Час спустя Сюэ Хэн наконец вышел из Черного Источника.
Неизвестно, было ли это связано с тем, что странная аура наконец рассеялась, но Цю Сяоци очнулся сразу же, как только они покинули пределы пространства.
Ему больше не приходилось быть слепым.
Каждый раз, открывая глаза, Цю Сяоци требовалось несколько секунд, чтобы осознать, где он находится, и этот раз не стал исключением. Его взгляд, поначалу затуманенный и расфокусированный, быстро пробежался по воспоминаниям, и лишь после нескольких морганий глаза наконец обрели живость.
Вокруг снова воцарилась обычная ночная тьма, время от времени прорезаемая лунным светом, пробивающимся сквозь густую листву. Вот она — привычная ему ночь.
Глядя на черные растения, которые медленно проплывали мимо, превращаясь в неясные силуэты, Цю Сяоци наконец осознал, в каком положении они находятся. Он с трудом, чувствуя скованность в теле, поднял голову.
Сексуальные тонкие губы Сюэ Хэна были плотно сжаты в прямую линию, лишенную даже намека на улыбку, из-за чего он выглядел подчеркнуто холодным и высокомерным. Заметив, что Цю Сяоци проснулся, Сюэ Хэн лишь мельком взглянул на него сверху вниз — кроме движения глаз, на его лице не дрогнул ни один мускул.
Цю Сяоци перевел взгляд на Сюэ Жуя, который продолжал мирно спать на другой руке Сюэ Хэна, а затем снова посмотрел на себя. В этот момент его охватила неловкость.
Он осторожно коснулся плеча Сюэ Хэна и прошептал:
— Э-э, я могу идти сам.
Отпусти меня. Если это продолжится и дальше, я умру от стыда, уж лучше бы меня просто тащили волоком...
Внутренний монолог Цю Сяоци был переполнен мыслями о том, как за последние несколько дней он постоянно оказывался вплотную к другим людям. Его лицо горело от смущения: он уже десять лет не был в чьих-то руках, а ведь он давно стал взрослым мужчиной.
Цю Сяоци мысленно закрыл лицо руками. Не успел он прийти в себя, как его уши вдруг дернулись, и он вмиг окаменел, не смея произнести ни слова. Он вовсе не горел желанием узнать, каково это — лишиться хвоста, ведь больше всего на свете он боялся боли.
Почувствовав, что Цю Сяоци притих, Сюэ Хэн едва заметно усмехнулся, но этот блеск в его глазах тут же исчез. По идее, он должен был отпустить хвост, как только Цю Сяоци стал послушным, но вместо этого он не только не выпустил его, но и время от времени поглаживал шерсть.
Движения Сюэ Хэна были очень скрытными, а из-за того, что они постоянно находились в движении, Цю Сяоци ничего не замечал. Он лишь продолжал дрожать от напряжения, боясь пошевелиться или издать хоть звук, чтобы не навлечь на себя расплату.
Да как он смеет угрожать мне хвостом! — взревел про себя Цю Сяоци.
В этот момент он вспомнил кое-что. Когда он только очнулся в этом мире, на его руке был след от глубокого укола, который болел так сильно, что он боялся пошевелиться.
А сейчас?
Пользуясь тем, что при ходьбе Сюэ Хэна слегка покачивало, Цю Сяоци осторожно опустил голову и взглянул на свою руку. Место, где еще недавно была припухлость и след от иглы, выглядело совершенно чистым, словно ему всё это привиделось.
Странно, неужели мне показалось? Но ведь та боль была такой реальной. А ладонь... я же до крови впивался в нее ногтями, да и этот мужчина укусил меня — почему сейчас всё зажило без следа?
Цю Сяоци в недоумении уставился на свою руку, даже не задумываясь о том, в какой именно момент боль исчезла. Более того, в его нынешних воспоминаниях смерть прежнего владельца тела была напрямую связана с тем, что ввели через этот самый укол.
Сюэ Хэн, который всё это время незримо наблюдал за ним, словно прочитал его мысли. Вспомнив тот вкус, он невольно облизнул губы.
Настоящий неожиданный сюрприз, — тихо пробормотал он про себя.
Оба были погружены в свои мысли, но внешне оставались совершенно невозмутимыми.
Цю Сяоци не чувствовал усталости, ведь его несли на руках, самое большее — он затек от долгого пребывания в одной позе. Однако была еще одна вещь, вызывавшая жгучее смущение, — его живот.
Он почти ничего не ел, а один снежный лотос не мог решить проблему. Сейчас он был голоден настолько, что живот буквально прилип к спине, и в тишине было отчетливо слышно, как он непрерывно урчит.
Боги, если бы только они знали, какой страх и стыд он испытывал, слыша это бурление. А вдруг этот звук разозлит мужчину? Уцелеет ли тогда его хвост?
http://bllate.org/book/22983/2453159
Сказали спасибо 0 читателей