Готовый перевод A Thousand Faces of Male Charm / Красота, покорившая миры: Глава 10

Суйхэ окинула его испытующим взглядом:

— Ты знаком с Его Высочеством Повелителем Огня?

Тинлань сразу понял, к чему она клонит:

— Виделись пару раз, но близко мы не знакомы, так что знакомством это не назовешь.

— Ты — всего лишь мелкий небожитель, — предостерегла Суйхэ, — знай свое место и не пытайся прыгнуть выше головы, заискивая перед Повелителем Огня.

Тинлань ничуть не испугался:

— Ваши слова, фея, звучат довольно забавно. Я живу уединенно и предаюсь самосовершенствованию, у меня и в мыслях не было искать расположения Повелителя Огня.

В глазах Суйхэ промелькнула насмешка:

— Хорошо, если так. Не вздумай вообразить, будто один лишь взгляд Его Высочества дает тебе право надеяться на большее. Повелитель Огня — не тот, о ком может мечтать такой, как ты.

Тинлань лишь мысленно пожал плечами. Неужели она всерьез считает Сюйфэна каким-то лакомым кусочком, на который каждый встречный небожитель обязан бросаться?

— Если вы пришли только ради этих слов, то можете быть спокойны: у меня нет ни малейшего желания переходить границы дозволенного в отношении Его Высочества.

Не желая тратить время на бессмысленные пререкания, Тинлань коротко кивнул и прошел мимо нее. Суйхэ проводила его спину холодным взглядом. Она не знала, правду ли сказал этот небожитель, но тешила себя мыслью, что под защитой Небесной владычицы он вряд ли сможет натворить бед.

На следующий день, наливая Жуньюю чай на цветочной пыльце, Тинлань рассказал о ночном происшествии:

— Даже не знаю, кто это была за фея. Прибежала посреди ночи и начала нести какую-то чепуху.

Жуньюй сделал глоток ароматного чая и невозмутимо ответил:

— Та фея, что приходила к тебе, скорее всего, принцесса Суйхэ, глава племени птиц. Она влюблена в Сюйфэна, поэтому ей неприятно видеть, как он сближается с другими.

Тинлань с недоумением посмотрел на Жуньюя:

— Но я ведь небожитель мужского пола, к чему такая бдительность? К тому же, за все время я перекинулся с Повелителем Огня от силы десятью фразами. Это уже перебор.

Жуньюй усмехнулся:

— Кто же виноват, что Тинлань лицом прекраснее самих цветов.

Он умолчал о том, что именно необычное отношение Сюйфэна к Тинланю привлекло внимание Суйхэ. Услышав это замечание, Тинлань вдруг почувствовал, как к щекам прилила кровь. Его белоснежное лицо окрасилось легким румянцем, который лишь подтверждал слова Жуньюя. Заметив перемену, Жуньюй понял, что его фраза прозвучала двусмысленно, но решил оставить всё как есть, чтобы не смущать собеседника еще больше.

— В ближайшее время не покидай дворец Сюаньцзи, занимайся совершенствованием.

Тинлань кивнул, он и сам был того же мнения. Однако его вдруг осенило:

— А если Его Высочество Повелитель Огня снова придет?

— Пока рядом принцесса Суйхэ, вряд ли у Сюйфэна найдется время для визитов, — Жуньюй тоже был обеспокоен этим вопросом. Интересно, надолго ли Суйхэ удастся удержать Сюйфэна? Если же тот будет упорствовать в своем желании навестить дворец Сюаньцзи, он не сможет просто выставить его за дверь.

Жуньюй надеялся, что присутствие принцессы даст ему пару спокойных дней, но уже на следующее утро Сюйфэн вновь явился во дворец Сюаньцзи. Войдя, он застал Жуньюя и Тинланя за игрой в го. Он на мгновение замешкался, а затем шагнул вперед:

— Старший брат.

Жуньюй обернулся, скрыв в глубине глаз мимолетную досаду:

— Сюйфэн.

— Брат сегодня не ходил в Библиотеку писаний? — Сюйфэн прошел к столу и, глядя на черно-белые камни, улыбнулся: — Ты сегодня на удивление свободен.

Жуньюй начал собирать камни в чашу:

— Я не каждый день бываю в библиотеке. А ты почему не в военном лагере?

— Там сейчас спокойно, нет нужды появляться каждый день, — Сюйфэн перевел взгляд на Тинланя: — Почему ты вернул через брата тот духовный нефрит, который я тебе дарил?

Тинлань закрыл чашу и принялся убирать доску:

— Это пустяки, Ваше Высочество, не стоит придавать им столько значения. Хоть вы и настаивали, у меня есть свои принципы.

Сюйфэн вздохнул:

— Как жаль, что мой искренний дар оказался для кого-то пустяком.

Жуньюй передал чашу Тинланю и распорядился:

— Тинлань, принеси вино Люся, что я берег для особого случая.

Затем он обернулся к Сюйфэну:

— Раз уж я обещал угостить тебя, не могу позволить тебе уйти с пустыми руками.

Тинлань вскоре вернулся с кувшином. Едва его откупорили, как по комнате разлился пьянящий аромат, пропитанный густой духовной энергией. Вино Люся, цветом напоминающее утреннюю зарю, в фарфоровой чаше отливало нежно-розовым оттенком. Сюйфэн поднес чашу к лицу, вдыхая аромат:

— Брат сегодня щедр, раз решил откупорить столь драгоценное вино.

Жуньюй поднял свою чашу:

— У тебя самого в покоях полно лучших вин, так что мое Люся по сравнению с ними — сущий пустяк.

Сюйфэн сделал глоток и перевел взгляд на Тинланя, сидящего рядом:

— Тинлань, не хочешь составить нам компанию?

Тинлань покачал головой:

— Я не силен в вине, не беспокойтесь обо мне.

— Как можно не выпить? — Сюйфэн взял чашу, наполнил ее и поставил перед Тинланем: — Другое вино можешь игнорировать, но это Люся приготовлено самим братом. Вкус у него бесподобный, если не попробуешь — много потеряешь.

— Ваше Высочество сами его готовили? — Тинлань с удивлением посмотрел на Жуньюя. Он и не подозревал, что тот владеет таким искусством.

Жуньюй рассмеялся:

— От нечего делать решил скоротать досуг. Приятно, что Сюйфэн так высоко его оценил.

Тинлань поднес чашу к губам, вдохнул аромат и улыбнулся:

— Раз уж это плод ваших трудов, я обязан попробовать.

Он осушил чашу одним махом. В ту же секунду его лицо окрасилось ярким румянцем, а в глазах затуманилась влага. Даже уголки глаз покраснели, придавая его облику смущенно-страстный вид. Жуньюй и Сюйфэн замерли, завороженные этим зрелищем.

Внезапно Тинлань почувствовал, что мир вокруг поплыл, и, не удержавшись, повалился на стол, лишившись чувств. Жуньюй пришел в себя и, заметив, что Сюйфэн не сводит с Тинланя ошарашенного взгляда, помрачнел. Он поднялся, подошел к Тинланю и подхватил его на руки:

— Сюйфэн, Тинлань опьянел. Я отнесу его отдохнуть.

Сюйфэн крепко сжал чашу, чувствуя, как пересохло в горле. Спустя мгновение он в смятении залпом осушил свое вино. Какое безумие!

Уложив Тинланя на кровать, Жуньюй долго сидел рядом, глядя на него. Лицо, прекрасное, как персиковый цвет, напомнило ему старое стихотворение. Он протянул руку, но в последний момент, коснувшись нежной кожи, отпрянул, словно обжегшись. Не в силах больше смотреть, Жуньюй поспешно вышел из покоев, и в его походке читалась едва уловимая растерянность.

Вернувшись во двор, он увидел, что Сюйфэн уже ушел. Жуньюй сел за стол, наливая себе вина. Его взгляд упал на стол, где лежала треснувшая чаша. Он сжал ее в руке, а затем взмахнул рукавом, заставляя кувшин и остатки посуды исчезнуть в воздухе.

http://bllate.org/book/22975/2451464