпрыжку помчался на кухню. Ха-ха-ха, он съест много-много пельменей, без бульона!

***

— Руководитель, вы уверены, что кто-то придет? Который уже час? — исполнительница главной роли металась из угла в угол. Знай она, что третья актриса такая мелочная, она бы стерпела и не стала с ней ссориться.

Исполнительница второй роли молчала, но её периодические взгляды выдавали, что она далеко не так спокойна, как хочет казаться.

— Может, найдем кого-нибудь здесь, в Чайна-тауне? — занервничал исполнитель главной мужской роли. — Пусть и не идеально, но хоть спектакль не сорвется.

— Нельзя, мы же уже искали, — Чжэн Тунъюй нахмурилась. — Либо не подходят по типажу, либо говорят с сильным американским акцентом. Мы же выступаем для наших, нам нужен аутентичный китайский язык. Не волнуйтесь, мой брат только что звонил, сказал, что они уже в Нью-Йорке и он привезет человека.

— Ну и хорошо.

Только они договорили, как Чжэн Тунъюй заметила своего брата-великана. Она подбежала к ним:

— Брат, Цзянь Синь, вы наконец-то приехали! Я уж думала, не успеете.

— Как мы могли не успеть, если твой брат был у меня под дверью в пять утра? — при упоминании об этом Цзянь Синь снова закипела. Недосып для неё был страшнейшей пыткой. Иначе почему, по-вашему, её магазин открывается так поздно?

Чжэн Тунъюй прекрасно знала привычки Цзянь Синь и посмотрела на брата с благоговением: вот это мощь, он до сих пор жив!

Неизвестно, была ли это братско-сестринская связь, но Чжэн Тунъюй понял взгляд сестры, почесал затылок и сказал:

— Э-э, ну, я вообще-то в командировке, так что я пойду, ха-ха-ха. — Смех ещё раздавался в воздухе, а сам он уже умчался за три версты, только пятки сверкнули.

— Тунъюй, как компания твоего брата до сих пор его не уволила? — Цзянь Синь начала всерьез беспокоиться об интеллекте Чжэн Тунъюя.

Чжэн Тунъюй покачала головой:

— Не знаю, кажется, его там даже ценят?

Цзянь Синь прониклась глубоким уважением к компании Чжэн Тунъюя: действительно, неординарный подход к подбору кадров, снимаю шляпу. Хе-хе, шарашкина контора, долго не протянет.

— Ладно, пойдем скорее, познакомлю тебя с ребятами, порепетируем, — Чжэн Тунъюй потянула Цзянь Синь в театр. — Текста мало, большую часть времени тебе просто нужно будет находиться на сцене.

— Тише, тише, — Цзянь Синь была в недоумении. — Я же уже здесь, никуда не денусь, чего ты так суетишься?

— Ой, время поджимает, быстрей-быстрей! — Если бы Чжэн Тунъюй не помнила о ноге Цзянь Синь, она бы уже неслась во весь опор.

Когда Цзянь Синь увидела сценарий адаптированной версии Легенды о Белой Змее, она лишилась дара речи. С каких пор Белая Змея стала мужчиной, а Сюй Сянь — женщиной? Сяо Цин завела роман с Фахаем… это было… так драйвово! Ха-ха, недаром это её подруга детства, полет фантазии что надо, никакой банальщины.

— Ну как? — Чжэн Тунъюй смотрела на неё сияющими глазами.

— Очень даже неплохо, — Цзянь Синь кивнула. — Ладно, я пойду учить текст, а потом порепетируем вместе со всеми.

— Спасибо, госпожа Цзянь, — Чжэн Тунъюй наконец выдохнула. — Наконец-то мы не провалимся. — Она очень доверяла подруге: чего-чего, а с памятью у той всё было отлично.

— Всё, ты руководитель, у тебя дел невпроворот, иди работай. Как выучу — позову.

— Угу, хорошо, я пошла.

Цзянь Синь взяла сценарий, немного поколебалась, а затем достала телефон и отправила сообщение Хочу. Взглянув на свой допотопный аппарат, она вздохнула: когда же наконец появятся смартфоны? Так не хватает функций, которые были в телефонах будущего, они почти заменяли компьютер.

— Хоч, что случилось? — Гидеон заметил, что Хоч достал телефон.

Хоч дочитал сообщение и убрал телефон:

— Цзянь написала, что она в нью-йоркском Чайна-тауне, просто поставила в известность.

— Я слышал имя Цзянь? — Морган подошел ближе. — Неужели миссис Хоч приехала и привезла нам выпечку?

— Мне послышалось слово выпечка? — Эль тоже подошла.

Джей-Джей и Рид тоже обернулись, и в глазах у всех светилось одно и то же — легендарный взгляд истинных гурманов. Ну, хотя тогда слова гурман еще не существовало.

— Нет, — Хоч с досадой осознал, что стал центром внимания. — Она приехала помочь друзьям, а не привозить мне выпечку. — Если не случится ничего экстраординарного, Цзянь ни за что не отправится в дальнюю поездку в одиночку, она может сидеть дома до скончания веков. Кстати, это выражение она сама его научила.

— О, понятно. — Стоило узнать, что выпечки не будет, как все сникли, даже энтузиазм ловить преступника куда-то испарился.

Гидеон кашлянул, и все мгновенно преобразились, приняв вид серьезных профессионалов.

Цзянь Синь и не подозревала, что её сообщение сбило с толку весь отдел поведенческого анализа, пока репетировала с труппой. Вскоре наступило время премьеры. Она плелась в хвосте — да-да, именно в хвосте! — за главной героиней, второй актрисой и главным героем, выполняя роль живой декорации. Большая часть текста была повторением, и лишь в кульминации было несколько длинных реплик. Она чувствовала себя актрисой десятого плана, а не третьей роли — где это видано, чтобы у третьей роли было так мало слов?

В зале сидели в основном выходцы из Китая, лишь пара человек выделялись цветом волос. Впрочем, было ясно, что это потомки китайцев, потому что спектакль шел полностью на китайском языке, без единого слова по-английски — не зная языка, ничего не поймешь.

Несмотря на то, что это была адаптация легенды, выступление можно было назвать достойным. Чжэн Тунъюй была растрогана до слез, её театральная карьера начиналась прямо здесь, и, как говорила Цзянь Синь, может, она скоро достигнет вершины жизни и выйдет замуж за богатого красавца!

Всё прошло гладко, и Цзянь Синь наконец отпустила напряжение, которое не покидало её с самого приезда в Нью-Йорк. Похоже, проблем не предвидится. Ха-ха, конечно, даже если этот мир опасен, не может же всё идти наперекосяк постоянно.

На следующий день Цзянь Синь захотелось вернуться в прошлое и дать самой себе пощечину: «Чтоб тебе пусто было, каркуша!»

***

Если бы у меня был шанс всё исправить, я бы вернулась в прошлое, врезала бы себе как следует и прокричала: «Нельзя разбрасываться словами, дура ты эдакая!»

Но, к сожалению, у Цзянь Синь не было шанса вернуться назад, поэтому ей оставалось лишь ненавидеть себя за сказанное. Черт возьми, знала бы — прикусила бы язык! А всё почему? Потому что, проснувшись утром и открыв дверь своей комнаты, она увидела труп. Женский труп, и, мягко говоря, зрелище было не для слабонервных.

Это была миниатюрная азиатка, пригвожденная к стене прямо напротив двери. На её лице был странный грим, напоминающий театральный, а на лбу был начертан иероглиф «Луна» — кстати, написанный ужасно некрасиво! Уголки губ покойницы были растянуты в жуткой улыбке, а широко раскрытые глаза смотрели прямо на того, кто стоял перед ней.

Хм, не знаю, то ли психика Цзянь Синь была настолько закаленной, то ли что, но при виде тела у неё возникло лишь чувство: «А, ну конечно, я же накаркала, началось», — и ни капли страха. Более того, она принялась внимательно изучать труп.

— А-а-а! — Чжэн Тунъюй вышла из своей комнаты. Сначала она удивилась, почему Цзянь Синь стоит у двери и не шевелится, а выглянув, увидела труп и зашлась в крике. Несмотря на свою бесшабашность, она всё же была девушкой, и такое зрелище её шокировало.

— Что случилось? Что такое?

— Руководитель, что произошло?

— А-а, труп!

— Это Сяо Юнь, это же Сяо Юнь!

— Звоните в полицию, скорее!

Этот отель держали китайцы, и труппа выкупила его целиком, так что все жили здесь. Крик Чжэн Тунъюй разбудил всех, люди высыпали из номеров и начали узнавать, кто это. Выяснилось, что погибшая — пропавшая третья актриса, Сяо Юнь.

Цзянь Синь молча возвела очи к небу. Ладно, её первой реакцией было изучение тела, а не звонок в полицию — кажется, это не совсем то, что должен делать добропорядочный гражданин? Аллен, прости, кажется, я не лучшая жена для агента ФБР. В будущем я обязательно буду брать пример с вечного школьника и первым делом вызывать полицию и скорую.

Кхм, уместно ли сейчас отвлекаться на такие мысли?

***

— Хоч, — Морган положил трубку, — в Чайна-тауне снова ЧП. В одном из отелей нашли женский труп, тамошние детективы говорят, что это, скорее всего, тот самый наш преступник.

Хоч нахмурился:

— Морган, езжайте с Ридом в Чайна-таун, посмотрите, что там, а я…

— Хоч, я советую тебе поехать с Ридом, — Морган усмехнулся. — Местный детектив сказал, что в отеле живет театральная труппа, сплошь китайцы, и там есть женщина по фамилии Хоч. Я помню, что миссис Хоч как раз в Чайна-тауне.

Когда Хоч женился, весь отдел был на свадьбе, поэтому они помнили ту подругу Цзянь, которая организовала труппу — её способ самопрезентации был слишком уж необычным. Когда они услышали, что Цзянь приехала в Нью-Йорк помогать друзьям, все сразу подумали об этом.

Кхм, на самом деле, каждый запомнил бы манеру Чжэн Тунъюй представляться, а также то, как она мгновенно превращалась в паиньку под взглядом Цзянь Синь. Это было похоже не на дружбу, а на отношения матери и дочери, так что неудивительно, что все всё запомнили.

— Нет, — Хоч покачал головой. — Это помешает ходу расследования. — Хотя он очень беспокоился за жену — он знал, что она очень неуверенно чувствует себя в незнакомой обстановке и наверняка испугается, если его не будет рядом.

Хоч очень хотел быть рядом с Цзянь Синь, но не мог пренебречь обязанностями руководителя группы. Поимка преступника — лучшее решение проблемы.

Гидеон похлопал Хоча по плечу:

— Езжай с Ридом. Вы супруги, она будет доверять тебе больше, может, узнаешь что-то важное.

Хоч подумал и кивнул:

— Хорошо, мы с Ридом немедленно выезжаем. — Он умел разделять личное и рабочее, но не был лишен гибкости, и слова Гидеона имели смысл.

***

Труппа вызвала полицию, и та прибыла довольно быстро. Цзянь Синь почувствовала что-то неладное. Слишком быстро. От участка до отеля путь неблизкий, да и пробки могли быть. Единственное объяснение — они патрулировали где-то рядом, поэтому и успели так скоро.

Цзянь Синь вспомнила жуткий вид трупа и законы жанра этого мира. Почему-то появилось дурное предчувствие. Неужели это серийный убийца? Постойте, она помнила, что Аллен тоже в командировке в Нью-Йорке.

Э-э… ладно, что и требовалось доказать: нельзя разбрасываться словами, это чревато!

— Здравствуйте, я детектив Джо из полиции Нью-Йорка, — к ней подошла деловитая женщина-детектив и показала жетон. — Как вас называть?

— Детектив Джо, здравствуйте, — Цзянь Синь улыбнулась ей. — Миссис Хоч. — Кхм, что сказать, хотя каждый раз при таком представлении она чувствовала легкий стыд, но гордости было куда больше. Хе-хе-хе.

— Миссис Хоч, я хотела бы спросить… — Джо не успела договорить, как её прервали.

— Госпожа, снова встречаемся, вашего мужа нет рядом?

— Снова встречаемся, господин Супермаркет. — Цзянь Синь одарила его стандартной улыбкой в восемь зубов. Тьфу ты, как она могла забыть, что это Нью-Йорк, так что встретить этого судмедэксперта было вполне естественно. — Мой муж как раз за вашей спиной.

— За спиной? — Генри обернулся, увидел человека, стоящего позади, и протянул руку. — Здравствуйте, я Генри Морган, судмедэксперт полиции Нью-Йорка.

— Здравствуйте, я Хочнер из ОПА, — Хоч представил спутника. — А это доктор Рид из нашего отдела.

— Здравствуйте.

Джо уже встречалась с ребятами из ОПА и поздоровалась с ними. Дело было сложным, и руководство пригласило их на помощь. Хотя полицейским Нью-Йорка это было не по душе, человеческая жизнь важнее, так что они сотрудничали. Что касается Генри, он только что вернулся с выезда, поэтому не видел их раньше.

Генри повернулся, посмотрел на Цзянь Синь, потом на Хоча:

— Вы отличная пара.

— Спасибо за комплимент, господин эксперт. — Цзянь Синь обошла их и подошла к Хочу. — Аллен, ты приехал.

Хоч с первого взгляда осмотрел её с ног до головы: никаких повреждений, шока тоже не видно, и сердце, которое всё это время было не на месте, наконец успокоилось.

— Не бойся, я здесь.

В глубине души Хоч видел свою жену той самой хрупкой девушкой, которую он нашел в горах со сломанной ногой, полной недоверия ко всему миру. Поэтому, общаясь с ней, он не мог не смягчиться, боясь напугать её, даже если сейчас она была в полном порядке.

— Угу. — Она кивнула, с надеждой глядя на мужчину перед собой. Если бы не посторонние, она бы бросилась ему на шею и чмокнула.

— Миссис Хоч, не могли бы вы рассказать, что произошло? — Рид удивился, почему Хоч молчит, и решил сам задать вопрос.

Джо и Генри посмотрели на Рида с таким выражением, что тот почувствовал себя неуютно. Молодой доктор осмотрел свою одежду — всё было в порядке, ничего не испачкано, пуговицы на месте. Почему они так смотрят?

Если бы здесь был Морган, он бы объяснил Риду, что есть такой вид раздражения, когда влюбленные считают тебя лишним. Но ничего не поделаешь, раз уж молодой доктор еще не просвещен в таких делах, придется его простить.

http://bllate.org/book/23150/2479402