Готовый перевод Yandere Villain So Seductive, Who Can Resist / Яндере-злодей так соблазняет — кто такое выдержит?: Глава 18

Лу Цзиньчжоу, уходя, оставил кое-какие вещи.

Увы, не каждому под силу выдержать такую судьбу. Если бы не это, у него самого не было бы шанса попасть в Небесный мир.

Лу Цзиньчжоу закончил с бумагами, собрал вещи и собрался домой.

Однако в особняке царил сущий хаос, словно там только что отгремела битва.

Гу Чэнъюй с яростью швырнул вазу на пол. В его глазах полыхал огонь, казалось, он вот-вот сорвется.

Стоявший напротив Гу Цзэ отступил, уворачиваясь от разлетевшихся осколков керамики. Он не желал сдаваться и пытался подойти ближе, чтобы убедить брата.

— Сяо Юй, всё не так, как ты думаешь. Послушай меня, дай я объясню.

— Не хочу я слушать! Кто ты такой? Я тебя не знаю! Вон из моего дома!

Видя, что тот не уходит, Гу Чэнъюй обвел взглядом гостиную, схватил декоративную фигурку из нефрита в виде капусты и запустил ею в Гу Цзэ.

Гу Цзэ не успел увернуться, и предмет угодил ему в голень. Охватив больное место руками, он с изумлением смотрел на брата, который еще полмесяца назад был таким нежным и ласковым.

Он через силу сделал шаг вперед, но Гу Чэнъюй с силой оттолкнул его.

— Я же твой брат! — в отчаянии выкрикнул Гу Цзэ.

— Нет! Я тебя совсем не знаю! Только брат Лу... Точно, где он? Он что, снова хочет бросить меня и прислал тебя разыграть этот спектакль, чтобы обмануть меня?

Гу Чэнъюй отчаянно сопротивлялся, его грудь тяжело вздымалась, а взгляд затуманился. Казалось, еще одно слово — и он упадет в обморок.

От этих мыслей у Гу Чэнъюя раскалывалась голова, будто что-то пыталось вырваться наружу изнутри. Он обхватил голову руками и начал биться ею о стену, надеясь хоть как-то унять эту боль.

Гу Цзэ перепугался до смерти. Его тело среагировало быстрее разума — он бросился вперед и обхватил брата.

— Сяо Юй, не надо, прошу, мне страшно. Если не можешь вспомнить — не надо, я не буду тебя заставлять, правда, не буду.

Гу Цзэ был в ужасе, его глаза покраснели, а руки, удерживающие брата, дрожали — он боялся, что не удержит его и тот ударится.

В этот момент входная дверь открылась.

Вошел дядя Ван, неся новый компьютер для Гу Чэнъюя, с добродушной улыбкой на лице.

— Молодой господин Гу, я привез вам компьютер. Хотите попробовать... А!

Увидев, что творится в комнате, дядя Ван осекся. Он поспешил к Гу Чэнъюю и с тревогой спросил, что случилось.

Но Гу Чэнъюй был погружен в свой мир и не обращал на него внимания. Дяде Вану пришлось обратиться к трясущемуся Гу Цзэ.

— Что здесь происходит? Кто вы такой и почему вы здесь?

Гу Цзэ шмыгнул носом. Увидев, что кто-то пришел, он немного ослабил хватку, но всё еще держал Гу Чэнъюя.

— Я... я старший брат Сяо Юя. Полгода назад он попал в аварию, мы долго искали его и только недавно нашли. А теперь... стоило мне заговорить, как он начал крушить вещи, жаловаться на головную боль и бросаться на стены...

Гу Цзэ говорил сбивчиво, запинаясь, но дядя Ван уловил суть.

Гу Чэнъюй, свернувшийся в клубок от боли, словно увидел родного человека, из последних сил вырвался из рук Гу Цзэ. Он спрятался за спину дяди Вана, вцепился в полы его одежды и всхлипнул:

— Дядя Ван, я его не знаю, прогоните его, пожалуйста, прогоните...

Дядя Ван внимательно присмотрелся к лицу Гу Цзэ, затем перевел взгляд на Гу Чэнъюя. И правда, сходство было. Но нельзя позволить ему просто так забрать парня.

Ситуация с Гу Чэнъюем была непростой. А вдруг у них в семье не всё ладно? Не бросит ли он любимого человека своего господина в огонь? Нет, этого допустить нельзя.

Дядя Ван принял решение. Сначала он ласково уговорил дрожащего Гу Чэнъюя сесть на диван, а затем твердо попросил Гу Цзэ отойти в сторону.

Гу Цзэ, который пришел по сообщению, сначала получил вазой, потом был изгнан братом, а теперь еще и столкнулся с угрозой, пытался взять себя в руки.

— Здравствуйте, как ваша фамилия?

Гу Цзэ поправил одежду и вежливо ответил:

— Моя фамилия Гу.

Дядя Ван перестал улыбаться и пристально посмотрел на него.

— Хорошо, господин Гу. Вы утверждаете, что господин Чэнъюй — ваш брат. Есть ли у вас доказательства?

Гу Цзэ достал телефон, открыл скрытый альбом с названием Самый милый братишка на свете и стал листать фотографии.

— Свидетельство о рождении, удостоверение личности, домовая книга, семейные снимки — у меня есть всё, что подтверждает наше родство.

Наконец-то хоть кто-то спросил! Братишка, подожди, я обязательно заберу тебя домой!

Гу Цзэ говорил не спеша, но дядя Ван уловил в его голосе нотки хвастовства.

Дядя Ван еще при входе почувствовал неладное и отправил сообщение Лу Цзиньчжоу, тот должен был скоро подойти. Но прежде чем он успел сказать что-то еще, чтобы потянуть время, Гу Чэнъюй бросился вперед, пытаясь вытолкать Гу Цзэ за дверь.

— Уходи! Ты мне не брат! Вон из моего дома! Здесь тебе не рады!

Гу Цзэ был потрясен. Это тот самый послушный, рассудительный и способный младший брат?!

— Нет, Сяо Юй, всё было не так...

Не успел он закончить, как почувствовал толчок в спину и полетел вперед, едва не рухнув на пол.

Лу Цзиньчжоу, закончив дела раньше времени, только вошел в дом, как на него наткнулся человек. Он машинально подхватил его и остолбенел, узнав в своих объятиях своего «дорогого шурина».

— Ты что здесь делаешь?

Едва он договорил, как Гу Цзэ в его объятиях был грубо оттолкнут.

Гу Чэнъюй прижался к Лу Цзиньчжоу и беззвучно зарыдал. Он не проронил ни слова, но сердце Лу Цзиньчжоу сжалось от боли. Он обнял его и поспешил унести вглубь дома.

Гу Цзэ, оставшийся лежать на полу, был в полном замешательстве.

В конце концов, дяде Вану пришлось вмешаться и пригласить его внутрь. Гу Цзэ не очень-то хотел заходить. Он был так счастлив, когда брат позвонил ему, думал, что наконец заберет его домой. А тут всего пара фраз — и у него чуть мозг не взорвался. Теперь еще и главный герой вернулся, а он сам грохнулся на пол. Ну и денек выдался.

— Вы ушиблись? — дядя Ван с сомнением посмотрел на Гу Цзэ, который сменил позу и сидел на полу.

Гу Цзэ подумал: «Вы все тут только настроение портишь».

Он улыбнулся и невозмутимо встал:

— Нет, всё в порядке.

Он отряхнул одежду от пыли — а, нет, это была грязь, ну и ладно. На лице Гу Цзэ сияла вежливая улыбка, но в душе он сыпал проклятиями.

Будь проклят Лу Цзиньчжоу! Во что он превратил его умного, милого и жизнерадостного брата!

Дядя Ван провел его в дом. Внутри царил полный разгром, а посреди него миловалась влюбленная парочка. Дядя Ван не выдержал и деликатно напомнил о своем присутствии:

— Кхм-кхм.

Лу Цзиньчжоу даже не повел бровью, подхватил Гу Чэнъюя на руки и направился к лестнице. Проходя мимо Гу Цзэ, он бросил:

— Господин Гу, поговорим, когда я спущусь.

Гу Цзэ про себя выругался, поправил съехавшие очки и ответил:

— Хорошо.

В этот момент Гу Чэнъюй, обиженно шмыгая носом и вытирая покрасневшие глаза, остановил Лу Цзиньчжоу.

— Лу... брат Лу, я... я тоже хочу послушать.

Он поднял лицо, и в его глазах, подернутых слезами, читалась печаль. Лу Цзиньчжоу было невыносимо тяжело на это смотреть. Он сам слова плохого не сказал этому ребенку, а тут его брат довел его до слез. Какой же он никудышный старший брат.

Наблюдая, как его младший брат одним взглядом заставляет властного и грозного господина Лу изменить свое решение, Гу Цзэ был глубоко поражен.

Как же он... изменился?

Он же не терял память, он отлично помнил, как тот звонил ему пару дней назад и деловито просил привезти вещи. И вот так просто... он это сказал?

— Хорошо, если Чэнъюй хочет послушать, давайте послушаем. Посмотрим, что он еще может сказать.

http://bllate.org/book/22899/2436920