Готовый перевод The Girl Who Sold Rockets / Девочка, продающая ракеты [Межзвёздная]: Глава 17

Глава 19

Сицзэ поднял голову и в зеркале ванной комнаты увидел свое собственное озадаченное отражение, а рядом — Чу Цы с таким отрешенным видом, будто он уже познал бренность этого мира.

Если бы у человека не было хоть какого-то навыка, он бы не смог сотворить с волосами нечто подобное. Как бы это описать? В этом образе сквозь скорбь и ярость пробивался дух необузданного бунтарства, причем такой степени уродства, которую сложно выразить словами. Изначально симпатичный паренек с такой выдающейся прической мгновенно стал похож на ребенка, которого подобрали на свалке.

Чу Цы обернулся:

— Это и есть твой уровень лучшего студента всего училища?

Сицзэ призадумался, пытаясь оправдаться:

— В конце концов, в Центральном военном училище не преподают парикмахерское искусство...

— Да закройся ты! — Чу Цы схватился за свои несчастные волосы, стараясь не смотреть в зеркало. — Брей меня наголо.

Сицзэ промолчал.

Он отложил ножницы, еще раз внимательно оглядел голову Чу Цы и, кривя душой, произнес:

— По правде говоря, если привыкнуть, то вроде бы и не так уж уродливо...

Чу Цы безразлично закатил глаза:

— Ты слышал сказку про волка и Красную Шапочку? Когда серый волк притворялся бабушкой и пытался убедить девочку в своей искренности, он выглядел точь-в-точь как ты сейчас.

Сицзэ снова промолчал.

Чу Цы махнул рукой, давая понять, что устал и больше не хочет говорить.

Поздно вечером, когда Сицзэ собирался выключить свет, он заметил, что Чу Цы лежит лицом к стене, глядя в пустоту и тяжело вздыхая.

Сицзэ замер, не дотянувшись до выключателя, и обеспокоенно спросил:

— Что с тобой?

Чу Цы, не оборачиваясь, пробормотал:

— Слишком уродлив, чтобы уснуть.

— ...И что теперь делать?

— А что тут сделаешь, — вздохнул Чу Цы. — Придется оставаться уродливым.

Он пробормотал себе под нос:

— И чего я был таким безумцем, что доверил тебе стрижку...

Сицзэ виновато потер нос. Честно говоря, он и сам не ожидал, что его мастерство окажется настолько плачевным. Похоже, в будущем стоит почаще практиковаться на кошке его матери.

— Давай все же спать, — Сицзэ потянулся, чтобы приглушить свет. — Ты ведь еще вчера толком не...

Он не успел договорить, как лампа снова вспыхнула ярким светом. Чу Цы, повернутый к стене, ничего не ответил. Сицзэ снова убавил яркость, но спустя секунду свет опять стал прежним. Сицзэ вздохнул:

— Чу Цы.

Этот парень намеренно воздействовал на лампу с помощью духовной силы.

Чу Цы медленно повернулся:

— Я не могу уснуть. — Помолчав, он добавил: — Эта прическа просто ужасна.

Плохая отговорка, подумал Сицзэ.

Он оставил попытки настроить свет и сел рядом с Чу Цы:

— Как ты это сделал? Я имею в виду, как ты воздействуешь на лампу духовной силой?

— Захотел и сделал.

Сицзэ посмотрел на него сверху вниз, ничего не ответив.

— Ладно, — Чу Цы скривил губы. — Я вчера поискал информацию в Звездной сети, просто решил попробовать, и у меня получилось.

Звучало это как детское упрямство. В его изложении управление духовной силой казалось таким же простым делом, как выбор капусты на рынке. Однако проблема была в том, что уровень духовной силы самого Сицзэ относился к высшей категории, поэтому он счел слова Чу Цы вполне закономерными.

Тем не менее он предостерег:

— Управление духовной силой легко может привести к ошибкам. Иногда это наносит непоправимый вред сознанию и психике, так что в будущем не стоит пытаться делать это без подготовки.

— Когда мы вернемся... в Центральный звездный округ, — Сицзэ перевел взгляд на окно. Умное стекло могло самостоятельно регулировать прозрачность, но в комнате все еще висели бежевые портьеры для уюта. Потоки воздуха от системы климат-контроля едва заметно колыхали ткань.

Его взгляд устремился куда-то вдаль, словно сквозь эту темную ночь он видел очертания Центрального звездного округа.

— Ты сможешь выбрать, хочешь ли систематически изучать управление духовной силой. Тебя интересуют мехи?

Чу Цы покачал головой:

— Не знаю. Это сложно?

— Нет, — свет мягко погас, и Сицзэ продолжил: — Сети взаимодействия человека и машины, установленные на мехах, сейчас являются самыми передовыми в Федерации. Выполнение простых движений на мехе может оказаться даже легче, чем регулировка освещения.

— У этой лампы простейшая структура электрической цепи, — пробормотал Чу Цы. — Всего один контур для отвода тока.

— Откуда ты знаешь схему этой лампы? — изумился Сицзэ.

— Обычные бытовые светильники все такие, — Чу Цы закусил губу. — Старый Морсен меня учил.

Оба погрузились в молчание. Спустя некоторое время Сицзэ произнес:

— Давай я буду учить тебя всему этому, хорошо?

— Пусть я пока не силен в механике, но я могу сначала выучить сам, а потом передать знания тебе. Я также могу обучить тебя управлению духовной силой, подключению к меху...

Чу Цы опустил голову и часто заморгал, прогоняя подступившую к глазам влагу, и глухим, заложенным голосом ответил:

— Хорошо.

— Но я все равно не могу уснуть, — он откинулся на кровать. — Если я буду так мучиться, не умру ли я от бессонницы?

Сицзэ промолчал.

Чу Цы перевернулся:

— Я прочитал в сети фразу: Управление духовной силой подобно прохождению лабиринта вашим сознанием; если вы находите более одного способа выбраться, значит, управление успешно. Что это значит?

— Эта фраза из книги Потоки сознания профессора психологии духовной силы Шуберта Л. Томсона. Это базовое пособие, его стиль изложения прост и доступен, тебе стоит прочесть эту книгу, — сказал Сицзэ. — В основе ранних технологий взаимодействия человека и машины лежала теория духовных сетей. Согласно этой теории, духовная сила человека — это не просто поток сознания, а вектор. Множество векторов формируют духовную сеть, и поскольку каждый узел этой сети имеет точное числовое значение, она поддается управлению. Лабиринт — это лишь наглядная метафора, потому что духовная сеть...

Чу Цы, голова которого разболелась от обилия теоретических знаний, похлопал Сицзэ по тыльной стороне ладони:

— Спи давай, жизнь дороже.

С этими словами он закрыл глаза.

Изначально он не мог уснуть, но стоило ему начать размышлять о «векторах» и «духовных сетях», как его внезапно одолела дремота, и в какой-то момент он действительно провалился в сон.

***

На следующий день Чу Цы проснулся до восьми утра, но Сицзэ уже встал и куда-то ушел. Чу Цы неспешно направился в ванную, но, увидев свою прическу, ужаснулся, зажмурился, кое-как умылся и поспешил скрыться.

Хотя он уснул, сон был тяжелым, полным кошмаров: то он снова в заброшенном воздушном тоннеле Силина, то на главной площади космической станции, где разверзлась огромная пасть, готовая его поглотить.

Открыв окно, он заметил, что станция сегодня подозрительно тихая — должно быть, ввели военное положение. Поздоровавшись с дежурным следователем, он спустился вниз, чтобы попить воды. Хозяин гостиницы долго всматривался в него, прежде чем воскликнуть:

— Бедное дитя, что же стало с твоими волосами...

Чу Цы подумал, что этот вопрос стоит задать некоему Сицзэ, лучшему студенту училища. Тьфу.

В этот момент вошел Сицзэ, неся в руках пакет.

— Тебе разрешили выходить? — удивленно спросил Чу Цы.

Сицзэ поднял запястье, на котором красовался белый браслет:

— На нем есть маячок.

Сказав это, он снял браслет и вернул его проходившему мимо следователю.

В лифте Чу Цы с любопытством спросил:

— И зачем ты выходил?

Помолчав, Сицзэ открыл пакет:

— Я купил тебе шляпу...

Чу Цы застыл.

Значит, ты все-таки понимаешь, что у меня на голове уродство.

Он заглянул в пакет и увидел тканевую шляпу красного цвета с белой каймой и широкими полями... С оборками?!

Чу Цы посмотрел на него взглядом человека, впервые увидевшего смартфон:

— Это же женская модель, да?!

Сицзэ потер нос:

— Но я спросил у продавца, и он сказал, что эта модель лучше всего скрывает волосы.

— Верю, как же. В ближайшие дни я из дома ни ногой. — Чу Цы первым вошел в номер и зевнул. — Я спать хочу.

— Ты же только что встал!

Чу Цы лег на кровать:

— Расскажи-ка мне еще раз ту теорию духовных сетей, о которой говорил вчера.

Сицзэ подумал, что сегодня Чу Цы на редкость прилежен, открыл в терминале учебник по теории сознания и начал читать оглавление, но не успел закончить даже первый параграф, как Чу Цы уже спал.

Никакое это не прилежание, просто лучшее снотворное, сочувствую.

Впрочем, Чу Цы считал, что Сицзэ — не самый лучший учитель. Его голос при чтении лекций был настолько монотонным, что клонил в сон, и сколько именно информации удавалось усвоить, зависело исключительно от удачи.

За этими скучными лекциями пролетело два с половиной дня.

На третье утро, когда Чу Цы проснулся и долго смотрел в потолок, Сицзэ как раз хотел спросить, не хочет ли он поесть, как вдруг на терминале всплыло уведомление о входящем вызове.

— Следователь Морсен?

— Это я, — ответил старый Морсен. — Шаттл уже в пути. Специальная следственная группа совершила два экстренных прыжка и прибыла на станцию вчера вечером. Предварительное расследование завершено, вам нужно подойти еще раз.

Связь прервалась. Чу Цы поднялся:

— Нужно идти?

— Боюсь, что да, — ответил Сицзэ.

Чу Цы медленно поднял глаза, заметив в зеркале свою рваную челку, и поймал на себе взгляд Сицзэ. Он с каменным лицом спросил:

— И так пойдет?

Сицзэ виновато отвел взгляд, снял с вешалки ту самую красную шляпу и осторожно надел ее на голову Чу Цы.

Чу Цы промолчал.

***

Та же комната допросов, но люди напротив сменились.

Все члены Специальной следственной группы были в темно-синей форме, их легко было узнать. Старый Морсен подвел Чу Цы и Сицзэ к одному из них, который был полностью поглощен записями на голографическом экране.

Чу Цы мельком взглянул на экран: там была схема разборки какого-то оружия и ряд цифр, заканчивающихся на 062.

Следователь поднял голову, и Чу Цы поспешно отвел взгляд.

— Это те самые дети, — сказал Морсен следователю. — Свидетели.

Следователь обернулся. У него были яркие карие глаза, но холодный, неприступный вид.

— Я следователь Робинсон. Мне нужно ваше содействие по делу «Часовой башни». Подождите здесь, пока я закончу с остальными данными.

Ожидание затянулось на три часа.

Чу Цы начал терять терпение, но Робинсон не спешил начинать допрос, поэтому ему оставалось только съежиться на стуле и от скуки крутить пуговицу на рукаве Сицзэ.

Постепенно в комнате остались только Робинсон и еще один рыжий следователь. В какой-то момент рыжий вышел в туалет, а Робинсон последовал за ним, чтобы покурить у вентиляционного отверстия в коридоре.

Его терминал лежал на столе, экран был заблокирован.

Сицзэ слегка нахмурился, не сводя глаз с терминала. Чу Цы прошептал:

— Когда я только вошел, я видел запись о каком-то оружии, номер заканчивался на 062.

— OPW7062, — отозвался Сицзэ. — Это термический резак, выпущенный в двадцать первом году Конституционной эры. Он способен разрезать стальную пластину толщиной шесть и четыре миллиметра.

— В нем есть что-то особенное? — спросил Чу Цы.

— Ничего особенного, — Сицзэ нахмурился. — Но...

Но когда подвергся нападению 311-й флот, враги использовали именно такие термические резаки, чтобы вскрыть палубу «Чистой земли» и проникнуть вглубь корабля...

Он внезапно произнес:

— Я должен узнать, что произошло на «Часовой башне».

http://bllate.org/book/22979/2452236