Готовый перевод The Ex Keeps Messing Up Again / [Быстрое Перемещение] Бывший снова всё испортил: Глава 12

Машина въехала на территорию отеля, и Кэ И понял, что это то самое место, где Цинь Юнь заставил его выпить возбуждающее средство и едва не напоил традиционным отваром. Из-за сумерек свет был тусклым; особняк построили в горах, вдали от городского шума, и сюда редко кто заглядывал.

Глядя на окутанный темнотой особняк, Кэ И вдруг подумал, что он похож на огромную клетку, которая только и ждет, пока он сам войдет внутрь, чтобы захлопнуть замок и запереть его там до конца дней.

— Красивый закат?

Цинь Юнь стоял на ступенях и смотрел на него сверху вниз. Последние лучи солнца были слишком слабыми, чтобы разогнать мрачную тьму в глубине его глаз.

Кэ И не понял к чему этот вопрос, машинально поднял глаза на уходящее за горизонт солнце вдалеке и едва заметно кивнул.

— Тогда полюбуйся им подольше.

Цинь Юнь усмехнулся и повернулся, направляясь в особняк, а в его зрачках блеснул зловещий огонек.

Больше ты его не увидишь.

Кэ И сжал зубы и последовал за Цинь Юнем. В доме по-прежнему не было ни души, но казалось, что здесь уже побывали уборщики — повсюду царила идеальная чистота, без единой пылинки.

Из столовой доносился аппетитный аромат еды. Стол ломился от угощений, и Кэ И заметил среди блюд много своих любимых. В те времена он был сладкоежкой, особенно обожал свинину в кисло-сладком соусе, и почти каждый день таскал Цинь Юня в небольшую забегаловку, где местный повар готовил это блюдо с идеальным балансом кислоты и сладости, точно по его вкусу.

И сейчас на столе красовалась именно она — свинина в кисло-сладком соусе.

— Иди сюда, садись.

Проявив редкую нежность, Цинь Юнь отодвинул стул, перехватил пальцы юноши и усадил его за стол.

Кэ И замер и попытался подняться, но давление на его плечи оказалось тяжелым, словно тысяча цзиней, намертво вдарившее его в стул. Ледяные пальцы Цинь Юня коснулись его ключицы, заставив все тело юноши вздрогнуть от холода, однако голос звучал на редкость мягко:

— Я отправил людей в ту забегаловку, куда мы раньше ходили, и еду доставили сюда частным рейсом. Попробуй скорее, вкус такой же, как раньше?

Длинные ресницы Кэ И слегка дрожали, пальцы были сцеплены в замок на коленях, а в глубине души внезапно поднялся страх.

— Ии, почему ты не ешь? — Цинь Юнь посмотрел на белую шею юноши, поиграл с туго застегнутой золотой цепочкой и с улыбкой произвел: — Хочешь, я покормлю тебя?

Кэ И поджал губы, медленно взял палочки, положил в пиалу кусочек мяса и осторожно принялся за еду.

— Вкусно?

Опустив взгляд, Кэ И кивнул и положил палочки. На самом деле он вообще не почувствовал никакого вкуса.Цинь Юнь тихонько усмехнулся: одной рукой он придерживал юношу за плечо, а другой взял палочки, которыми тот только что пользовался, и тоже отправил в рот кусочек. Проглотив его, он с сожалением вздохнул:

— Не то. Даже приготовленные одним и тем же человеком, за пять лет блюда меняют вкус.

С этими словами он смахнул всю тарелку свинины в кисло-сладком соусе в мусорное ведро.

— Закажем что-нибудь другое, — вернувшись, он мягко погладил юношу по макушке и сел рядом. — Ии, наверное, проголодался?

Еда на столе выглядела великолепно: и сервировка, и качество ингредиентов радовали глаз. Но для Кэ И всё это казалось безвкусным, словно солома. Он механически отправлял еду в рот, пережевывал и глотал.

— Я наелся.Выпив стоявшее на столе молоко, Кэ И опустил голову и проговорил.

В следующую секунду чей-то палец легко приподнял его подбородок. Цинь Юнь, взяв салфетку, бережно уттерла следы молока с его губ, а его взгляд был сосредоточенным.

— Ии, тебе не понравилось? Ты слишком мало съел.

Глядя на красивое лицо мужчины, Кэ И сквозь зубы произнес:

— Цинь Юнь, хватит.

Перестань относиться к нему так же, как пять лет назад, от этого ему становится только... больнее.

— Почему? — пальцы Цинь Юня слегка надавили, а в глазах не было и следа улыбки. — Раньше мы всегда так общались.

— Это было... в прошлом.Кэ И закрыл глаза, его плечи задрожали, и он не выдержал, выплеснув то, что таил в сердце:

— Умоляю тебя, оставь меня в покое.

Цинь Юнь холодно усмехнулся и отбросил салфетку, от его фальшивой мягкости не осталось и следа. Он придавил плечо юноши, склонился к самому его крошечному мочке уха и тихо произнес:

— Если ты уже не выдерживаешь, то что же ты будешь делать дальше?

Едва затихли эти слова, как Кэ И в ужасе обнаружил, что его тело внезапно перестало его слушаться. Казалось, он в мгновение ока лишился всех сил, и даже пальцы не удавалось поднять — если бы не рука Цинь Юня, прижимающая его плечо, он бы просто соскользнул со стула.

Молоко... Широко раскрытыми глазами он посмотрел на пустую чашку. С молоком что-то не так!

Цинь Юнь наслаждался изумленным и растерянным выражением лица юноши. Не спеша засунув руку в чужой карман, он выудил оттуда круглый жучок, с силой сжал его в кулаке, затем подхватил юноши за подбородок и с издевкой произнес:

— Сколько тебе заплатил Цинь Гуфэн за то, чтобы ты установил эту прослушку, м?

Не дожидаясь ответа, он со всё возрастающей свирепостью в голосе продолжил:

— Билет у тебя заказан на завтрашний час ночи, хочешь сорвать с меня последний куш? Кэ И, а ты ведь умеешь заметать следы.Кэ И сговорился с Цинь Гуфэном, чтобы подставить его, и это не слишком сильно разозлило его. По-настоящему разъярило его то, что Кэ И снова собрался сбежать от него, не сказав ни слова!

Стоило ему уйти — и он снова будет прятаться от него несколько лет!

Кэ И почувствовал боль. Глядя, как Цинь Юнь вертит в руках этот жучок, он ощутил, будто в голове прогремел взрыв. Его ресницы задрожали, словно его тяжело ударили.

Значит, ты уже давно всё знал…

Возле Цинь Гуфэна есть мои люди, — свысока произнес Цинь Юнь. — Я знал об этом с самого начала. А почему не говорил? Да потому что…

Твой испуганный вид, когда я тебя разоблачаю, невероятно забавен.

Кэ И немного помолчал, отказавшись от любых попыток оправдаться, поднял пустой и остекленевший взгляд и произнес: — Чего ты хочешь? Отправить меня в клуб на растерзание другим или подарить этой мисс Кун, чтобы она выплеснула гнев?

Я же говорил: посмеешь сбежать — сломаю тебе ноги. — Цинь Юнь бросил взгляд на стройные голени юноши и вздохнул. — Но мне жаль, так что пришлось выбрать другой способ.

Он подхватил на руки обмякшего юношу и направился наверх. Конечности Кэ И безвольно повисли, он не мог пошевелиться и, глядя, как точка обзора поднимается всё выше и выше, лишь легонько вздрогнул от озноба.

Цинь Юнь не станет проявлять мягкосердечие, а значит, его ждет что-то куда более страшное, чем переломанные ноги.

Его принесли на лестничную площадку к той огромной картине, изображающей сошествие богини. Неизвестно на что нажал Цинь Юнь, но на глазах у охваченного ужасом Кэ И стена раздвинулась. Внутри обнаружилась крошечная комната без окон, устланная толстым ковром.

И всё же там стояла просторная большая кровать.

Ныло всё тело, жутко раскалывалась голова.

Увидев полумрак комнаты, Кэ И на мгновение замер, вспоминая безумие прошлой ночи.

Кэ И ошеломленно смотрел на стену, какое-то время не в силах смириться с такой реальностью.

Тридцать третий, казалось, просто испарился из его головы.

Неужели его бросили в этом мире?

Он помнил, как Тридцать третий говорил, что в этом мире словно какая-то сила вмешивается в его работу, то нарастая, то ослабевая. Тогда он воспринял это как шутку и даже посмеялся над тем, что их сервер — это рухлядь на колесах, слишком уж убогая.

Он изначально планировал еще раз предать Цинь Юня, сбежать куда-нибудь и уже там оценить обстановку, но в итоге Цинь Юнь схватил его с поличным. Кэ И надеялся, что раз система при нем, то он, пожалуй, еще сможет удрать.

И кто бы мог подумать, что система внезапно исчезнет!

А? Что вообще происходит?

Он и сам не ожидал, что Цинь Юнь действительно вознамерился сжить его со свету.

Ха, правда, прямо на кровати.

Таких преданных своему делу злодейских бывших поискать — даже когда с ним вытворяли подобное, он не выдал правду о расставании.

Ладно, на самом деле он просто боялся, что если проболтается, миссия окончательно провалится, и в следующую же секунду он обратится в пепел.

Кэ И сквозь зубы попытался приподняться, но тут же рухнул обратно.

Снаружи послышались шаги. Рефлекторно войдя в роль, Кэ И принял выражение абсолютной мертвенной тусклости в глазах.

Впрочем, сейчас он и впрямь был опустошен до предела.

Хочется умереть, только не останавливайте!

Цинь Юнь вошел в комнату с подносом, на котором был завтрак. Кэ И уже проснулся и сидел, прислонившись к изголовью, подтянув колени к груди и с абсолютно пустым лицом в просторной пижаме.

Цинь Юнь приподнял бровь и поставил жидкую кашу и молоко на тумбочку: — Ешь.

Кэ И обхватил колени руками и отвернулся, отчетливо демонстрируя отказ. В ту же секунду его притянули ближе, пальцы надавили на синяки на запястьях, и Кэ И, поморщившись, тихонько шипел.

Вчерашний урок еще не пошел тебе впрок, — обнимая Кэ И, с тихим смешком произнес Цинь Юнь. — Ох, кстати, тот жучок тебе еще нужен?

Плечи Кэ И задрожали, он закусил губу и, сгорая от стыда, закрыл лицо руками. Его голос хрипко сорвался: — Цинь Юнь, ты доволен…

Кэ И, это еще далеко не всё. — Во взгляде Цинь Юня застыло непроглядное, болезненное безумие.

Все эти три дня Цинь Юнь провел на этой горной вилле.

Но даже когда он исчез на несколько дней, вопросы с работой и проблемы, заваренные людьми из Клана Цинь, по-прежнему решались четко и размеренно.

Всё остальное можно было перепоручить другим, но Цинь Жунфэн попал в тюрьму за финансовое мошенничество, и для передачи акций требовалось его личное присутствие.

Увидев его, Цинь Жунфэн тут же со звериным оскалом бросился вперед, но его крепко прижали подоспевшие полицейские. Через стекло Цинь Юнь с бесстрастным лицом слушал его проклятия.

Как бы тот ни ругался, ему все равно пришлось поставить свою подпись.

Однако из всего, что изрыгал в проклятиях Цинь Жунфэн, единственным, что действительно удивило Цинь Юня, был Кэ И.

Цинь Жунфэн думал, что они с Кэ И провернули это вместе.

Банкет в Поместье Оуро — тот самый, на котором Хань Юэ велел ему отдать Кэ И, — закончился тем, что Кэ И сбежал, и, к своему неожиданному везению, столкнулся с Цинь Жунфэном.

Любишь меня до смерти, и теперь тебе плевать, как я с тобой обращаюсь?

Цинь Юнь холодно усмехнулся: пустые отговорки. Кэ И, пожалуй, все еще тешил себя надеждой, думая, что он его отпустит, и лишь во второй раз осознал всю серьезность положения, из-за чего и вступил в сговор с Цинь Жунфэном.В офисе Цинь Юнь холодно усмехнулся. Строго говоря, Кэ И действительно помог ему: отчаянный шаг Цинь Жунфэна заставил того выдать себя еще сильнее.

— Генерал директор Цинь, — Линь Вэнь постучал в дверь и вошел, положив на стол папки. — Две минуты назад звонил вице-президент Фонда «Красный цветок».

— По какому вопросу?

Цинь Юнь, не поднимая головы, перелистывал документы и произнес глухим голосом:

— Пять лет назад они получили крупное анонимное пожертвование и хотели уточнить, не вы ли перевели эти деньги, — сообщил Линь Вэнь. — Если это так, они надеются использовать недавнюю шумиху вокруг той маленькой девочки в желтом пальто, чтобы поднять узнаваемость бренда и репутацию.

— Нет.

— Хорошо, генеральный директор Цинь.

— Подожди, — Цинь Юнь поднял голову и бросил равнодушный взгляд: — С чего они решили, что это сделал я?

Из-за ситуации с Кэ И он стал особенно чувствителен к цифре в пять лет, поэтому и задал дополнительный вопрос.

Линь Вэнь доложил во всех подробностях:

— Причин несколько, но самая прямая — инициалы анонимного благотворителя в точности совпадают с вашими — QY.

Пальцы Цинь Юня, перелистывавшие бумаги, замерли.

Вспоминая слова вице-президента Фонда «Красный цветок», Цинь Юнь прижал пальцы к вискам, а его взгляд стал тяжелым и непроницаемым.

Масштабы Фонда «Красный цветок» были невелики, поэтому то пожертвование в пять миллионов они помнили все пять лет. А на прошлой неделе фонд увяз в скандале с фальшивой бухгалтерией и отчаянно пытался найти хоть какой-нибудь положительный пример, чтобы восстановить свою репутацию.

Утопающий хватается за соломинку, вот они и решили испытать судьбу, обратившись к нему.

Но им суждено было разочароваться: эти деньги пожертвовал не он.

Цинь Юнь глубоко вздохнул, и руководитель отдела связей с общественностью, отчитывавшийся перед ним в переговорной, тут же внутренне сжался, решив, что где-то оплошал.

Сузив глаза, Цинь Юнь хрипло бросил:

— Продолжайте.

Руководитель и остальные присутствующие в зале разом выдохнули. Украдкой взглянув на лицо Цинь Юня, они поняли, что их босс явно витает в облаках.

Цинь Юнь и впрямь думал о другом.

Пять миллионов, пять лет. Деньги поступили на счет ровно через неделю после того, как Кэ И улетел за границу. А псевдоним благотворителя — QY.

Кэ И забрал те самые пять миллионов, а затем провел за границей пять лет.

Эти цифры, сошедшиеся воедино, заставляли его задаваться вопросом: неужели простое совпадение?

В глубине души у него зарождалась абсурдная мысль.

Кэ И не потратил эти деньги, а пожертвовал их под его именем...

Цинь Юнь с яростью швырнул ручку на стол.

Да как такое возможно? Без этих денег Кэ И просто не смог бы прожить за границей пять лет.

Простое совпадение.

Но стоило этой мысли зародиться, как избавиться от нее уже не получалось. Она цеплялась, как нитка на одежде или заусенец на пальце, вызывая лишь нервное раздражение.

Он резко поднялся со стула, издавшего неприятный скрип, вышел из комнаты, оставив ошарашенных подчиненных переглядываться друг с другом.

Стоявший у экрана руководитель отдела по связям с общественностью смотрел на распахнутую дверь, мелко дрожа руками.

Какую фразу он снова сказал не так? Неужели его вот-вот уволят?

Уже почти доехав до горной виллы, Цинь Юнь вдруг резко дал по тормозам.

Зачем он возвращается?

Спросить у Кэ И, не он ли пожертвовал те деньги?

Зачем вообще задавать Кэ И столь очевидный вопрос?

Даже если Кэ И нуждался в деньгах, пять миллионов — потратить такую сумму проще простого.

Цинь Юнь положил пальцы на руль, подавил эмоции и развернул машину.

Самое удивительное, что, сам того не замечая, он доехал до многоквартирного дома, где жил Кэ И.

Нахмурившись, он не понимал, зачем приехал сюда. Уже собираясь уехать, он почувствовал резкую колющую боль в висках и снова поднял взгляд на маленькое окошко квартиры.

Словно некая высшая сила нашептывала ему: поднимись наверх, иначе будешь жалеть всю оставшуюся жизнь.

Поддавшись какому-то странному наваждению, он припарковал машину, поднялся на этаж, остановился у двери квартиры и надавил на ручку.

Дверь неожиданно поддалась.

Кэ И ее не запер.

Внутри царил полный беспорядок: раскрытый чемодан был наполовину набит одеждой и предметами первой необходимости, поверх лежала карта. Подняв ее, Цинь Юнь увидел обведенный красным маркером участок.

Цинь Юнь нахмурился: то было побережье. Зачем Кэ И понадобилось ехать туда? Судя по всему, он только готовился к отъезду.

На столе стояли два пластиковых контейнера — большой и маленький.

Открыв большой, он обнаружил аккуратно сложенную одежду, обувь, браслеты — все абсолютно новое, даже в нетронутой упаковке.

Взгляд Цинь Юня упал вниз. Это же...

Подарки, которые Цинь Юнь дарил Кэ И.

Он усмехнулся: и правда, все хранилось в целости и сохранности.

Крышка полетела на пол, а в груди закипело глухое раздражение.

Он и сам не понимал, зачем приперся сюда. Наслаждаться самобичеванием?

Кэ И берег подарки Цинь Юня как зеницу ока, а вот свои собственные вещи, должно быть, давно выбросил.

Цинь Юнь уже хотел уйти, но перевел взгляд на второй, маленький ящичек. В груди вспыхнула призрачная надежда, и он потянулся открыть его.

В этот момент за дверью послышался неторопливый стук.

Цинь Юнь обернулся, на мгновение напрягшись.

Кто это? Хань Юэ?

Стук не прекращался.

Когда он открыл дверь, на пороге оказался совсем не тот, кого он ожидал увидеть.

Перед ним стояла незнакомая седовласая старушка с плетеной корзиной наперевес. Заметив его, она удивленно покосилась на номер квартиры и забормотала:

— Ох, да вроде не ошиблась... Или память уже подводит?

— Вы кого-то ищете?

Цинь Юнь, почти уверенный, что она заблудилась, вежливо задал вопрос.

Старушка отступила на пару шагов, силясь припомнить:

— Ну, того паренька... как же его звали... Кэ И, точно. Эх, старость — не радость, чуть имя из головы не вылетело.

Цинь Юнь замер. Ищут Кэ И.

Кем она ему приходится?

— Эх, да должно быть где-то здесь, — старушка принялась бормотать себе под нос, озираясь по сторонам, а затем снова уставилась на него. — Послушай, сынок, ты знаешь Кэ И?

Немного помолчав, Цинь Юнь холодно обронил два слова:

— Знаю.

Старушка расцвела от радости и буквально сунула ему в руки плетеную корзину:

— Ох, как здорово! Я тут на днях ездила к дочери, а когда вернулась, этот паренек сказал, что больше не будет работать, да еще и деньги за труд мне вернул. Ой, вот я и подумала — принесу ему домашних яиц, пусть подкрепится, да только сколько ни приходила, его вечно нет дома.

— Деньги за труд?

Цинь Юнь нахмурился, уловив суть в этом потоке слов.

— Ну да, бедняга совсем измаялся. Какой-то бессовестный начальник удержал у него зарплату да еще и уволил. Денег у парня ни гроша, даже за аренду платить нечем, вот он и просил выдать зарплату за месяц вперед.

Старушка покачала головой, вздыхая:

— Смотреть больно было, как он работает: руки все в кровь стер, а уговорить отдохнуть — ни в какую. Питался целыми днями одними сухарями да соленьями.

Проникшись собственной историй, она смахнула слезинку с уголка глаза:

— Ну что за жизнь, у хороших людей вечно судьба горькая.

Цинь Юня словно громом поразило.

Как же так... Кэ И дошел до такой нищеты?

Он-то думал: пусть у парнишки даже туго с деньгами, пара миллионов у него наверняка осталась. С чего бы ему не иметь средств даже на квартплату?

Устроиться грузчиком в маленький супермаркет и работать до кровавых мозолей на руках? Но ведь Кэ И такой изнеженный!

Раньше, стоило ему лишь слегка поцарапать палец, он тут же плакал и требовал, чтобы Цинь Юнь возился с ним битый час.

Как он мог...

Цинь Юнь даже не помнил, как распрощался со старушкой. Вернувшись в комнату, он поставил корзинку с яйцами на обеденный стол, а затем снова уставился на коробку с подарками.

Среди вещей, подаренных Хань Юэ, было немало ценных — Кэ И вполне мог бы продать их ради денег.

Или же парень просто не хотел с ними расставаться?

Но все равно что-то не сходилось. Кэ И так любил деньги, к тому же Хань Юэ с ним расстался. Зачем оставлять горы потенциальной наличности нетронутыми и идти надрываться грузчиком в супермаркет?

И зачем он вообще разложил все по коробкам? Собирался вернуть?

На деревянном столе тихо лежала вторая коробка, манящая своей смертельной загадкой. Взгляд Цинь Юня дрогнул, а в груди зазвучал неистовый, требующий крик:

Открой! Открой же!

Он протянул руку и приподнял крышку.

В следующее мгновение его пальцы застыли.

Вещи в этой коробке были сложены так же аккуратно, но выглядели куда более потрепанными.

Здесь лежало...

То, что он сам подарил Кэ И пять лет назад.

На мгновение погрузившись в оцепенение, Цинь Юнь осторожно взял маленькую коробочку и откинул крышку.

Внутри лежали часы, инкрустированные бриллиантами.

Сейчас часы стоимостью в полмиллиона казались пустяком, но тогда, на заре его предпринимательской деятельности, средств отчаянно не хватало. Тем не менее, он постарался выбрать для Кэ И лучший подарок на день рождения из всех возможных.

Кэ И был в восторге и носил их постоянно — вплоть до того дня, когда заявил, что сблизился с ним исключительно ради денег.

Тогда был единственный день, когда он их не надел.

Стоило взглянуть на остальные вещи в коробке, как горло Цинь Юня словно сдавило невидимой петлей, и ему стало трудно дышать.

Почему? Почему ты их сохранил?

Я ведь думал, что ты все выбросил. Разве ты не говорил, что никогда меня не любил? Почему тогда оставил их?

Взгляд упал на корзину с яйцами, принесенную старушкой, и Цинь Юня внезапно осенила мысль, которую он до сих пор упускал из виду.

У Кэ И не было денег.

Если он не продал подарки Хань Юэ, потому что дорожил ими...

То почему он не продал то, что подарил ему он, Цинь Юнь?!

Эти часы были раритетом, и даже при самой дешевой перепродаже за них можно было выручить те самые полмиллиона.

Почему Кэ И не продал их, раз уж нуждался в деньгах?!

Он крепко сжал часы в ладони, охваченный невиданной прежде паникой и растерянностью. Перед глазами стояли пустые глаза юноши и высланная вице-президентом квитанция о пожертвовании.

— Цинь Юнь, я же давно знал, что ты внебрачный сын семьи Цинь. Иначе с чего бы мне сближаться с тобой?

— Цинь Юнь, неужели ты и вправду думал, что я люблю тебя?

http://bllate.org/book/22653/2398488