Готовый перевод Someone Lost Their Memory [Quick Transmigration] / Кто-то потерял память [Быстрое прохождение]: Глава 12

Гу Пань сказал, что пойдет посмотрит с бабушкой телевизор, и Лу Сыи остался один перед ноутбуком, пробуя что-то выводить на графическом планшете.

Он написал имя Гу Паня, затем — отпечаток лапки, но, прежде чем Гу Пань вернулся, стер все написанное.

— Тайная любовь сладка, но порой в ней есть и горечь.

Словно ешь десерт из белых грибов и семян лотоса, в котором забыли вынуть из семечка горькую сердцевину: лицо вот-вот скривится от горечи, но в горле при этом отчетливо ощущается сладость настоянных на сахаре грибов.

Лу Сыи чувствовал, что сам полон противоречий, и при этом угораздило его связаться с таким же противоречивым Гу Панем.

Просто жуть.

Он бессознательно потирал пальцами край планшета, размышляя, не делал ли Гу Пань то же самое.

В комнате было тихо, и он прислушивался к невнятному бормотанию, доносившемуся из гостиной, где Гу Пань о чем-то шептался с бабушкой.

Лу Сыи взглянул на время в углу экрана — уже половина девятого, если Гу Пань собирался домой, то ему пора было уходить.

Он замер, и на душе словно вырос тяжелый камень.

Ему не хотелось, чтобы Гу Пань уходил.

Он посидел еще немного, прислушиваясь к звукам в гостиной — они стихли, и в сердце беспричинно зародилась тревога.

Подождав еще немного, Лу Сыи просто встал со стула.

Он не мог больше сидеть, ему нужно было подвигаться.

Но едва он это сделал, как полуприкрытая дверь комнаты отворилась.

На лице Гу Паня играл теплый свет:

— Я сегодня не уйду.

Лу Сыи опешил, не сразу поняв, что тот имеет в виду.

Бабушка, стоявшая позади, добавила:

— Сяо Пань сегодня останется. Дома у него никого, вернется — опять один. В любом случае, есть свободная комната, завтра вместе в школу пойдете.

Лу Сыи слушал слова бабушки, и ему потребовалось две секунды, чтобы прийти в себя.

Не уйдет?

Он посмотрел на Гу Паня: тот прислонился к дверному косяку, стоял в небрежной позе и смотрел на него с улыбкой.

В груди у Лу Сыи словно надулся воздушный шар, медленно взмывающий в небо. Достигнув определенной высоты, он начал биться о стенки сердца.

Лу Сыи почувствовал, что его рассудок наконец вернулся на место.

Он еще раз взглянул на Гу Паня, бросив ему взгляд, означающий: не знаю, как ты это бабушке преподнес.

Затем, не обращая внимания на реакцию отличника, он прошел мимо него, вышел из комнаты и ответил бабушке:

— Хорошо, я помогу ему постелить.

Они вместе застелили кровать, и отличник был явно счастлив.

Лу Сыи тоже был рад.

Он не знал, отразилось ли это на его лице, но, увидев выражение его глаз, Гу Пань, казалось, просиял еще больше.

— ...

Бабушка легла рано, а два старшеклассника засиделись допоздна.

Домашние задания были сделаны, поэтому весь вечер Лу Сыи и Гу Пань провозились с графическим планшетом.

По настоянию Гу Паня Лу Сыи наконец открыто написал отпечаток лапки, а затем наблюдал, как Гу Пань сменил аватар в своем микроблоге на эти иероглифы.

— Брат Пань будет с этой аватаркой бесплатно тебя рекламировать, — сказал Гу Пань, расслабленно разминая шею.

— ...

— А как же твоя тигриная лапа? — спросил Лу Сыи.

— Если захочется, потом как-нибудь верну обратно.

А если не захочется — про себя подумал Гу Пань — то так и оставит.

Перед сном Гу Пань поспешно принял душ и, наконец, медленно поплелся в свою комнату.

Перед уходом он взял у Лу Сыи стилус и написал на планшете название.

— Это форум, который я нашел, — сказал Гу Пань. — Многие любители каллиграфии любят его посещать, там делятся опытом коммерческого использования рукописных шрифтов. Когда будет время, можешь посмотреть.

— Хорошо, — Лу Сыи внезапно переключился на другую мысль. — А у любителей рисования есть свои форумы?

Гу Пань кивнул.

Лу Сыи взглянул на название форума, которое только что записал Гу Пань, и внезапно поддался порыву:

— А как называется ваш форум?

Гу Пань на мгновение замялся, но все же назвал тот форум, где часто бывал сам.

Гу Пань ушел к себе, а Лу Сыи отправился в ванную.

После душа он нанес зубную пасту на щетку и начал не спеша чистить зубы.

Пока он чистил, взгляд его то и дело падал на новую зубную щетку Гу Паня.

Бабушка выдала Гу Паню новые щетку, полотенце и стакан, а еще нашла комплект совершенно новых пижам, сказав, что когда-то купила их для Чжоу Яцзюня, но тот так ни разу и не остался ночевать, поэтому вещи не были ношены.

Хотя пижама предназначалась Чжоу Яцзюню, Гу Паню было все равно.

Он был выше Чжоу Яцзюня, но пижама была просторной, так что сидела вполне нормально.

Лу Сыи быстро закончил чистить зубы, надел пижаму и вышел из ванной.

Бабушка уже крепко спала, дверь в комнату Гу Паня была закрыта, и из-под нее пробивался слабый свет.

Вероятно, включил ночник.

Лу Сыи вернулся в свою комнату, вытер волосы до полусухого состояния, наконец закончил все дела, взял телефон и забрался в кровать.

Вспомнив форум, о котором говорил Гу Пань, он немного побродил по нему, добавил несколько постов в закладки, планируя почитать позже.

Затем, перед самым сном, он зашел на форум, где часто бывал Гу Пань.

Уголок любителей рисования оказался совсем не похож на форум любителей каллиграфии: здесь было оживленнее, публика — моложе и активнее, много постов не имели отношения к рисованию, но в комментариях встречались забавные ответы.

Лу Сыи читал с огромным интересом, даже внимательнее, чем на своем собственном форуме.

Неизвестно, сколько времени он пролистал, как вдруг наткнулся на анонимный пост под заголовком: Подарил ли автор подарок не тому человеку?

Лу Сыи помедлил, и словно под гипнозом нажал на него. Там было лишь короткое описание:

Автор — старшеклассник. Сегодня помогал однокласснику с переездом и заодно подарил ему сборник задач, в котором сам отметил важные темы. Автор довольно сильно к нему привязан, но сейчас тот, кажется, не отвечает. Скажите, есть ли проблема в моем подарке?

...

Лу Сыи ухватился за суть, тут же замер, нахмурился и еще раз взглянул на время публикации.

Прошлый понедельник, вечер.

Всего на два часа раньше, чем сейчас.

Пальцы Лу Сыи застыли.

Вопрос анонимного автора был коротким, но ему и этого показалось много — взгляд сфокусировался лишь на нескольких иероглифах: автор довольно сильно к нему привязан.

Автор довольно сильно к нему привязан.

Он почувствовал, как сердце забилось чаще, словно внутри него метался маленький олененок, желающий вырваться на свободу.

Форум любителей рисования, то же самое время переезда на прошлой неделе, тот же подарок, анонимность.

Если бы в мире существовал еще один человек, подходящий под эти условия... нет, еще двое, Лу Сыи все равно решил бы, что это он и Гу Пань в параллельной вселенной.

Кончики пальцев похолодели, он механически прокручивал ответы других пользователей.

Пост был уже старым, комментариев было немного, но каждый из них словно попадал в точку.

Ха-ха, сборник задач в подарок, автор, ну ты и сухарь.

Хм? Погоди, автор, ты парень или девушка?

Автор довольно сильно к нему привязан. Не опечатка? Там должно быть она или он? Автор, у тебя с китайским языком не очень.

Ха-ха, не пугайте ребенка. Но автор, скажу тебе как старший: если бы в школьные годы кто-то подарил мне сборник задач, я бы точно полез с ним драться, а потом перестал бы общаться.

На этом все закончилось, последний комментарий был в понедельник вечером, после чего пост постепенно ушел вниз.

Лу Сыи помедлил, он даже не смог удержать телефон, и тот выпал из рук прямо на одеяло.

В следующую секунду он перевернулся и спрыгнул с кровати.

А потом, прежде чем выйти из комнаты, схватил упавший телефон.

Лишь толкнув дверь в комнату Гу Паня, он осознал, что его поступок был слишком импульсивным и труднообъяснимым.

Гу Пань еще не спал, тоже листал телефон в кровати.

Сейчас он ошарашенно смотрел на него.

Лу Сыи чувствовал, что дыхание сбилось. Он заметил, что Гу Пань посмотрел на его пижаму, и брови того, кажется, нахмурились.

Лу Сыи не стал задумываться, что значил этот взгляд, он чувствовал лишь, что солнце и воздух сейчас так близко, что можно взяться за руки, и так близко, что можно быть вместе.

— Почему ты остался сегодня? — спросил он Гу Паня.

На удивление, Гу Пань не ответил сразу и даже не стал искать оправданий.

Гу Пань молчал.

Но всего через две секунды он откинул одеяло, встал с кровати и затащил его под одеяло к себе.

Лу Сыи почувствовал, как в голове что-то взорвалось.

— Потому что хотел остаться, — Гу Пань сам нырнул под одеяло.

Но, уже забравшись в постель и укрывшись, он словно испугался что-то потерять и замер.

Однако всего на секунду, после чего медленно натянул одеяло на себя.

Теперь хорошо.

Лу Сыи моргнул.

Они в одной постели.

Как же... как же хорошо.

— У тебя руки слишком холодные, — внезапно сказал Гу Пань, не то пытаясь оправдать свое действие, не то просто найдя неуклюжий предлог.

— Почему ты хотел остаться? — Лу Сыи пропустил мимо ушей его слова, ухватившись за самое главное, за то, что хотел узнать больше всего, и настойчиво повторил вопрос.

Потому что хотел быть рядом с тобой.

Гу Пань смотрел на него и мысленно произнес эти слова.

Но он не осмелился произнести их вслух.

То, что он затащил его в кровать, потребовало, казалось, всей его храбрости. Сейчас они были в одной постели, здесь было тепло, и ему больше не нужно было мерзнуть.

Такая тонкая пижама, а уже ноябрь. Когда он только что взял его за руку, то почувствовал, что она ледяная.

Он наверняка замерзнет. Но теперь — нет.

Гу Пань все еще опирался локтем на край кровати, не двигаясь, сохраняя крошечную дистанцию между собой и тем, кто лежал под одеялом, даже дыхание его стало тише.

Он не касался его.

Потому что если бы ему дали еще один мозг, он все равно не смог бы внятно объяснить, зачем затащил его в кровать.

Он не мог объяснить и не знал, как объяснить. Он боялся, что, объяснив, потеряет что-то.

Он так боялся что-то потерять.

Гу Пань чувствовал, что рука затекла.

Но он словно оцепенел.

Он не смел пошевелиться.

А потом он увидел, как лежащий рядом маленький негодник продолжает настойчиво поднимать телефон и разблокировать экран.

На экране был не форум каллиграфии, который он ему советовал, а тот самый форум любителей рисования, где он часто бывал.

А на экране застыл пост, который он сам выложил неделю назад.

— Почему ты хотел остаться? — снова услышал он вопрос маленького негодника.

Если не скажу сейчас, другого шанса не будет.

— Потому что хотел быть рядом с тобой, — Гу Пань наконец решился. — Потому что люблю тебя.

Лу Сыи услышал то, что хотел, но телефон снова выпал из рук.

Он позволил ему соскользнуть под одеяло.

Гу Пань — большой дурак, подумал Лу Сыи, учеба совсем лишила его ума.

Даже сейчас он изо всех сил упирается у края кровати, стараясь оставить хоть какое-то пространство, даже не прикасается к нему.

Словно он какой-то раскаленный!

Лу Сыи поджал губы и потянулся к нему:

— Подвинься ближе, не замерзни.

Гу Пань оказался очень податливым, Лу Сыи, казалось, даже не приложил усилий, как тот уже оказался рядом.

Руки отличника тоже были холодными, холоднее его собственных, и когда они коснулись его тела, Лу Сыи невольно вздрогнул.

Гу Пань тут же сжал руки в кулаки, чтобы кончики пальцев больше не касались его.

— Ты тоже меня любишь? — осторожно уточнил Гу Пань.

Лу Сыи:

— ...

Слишком глупо!

Настолько глупо, что он начал сомневаться, не подвело ли его зрение.

При свете тусклого ночника он вгляделся в глаза Гу Паня, увидел в них сияние звезд и ожидание, и произнес жестокие слова:

— Если будешь таким дураком, я не буду с тобой дружить.

Однако дурака это ничуть не задело, напротив, он словно получил помилование, даже кончики пальцев перестали быть холодными.

Он наконец раскрыл объятия, коснулся его и крепко прижал к себе.

Воздух наконец согрелся теплом солнца, у Лу Сыи даже пальцы ног согрелись, и он услышал, как Гу Пань глухо пробормотал:

— Твой дурак больше не будет таким.

Лу Сыи:

— ...

Получивший помилование дурак действительно ни в чем себе не отказывал.

Он тоже протянул руки и обнял Гу Паня.

Он никогда не был так близко к Гу Паню, раньше он лишь со спины видел его широкие плечи и проступающие под футболкой мышцы.

Но, обняв его по-настоящему, он понял, что спина Гу Паня на самом деле широкая, как раз настолько, насколько нужно, и мышцы — как раз такие, чтобы он мог полностью его обнять, а Гу Пань мог полностью заключить его в свои объятия.

В постели было очень тепло.

Лу Сыи подумал, что самое безумное, что он сделал в своей жизни, — это, пожалуй, нынешняя ночь.

— Малыш, ты слишком худой, — снова прошептал Гу Пань, в его голосе слышалось искреннее недоумение. — Я откармливаю тебя три недели, почему ты не набираешь вес?

— Уже набрал немного, — улыбаясь, сказал Лу Сыи в теплом свете лампы.

Они говорили негромко, боясь разбудить бабушку в соседней комнате.

Любовь юноши к юноше была подобна чистому ручью в горном ущелье, который осмеливается бесчинствовать лишь там. Если забредет чужак, лесные зверьки, живущие в горах, тут же исчезнут.

Гу Пань приподнялся на локтях и молча смотрел на него. Лу Сыи тоже смотрел на него, взглядом очерчивая его брови и глаза, чувствуя, что этого мало, и медленно перевел взгляд ниже, на переносицу, а затем на губы.

Внезапно Лу Сыи почувствовал, что перед глазами потемнело, а следом за этим ощутил тепло в уголках губ.

Гу Пань снова поднял голову, но остановился прямо над тем, кто лежал в его объятиях, чтобы Лу Сыи мог его видеть.

И Лу Сыи увидел: отличник совершил плохой поступок, но не чувствовал за собой вины, в глазах его по-прежнему светилась мягкая улыбка, словно это сделал не он, а лишь плод воображения самого Лу Сыи.

Лу Сыи прищурился, сжал руки и снова притянул его к себе.

В этот раз он не позволил отличнику целовать уголки губ, а прямо накрыл его тонкие губы своими.

Гу Пань, казалось, оцепенел, но быстро пришел в себя и, отвечая с еще большей страстью, чем та, на которую надеялся сам, прижался к его губам.

Поцелуи юношей не отличались мастерством — Лу Сыи и сам не знал техники, поэтому мог лишь неуклюже следовать за Гу Панем, чувствуя, как мягкие и нежные губы касаются его, а затем накрывают их.

Внезапно Лу Сыи почувствовал, как его губы стали влажными, а вместе с этим — легкую дрожь, когда кончик языка скользнул по ним.

Он на мгновение замер, тело среагировало быстрее мозга, и его собственный язык потянулся навстречу.

Поцелуй был счастьем, Лу Сыи чувствовал вкус мятной зубной пасты, медленно закрыл глаза, нежно сплетаясь языком с Гу Панем.

Словно ища капельку тепла в холоде, словно ощущая самый беззаботный и уютный момент в тепле.

Но вскоре Лу Сыи почувствовал, как тело Гу Паня напряглось. Вслед за этим он и сам замер.

Вкус между губами стал слабее, но витающая в воздухе двусмысленность ничуть не уменьшилась, напротив, она стремительно нарастала, заполняя всю комнату.

Шестнадцать-семнадцать лет — возраст, когда даже утром после пробуждения все встает столбом.

Лу Сыи широко открыл глаза. Поцелуй прекратился, он смотрел на Гу Паня, а Гу Пань — на него.

Взгляд другого человека под одеялом, казалось, потемнел, покрывшись тонким слоем желания.

В голове у Лу Сыи зазвенело.

Он слегка оттолкнул Гу Паня, в смятении перекатился через край кровати и, словно спасаясь бегством, помчался в свою комнату.

Он не смотрел на время, просто сжался под одеялом, надеясь, что внутренний огонь погаснет, но не мог не думать об одном человеке, упражняясь в мастерстве пяти пальцев.

Ближе к рассвету, когда небо начало светлеть, Лу Сыи почувствовал, как к нему под одеяло кто-то пробрался.

Впрочем, все вокруг было так спокойно, что он не мог понять, спит ли он.

В итоге он не стал ничего предпринимать и, позволив этому человеку обнять себя со спины, снова заснул.

...

После наступления ноября погода быстро испортилась. Прошли еще два осенних дождя, и температура окончательно упала.

К концу месяца наступило время надевать толстые куртки или пуховики.

Второй класс средней школы пережил промежуточные экзамены, 1-й класс снова подтвердил славу экспериментального, успеваемость Лу Сыи стабильно росла, он ворвался в тридцатку лучших в параллели, а Гу Пань по-прежнему оставался первым.

Классный руководитель Саньху был очень удивлен прогрессом Лу Сыи, но удивление длилось недолго и переросло в привычку часто вызывать его к доске отвечать на вопросы, ставя в пример остальным. Позже Лу Сыи получил похвалу от всех учителей-предметников, включая Сестрицу Шуан, и по их требованию стал образцом для подражания.

http://bllate.org/book/23091/2470097