Готовый перевод Weren’t You Going to Fake Your Death? Why Panic When I Find Someone Else? / Ты же хотел инсценировать смерть? Почему тебя волнует, что я нашёл другого?: Глава 007. Я так боюсь, что брат Сяочуань меня невзлюбит

Солнце палило с самого зенита.

Цикады, облепив деревья, стрекотали так, что от их треска становилось не по себе.

— И что же, брат Сяочуань собирается и дальше держать его при себе?

— Угу. Он совсем один, ни родных, ни близких, и идти ему некуда. Я всё равно могу о нём позаботиться, пусть живёт у меня. А другим скажу, что это мой младший брат из деревни.

— Брат Сяочуань, нельзя совсем уж не остерегаться людей, понимаешь?

Чжоу Линь вовсе не послушался и не ушёл во двор. Он выбрал место в тени и подслушивал разговор Цзян Сяочуаня с советником Лю.

Благородный муж так поступать не стал бы.

Но Чжоу Линь благородным мужем себя и не считал.

Он был коварным, хитрым подлецом, который ради цели не остановится ни перед чем.

Услышав последнюю фразу советника Лю, Чжоу Линь прищурил свои вытянутые глаза.

Этот белолицый Лю — вот ведь мерзавец.

За спиной его очерняет.

Чжоу Линь не боялся благородных людей. Он опасался именно подлецов.

Сам такой же — неужели он не знает, на что способны подобные люди?

Чжэн Сань явно халтурил. Как он умудрился не отметить в донесениях, что рядом с Цзян Сяочуанем есть советник Лю, тайно питающий к нему чувства?

Будь Чжэн Сань здесь, он непременно возмутился бы.

Господин, вы велели записывать личные сведения о Цзян Сяочуане, его повседневные дела, родных и друзей, с которыми он общается. Вы же не говорили выяснять, кто в него влюблён!

А Цзян Сяочуань ещё и кивнул, словно вполне соглашался со словами советника Лю.

В груди Чжоу Линя вспыхнул огонь ярости.

Ладно.

У него и правда были свои намерения.

Но как Цзян Сяочуань вообще смеет его остерегаться?

Похоже, просто младшим братом Цзян Сяочуаня оставаться нельзя.

Иначе рано или поздно этот белолицый Лю его соблазнит.

А потом ещё начнёт нашёптывать Цзян Сяочуаню в подушку всякое — и тогда Чжоу Линю, скорее всего, придётся выметаться из дома Цзян.

Если он уйдёт оттуда и не найдёт знак доверия, осуществить его великий замысел будет куда сложнее.

При этой мысли в глазах Чжоу Линя проступил ледяной холод, словно у ядовитой змеи, притаившейся во тьме.

Заметив, что Цзян Сяочуань собирается уходить, Чжоу Линь быстро развернулся и направился на задний двор.

Когда Цзян Сяочуань подошёл, Чжоу Линь уже стоял под самым солнцем с бамбуковой корзиной в руке — тихий и послушный.

Наверное, ему было жарко: крупные капли пота катились по белой, раскрасневшейся коже и падали на ворот, оставляя на ткани тёмные пятна.

Цзян Сяочуань посмотрел на него.

И подумал: советник Лю зря беспокоится.

Хуайань даже от солнца в тень спрятаться не догадался — какие у него могут быть дурные замыслы?

Цзян Сяочуань окликнул его:

— Сяо Ань, не стой на солнце. Сейчас самый полдень, печёт страшно.

Он быстро подошёл, взял Чжоу Линя за руку и повёл под прохладную виноградную лозу.

Цзян Сяочуань действительно считал Чжоу Линя младшим братом, поэтому взял его за руку совершенно естественно.

Чжоу Линь опустил взгляд. Он не сопротивлялся и позволил большой, шершавой и тёплой ладони обхватить его руку.

Под виноградной лозой стояли деревянные стол и стулья. Цзян Сяочуань подвёл Чжоу Линя и усадил его.

Чжоу Линь весь вспотел. Цзян Сяочуань достал платок для пота, протянул ему и, опасаясь, что тот побрезгует, со смешком добавил:

— Чистый.

Чжоу Линь улыбнулся:

— Разве я стану брезговать вещами брата Сяочуаня?

Сказав это, он придвинулся ближе, моргнул, и длинные ресницы опустились ему на глаза.

— Брат Сяочуань, вытрешь мне лицо?

Цзян Сяочуань решил, что младший просто капризничает как ребёнок, и покладисто кивнул:

— Давай.

Он сложил платок, взялся за уголок и принялся вытирать пот с лица Чжоу Линя.

Чжоу Линь был чуть выше Цзян Сяочуаня, поэтому заботливо наклонил голову.

Цзян Сяочуань и раньше знал, что Хуайань красив, но вблизи тот оказался словно ещё красивее, чем ему помнилось.

Брови взлетают к вискам, высокий нос, тонкие губы, глаза цветущего персика, а под правым глазом — маленькая красная родинка-слезинка.

И что удивительно — всё это вместе ничуть не делало его женственным.

Но Цзян Сяочуань книжной учёностью не отличался и никак не мог подобрать подходящих слов.

Он только чувствовал, что на Хуайаня очень приятно смотреть.

Вот Хуайань у него такой красивый. Какую же жену надо будет ему найти, чтобы она была ему под стать?

Не женить же его на девушке, которая окажется хуже Хуайаня собой?

А сколько серебра попросят за красавицу-жену?!

От одной этой мысли Цзян Сяочуаню показалось, будто его кошель уже истекает кровью.

Почувствовав, что рука Цзян Сяочуаня остановилась, Чжоу Линь недоумённо поднял веки и растерянно посмотрел на него.

Персиковые глаза были чистыми и прозрачными, без единой примеси, словно родниковая вода. Длинные ресницы дрогнули, и красная родинка у внешнего уголка глаза будто тоже затрепетала.

У Цзян Сяочуаня в груди вдруг забилось сердце.

Он подумал:

Пожалуй, ради такого можно и серебра побольше потратить.

Чжоу Линь накрыл своей рукой ту, в которой Цзян Сяочуань держал платок, и осторожно спросил:

— Брат Сяочуань, я вот так вдруг пришёл… не доставил тебе хлопот?

Холодная ладонь легла ему на тыльную сторону руки. Цзян Сяочуань поспешно покачал головой:

— Нет.

Лето в самом разгаре, а руки у Хуайаня всё равно такие холодные. Может, он слаб здоровьем?

Цзян Сяочуань решил, что надо будет сводить Хуайаня к лекарю и выписать несколько отваров для укрепления тела.

А то женится потом — и как детей заводить?

Чжоу Линь медленно улыбнулся:

— Тогда хорошо.

— Я очень боюсь, что брат Сяочуань меня невзлюбит.

Цзян Сяочуань высвободил руку и похлопал его по голове:

— Не выдумывай. Я твой старший брат. Как я могу тебя невзлюбить? Давай ешь, а то проголодаешься.

Чжоу Линь больше ничего не сказал.

Он подумал: младшим братом Цзян Сяочуаня он становиться не собирается.

Но если торопиться, можно Цзян Сяочуаня напугать.

Так что лучше действовать понемногу.

Чжоу Линь достал из бамбуковой корзины небольшую тарелку тушёной свинины. Боясь, что еды не хватит, по дороге он ещё купил несколько больших булочек с мясом.

Булочки с мясом он сунул Цзян Сяочуаню, а сам взял белую паровую булочку величиной с кулак и стал медленно есть.

Сам не зная почему, Чжоу Линь считал, что приготовленное Цзян Сяочуанем вкуснее. Даже простая безвкусная паровая булочка казалась ему лучше покупной мясной.

Откуда Цзян Сяочуаню было знать, о чём тот думает?

Он решил, что Хуайань просто заботится о нём.

На душе у Цзян Сяочуаня стало тепло.

Вот как хорошо иметь младшего брата.

Цзян Сяочуань съел одну булочку с мясом вприкуску с тушёной свининой и остановился. Он хотел перейти на паровые булочки, а оставшиеся мясные отдать Чжоу Линю.

Но заглянул в корзину — а двух больших паровых булочек уже нет.

Да и тарелка из-под тушёной свинины была вылизана так чисто, что могла отражать свет.

Чжоу Линь открыл для себя новый способ есть — макать булочки в мясной соус.

Цзян Сяочуань и представить не мог, что худой и изящный с виду Хуайань способен столько съесть.

Значит, в следующий раз еды надо готовить вдвое больше.

Цзян Сяочуаню не оставалось ничего другого, кроме как самому доесть оставшиеся булочки с мясом.

После еды он принялся убирать посуду, и Чжоу Линь тут же встал помогать.

Как раз в это время через задний двор проходил Эргоу. Он заметил рядом с Цзян Сяочуанем высокого, худого и очень красивого юношу.

Эргоу сразу подошёл и окликнул:

— Брат Сяочуань!

Руки Чжоу Линя, собиравшие посуду, заметно замерли.

Опять «брат Сяочуань»?

Сколько ещё таких «советников Лю» вокруг Цзян Сяочуаня?

Чжоу Линь нахмурился и поднял голову.

Перед ним был развязный, чёрный от загара, худой коротышка.

Брови Чжоу Линя тут же разгладились.

Эргоу уже подошёл ближе. Разглядывая Чжоу Линя, он со смешком спросил Цзян Сяочуаня:

— А этот красавец откуда взялся?

— Это мой младший брат, его зовут Хуайань, — представил его Цзян Сяочуань. — Сяо Ань, это Эргоу.

Чжоу Линь послушно обратился к нему:

— Брат Эргоу.

От одного этого обращения Эргоу сразу стало приятно на душе:

— Эх, Сяо Ань и красивый, и характер у него хороший. Послушный какой.

Цзян Сяочуань тут же остановил его:

— Какой ещё «Сяо Ань»? Тебе кто позволил так его звать?

С этими словами Цзян Сяочуань поднял крепкую руку, обнял Чжоу Линя за плечи и широко улыбнулся:

— Только я могу его так называть.

Чжоу Линь даже спорить не стал и послушно кивнул.

Эргоу фыркнул, но не рассердился. Скрестив руки, он осмотрел Чжоу Линя рядом с Цзян Сяочуанем, потом перевёл взгляд на самого Цзян Сяочуаня.

И наконец вынес суждение:

— Брат Сяочуань, а младший брат на тебя вообще не похож.

Даже у дальней родни обычно хоть что-нибудь общее найдётся, верно?

А эти двое…

Один смуглый, другой белый.

Один высокий и могучий, другой высокий и стройный.

Один выглядит простоватым до глупости, у другого прекрасные черты и благородный вид — даже лучше, чем у молодых господ из богатых домов, которых Эргоу встречал, когда там работал.

Вообще ничего общего.

Чжоу Линь с улыбкой объяснил:

— Брат Эргоу, мы с братом Сяочуанем не кровные родственники.

Эргоу сразу понял:

— А-а, тогда ясно. Ты гораздо красивее брата Сяочуаня.

Цзян Сяочуань не обиделся, а наоборот, согласно кивнул.

Он и сам считал Хуайаня намного красивее себя.

Вот только сравнивать их почему-то казалось ему не очень правильным.

Уж слишком они разные.

Кто-нибудь видел, чтобы картофелину сравнивали с первосортным нефритом?

Цзян Сяочуань — точно нет.

Чжоу Линь посмотрел на густые брови и большие глаза Цзян Сяочуаня и сам не понял, почему вдруг сказал:

— А по-моему, брат Сяочуань красивее меня.

Цзян Сяочуань замер и невольно посмотрел на него. Их взгляды случайно встретились.

В глазах Чжоу Линя были нежность и искренность — тёплые, словно зимнее солнце.

Цзян Сяочуань расхохотался:

— Вот ведь Сяо Ань умеет меня порадовать!

Чжоу Линь промолчал.

Ладно.

Зря похвалил.

Домой Чжоу Линь не пошёл. Он решил остаться с Цзян Сяочуанем и вернуться вместе с ним.

Цзян Сяочуань боялся, что тот заскучает, и отправлял его домой.

Но Чжоу Линь не хотел. Сказал, что дома всё равно скучно, лучше останется и поможет.

Цзян Сяочуань рассмеялся:

— Сяо Ань, разве ты справишься с моей работой? Просто посиди рядом, отдохни.

Чжоу Линь лишь едва заметно улыбнулся, поджав губы.

Цзян Сяочуань явно его недооценивал.

Каких только тяжёлых работ он не делал в детстве?

То, что может Цзян Сяочуань, вовсе не обязательно окажется ему не под силу.

Но стоило Чжоу Линю немного посмотреть со стороны…

Он нахмурился.

Да Цзян Сяочуань выполнял далеко не только работу кухонного работника.

Колоть дрова, носить воду, убирать, а когда через заднюю дверь привозят овощи — ещё и самому таскать их на кухню.

Цзян Сяочуань один делал вообще всё!

Глядя, как тот без передышки работает, Чжоу Линь не удержался и спросил:

— Брат Сяочуань, сколько тебе платят в месяц?

Цзян Сяочуань был человеком без задних мыслей. Раз спросили — честно ответил:

— Два ляна.

После паузы он с улыбкой добавил:

— Теперь каждый месяц буду давать тебе немного на мелкие расходы. Часть оставим на хозяйство, а остальное станем копить.

Конечно же, копить он собирался на жену для Хуайаня.

А Чжоу Линю от этих слов стало не по себе.

Столько работы — и всего два ляна в месяц.

Да этот ямэнь просто издевается над честным человеком!

Но потом он подумал: какое ему дело?

Чего это он так недоволен?

Сам Цзян Сяочуань дурак.

Подумав так, Чжоу Линь закатал рукава и пошёл помогать Цзян Сяочуаню таскать овощи.

http://bllate.org/book/23022/2638664