Готовый перевод Dark Moon's Radiant Glow / Свет тёмной луны: Глава 17

Ремиэль и Сариэль выдерживали духовное давление, которое превосходило мощь сражавшихся Мияло и демона, и их сердца охватил первобытный ужас.

Но еще сильнее этого давления их потрясла техника, обездвижившая Ли Яцин.

Они были хорошо знакомы с пространственными техниками. Во всей Божественной Области можно было по пальцам пересчитать тех, кто владел пространственной сферой. Слабейшие из них находились на уровне Золотого Бессмертного, да и то большинство способно было лишь сковать некий общий участок пространства.

Однако они никогда не слышали о том, чтобы кто-то мог с такой безупречной точностью запечатать тело одного конкретного человека, не потревожив при этом пространство вокруг самой кожи.

Одного этого фокуса было достаточно, чтобы сила этого человека ни в чем не уступала могуществу тех богов мира из Четырех Священных Академий.

— Э-это пространственная техника? Ка-какой из старших превосходит всех? — с трудом выдавил из себя Ремиэль под гнетом духовного давления.

В то же время его сердце терзали жгучие сожаления о том, что он не прикончил Ли Яцин с самого начала и не сбежал отсюда вместе с младенцем. Им следовало давным-давно уразуметь, что это не то место, где могут задерживаться мелкие сошки их уровня, но слепая ярость и высокомерие лягушек на дне колодца лишили их рассудка.

Однако следующие слова Сариэля заставили его от ужаса забыть о любых сожалениях:

— Нет! Будь это пространственное запечатывание, пламя вокруг той девчонки погасло бы сразу после снятия печати, а не продолжало гореть еще какое-то время. Это остановка времени!

Состояние Сариэля сейчас было намного лучше, чем у Ремиэля. Хотя духовное давление и прижало его к земле, он, по крайней мере, не задыхался, как Ремиэль.

В этот момент Ремиэлю было совершенно не до того, почему Сариэль, чья сила явно уступала его собственной, переносит это колоссальное давление гораздо легче.

Остановка времени — техника временной сферы. За сто тысяч лет, описанных в исторических хрониках Божественной Области, могущественных мастеров, постигших временные техники, можно было пересчитать по пальцам одной руки.

К тому же все они давно погибли, и в нынешней Божественной Области больше никто не слыхал о тех, кто владел бы приемами временной сферы.

Огромное духовное давление казалось идущим со всех сторон, и Ремиэль с Сариэлем не могли прочувствовать присутствие того могущественного существа. Окружающая обстановка по какой-то причине погрузилась во мрак, словно наступила глубокая ночь.

Они с трудом подняли головы и посмотрели наверх. Их тела синхронно задрожали, а сами они застыли в оцепенении.

Неведомо почему небо превратилось в ночное, и сейчас в вышине висела огромная полная луна, источавшая мягкое ледяное сияние. Вот только эта бело-голубая луна казалась совершенно иллюзорной, вовсе не похожей на нечто реальное.

В холодном сиянии, источаемом луной, над землей парил юноша с обнаженным телом. На вид ему было лет двенадцать-тринадцать, глаза его были закрыты, а копна светло-голубых волос слегка колыхалась от ветра. Его безупречная кожа в отблесках лунного света излучала некую священную ауру, от которой невольно хотелось пасть ниц и воздать почести.

Ремиэль и Сариэль ошеломленно смотрели наверх; Ли Яцин и Изабелла тоже не могли пошевелить ни единым суставом. Голубоволосый юноша тихо парил в воздухе, и казалось, будто сама вечность застыла вместе с ним.

Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем Ремиэль вынырнул из оцепенения:

— К-к-король-Бог Темной Луны?!

Его пронзительный голос заметно дрожал, выдавая глубочайший внутренний страх и неверие.

Словно разбуженный этим возгласом, голубоволосый юноша открыл глаза. В отличие от голубых волос и бровей, глаза у него были черными — черными, как сама бездна космоса.

Его взгляд тоже напоминал космос: загадочный и бездонный, он заставлял тех, кто осмеливался встретиться с ним глазами, погружаться в пучину помимо их воли.

При этом оба глаза юноши различались. Зрачок его левого глаза был совершенно черным, в то время как в черном зрачке правого залегло шесть бледно-голубых лунных полумесяцев. Три из этих полумесяцев опирались на зрачок, образуя колесоподобную форму, а остальные три располагались в шахматном порядке, своими вогнутыми дугами внутрь, заключая это колесо в центр. Это были уникальные глаза Короля-Бога Темной Луны — Зрачки Кольца Трех Лун.

Он опустил взгляд, окинув им четырех стоявших внизу людей, и наконец задержался на Сариэле. Его глаза встретились с левым глазом Сариэля.

В тот же миг несколько нитей бледно-голубой энергии исторглись из левого глаза Сариэля, взмыли в воздух и растворились в левом глазу голубоволосого юноши.

Сариэль почувствовал, как вся жизненная сила его тела улетучивается вместе с этой бледно-голубой энергией, а синева в его глазах стремительно блекнет. Когда переток энергии иссяк, его глаз вновь обрел первоначальный бледно-желтый оттенок. Однако в этот момент в его глазах уже не осталось ни малейшего проблеска жизни — зрачки расфокусировались, и он замертво рухнул на землю.

Словно прислушиваясь к возвращению собственной силы, голубоволосый юноша снова закрыл глаза. Когда мгновение спустя он открыл их вновь, в его левом глазу проступил тот же узор, что и в правом.

Оказалось, что сила Злого Глаза Сариэля изначально принадлежала силе зрачков Короля-Бога Темной Луны.

Очи Короля-Бога Темной Луны именовались Парными Зрачками Пространства-Времени, ибо в его левом глазу таилась сила зрачков, способная управлять пространством, а в правом — управляющая временем.

Эти две разновидности силы зрачков не опирались на душу Короля-Бога Темной Луны, а существовали подобно двум независимым магическим артефактам, обычно покоившимся в первоисточнике луны.

Всякий раз, когда память переродившегося Короля-Бога Темной Луны пробуждалась, он призывал обе эти силы зрачков из обители первоисточника к себе, интегрируя их в собственные глаза.

Когда же физическая оболочка Короля-Бога Темной Луны погибала, эти две силы зрачков автоматически исторгались из глазниц и возвращались в первоисточник луны.

За сотни тысяч лет истории Божественной Области могущественных мастеров, способных управлять пространственно-временной энергией и применять пространственно-временные техники, можно было пересчитать по пальцам. Было очевидно, сколь невероятно редки эти очи Короля-Бога Темной Луны, управляющие пространством и временем.

Когда великая битва шестивековой давности подошла к концу и Король-Бог Темной Луны балансировал на грани жизни и смерти, различные могущественные силы, так долго вожделевшие эту силу зрачков, наконец потеряли терпение. Плюнув на былые заслуги и благодеяния Короля-Бога Темной Луны перед всеми живыми существами Божественной Области, они отчаянно ринулись оспаривать его глаза.

Чтобы не дать силе зрачков покинуть глазницы, сильнейшие представители различных фракций незамедлительно объединили усилия и наложили на глаза печать.

Но разве можно было так легко завладеть столь беспрецедентной силой?

Сила зрачков, повелевающая временем, разумеется, не могла быть запечатана, поэтому сила в правом глазу мгновенно исчезла без следа, оставив после себя лишь запечатанное глазное яблоко.

А вот сила зрачков, управляющая пространством, хоть и была намертво запечатана в левом глазу, во время междоусобной грызни этих толстосумов рухнула в трещину расколотого пространства и пропала без вести.

Кто бы мог подумать, что незадолго до разрушения печати этот левый глаз случайно подберет Сариэль. Подбери его кто-нибудь другой, он ни за что не смог бы вплавить эту силу зрачков в свои глаза и присвоить ее себе.

Вся ирония заключалась в том, что среди иноземцев Сариэль почитался Ангелом, представляющим луну, и в каком-то смысле тоже считался лунным божеством.

Пусть он и был лунным божеством иноземцев, его аура поразительно напоминала ауру Короля-Бога Темной Луны. Это заставило пространственную силу зрачков принять Сариэля за нового носителя луны: вместо того чтобы сопротивляться, после разрушения печати она по собственной воле вплавилась в его глаз. Сам Сариэль ничего в этом не смыслил и по глупости обрел пространственную силу зрачков.

Вернув принадлежавшую ему по праву силу зрачков, голубоволосый юноша перевел взгляд на оставшегося в живых Ремиэля. Этот зауряднейший жест до смерти напугал Ремиэля, смотревшего на него снизу вверх; сердце мужчины едва не раскололось от ужаса, и он тут же уткнулся лбом в землю, истошно взмолясь о пощаде:

— Пощадите, господин Темная Луна! Я готов стать вашим рабом и служить...

Пока Ремиэль молил о пощаде, узор Зрачков Кольца Трех Лун в левом глазу голубоволосого юноши внезапно изменился: шесть полумесяцев в трех точках деления зрачка попарно наложились друг на друга, образовав три крестообразных фигуры. Их внутренние дуги были обращены навстречу друг другу к самому зрачку, формируя узор, напоминающий сюрикен. Зрачок Расколотого Кольца — таково было название второй ступени левого глаза Короля-Бога Темной Луны.

http://bllate.org/book/22748/2410678