Готовый перевод The Tyrant Wolf Lord Became Yandere After Rebirth / Жестокий властелин волков переродился одержимым!: Глава 3

Чан Бэй слегка отвел взгляд от ее пылкого, полного ожидания взора, и на его белоснежном, словно из нефрита, лице проступил легкий румянец.

— Нет, — ответил он.

— Подожди меня здесь, я сейчас скажу всё наставнику, — он взял шляпу, которая до этого висела на сгибе локтя Чаньсинь, и надел ее на Сяо Линлан.

Сяо Линлан слегка наморщила носик: ей это не нравилось, ведь шляпа могла примять ее новую заколку.

Пока Чан Бэй просил разрешения у наставника, Чаньсинь, теребя кисточки на своем рюкзаке, подобралась поближе к Сяо Линлан, вглядываясь в даль, где к ним приближалась карета.

Откуда эта карета кажется мне такой знакомой? — Чаньсинь широко распахнула глаза.

Сяо Линлан как раз раздумывала, снять ей шляпу или нет, когда Чаньсинь внезапно затараторила прямо у нее над ухом:

— Барышня, кажется, это карета госпожи.

— ... — Сяо Линлан замерла с рукой, тянущейся к шляпе, и обернулась.

Она нахмурилась, часто заморгала, затем схватила дрожащую руку Чаньсинь и, придвинувшись к ее уху, прошептала:

— Матушка так чтит правила, она ведь не станет бить меня линейкой прямо у ворот академии, правда?

Чаньсинь с тоской на лице подумала: у ворот академии, конечно, не станет, а вот дома — еще как.

— Барышня, после возвращения домой вам придется увеличить мне жалование.

— Неужели матушка... действительно будет так сурова? — Сяо Линлан сглотнула, глядя на Ян Цинвань, которая приподняла занавеску и молча буравила ее взглядом. Теперь она была уже не так уверена.

Ян Цинвань, сдерживая гнев, поманила Сяо Линлан, которая застыла у входа в академию.

Сяо Линлан оглянулась на академию, перевела взгляд на мать и, нехотя переставляя ноги, направилась к карете. Как только она оказалась внутри, Ян Цинвань ухватила ее за ухо.

— Ой... матушка... больно, — Сяо Линлан прижала руки к уху, глядя на мать влажными округлившимися глазами, пытаясь вызвать жалость.

Ян Цинвань осталась непреклонна:

— Чан Бэй — твой жених, никуда он не денется. Сейчас самый ответственный момент перед Весенним экзаменом, а ты отвлекаешь его от занятий. Если он не сдаст, я с тебя спрошу!

Семья Чан пришла в упадок, и мать Чан Бэя возлагала все надежды на сына, рассчитывая, что он займет первое место и возродит былое величие рода. Чтобы их будущая семейная жизнь сложилась благополучно, Ян Цинвань в последнее время строго-настрого запрещала Сяо Линлан докучать юноше.

Сяо Линлан надула губы и обиженно пробормотала:

— Мы с братом Чан Бэем уже целую вечность не виделись. Матушка не разрешает мне видеться с ним, а ему — со мной. Неужели... неужели матушка хочет расторгнуть помолвку, которую заключил дедушка?

Сяо Линлан вытянула тонкую шейку, озвучивая свои недавние страхи. Голос ее дрогнул, и она с глазами, полными слез, посмотрела на Ян Цинвань — в прочитанных ею книгах влюбленных всегда разлучали именно так.

Снаружи кареты Чан Бэй, уже приготовившийся было поклониться, напрягся. Линлан спросила то, что мучило и его самого: неужели семья Сяо жалеет об этом союзе? Семья Чан уже давно не та, что прежде, а он еще не встал на ноги.

Ян Цинвань рассмеялась от нелепости слов дочери и слегка щелкнула ее по лбу:

— Глупая, еще замуж не вышла, а уже печешься о чужих интересах. С тобой бесполезно говорить, я сама побеседую с Чан Бэем.

Снаружи раздался мягкий и приятный голос Чан Бэя:

— Вэньсюань приветствует госпожу Сяо.

Ян Цинвань жестом велела дочери сидеть тихо, с улыбкой приподняла занавеску и кивнула юноше. Чан Бэй хотел что-то сказать, но Ян Цинвань перебила его:

— Вэньсюань, не позволяй этой девчонке сбивать тебя с толку. Я держу ее в строгости, ведь скоро она достигнет совершеннолетия. После свадьбы такой характер будет неприемлем. Сегодня я заберу ее, а ты спокойно готовься к Весеннему экзамену.

Парой фраз Ян Цинвань успокоила сердца юных влюбленных. Видя, как Чан Бэй с тоской провожает взглядом карету, она осталась довольна, но все же не позволила им отправиться на улицу Линьань. Будущее зятя было неразрывно связано с будущим ее дочери, поэтому она относилась к этому со всей серьезностью.

Когда карета тронулась, Сяо Линлан прильнула к окну, глядя на оставшегося на месте Чан Бэя, и бросила на мать обиженный взгляд.

Ян Цинвань холодно усмехнулась:

— Кто просил тебя его отвлекать? Человек прилежно готовится к экзаменам.

Город Линьань был самым богатым местом в Наньляне после столицы, а улица Линьань — самой оживленной в городе. Половина лавок на ней принадлежала семье Сяо. Однако в те времена в Наньляне торговля считалась низким занятием, поэтому Ян Цинвань так пеклась о результатах Весеннего экзамена Чан Бэя.

Улица Линьань была украшена фонарями, повсюду слышались звуки барабанов, танцы львов, крики торговцев. Сяо Линлан вместе с Чаньсинь нырнула в толпу. Ян Цинвань не стала ее ограничивать, лишь напутствовала:

— Я зайду в ресторан, нагуляешься — возвращайся пораньше.

— Хорошо, матушка! — Сяо Линлан отсыпала немного монет в кошелек, надела вуаль и помахала ей рукой.

— Ой, барышня, смотрите, глотатель огня!

Хотя они видели это уже много раз, Чаньсинь каждый раз приходила в восторг. Сяо Линлан, скованная наставлениями матери, хоть и была взволнована, лишь захлопала в ладоши. Она искала глазами фейерверки, но не нашла их даже пройдя всю улицу. Устав, они присели у лотка с вонтонами.

— Хозяин, две порции вонтонов.

— Сейчас сделаем!

— Барышня, вы у меня самая лучшая, — Чаньсинь хихикнула и села рядом.

Сяо Линлан тоже улыбнулась:

— Вычту из твоего жалования.

— Барышня! — глаза Чаньсинь округлились, она не знала, проглотить вонтон или выплюнуть.

Но, увидев, как от смеха дрожат плечи Сяо Линлан, она поняла, что над ней снова подшутили.

— Не буду больше дразнить, ешь скорее!

Сяо Линлан перестала смеяться, съела пару вонтонов, но тут ее внимание привлек разговор за соседним столиком.

— Слышал, те дикари снова напали на наш Юйчэн.

— А когда эти варвары из Мобэя вели себя спокойно? Эх, брат, не бери в голову. В Юйчэне стоит генерал Янь, наш Наньлян не так уж слаб, — человек указал на залитую огнями, переполненную улицу Линьань.

— Нет-нет, ты живешь в Линьань и ничего не знаешь. Я сопровождаю караваны и слышал, что в Мобэе новый правитель. Он даже хуже старого Повелителя Волков: убил отца, братьев и залил кровью трон, чтобы захватить власть. — Говорящий описывал все так живо, будто сам был свидетелем, и даже вздрогнул от страха.

Сяо Линлан, прислушивавшаяся к разговору, тоже испуганно вздрогнула и невольно коснулась мочки уха.

— Испугалась? — насмешливо спросил слушатель.

— Мобэй ближе к столице, если действительно начнется война, то столица засуетится. Чего тебе бояться в Линьань? К тому же, разве в Наньляне мало генералов?

— Вот именно!

— Ты слишком недооцениваешь наш Наньлян!

— ...

За соседним столиком разгорелся спор. Сяо Линлан, уже не слушая сплетни, бросила монеты на стол и потащила Чаньсинь, которая так и не успела доесть, прочь, боясь попасть под горячую руку.

Чаньсинь вытирала рот от жира, оглядываясь на удаляющийся лоток с вонтонами:

— Мои вонтоны...

— Я платила, — бросила Сяо Линлан, не оборачиваясь.

Чаньсинь моргнула: ну ладно!

Вернувшись в свой ресторан, госпожа и служанка отправились домой. Когда Сяо Линлан пересказала услышанное Ян Цинвань, ее красивое личико было полно тревоги. Ян Цинвань легонько коснулась ее носа и со смехом сказала:

— Это все пьяные бредни. Впредь не ходи в такие места, там полно бродяг.

Но ведь он сопровождал караван, — подумала про себя Сяо Линлан.

— Тебя, девушку, это не касается. После Весеннего экзамена тебя ждет совершеннолетие и помолвка. Вместо того чтобы переживать о пустяках, лучше бы занялась своим свадебным нарядом, — Ян Цинвань насмешливо посмотрела на дочь, намекая на ее нетерпение в вопросе замужества.

Сяо Линлан, услышав это, смущенно уткнулась матери в грудь, не желая показываться, и тихо, с притворным укором пробормотала:

— Матушка снова дразнит меня.

http://bllate.org/book/23041/2462087