Готовый перевод After the Contract Marriage, the Cannon Fodder Was Doted On by the Big Shot / После договорного брака я, пушечное мясо, стал любимчиком большого босса: Глава 006. Полюби кого-нибудь другого

Ань Юй уже начал подозревать, что прочитал пиратскую версию романа. Иначе почему Се Мянь уже во второй раз появлялся в сценах, где его вообще не должно было быть?

Троица и Ань Юй всё ещё молчали. Первым опомнился Ань Цзинци: он смахнул слёзы и бросился к Се Мяню.

— Спасибо, что спасли меня в прошлый раз!

Глаза Ань Цзинци распухли и покраснели от плача, несколько прядей слегка вьющихся волос намокли от слёз и прилипли к нежным белым щекам.

Любой из поклонников Ань Цзинци, увидев его таким, наверняка бы изошёлся от жалости. Но Се Мянь остался совершенно невозмутим. Когда Ань Цзинци уже почти налетел на него, он нахмурился, сделал два шага в сторону и уклонился.

— Вы кто?

Наученный прошлым опытом, Ань Юй опустил голову, чтобы скрыть смех. Наблюдение за чужой драмой и правда лечит от всего. Наверное, главный герой-укэ, всеобщий любимчик, впервые встретил человека, который его даже не запомнил, — и этим человеком вдобавок оказался тот, кто ему понравился.

Как и ожидалось, на лице Ань Цзинци появились боль и неверие. Запинаясь, он рассказал, что произошло тогда в лифте.

— Не стоит об этом переживать, — выслушав его, Се Мянь слегка кивнул.

Ань Юй украдкой посмотрел на него. По его мнению, Се Мянь, скорее всего, вообще ничего не помнил. Кто станет без причины запоминать незнакомца, случайно оказавшегося рядом в лифте?

Насмотревшись на Се Мяня, Ань Юй уже хотел взглянуть на троицу, превратившуюся в перепуганных перепёлок, но не успел перевести взгляд, как встретился глазами с Се Мянем.

По спине мгновенно пробежал холодок, и Ань Юй тут же снова опустил голову.

— Располагайтесь, — Се Мянь отвёл взгляд, посмотрел на гостей этажом ниже и развернулся, чтобы уйти.

— Можно узнать, как вас зовут? Я хотел…

Се Мянь даже не замедлил шаг из-за слов Ань Цзинци и вскоре поднялся по лестнице.

Ань Юй смотрел ему вслед и чувствовал, что этот силуэт кажется знакомым. Похоже, именно Се Мяня он видел тогда, когда ходил за сэндвичем. Пока он об этом думал, Ань Цзинци с обиженным лицом пробежал мимо него и погнался за Се Мянем. В итоге его остановили на четвёртом этаже: жилые этажи хозяев дома были закрыты для гостей.

Когда Се Мянь ушёл, Ань Юй наконец расслабился. Он глубоко вдохнул свежий воздух и чутко уловил слабый древесный аромат — похожий на запах Се Мяня.

Троица с начала до конца так и не сказала ни слова. Пока они стояли в оцепенении, Ань Юй тихонько улизнул вниз.

Спускаясь по лестнице, он мысленно ругал Ань Цзинци за не слишком сообразительную голову. Ну зачем было спрашивать имя? Из разговора и так было очевидно, что это младший дядя Се Цюя — Се Мянь.

В оригинальном сюжете Ань Цзинци во второй раз встречал Се Мяня, когда тот приезжал выступать в их университете. После лекции Се Цюй пошёл к Се Мяню, и тогда Ань Цзинци узнал об их родстве. Се Мянь даже пригласил их вместе пообедать. Он не проявлял особой теплоты к Ань Цзинци, но, поскольку тот был соседом по комнате и другом его племянника, из вежливости задал несколько вопросов об учёбе. Во всяком случае, он совсем не был таким холодным, как сегодня.

Очарование всеобщего любимчика потерпело сокрушительное поражение!

Когда Ань Юй дошёл до второго этажа, снизу раздались громкие возгласы. Он вытянул шею и посмотрел — приехал Бай Чучжоу!

Можно начинать банкет!

В это же время Се Мянь на четвёртом этаже тоже услышал шум внизу. Он бросил взгляд вниз и заметил особенно приметную чёрную точку, которая молнией метнулась со второго этажа в холл, схватила тарелку и за один заход обошла с ней всю еду.

Дворецкий, принёсший Се Мяню еду и стоявший у него за спиной, тоже заметил эту особенно выделяющуюся сверху фигуру.

— Это друг молодого господина Се Цюя, которого он привёл домой сегодня утром.

С такого расстояния Се Мянь не мог разглядеть человека как следует, но даже отсюда было видно, с какой скоростью чёрная точка ест в углу. Неужели в доме Се его морили голодом?

— Так у нас принято обращаться с гостями?

Ань Юй, который и понятия не имел, что каждое его движение прекрасно видно сверху, ел с огромным удовольствием. Лосось оказался по-настоящему свежим, а запечённое с сыром мясо бостонского лобстера — упругим и сочным. Надо будет потом взять ещё несколько кусочков. Молодые господа и барышни почти не притрагивались к лобстерам, потому что их неудобно есть. Какая расточительность!

— Простите за беспокойство. Если вам удобно, прошу пройти на второй этаж.

Ань Юй специально нашёл неприметный уголок: маленький высокий столик рядом с цветочной композицией, возле самого окна. Сюда почти никто не подходил. К тому же теперь, когда приехал молодой господин семьи Чу, все отправились приветствовать его и поддерживать знакомства, так что на Ань Юя вообще никто не обращал внимания. И вот, когда он уже решил вскоре сходить за следующей тарелкой, перед ним неожиданно появился мужчина средних лет в форме дворецкого.

Ань Юй чуть не подавился.

Се Цюй разговаривал со своим хорошим другом на глазах у всех, так что вряд ли мог послать дворецкого отчитывать его. А троица, скорее всего, не имела права распоряжаться дворецким семьи Се. Ань Юй быстро всё обдумал и решил подняться на второй этаж.

Дворецкий отвёл его в небольшой банкетный зал на втором этаже, где накрыл отдельный стол. На столе стояла почти вся еда с вечернего банкета.

— Мы заметили, что вам неудобно ужинать на первом этаже, поэтому приготовили для вас ужин отдельно. Надеюсь, вам будет приятно поужинать в доме Се.

Устроив Ань Юя, дворецкий сказал, что при необходимости он может в любой момент обратиться к слугам на втором этаже, а затем ушёл, оставив его спокойно наслаждаться ужином.

Сидя за столом, Ань Юй потёр нос. Глаза вдруг защипало, а в груди разлилось тепло. Он несколько раз глубоко вдохнул, привёл чувства в порядок и с хорошим настроением принялся за персональный ужин в формате шведского стола.

Он провёл в этом мире уже почти неделю и успел встретить немало людей, но впервые почувствовал чью-то бескорыстную доброту.

Наевшись и напившись, Ань Юй довольно вышел из комнаты и спросил у слуг на этом этаже, кто устроил ему этот ужин: ему очень хотелось поблагодарить человека. Но все отвечали, что это распоряжение дворецкого. Ань Юй хотел найти его, однако на первом этаже долго искал и так и не нашёл.

Только тогда он заметил, что сюжет оригинала развивается совсем не так. Ань Цзинци, вероятно получив отпор от Се Мяня, уныло сидел в стороне и без конца пил. Рядом Се Цюй и троица наперебой его утешали. А Бай Чучжоу, который по оригиналу должен был влюбиться в Ань Цзинци с первого взгляда и начать соперничать с Се Цюем, сидел неподалёку с несколькими друзьями, смеялся и разговаривал, совершенно не обращая внимания на состояние Ань Цзинци.

Бай Чучжоу ведь был довольно важным второстепенным персонажем. Неужели он не влюбился в Ань Цзинци?

Наверное, Ань Юй слишком долго на него смотрел: Бай Чучжоу что-то почувствовал и повернул голову в эту сторону, но увидел лишь убегающую спину человека в чёрной толстовке.

После десяти вечера банкет закончился. Троица давно ушла, а Ань Цзинци куда-то исчез. Ань Юй обошёл всё вокруг, но не нашёл и Се Цюя. Спросив слугу, он узнал, что Ань Цзинци сегодня домой не вернётся и останется ночевать у Се.

— …

Сказали бы раньше! Не пришлось бы ему до сих пор скучать и ждать.

Ань Юй вздохнул. Теперь его наверняка никто не отвезёт домой. Придётся выйти и вызвать такси.

По дороге сюда он слушал, как над ухом жужжит «братец-комар», любовался пейзажем за окном и думал, что старик Се выбрал для виллы отличное место. Но после того как он больше десяти минут безуспешно пытался вызвать машину, ему стало уже не до улыбок.

Он спросил у слуг, как отсюда вызвать такси, и выяснил, что сначала нужно пройти около двух километров и выйти за пределы живописной зоны. Пришлось Ань Юю набить карманы маленьким печеньем, натянуть капюшон толстовки и, подставляя лицо холодному ночному ветру, начать несколько запоздалую прогулку после ужина, ориентируясь по навигатору в телефоне.

Мимо время от времени проносились разные лимитированные роскошные автомобили, каждый обдавал его порывом холодного воздуха. У Ань Юя зачесался нос, он несколько раз чихнул и решил, что по дороге домой надо купить лекарство от простуды, чтобы не заболеть.

Пройдя примерно километр, Ань Юй услышал приближающуюся машину и отошёл ближе к обочине, чтобы вместе с холодным ветром не надышаться ещё и выхлопами.

Но, к его удивлению, машина остановилась рядом. Когда он повернул голову, окно тоже опустилось.

— Куда тебе? Подвезу.

Перед ним появилось лицо Се Мяня — холодные брови и глаза скрывали в себе остроту.

Перед перспективой завтра простудиться и заболеть Ань Юй ни секунды не колебался и шустро забрался в машину.

— До станции метро Линьнаньси будет достаточно!

Экран телефона в его руке светился: на нём был открыт маршрут до дома семьи Ань. Изначально он собирался выйти из этого района, вызвать такси или доехать автобусом с пересадкой на метро. Раз уж его всё равно подвозят, можно чуть-чуть обнаглеть.

Се Мянь коротко отозвался, и водитель впереди сразу понял, куда ехать.

В машине работало тёплое отопление. В воздухе смешивались приятный травяной аромат и слабые древесные ноты. Ледяные руки Ань Юя наконец понемногу согрелись.

— Спасибо, — поблагодарил он Се Мяня, который работал за ноутбуком.

— Почему не попросил машину семьи Се отвезти тебя? — Се Мянь перестал печатать и спросил его.

Ань Юй замялся. Длинные густые ресницы дрогнули, скрывая неловкость в глазах.

— Я не знал, что можно попросить машину.

— Это обязанность хозяев дома. Поэтому благодарить меня не за что.

Сказав это, Се Мянь снова принялся печатать.

Ань Юй был с ним почти не знаком и не знал, о чём говорить. Когда разговор закончился, он отвернулся к окну. Лазерно-фиолетовый спорткар обогнал машину Се Мяня и умчался вперёд. Ань Юй разглядел за рулём того самого молодого господина Бай.

И только тогда вспомнил: по оригиналу Бай Чучжоу должен был сегодня остаться ночевать в доме Се, но после соперничества с Се Мянем за внимание Ань Цзинци добивался права отвезти его домой. Теперь же Ань Цзинци сам остался ночевать у Се, а Бай Чучжоу почему-то уехал один.

Пока Ань Юй задумался, в салоне раздалось жужжащее «бр-р-р» вибрации телефона. Се Мянь ответил на звонок.

— Младший дядя! Возмести мне карманные деньги! Мне нечем оплатить номер! Скорее приезжай и спаси меня!

Пронзительный крик разнёсся по машине так, что не услышал бы разве что глухой.

Голос показался знакомым. Это был тот самый племянник, который в ту ночь капризничал и канючил перед Се Мянем. Теперь, зная личность Се Мяня, Ань Юй понял и кто его племянник — Чу Чоуцзэ. Мать Чу Чоуцзэ, Чу Лань, была приёмной дочерью. Се Цюй и Чу Чоуцзэ постоянно не ладили, а вот Се Мянь, наоборот, был ближе к Чу Чоуцзэ. Впрочем, Чу Чоуцзэ тоже входил в число поклонников Ань Цзинци, просто сейчас они ещё не были знакомы.

— Я твой младший дядя, а не отец с матерью, — Се Мянь отодвинул телефон подальше от уха.

— Мне всё равно! Раньше дядю по матери называли «дядюшка-отец». Раз там уже есть слово «отец», значит, ты мне наполовину папа! Папа, переведи мне денег! Я не могу опозориться перед братьями и девчонками!

Ань Юю очень хотелось засмеяться, но он сдерживался. В первый раз трудно, во второй уже привычнее — теперь-то он наверняка отлично контролировал выражение лица. Ему стало любопытно, какое лицо будет у Се Мяня после таких слов, и он украдкой покосился на него.

— Запомни это. В следующий раз назови меня так и при своём отце, — равнодушно ответил Се Мянь.

Он явно давно привык к тому, что этот племянник любит нести всякую чушь.

— Назову так назову. Я сейчас же позвоню папе и скажу, что у меня появился ещё один отец. Так что, папа, переведи денег. Обещаю усердно трудиться и каждый день становиться лучше!

— Твоё «усердно трудиться» — это усердно отлынивать и развлекаться, — Се Мянь сразу разоблачил его намеренный уход от слов «хорошо учиться».

— Папа, ты меня больше не любишь! У тебя появился другой сын! Всё, сейчас начну плакать!

Се Мянь прекрасно знал, что Чу Чоуцзэ действительно способен завыть во весь голос, поэтому решительно сбросил звонок и перевёл ему деньги.

Пусть это было и невежливо, но Ань Юй всё же увидел, как с той стороны пришёл стикер с человечком, который кланялся папочке в ноги.

— Насмотрелся?

Ань Юй вздрогнул и поспешно отвёл взгляд. Слушать было так весело, что его «один раз взглянуть» незаметно превратилось в постоянное разглядывание Се Мяня. В основном потому, что лицо Се Мяня и правда заставляло сердце биться быстрее. Ань Юй случайно поддался мужской красоте.

До самого места назначения в машине снова царила тишина. Увидев за окном вход в метро, Ань Юй нетерпеливо приготовился выйти, но дверь оставалась запертой.

— Откройте, пожалуйста, замок.

Водитель никак не отреагировал.

Ань Юй в недоумении обернулся и увидел, что Се Мянь смотрит на него. Взгляд напоминал тот, которым он поймал Ань Юя в баре. Ань Юй мгновенно струсил, опустил глаза и изобразил всем видом: «Я такой послушный».

— Пока что я не собираюсь жениться.

Ань Юй подождал и услышал совершенно неожиданную фразу. Первой мыслью было, что Се Мянь, наверное, снова говорит с кем-то по телефону. Во всяком случае, на обращение к нему это совсем не походило.

— Если говорить прямо: полюби кого-нибудь другого, — взгляд Се Мяня остановился на притворно-послушных глазах Ань Юя. Заметив, как в них появилось недоумение, он решил больше не выражаться намёками.

— ?

Ань Юй наконец понял смысл его слов. Глаза медленно распахнулись, круглые зрачки наполнились шоком и невероятным изумлением.

— Я… я не… не люблю тебя!

Он даже начал заикаться. Внутренний образ Се Мяня как зрелого властного босса и опасного красавца в костюме с треском рассыпался.

Не зря они дядя и племянник — у обоих что-то не так с ходом мыслей! Да кто вообще вас любит?!

— Мм, — ровным, совершенно бесцветным тоном ответил Се Мянь.

Сразу после этого дверь автомобиля автоматически разблокировалась. Намёк был более чем очевидным.

Да чтоб тебя! Теперь Ань Юй наконец понял, что значит «ударить кулаком в вату». Так и хотелось врезать по этой красивой, раздражающей физиономии Се Мяня! Самовлюблённый псих! Подумаешь, тебя полюбил всеобщий любимчик!

От злости лицо Ань Юя покраснело. Он нарочно с шумом вышел из машины, а перед тем как дверь закрылась, решительно поднял правую руку и показал сидящему внутри средний палец.

Так что вся его «послушность» была одной видимостью.

Се Мянь совершенно спокойно велел водителю ехать. Ребёнка отвергли, вот он и вспылил от стыда — обычное дело, не стоило обращать внимания.

— Господин Се, а как вы поняли, что тому молодому господину вы нравитесь? — водитель работал с Се Мянем уже несколько лет и впервые видел человека, который осмелился показать начальнику такой жест.

Ему стало любопытно из-за резкого контраста между красивым послушным юношей и его поведением. Водитель достаточно хорошо знал характер начальника и понимал, что тот не рассердится на такой вопрос, поэтому позволил себе спросить.

— Он капризничал со мной, заступался за меня, а только что загляделся, — подвёл итог трём встречам Се Мянь, у которого и без того хватало поклонников.

— У начальника глаз-алмаз, — тут же подольстился водитель.

http://bllate.org/book/23004/2542348