Готовый перевод Puppet Master: Ancient to Future / Кукольных дел мастер: древний в будущем: Глава 21

Даже при всей выдержке Шангуань Гунъюй, когда ей вот так постоянно сыпали соль на рану, выражение её лица уже не могло оставаться спокойным и величественным.

Тан Уцю, разумеется, заметил эту перемену и в душе даже слегка вздохнул с облегчением: «Разве ты не пыталась намекнуть, что вы с Саломаном были созданы друг для друга, что между вами с самого начала существовала взаимная страсть и любовь? Ну так я прямо сейчас и расскажу тебе, насколько они с Саломаном ладят, как гармоничны и сладки их отношения, да так, чтобы у вас от зависти зубы сводило!»

Теперь он тоже всё понял: по какой бы причине присутствующая здесь вдовствующая императрица империи ни была категорически против его союза с Саломаном, она, вероятно, из уважения к влиянию и силе Саломана не станет причинять ему какого-либо физического вреда, а потому решила бить по больному на психологическом уровне. По мнению Шангуань Гунъюй, эмоции сумиссивных всегда крайне чувствительны и уязвимы.

С точки зрения же Тан Уцю, он, конечно, смертельно устал от подобных самодовольных штучек Шангуань Гунъюй, но, опять же, помня о её высоком статусе, он ни в коем случае не мог позволить себе вспылить, гордо взмахнуть рукавом и удалиться, а был вынужден лишь вести с ней светские беседы. И лучшим способом справиться с этим было просто игнорировать её.

Однако вести такие разговоры действительно чертовски утомительно (*_*)…

Словно услышав безмолвный крик души Тан Уцю, появился Айлоэр, ступая по семицветным облакам (нет, конечно же, нет).

— Айлоэр, как ты здесь оказался?! — Шангуань Гунъюй нахмурилась, глядя на собственного сына.

— Я услышал, что пожаловала моя будущая тётушка, и, конечно же, захотел взглянуть, — взгляд Айлоэр устремился на Тан Уцю ещё в тот момент, когда он только вошёл, вот только поскольку Тан Уцю стоял к нему спиной, юноша мог разглядеть лишь его макушку.

— Что за глупости, ты сейчас…

— Вовсе не глупости, через два дня уже начинается учёба, глядишь, мы с будущей тётушкой даже станем однокурсниками. — Айлоэру исполнилось шестнадцать, и он был в самом подходящем возрасте для поступления в университет.

Пока он говорил это, Айлоэр уже подошёл к Тан Уцю, оказавшись лицом к лицу с поднявшимся ему навстречу мужчиной… ну, то есть, Айлоэр смотрел на него снизу вверх.

По правде говоря, Тан Уцю и сам не ожидал: юный император, чей силуэт казался таким ладным и статным, когда он сам был большой пандой, после того, как Тан Уцю обрёл человеческий облик, выглядел… таким хрупким и миниатюрным.

Если бы он не знал, что правителями Империи Цзялань по традиции могут становиться исключительно доминаторы, Тан Уцю всерьёз заподозрил бы, что этот юноша — сумиссив. Особенно из-за его мягких, почти нежных черт лица, которые сильно отличались от суровых и мужественных лиц всех остальных знакомых Тан Уцю доминаторов.

К этому моменту Айлоэр уже закончил разглядывать Тан Уцю, и на его лице, до этого выражавшем лёгкое высокомерие, вдруг появилась приветливая улыбка:

— Кажется, я уже где-то видел эту будущую тётушку.

Его слова заставили сердца и Тан Уцю, и Шангуань Гунъюй сделать судорожный скачок.

Тан Уцю лихорадочно пытался припомнить, в каких ещё обстоятельствах, кроме той истории с большой пандой, он мог с ним пересекаться, в то время как Шангуань Гунъюй, прекрасно знавшая нрав собственного сына, нехорошо предчувствовала неладное.

— Айлоэр, мистер Тан прибыл в столицу всего несколько месяцев назад и обычно почти не покидал замок Гэланвэй. Где же это ты мог его видеть?

Айлоэр приподнял бровь:

— Я же сказал: «кажется». Мало ли, может, мы встречались в прошлых жизнях?

Тан Уцю: «……»

На сердце у Шангуань Гунъюй тревожно ёкнуло, и она посмотрела на Тан Уцю с новой долей тяжести и подозрения во взгляде: какими же невероятными чарами обладает этот человек, раз стоит им только встретиться, как он тут же очаровывает её собственного сына до такой степени, что тот несёт всякую двусмысленную чепуху о прошлых и будущих жизнях? Уж не взаимное ли это притяжение между доминатором и сумиссивом? Но погодите, такого быть не должно…

Совершенно не догадываясь о том, какие сложные и запутанные мысли роятся в голове его августейшей матушки, Айлоэр продолжал воодушевленно:

— Так что с самого первого взгляда ты показался мне до боли родным! Ты…

— Зови меня просто Тан Уцю, ваше величество, можете обращаться ко мне по имени. — И как назло, хоть Тан Уцю и помнил, как в бытность большой пандой этот мальчишка невольно доставил ему неприятностей (и смутно догадывался, что всё это из-за связи с Саломаном), сейчас, когда их официальный статус жениха Саломана был у всех на виду, Тан Уцю почему-то чувствовал, что юный император не питает к нему ни капли зла.

Любимый спутник жизни, с которым Саломан проведёт всю свою вечность, и домашний питомец, способный сопутствовать ему от силы пару десятков лет… Неужели в глазах юного императора последнее было даже ещё более невыносимым?

Что это за дикая логика?

Пока Тан Уцю пребывал в недоумении, Айлоэр уже с жаром выпалил:

— Не мог бы ты рассказать мне, как вы с дядей познакомились и полюбили друг друга? Ох, просто дядя столько лет ни к кому не испытывал привязанности, мне ужасно любопытно, на что похожа его любовь! Так надеюсь, что вы благополучно пожеитесь и проживёте вместе до седин.Благодаря выходке Шангуань Гунъюй, Тан Уцю совершенно чётко чувствовал, что, говоря эти слова, Айлоэр по меньшей мере искренен на добрых девяносто девять процентов. Но именно это обстоятельство делало ситуацию ещё более загадочной: Шангуань Гунъюй, судя по всему, отчаянно не желала, чтобы он был вместе с Саломаном, в то время как юный император, напротив, горячо этого хотел... Неужели мать и сын состояли в разных лагерях?

……

— С определённой точки зрения, можно и так сказать, — выслушав рассказ Тан Уцю и все его сомнения, Саломан прижал к груди Тан Уцю, который уже превратился в большую панду, и, перебирая пальцами его становящийся всё более шелковистым и блестящим мех, пустился в рассуждения: — Хотя они мать и сын, фамилия Вдовствующей императрицы — Шангуань, а фамилия Айлоэра — Гриффит.

У Шангуань Гунъюй было множество причин не желать союза Тан Уцю и Саломана, но весомейшая из них заключалась в том, чтобы Саломан не обрёл независимость. Власть и влияние Саломана невольно заставляли завистливо вздыхать; более того, можно сказать, что если отбросить все эти громкие титулы императоров, министров, принцев и аристократов, Саломан оставался истинным, некоронованным королем Империи Цзялань. Естественно, Шангуань Гунъюй меньше всего на свете желала превращать столь грозную силу в своего врага.

Поэтому она неизбежно должна была пойти на всё, чтобы перетянуть Саломана на свою сторону.

В прошлом, из-за того что Саломан никак не реагировал на ходившие между ними слухи, Шангуань Гунъюй казалось, будто он питает к ней определенные чувства, а потому она особенно не беспокоилась. Однако по мере того, как Айлоэр подрастал, Шангуань Гунъюй всё сильнее тревожилась о том, какие шаги предпримет Саломан к моменту совершеннолетия юноши, и потому изо всех сил старалась укрепить и без того тесную связь между ним и их кланом.

По логике вещей, чтобы покорить человека, следовало надавить на его слабое место, но в глазах Шангуань Гунъюй у Саломана практически не было уязвимостей... за исключением её самой.

Что же касается Далусаланя, который уже был помолвлен с Бай Соло, то его Шангуань Гунъюй и вовсе не брала в расчет: родной младший брат — фигура близкая, но всё же не она сама, между ними всегда лежала преграда.

И всё же Шангуань Гунъюй, будучи Вдовствующей императрицей империи, не могла открыто выйти замуж за Регента — тем более что по старшинству она сама приходилась субмиссивом родному дяде Регента. Однако терять столь мощную опору ей тоже не улыбалось, и тогда её взор пал на Шангуань Гунъюй.

Разумеется, обо всех этих тонкостях Шангуань Гунъюй предпочла бы не распространяться перед Шангуань Гунцин — в конце концов, эта девчонка и без того по уши была влюблена в Регента.

На самом деле, помимо чисто прагматических соображений, Шангуань Гунъюй действительно испытывала к Саломану определённые чувства, но всё это меркло перед лицом её «долга». Скрепя сердце она подталкивала обожаемого ею субмиссива в объятия собственной сестры: стоило Саломану жениться на субмиссиве из рода Шангуань, как он автоматически оказывался на их стороне. Получив надежные путы в виде клана Шангуань, она могла бы не сомневаться в том, что её дорогой Айлоэр прочно удержит императорский трон.

Именно так Шангуань Гунъюй всё и спланировала, ровно так она и поступила. По её разумению, даже если бы Саломан заупрямился поначалу, стоило ей приложить ещё немного усилий и подготовить почву, как он непременно взял бы в жёны субмиссива из семьи Шангуань. Но она и помыслить не могла, что Саломан не только ответит отказом, но вдобавок откуда-то из глубин подворотни выволок своего «незарегистрированного партнёра»!

Если бы Саломан и вправду связал себя узами брака с Тан Уцю, это означало бы, что с кланом Шангуань его больше ничего не связывает. В глазах Шангуань Гунъюй Саломан, не связанный узами родства с их родом, неминуемо превратился бы в свирепого зверя, несущего угрозу как дому Шангуань, так и всей королевской семье. Допустить подобное она не могла ни при каких обстоятельствах! Вот почему разрыв отношений между Саломаном и Тан Уцю виделся ей делом абсолютной необходимости.

В противоположность планам Шангуань Гунъюй, Айлоэр горячо поддерживал союз Саломана и Тан Уцю именно потому, что не хотел никаких уз между Саломаном и кланом Шангуань.

Возможно, для Шангуань Гунъюй родной клан был родительским домом и главной опорой за спиной, но в глазах Айлоэра, если отбросить родственные узы, семейство Шангуань ничем не отличалось от любого другого клана — они точно так же являлись подданными дома Гриффит!

Клан Шангуань и так заправлял имперской казной, обладая более чем достаточной властью; если же они объединятся с Регентом, Айлоэр искренне засомневался бы, кто в конце концов правит Империей Цзялань!

Не стоило забывать, что Регент... тоже носил фамилию Гриффит!

Именно поэтому Тан Уцю — сирота без роду и племени, не способный оказать Саломану ни финансовой, ни материальной поддержки, — казался Айлоэру сияющим «маленьким ангелом». И хотя мальчик по-прежнему опасался, что с появлением у Саломана собственных детей у того могут проснуться амбиции узурпатора, на фоне грядущих проблем — будь то через год или даже через десяток лет — вопросы сегодняшнего дня волновали его куда сильнее. В конце концов, не за горами было время, когда он сможет полностью сосредоточить всю полноту власти в своих руках!

Выслушав анализ Саломана, Тан Уцю пребывал в некотором замешательстве. Ему казалось, что мысли и Шангуань Гунъюй, и Айлоэра были слишком уж… скажем так, специфическими.

Впрочем…

— Откуда ты вообще знаешь, о чем они думают? — Тан Уцю перевернулся на спину, подставляя пушистый мягкий живот и намекая Саломану, что неплохо бы его почесать. В конце концов, в облике большой панды он совершенно не стеснялся (*´w`*)!

Честно говоря, хотя он и не считал себя дураком, одного лишь того, что рассказывал Саломан, было достаточно, чтобы ему потребовалось немало времени на переваривание информации. Неужели он действительно пригоден только для действий, а не для размышлений? Но ведь даже Старец Бай хвалил его за стремительный прогресс в пилотировании меха (っ °Д °;)っ.

Неизвестно, стало ли так из-за того, что они все больше понимали друг друга без слов, но теперь Саломану не требовалось превращаться в Пернатого змея, чтобы понимать, что означают все эти а-а и мм-м в исполнении Тан Уцю. Проведя длинными пальцами по теплому округлому животику, Саломан опустил взгляд на его милую мордашку и смягчился:

— Все просто. Это лишь борьба за власть между силами с разными позициями. Достаточно немного подумать, чтобы догадаться. В конце концов, мы с тобой одного поля ягоды.

Саломан говорил об этом легко, но на самом деле многое из того, о чем он рассуждал, он сам осознал лишь пройдя через множество испытаний.

В конце концов, в прошлом он, хоть и считал характер Айлоэра слишком наивным и мягким для императора, искренне и преданно помогал ему. Однако тогда он понимал, что людские сердца непредсказуемы, но даже не догадывался, что их мысли могут быть настолько искажены. В итоге из-за их опасений он сам поплатился жизнью…

Почувствовав на пальцах влагу, Саломан пришел в себя и обнаружил, что пухлый комочек взял его руку и начал лизать.

— Ты не с ними одного поля ягоды, ты — мой, — фыркнул Тан Уцю. Зачем он вообще пытается поставить их в один ряд? Ведь они — пара, разве нет?

Саломан не знал, смеяться ему или плакать, но гнетущие мысли внутри него рассеялись. Он подхватил Тан Уцю на руки и чмокнул его в розовые губы:

— Одним облизыванием пальцев здесь не утешишься. Ну же, малыш, давай я научу тебя правильному способу утешения…

***

Первое сентября — день начала занятий в Университете Цзялань и Военной академии Цзялань.

В наши дни университетское образование стало практически обязательным, однако в число таких вузов, конечно же, не входили Университет Цзялань и Военная академия Цзялань. В эти учебные заведения поступали лишь те, кто обладал подлинными талантами.

Еще за пару дней до начала у широких величественных ворот постоянно мелькали аэрокары: это прибывали первокурсники и возвращались студенты старших курсов. В обычное время новички этих вузов стали бы главной темой для обсуждения, но в этом году все было иначе — ведь в этом году в университет поступал сам Его Величество император.

Раньше и Саломан, и Далусалань заканчивали Военную академию Цзялань, поэтому Тан Уцю полагал, что Айлоэр, будучи Доминатором, тоже выберет военное направление. Однако он не ожидал, что тот действительно поступит в Университет Цзялань.

Именно из-за этого выбора оба вуза стояли на ушах, моментально вытеснив из интернет-обсуждений шумное дело с видео «Глубокого космоса».

Если говорить об этом видео, то именно его Тан Уцю увидел во время первой встречи с Бай Соло. И, как та и говорила, это не было чьей-то мистификацией — запись произошла в результате утечки.

С корабля «Глубокий космос».

Обычного космического грузового судна, в котором, казалось бы, не было ничего особенного.

Причина случившегося была прозаичной: «Глубокий космос» отправился к далекой планете добывать полезные ископаемые, чтобы затем доставить их на планету Гайя.

Сегодня человечество делится на Доминаторов и Субмиссивов, и из-за различий в политических предпочтениях они разделились на два политических блока… или, если угодно, государства: Империю Цзялань и Федеративную Республику.

***

Существование двух государств не всегда было мирным. В ходе долгой истории случались серьезные военные конфликты, но это осталось в прошлом. Вероятно, благодаря тому, что Гайя представляет собой двойную планету в форме бабочки, Империя Цзялань и Федеративная Республика заключили мирный договор, позволив народу восстановить силы.

Однако период войн уничтожил многие ресурсы планеты, а с развитием технологий их потребление лишь росло. Хотя ученые и исследователи нашли альтернативные источники энергии, немало невосполнимых ресурсов, требовавших долгого накопления, навсегда исчезли из истории.

К счастью, к тому времени люди уже сделали первые шаги за пределы планеты Гайя. Исследуя космос, они с радостью обнаружили, что, хотя некоторые планеты и непригодны для жизни людей, они богаты полезными ископаемыми.

Так появились космические грузовые корабли.

«Глубокий космос» был одним из таких судов, причем довольно известным — он многократно летал в космос и долгие годы служил Империи Цзялань.

Поскольку современные технологии позволяли управлять добычей с помощью роботов и мех, нужды в большом количестве людей не было. Всего на борту находилось менее двадцати Доминаторов и Субмиссивов.

Пусть их было немного, но каждый из них стоил десятка обычных людей. К тому же все они были опытными профессионалами, способными дать отпор даже космическим пиратам.

Поэтому никто и подумать не мог, что восемнадцать человек могли так внезапно и загадочно погибнуть.

Именно так: они не сталкивались ни с метеоритами, ни с магнитными бурями, ни с черными дырами или жестокими пиратами. Весь экипаж погиб, никто не выжил.

Корабль, груженный двумя тысячами тонн руды, взорвался в космосе, превратившись в космический мусор. Единственное, что уцелело — это «черный ящик».

А видео, о котором шла речь, было записано именно на него.

***

На видеозаписи было зафиксировано: «Рацион большой панды — одна из ее самых необычных и интересных особенностей. Она почти полностью питается бамбуком; из 50 видов дикорастущих растений, которые она употребляет в пищу, более половины приходится на бамбуковые, составляющие 99% годового рациона. Особенно панды любят семь видов, таких как большой стреловидный бамбук и китайский стреловидный бамбук. Хотя в процессе эволюции питания некоторые органы претерпели соответствующие изменения, это особенно заметно по зубам. Коренные зубы очень развиты — они мощнейшие среди всех хищников. Их строение довольно сложное, приближающееся к всеядным зверям, дифференциация хищнических зубов не выражена, клыки и премоляры развиты, межзубные промежутки отсутствуют. Верхние резцы расположены по дуге, нижние — в один ряд, причем вторая пара нижних резцов часто смещена назад, что создает подобие двух рядов; это явление особенно заметно на черепах пожилых особей. Корни клыков толстые, а коронки кажутся короткими, кончики зубов не острые. Первая пара премоляров крайне мала, часто наблюдается отсутствие одного или обоих зубов. Передний край второй пары верхних премоляров смещен внутрь, а задний — наружу, занимая полунаклонное положение. Коронки третьей и четвертой пар верхних премоляров имеют ромбовидную форму, на внешней стороне три, на внутренней — два бугорка. Коренные зубы называют бугорчатыми, их жевательная поверхность чрезвычайно широка, примерно прямоугольной формы, с бугорками разного размера. На верхних коренных зубах четыре крупных бугорка, последний верхний коренной зуб особенно велик и смещен назад к скуловой кости, его поверхность покрыта сложными мелкими ромбовидными выступами. Последний нижний коренной зуб мал, бугорки на нем не выражены, он расположен на внутренней стороне переднего края нижней челюсти. Обычно у плотоядных последний верхний коренной зуб расположен у основания венечного отростка, тогда как смещение коренных зубов большой панды назад ограничивает боковые движения челюстей и усиливает эффект перетирания, однако делает его более ограниченным. Износ коренных зубов различается сверху и снизу: нижние начинают стираться снаружи, а верхние — изнутри, из-за того, что расстояние между верхними коренными зубами больше, чем между нижними. В целом, ее зубы отличаются от зубов других хищников и очень похожи на зубы травоядных копытных животных».

Несмотря на монархический строй, свобода слова среди граждан сохранялась.

Поскольку видео удалили очень быстро, оно не успело распространиться до такой степени, чтобы привлечь внимание Федеративной Республики. Оно циркулировало лишь в узких кругах внутри Империи. Но именно из-за того, что удаление провели столь радикально — подчистив даже те файлы, что пользователи успели скачать на свои персональные оптические компьютеры, — это вызвало крайне бурную реакцию пользователей сети.

— Глупость! Ваше Величество, о чем вы вообще думали, когда решили использовать права администратора главного компьютера, чтобы удалить те видео с личных устройств граждан?!

Голос Саломана был полон такой ужасающей подавляющей мощи, что Айлоэр вмиг побледнел.

— Регент, давайте обсудим это спокойно. В конце концов, Айлоэр еще ребенок… — Шангуань Гунъюй, поспешно прибывшая на место, получив известия, при виде гнева Саломана невольно вздрогнула — Субмиссивы от природы испытывают трепет перед сильными Доминаторами. Однако она изо всех сил старалась сохранять достойный и изящный вид, защищая сына.

Особенно больно ей было видеть, как ее сын, бледный как полотно, опустил голову.

Но она не понимала, какой гнев в этот момент кипел в душе до смерти напуганного Айлоэра.

Всегда так, вечно так!

http://bllate.org/book/22702/2404512