Готовый перевод Apocalypse: My Dongfeng 5C Covers the Globe / Апокалипсис: Моя «Дунфэн-5С» накрывает весь мир: Глава 2

Линь Ань выпрыгнул через заднее окно и приземлился в переулке.

Задний переулок был очень узким, двум человекам там было тесно идти даже плечом к плечу. У основания стены громоздились картонные коробки и пустые пивные бутылки. Лунный свет падал на бетонный пол, вытягивая тени мусорных баков в длинные силуэты.

Прижавшись спиной к стене, он направился вглубь переулка. В правой руке он сжимал железный прут, а лезвие разделочного ножа за левым поясом было заправлено за пряжку.

Потоки данных системного интерфейса развернулись в его сознании. Баланс очков воинской духи составлял десять единиц, до первого призыва не хватало еще девяноста. Исходя из расчета десять очков за одного обычного зомби, ему требовалось убить еще девять.

Из-за угла переулка донесся невнятный хрип. У стены стояли, прижавшись друг к другу, два зомби.

Один был облачен в светоотражающий жилет дорожного рабочего, который на большой площади был разорван, обнажая сероватую кожу.

Другой щеголял с обнаженным торсом, на груди зияла глубокая, до кости, царапина; края раны уже почернели и начали разлагаться, а на ноге осталась всего одна шлепка. Оба зомби опустили головы и слегка покачивались на месте.

Линь Ань подобрал с земли пустую пивную бутылку и швырнул ее в стену с противоположной стороны переулка. Бутылка со звоном разбилась о кирпичную кладку, и оба зомби одновременно среагировали на звук, повернувшись и направившись в ту сторону.

Он бесшумно последовал за ними, левой рукой зафиксировал затылок зомби в рабочем жилете и резко дернул вниз, а правым железным прутом нанес колющий удар наискосок из-за уха. Смерть от одного удара. Зомби с голым торсом только успел повернуться, как железный прут уже взметнулся и по инерции вошел ему в глазницу. Оба мертвеца один за другим рухнули на землю, и черная кровь медленно растеклась по бетонному покрытию.

Очки воинской духа увеличились на двадцать, баланс составил тридцать.

В течение следующего часа он обошел по кругу все глухие улочки и переулки вокруг закусочной Старого Солдата.

Задворки, площадки за мусорными контейнерами, заброшенная автомастерская — всех одиночных зомби он зачистил без остатка. Противоскользящая лента, обмотанная вокруг рукояти железного прута, насквозь пропиталась черной кровью и слегка скользила. Он перехватил прут в левую руку и размял правое запястье.

Когда он бегал стометровку с препятствиями в армии, инструктор говорил: в состоянии усталости движения деформируются быстрее всего, а стоит технике исказиться — жди беды. Он запомнил эти слова на восемь лет, и теперь каждый его удар по-прежнему наносился в той же самой стойке.

Баланс очков воинской духи достиг сотни. Условия для первого призыва выполнены.

Линь Ань вернулся через окно в закусочную. Внутри все было точно так же, как перед его уходом: тело молодой женщины по-прежнему лежало перед барной стойкой, накрытое скатертью.

Он не стал сдергивать ткань, а лишь отодвинул несколько столов из центра зала к стене, освободив достаточно просторное пространство. Фасад закусочной был небольшим, но общая площадь зала и кухни составляла несколько десятков квадратных метров — девяти бойцам построиться там хватило бы с избытком.

Встав перед стойкой, он закрыл глаза: — Призвать пехотное отделение.

Воздух в переднем зале на мгновение исказился, словно водная гладь от брошенного камня. Затем из ряби вышел пехотный взвод. Вернее, отделение.

Девять солдат. Все девятка облачена в полный комплект камуфляжной полевой формы, на тактических разгрузках закреплены магазины, в руках — штурмовые винтовки типа 191.

Впереди стоял мужчина чуть старше тридцати, среднего роста, с широкими плечами и резкими, волевыми чертами лица. За ним следовали еще восемь бойцов в таком же облачении; каждый занимал строго определенную позицию, держал оружие под одинаковым углом и смотрел вперед с абсолютно синхронным выражением глаз.

— Докладываю! — стоявший во главе мужчина вытянулся по стойке смирно и отдал честь; его голос звучал негромко, но каждое слово было четко отчеканено. — Командир первого пехотного отделения Чжоу Цишань прибыл во главе отделения из девяти человек в распоряжение товарища командира! Прошу указаний!

Товарищ командир. Когда Линь Ань услышал это обращение, в его груди что-то неуловимо дрогнуло. Он отслужил в армии восемь лет, и всегда именно он называл так остальных.

Однако во взглядах этих девяти солдат читалось абсолютное, ни капли не сомневающееся доверие, словно он от рождения был рожден занимать это место.

— Вольно. Командир Чжоу, с этого момента твое отделение подчиняется моим приказам. Текущая задача — обеспечить безопасность этого заведения и прилегающей территории, зачистить окрестных зомби и подготовиться к дальнейшим действиям.

— Есть! — Чжоу Цишань опустил руку и приступил к проверке снаряжения. — В первом отделении полный состав: девять человек, стандартное легкое пехотное оснащение. Девять штурмовых винтовок типа 191, к каждой по пять магазинов. Один ручной пулемет отделения с двумя пулеметными лентами.

— Один ручной гранатомет, боекомплект — три выгоняемых боеприпаса. Девять комплектов индивидуальных тактических разгрузок, девять медицинских подсумков, суточный рацион на восемьнадцать дней, девять комплектов средств связи.

— Один бронетранспортер «Мэнши», на крыше установлен 12,7-миллиметровый крупнокалиберный пулемет, боекомплект — четыреста патронов, десантируемость — десять человек. Машина в настоящее время временно хранится в системе и может быть вызвана в любой момент на открытой местности.

Линь Ань кивнул. С момента прибытия первого отделения он почувствовал долгожданную уверенность. Теперь он не тащил все в одиночку. Прислонившись к краю барной стойки, он заново открыл системный интерфейс.

Баланс очков воинской духи обнулился, но в системе появились новые пункты. Обмен индивидуального снаряжения: штурмовая винтовка типа 191 — десять очков, пистолет типа 92 — пять очков, тактический жилет — три очка, полевая форма со снаряжением — два очка. Воинское звание хозяина: доступно для повышения, текущее значение по умолчанию — капитан, для получения требуется списать два очка воинской духи.

Он как раз собирался приказать Чжоу Цишаню выставить караульные посты, как из заднего переулка донеслись торопливые шаги, а затем раздался стук в дверь.

— Хозяин Линь! Хозяин Линь! Откройте дверь!

Линь Ань узнал этот голос. Это был Ван из соседней зерно-масляной лавки. Жестом велев Чжоу Цишаню отойти в сторону барной стойки, он сам подошел к задней двери и приоткрыл ее на щель.

Ван ввалился внутрь, спотыкаясь, с лица градом лился пот, глаза покраснели; следом за ним протиснулись жена и дочурка. Жена Вана прижимала к себе девочку, а малышка уткнулась лицом в материнскую грудь, ее плечики подрагивали.

Едва перешагнув порог задней двери, Ван замер на месте.

Он увидел в переднем зале девять полностью вооруженных солдат. Девять штурмовых винтовок типа 191, девять тактических жилетов, безупречная выправка и тот самый несомнительный взгляд, с которым они смотрели на Линь Аня.

Рот Вана то открывался, то закрывался; он тыкал пальцем то в солдат, то в Линь Аня, а на его лице смешивались шок и крайнее недоумение.

— Хозяин Линь… Это… что же такое…

— Я нашел отставшие от основных сил подразделения, — Линь Ань положил железный прут на барную стойку. — Они временно подчиняются мне.

Ван некоторое время ошеломленно глядел на солдат, затем перевел взгляд на Линь Аня, из его горла вырвался невнятный звук, похожий то ли на одобрительное «да», то ли на испуганное «о боже».

Жена с дочкой стояли позади него. Маленькая девочка выглянула из маминых объятий и, увидев заполненную людьми в камуфляже комнату, широко распахнула глаза, но плакать перестала.

— Старый Ван, а как же Чжао?

Ван пришел в себя, его голос все еще дрожал:

— Чжао… Чжао и Дуодуо… Мы услышали у них в магазине звуки бьющейся посуды, я подошел постучать в заднюю дверь, никто не отзывался. А потом заглянул в щель в окне… Чжао она… она укусила Дуодуо, а потом сама…

Линь Ань на несколько секунд смолк и положил железный прут на стойку. Чжао была хорошим человеком, а Дуодуо всегда сжимала в ручке ту старую тряпичную куклу. Но сейчас был не тот момент, чтобы предаваться скорби. Он поднял голову и похлопал Вана по плечу.

— Ваша семья пока останется здесь, никуда не уходите. На кухне есть еда и вода, берите что хотите. Как рассветет, мы выдвинемся из города.

— Куда отступать?

— В аэропорт Линьду в Ичуне. Там близко к окраинам, просторы широкие, людей мало, а зомби почти нет. Здание аэровокзала и склады достаточно большие, чтобы разместить выживших, а взлетная полоса и перрон послужат базой для дальнейших операций.

Ван кивнул и завел жену с дочкой на кухню. Линь Ань велел Чжоу Цишаню расставить посты охранения внутри магазина и в переулке, а сам прислонился к барной стойке и снова открыл системный интерфейс. Баланс очков воинской духи равнялся нулю.

Он приказал Чжоу Цишаню отправить двух бойцов в задний переулок зачистить одиночных зомби, что принесло еще тридцать очков.

— Обменять звание капитана. Обменять полевую форму и полный комплект индивидуального снаряжения.

— Приказ подтвержден. Списано два очка. Воинское звание хозяина обновлено до капитана. Полный комплект индивидуального снаряжения сгенерирован.

Новая камуфляжная полевая форма аккуратно лежала на барной стойке; поверх нее покоились мягкие погоны, тактический шлем, гарнитура индивидуальной связи, разгрузочный жилет и армейский рюкзак. Линь Ань взял форму и направился в туалет.

Он снял куртку, насквозь пропитанную черной кровью, и переоделся в полевой костюм. В тот момент, когда он застегнул молнию, прикосновение ткани к коже вызвало до боли знакомое чувство, от которого защипало в носу.

Он надел тактический шлем, затянул подбородочный ремешок, повесил на шею гарнитуру связи, набросил разгрузку, заполнил магазины и закинул за спину рюкзак.

В таком снаряжении он проходил в армии восемь лет.

Он внезапно вспомнил свой первый день на службе. В восемьдесят лет — нет, в восем. Восемнадцать лет, на плацу учебной роты ему выдали самую первую в жизни форму, и командир отделения сказал: надев эту одежду, ты перестаешь принадлежать себе, ты становишься частью этого войска.

Тогда он не понимал смысла этих слов, но понял позже. Позже, в ночных дозорах на границе, в грязи полигона, на рассветах, когда они присаживались у дверей столовой с паровыми булочками в руках, он постигал это по крупицам.

Он вспомнил старого сержанта, который натаскивал его, рука об руку обучая ориентироваться ночью на местности, скрытно передвигаться по снегу и добиваться максимального эффекта при минимальном расходе боеприпасов. Старый сержант говаривал: военным служат не для того, чтобы воевать, а чтобы те, кто не воюет, могли жить дальше.

Вспомнил свою первую учебную тревогу, когда впопыхах надел штаны задом наперед и был обруган командиром на чем свет стоит.

Вспомнил первые боевые стрельбы: ладони взмокли от волнения, но в тот самый момент, когда пуля вылетела из ствола, внутри вдруг наступило абсолютное спокойствие.

Вспомнил последние учения, когда они с сослуживцами пролежали в снегу целых несколько часов до синевы на губах, и никто не шелохнулся. После окончания учений политрук сказал: этот призыв — лучший из всех, что мне доводилось обучать.

Он прикрепил погоны: одна шпала и три звезды. Затем поднял рюкзак и проверил содержимое: медицинский набор, сухпайки, флягу, запасные магазины — все было до боли знакомым. Вставив пистолет типа 92 в кобуру на поясе, он передернул затвор, проверяя досылание патрона.

Выходя из туалета, Ван поднял глаза и остолбенел.

Стоявший перед ним Линь Ань уже не походил на того владельца закусочной в гражданской одежде и с железным прутом в руке. На нем красовался полный комплект полевого камуфляжа, на погонах сияли три звезды, на разгрузке висели магазины, а крепление прибора ночного видения на шлеме холодно поблескивало в свете лампы.

— Хозяин Линь… Вы…

— Зовите меня просто Линь Анем. — Линь Ань взял со стойки винтовку типа 191, передернул затвор, убедился, что патрон в патроннике, и повернулся к Чжоу Цишаню: — Командир Чжоу, бери своих людей и за мной. Выдвигаемся к базе вооруженной милиции на севере города.

— Есть.

Отделение построилось в переулке, разделившись на две группы: штурмовая во главе с Чжоу Цишанем шла впереди, а огневая группа под началом заместителя командира прикрывала правый и левый фланги сзади.

Линь Ань шел в центре колонны, сжимая винтовку. По пути им попались еще три одиночных зомби, которых Чжоу Цишань бесшумно устранил из винтовки с глушителем. Очки воинской духи пополнились еще на тридцать единиц, текущий баланс составил двадцать восемь.

База вооруженной милиции на севере города постепенно вырисовывалась в лунном свете. Дорожные заграждения у КПП были протаранены, а противотанковые ежи и надолбы в беспорядке валялись на обочине.

Ворота гарнизона были распахнуты настежь, стекло караульного помещения на столбе ворот рассыпалось по земле. Линь Ань приказал первому отделению занять позиции у входа, а сам пригнувшись проскользнул на территорию.

На плацу выстроились подорванные боевые машины пехоты и броневики «Мэнши»; заряды были заложены в моторные отсеки профессионально, с знанием дела.

На стене оружейного склада белой краской было выведено: «Эвакуировались на север. Живые, кто прочтет это — не суйтесь в казармы». Линь Ань встал посреди плаца и окинул его взглядом. По периметру шли стены, площадка ровная и просторная — идеальное место для сбора сил.

Он открыл системный интерфейс. Баланс составлял двадцать восемь очков, на призыв второго пехотного отделения этого не хватало. Вместе с первым отделением он прочесал окрестности базы, прикончив восемь одиночных зомби, и поднял счетчик очков до ста восьми.

В центре плаца Линь Ань закрыл глаза: — Призвать второе пехотное отделение.

Воздух над плацом яростно задрожал, и из воздушной ряби построившись вышли девять солдат.

Командир этого отделения был немного ниже Чжоу Цишаня, но отличался еще более широкими плечами и куда более хищным взглядом. Он вытянулся по стойке смирно, отдал честь и звонко отрапортовал:

— Командир второго пехотного отделения Чжао Юн прибыл во главе отделения из девяти человек в распоряжение товарища командира! Прошу указаний!

— Чжао Юн, веди своих людей со мной в закусочную. По пути попадающихся одиночных зомби уничтожать попутно.

— Есть!

Линь Ань повел второе и первое отделения прежним маршрутом обратно к закусочной. С силами двух взводов — точнее, отделений — эффективность зачистки разительно изменилась. По пути они прикончили еще несколько бродячих мертвецов, накопив еще тридцать очков.

Когда они вернулись к закусочной, семья Вана все еще ждала на кухне, а Чжоу Цишань доложил, что в самом заведении и в переулке всё спокойно.

В закусочной теперь теснилось два отделения солдат и семья Вана из трех человек — почти два десятка душ, так что помещение заполнялось под завязку. Настоящей проблемой оставался сам отход. Линь Ань вызвал командиров отделений в передний зал.

— Готовимся к эвакуации. Направляемся в аэропорт Линьду в Ичуне. — Он разложил на столе карту, захваченную из казарм вооруженной милиции, указал пальцем позицию закусочной и провел линию по восточному маршруту: — Пойдем обходными тропами, стараясь держаться подальше от центральных проспектов. Плотность зомби на главных дорогах слишком высока, колонна может застрять.

— А машины? — спросил Чжоу Цишань.

— Каждому пехотному отделению изначально положен один броневик «Мэнши», докупать дополнительные не нужно. Вызывайте обе припасенные машины.

Линь Ань вышел на улицу перед заведением и на относительно просторном пятачке в переулке по очереди призвал два бронетранспортера.

Две машины в пустынной камуфляжной окраске застыли бок о бок в переулке, а дистанционно управляемые боевые модули с крупнокалиберными пулеметами Калашникова на крышах холодно поблескивали в лунном свете. Чжоу Цишань дернул дверь автомобиля и проверил внутреннее пространство: — Вместимость — десять человек, бак полон, самодиагностика боевого модуля в норме.

На исходе ночи небо на востоке начало сереть. Две бронемашины «Мэнши» плавно выкатились на улицы.

Линь Ань сидел на пассажирском сидении первой машины, сжимая в руке штурмовую винтовку дулом наружу.

Чжоу Цишань за его спиной управлял пультом оружейного модуля на крыше: дистанционно управляемая башенка медленно разворачивалась, направляя ствол крупнокалиберного пулемета вперед по ходу движения.

Семья Вана забилась на заднее сиденье машины Чжао Юна, и малышка уже спала, уткнувшись в мамины ладони.

Колонна объехала главные проспекты, направляясь по восточным улочкам в сторону аэропорта. Редкие зомби, привлеченные гулом моторов, волоча ноги, тянулись к машинам.

Чжоу Цишань короткими очередями из башенного пулемета уложил двоих, а Линь Ань высунулся из окна и снял пистолетом еще одного; колонна даже не сбавила ход, продолжая движение вперед.

Стоило покинуть старый городской центр, как плотность нежити заметно возросла. Вдоль главных магистралей виднелись целые стаи зомби, бесцельно бродившие под фонарями; заслышав рев двигателей, они устремлялись в эту сторону.

Чжоу Цишань прочесал пулеметным огнем с крыши пару улиц, гильзы с звоном сыпались на броню и скатывались на дорогу. 12,7-миллиметровые пули при попадании в мертвеца не просто прошивали его насквозь — они буквально разрывали верхнюю половину туловища в клочья.

Когда колонна заворачивала за угол очередного квартала, Линь Ань неожиданно заметил человека в окне третьего этажа жилого дома слева.

Это был не зомби, а живой человек. Средних лет женщина стояла у окна, отчаянно размахивая красным шарфом и изо всех сил подавая знаки приближающейся колонне.

Позади нее толпились еще несколько человек, втиснувшись в оконный проем; кто-то что-то кричал, но рев моторов заглушал любые звуки.

Кто-то сорвал с постели простыню, наскоро набросав на ней помадой кривые буквы «спасите нас», и прилепил ее к оконному стеклу.

В соседнем доме на четвертом этаже тоже началось движение: какой-то мужчина сорвал занавеску и яростно замахал белой тканью, делая резкие движения, будто боялся, что кортеж его не заметит.

Взгляд Линь Аня на мгновение встретился со взглядом женщины с красным шарфом. Его пальцы судорожно сжались на ручке дверцы.

— Товарищ командир, в жилом доме слева по курсу обнаружены выжившие, останавливаемся? — раздался в наушниках голос Чжоу Цишаня.

Линь Ань не ответил сразу. Он бросил взгляд в зеркало заднего вида: вторая «Мэнши» шла следом, а семья Вана теснилась на заднем сиденье рядом с Чжао Юном.

Он снова посмотрел на обе стороны улицы: зомби стягивались сюда изо всех переулков, некоторые уже двигались в направлении того жилого дома, а привлеченных шумом моторов мертвецов становилось все больше. Остановка ради спасения людей потребует времени, как минимум нескольких минут.

За эти минуты колонна окажется под прицелом нарастающих толп нежити. Боекомплект крупнокалиберных пулеметов на двух машинах ограничен, и если они увязнут, то смогут ли добраться до аэропорта до рассвета — большой вопрос.

Женщина средних лет продолжала размахивать красным шарфом, ее движения уже выдавали усталость. Стоявшие за ее спиной люди жались к стеклам; кто-то плакал, кто-то кричал, и хотя криков не было слышно за стеклом автомобиля, Линь Ань отчетливо понимал, о чем они кричат.

Линь Ань разжал пальцы на ручке двери.

— Продолжаем движение, — бросил он.

Бронетранспортер не сбросил скорость и продолжил путь на восток. В зеркале заднего вида Линь Ань видел, как та женщина добежала до края рамы, высунувшись наружу наполовину, а ее красный шарф всё еще отчаянно бился на ветру. Затем колонна завернула за угол, и те окна вместе с машущими силуэтами скрылись за стенами зданий.

В салоне надолго воцарилось молчание. Чжоу Цишань короткими очередями из башенной установки уничтожил еще пару подобравшихся слишком близко мертвецов, и звон падающих на крышу гильз казался в тишине пронзительным. Линь Ань смотрел на светлеющее впереди утреннее небо и вдруг заговорил:

— Командир Чжоу.

— Я!

— Добраться до аэропорта — это еще не все, мы вернемся.

— Есть.

Он знал, что произнесенное вслух обещание может остаться невыполненным. Количество нежити в Ичуне продолжало расти, и когда удастся вернуться после этого отхода и скольких солдат удавалось бы привести с собой — всё это оставалось загадкой. Но ему нужно было произнести это не для Чжоу Цишаня, а для самого себя.

Колона выкатилась за городскую черту, и плотность зомби стала постепенно падать. На относительно открытом участке загородного шоссе Линь Ань приказал остановиться на обочине для краткого привала.

Бойцы высыпали наружу, проверяя снаряжение и пополняя боекомплект. Сам он подошел к краю дороги, бросая взгляд назад, в сторону силуэтов искореженного Ичуня; утреннее солнце осветило знакомые контуры зданий и струйки черного дыма, поднимавшиеся в небо.

Он продержал там свою закусочную больше полугода: сосед Ван угощал его тушеной свининой, а парикмахерша Чжао стригла бесплатно. Теперь же те улицы кишели зомби, а перед глазами все еще стоял красный шарф, мелькавший в окне. Подавив поднявшуюся волну чувств, он вернулся в машину и бросил короткое:

— Трогаемся.

Откинувшись на пассажирском сиденье, Линь Ань держал винтовку на коленях, не сводя глаз с дороги впереди.

Две машины продолжили свой путь на восток, а оставшийся позади город медленно растворялся в утреннем тумане. Когда они миновали последний поворот, взлетная полоса аэропорта Линьду предстала перед ними как на ладони.

Просторный перрон тускло белел в рассветных лучах, стеклянные фасады аэровокзала слабо отражали раннее солнце. Несколько зомби бессмысленно бродили по летному полю — их было немного, но они занимали открытое пространство.

— Первому и второму отделениям приготовиться, зачистить зону перрона, ликвидировать поодиночке. — Линь Ань толкнул дверь, вылез наружу,скинул с плеча штурмовую винтовку типа 191 и прицелился в ближайшего ходока.

Выстрел разорвал тишину просторного летного поля, и двое мертвецов рухнули на бетон.

Солдаты стремительно рассредоточились, действуя по тактическому шаблону. Спустя десять минут вся нежить на перроне была уничтожена. Чжоу Цишань с первым отделением вошел внутрь терминала для поэтажного досмотра, а Чжао Юн со вторым взял под контроль периметр взлетной полосы.

— Первый этаж терминала чист, — доложил по рации Чжоу Цишань.

— Периметр полосы под контролем, — тут же отчитался Чжао Юн.

Линь Ань стоял посреди перрона, и утреннее солнце, перешагнув через полосу лесов на горизонте, осветило его лицо. Аэропорт был взят. Повернувшись к зданию аэровокзала, он приготовился отдать приказ о дальнейших шагах.

http://bllate.org/book/22731/2408673