Готовый перевод The Ex Keeps Messing Up Again / [Быстрое Перемещение] Бывший снова всё испортил: Глава 6

Он не верил в причины, которые называл Кэ И. Тот был невероятно капризным: в самой плавной машине его укачивало в той или иной степени, с какой стати ему соглашаться на автобус? Если он тянул так долго, то исключительно потому, что не хотел с ним встречаться.

Кэ И старался побороть головокружение от укачивания, в тревоге теребя край одежды: — Зачем… ты велел мне прийти?

Цинь Юнь бросил взгляд в сторону дивана: — Переоденься.

Кэ И проследил за его взглядом — на низком столике у дивана действительно лежала большая коробка. Подойдя ближе, он открыл её: внутри находился мужской костюм-тройка, без лишних украшений, лишь воротник и манжеты были инкрустированы чистейшими синими драгоценными камнями.

Он опустил взгляд, собираясь погладить воротник, но тут же замер, испугавшись, что его кончики пальцев случайно зацепят нитку.

С одного взгляда было понятно, что вещь дорогая — если продать, выручишь целое состояние.

Посттравматическое стрессовое расстройство, вызванное остатком на банковском счёте — это была первая мысль, промелькнувшая в голове Кэ И.

Он спросил: — Зачем переодеваться?

— Вечером приём, пойдешь со мной.

Вот оно что.

Он бережно вытащил одежду из коробки и направился к выходу: — Я в уборную.

Раздался спокойный голос Цинь Юня: — Переодевайся здесь.

— Здесь?! — Кэ И с недоверием обернулся.

Как здесь переодеваться?!

Реакция Кэ И была вполне ожидаема для Цинь Юня. Столо́к злым мыслям зародиться, подавить их уже не получалось. Его взгляд, казалось, обрёл плоть, разрезая одежду юноши: — Ты уже всё видел, Кэ И, не притворяйся девственником.

Руки юноши, державшего костюм, казались тяжелыми как свинец. Его лицо залилось краской, в горле стоял ком, словно его кто-то душил. Ему так хотелось швырнуть одежду на пол и уйти куда глаза глядят, но… но…

Сделав глубокий вдох, он положил одежду обратно в коробку. Дрожащие пальцы легли на молнию куртки и потянули её вниз. Под низом у него была надетая футболка, и, сжав зубы, Кэ И единым движением стянул её.

Просторный и светлый кабинет заливали потоки золотого солнца из огромных панорамных окон. Ему казалось, будто он раздевается на глазах у толпы, и солнечный свет потерял своё тепло, превратившись в оценивающие взгляды окружающих.

Подперев подбородок рукой и приставив указательный палец к виску, Цинь Юнь с большим интересом разглядывал спину юноши: молочно-белая, безупречная кожа без единого изъяна, талия, сужающаяся в изящном изгибе. Но ему хотелось видеть не просто спину, и он постучал по столу.

— Повернись ко мне.

Кэ И, уже начавший расстёгивать рубашку, замер. С трудом переставляя ноги, он повернулся.

Дыхание Цинь Юня стало тяжелее. Кожа юноши была тонкой, из тех, что легко впитывают краски страсти, словно от природы созданная для того, чтобы на ней оставляли следы. Две нежно-розовые точки на груди соприкоснулись с воздухом и, дрожа, затвердели. В сочетании с зардевшимися от стыда щеками это легко пробуждало в мужчине животное желание подчинять и мучить.

Кэ И не замечал всё сильнее раскаляющегося взгляда Цинь Юня. Он дрожал от стыда, желая лишь побыстрее надеть рубашку из комплекта, а затем и брюки.

Пальцы его словно онемели и стали ужасно неловкими, он чуть не перепутал пуговицы. Наконец застегнув рубашку, он опустил голову и стянул брюки до лодыжек. Нагнувшись, чтобы подобрать их с носков, он вдруг почувствовал, как его талию обхватили. Цинь Юнь подхватил его на руки, смахнул стопку папок с контрактами и усадил на стол.

Брюки Кэ И бессильно болтались на белых пальцах ног, готовые сорваться в любой момент, источая откровенно соблазнительный дух. Выше открывались прямые и стройные икры, а рубашка прикрывала нижнее белье, создавая впечатление, будто под ней совсем ничего нет.

Сжав пальцы ног в кулачки, Кэ И испуганно отпрянул назад и задел стопку книг: — Я хочу слезть.

Цинь Юнь перехватил его за щиколотку, притянул ближе, открыл ящик стола и достал оттуда коробочку. Зрачки Кэ И сузились: решив, что там лежат приспособления для введения лекарств, он уже хотел запросить пощады, но изящные пальцы Цинь Юня поддели крышку и извлекли наружу золотую цепочку.

На цепочке был естественным образом выбит узор из роз, украшенный вкраплениями ярко-красных рубинов, а посередине свисал круглый золотой медальон с шестиконечной звездой. На обратной стороне медальона, судя по всему, была выгравирована надпись, но Кэ И не смог её разобрать.

Цинь Юнь откинул его волосы и с щелчком застегнул цепочку.

Цепочка оказалась не слишком длинной — как раз впору, чтобы обвиться вокруг белой шейки юноши и затянуться потуже. Взгляд мужчины стал еще темнее, и он тихо произнес: — Чтобы неповадно было заглядываться на других мужчин.

Кэ И запоздало поднес руки к шее, пытаясь нащупать ошейник. Холодный металл неприятно врезался в кожу. Эта штука сидела точно собачий ошейник, особенно этот проклятый круглый медальон.

Он взмолился: — Я не хочу её носить, сними её, пожалуйста.

— Почему? — Цинь Юнь мягко потрепал медальон, и тот тут же заскакал, переплетая белый и золотой цвета в слепящем сиянии. — Маленьким собачкам положено ходить на поводке, когда они выходят на улицу.

Лицо Кэ И побледнело как полотно. В следующую секунду он, забыв обо всем, отчаянно вцепился в цепочку, но как бы ни тянул, та не поддавалась. Цинь Юнь усмехнулся, перехватил запястье юноши и без труда развернул его. Округлая упругая мякоть ягодиц обнажилась, слегка подрагивая на воздухе.

Кэ И с трудом уперся локтями в столешницу, прогнувшись в пояснице, и попытался опустить задравшуюся рубашку, но его руку грубо перехватили и прижали к пояснице. Задыхаясь от ужаса, он выдохнул: — Цинь Юнь, что ты делаешь, сейчас же белы день!

Пальцы Цинь Юня скользнули под рубашку и ощутимо сжали сосок. Голос его звучал ровно: — Береги силы, еще успеешь наплакаться.

***

Капризная золотая птичка богатого клана (20)

Кэ И сидел в машине, наблюдая за быстро мелькающими за окном пейзажами. В затылке ощущался легкий зуд, но он сдержался и не обернулся. Цинь Юнь сидел рядом, небрежно положив пальцы на его шею и рассеянно поглаживая то ли кожу, то ли любимого питомца, когда настроение хорошее.

При воспоминании о только что пережитом по спине Кэ И вновь пробежала дрожь.

Цинь Юнь прижал его намертво, и как бы тот ни плакал и ни молил о пощаде, мужчина остался непреклонен. К счастью, помощник по имени Линь Вэнь позвонил по внутренней линии и сообщил, что тот самый лакомый кусочек земли в районе Минду перехватили конкуренты. Поразмыслив пару секунд и помрачнев лицом, Цинь Юнь наконец отпустил его.

Кэ И тут же бросился в угол, натянул одежду и был вынужден полчаса слушать экстренное совещание топ-менеджеров, сидя рядом, после чего Цинь Юнь усадил его в машину и велел ехать.

Машина всё ехала и ехала на окраину города — судя по всему, путь лежал на тот самый приём.

Кэ И опустил ресницы. Во время совещания он постоянно слышал одно и то же ключевое слово.

Семья Хань из Цзянбэя.

Он невольно вспомнил Хань Юэ.

С того самого дня, как Хань Юэ покинул его квартиру, он больше ни разу с ним не связывался, не говоря уже о встречах. Впрочем, оно и логично: если бы нормального человека так унизили, то молчание до конца жизни было бы еще мягким проявлением милосердия.

Хань Юэ, семья Хань… Наверное, просто совпадение.

Скорость автомобиля начала падать, открывая взору европейское поместье. Старинные высокие железные ворота медленно распахнулись, и машина плавно въехала на территорию, где белоснежные статуи ангелов распускали крылья, выглядя совсем как живые.

Цепочку на шее резко дернули. Растерянно моргнув, Кэ И обернулся, не понимая, чем снова разгневал Цинь Юня.

— На что ты там уставился? — нахмурился Цинь Юнь, придавливая пальцем висок юноши.

— Прости.

Кэ И покорно отвел взгляд, уставившись себе на колени и больше не глядя по сторонам.

Поглаживая миниатюрную мочку уха юноши, Цинь Юнь вдруг о чем-то задумался и усмехнулся: — Кэ И, а я тебя недооценил.

Кэ И не понял смысла слов, но переспрашивать не стал.

Машина остановилась перед главным зданием поместья. Кто-то услужливо распахнул дверцу, и Кэ И выбрался наружу, одёрнув белое короткое платье-костюм и совершенно не представляя, что ему теперь делать.

Цинь Юнь с бесстрастным лицом протянул руку, и Кэ И, мгновенно всё сообразив, был вынужден просунуть руку под его локоть.

Слух ласкали звуки нежной скрипки, ароматы духов и золотистое сияние света создавали изнеженный полумراض, а звон хрустальных бокалов звучал чисто и сдержанно. Когда Кэ И вошел под руку с Цинь Юнем, на них, вполне предсказуемо, устремились взгляды всего зала — полные удивления, любопытства или расчёта, отчего ему стало неуютно до мурашек.

Официант пронес поднос с высокими бокалами, наполненными разными винами. Цинь Юнь непринужденно взял один, и Кэ И, заметив посреди подноса бокал с золотистой жидкостью, которая наверняка была очень вкусной, тоже потянулся за ним.

Эту сцену заметили многие, в том числе и те, кто имел тайные умыслы. Цинь Юнь годами славился полным отсутствием романов на стороне. Он вел праведный, аскетичный образ жизни — работа, и ничего кроме работы, образец воздержания. Нашлись даже смельчаки, которые не верили слухам и хотели угодить боссу, пристроив в отель красотку с незаурядной внешностью. На следующий день девица вернулась в слезах: оказалось, Цинь Юнь сослал её драить все этажи отеля до единого, и она пахала так всю ночь.

Тот умник, что провернул эту шутку, навсегда исчез из их круга.

Но что за мальчишка крутился сегодня рядом с Цинь Юнем в столь интимной манере? Неужели тот изменил своим принципам?

Окружающие отвели глаза, в них шевельнулось любопытство и желание прощупать почву, но из-за дурного примера никто не решался подойти первым.

Сунь Юань качнул бокал, приобнял плотно прильнувшую к нему любовницу и расплылся в улыбке, направляясь к ним: — Господин Цинь, выпью за ваше здоровье! У вас поистине феноменальный нюх, говорят, инвестиции в новые источники энергии принесли вам баснословный куш.

Осушив бокал до дна, он преувеличенно широко развел указательный и большой пальцы.

В глазах Цинь Юня не дрогнуло ни единого мускула, он равнодушно бросил: — Просто повезло.

Сунь Юань ничуть не смутился холодному тону Цинь Юня и перевел взгляд на юношу рядом с ним.

На юноше было надето белое мини-платье, черты его лица были поразительно тонкими и красивыми, а роза‑губы плотно сжаты, словно он совсем не привык к подобной обстановке.

Он намеренно протянул слова: — Господин Цинь, а это…Юноша опустил голову, его длинные ресницы дрогнули. Кто-то небрежно задел золотую цепочку, выглядывавшую из-под ворота. В тишине залы раздался холодный голос Цинь Юня — негромкий, но вполне отчетливый для тех, кто ждал ответа:

— Мой новый питомец.

Взгляд Сунь Юаня, устремленный на юношу, мгновенно потускнел, сменившись едва ли не открытым пренебрежением.

Ишь ты, а он-то думал, птица высокого полета, а оказалось — всего-навсего домашняя зверушка. До любовника тут даже не дотягивало. В конце концов, Цинь Юнь — мужчина, и сколь бы ни был воздержан, рано или поздно сорвется.

Размышляя так, Сунь Юань невольно задрал нос и приобнял своего спутника за талию.

— С такими питомцами тоже нужно построже, например...

Не успел он договорить, как взгляд Цинь Юня — острый и леденящий, словно только что наточенный клинок — пронзил его насквозь.

Сунь Юань тут же захлопнул рот и тихонько, стараясь не привлекать внимания, ретировался.

Кэ И стоял, опустив глаза, а ногти впивались в ладони. Перемена во взглядах окружающих хлестала по нему, словно плеть. Он уже хотел найти предлог и сбежать в уборную, как вдруг шум голосов в зале резко усилился. Обернувшись, он увидел человека, неторопливо спускавшегося по лестнице со второго этажа.

Глаза Кэ И широко распахнулись, а бокал едва не выпал из ослабевших пальцев.

Как... почему он здесь?

— Какое знакомое лицо.

— Это же старший молодой господин семьи Хань, Хань Юэ. Только в прошлом месяце вернулся из-за границы, а позавчера семья Хань закатила в его честь пир. Тц-тц, судя по всему, следующим главой семьи станет именно он.

— А, так это он! Я слышал, Хань Юэ перехватил у Цинь Юня проект в Минду. С чего это они вдруг столкнулись лбами? Разве семьи Хань и Цинь не придерживались принципа невмешательства?

— Ничего себе новости. Неужели Хань Юэ решил использовать Цинь Юня как оселок для заточки собственного меча?

Смешанный гул голосов отдавался тупой болью в висках Кэ И. Глядя на это до боли знакомое утонченное лицо, он чувствовал, как дыхание становится все более частым. Парень уже хотел повернуться и уйти, но Цинь Юнь крепко придержал его на месте, не оставляя иного выхода, кроме как воочию наблюдать, как Хань Юэ шаг за шагом приближается к ним.

И останавливается прямо перед ними.

Цинь Юнь прищурился, приобнимая юношу за талию и не отступая ни на шаг. Они с Хань Юэ обменялись долгим взглядом, в воздухе повисло напряжение, полное скрытой угрозы, но ни один из них не спешил нарушать молчание.

Взгляд Хань Юэ скользнул по побледневшему лицу юноши, в глубине его глаз заворочалась темная буря, и он с легкой усмешкой произвел:

— И-и, давно не виделись.

Юноша в испуге отвернулся.

Кто-то поспешил вмешаться, пытаясь разрядить обстановку и изобразить невозмутимость:

— Молодой господин Хань, вы, оказывается, знакомы с... эм, другом президента Циня? Какое совпадение!

Хань Юэ поправил манжету и неторопливо ответил:

— Никакое не совпадение.

Тот человек никак не ожидал подобного ответа и был вынужден неловко рассмеяться:

— Ну надо же, раз знакомы, значит, сама судьба свела.

Хань Юэ кивнул:

— И правда, судьба.

В следующую секунду, под прицелом бесчисленных взглядов со всей залы, он произнес:

— И-и, неужели, увидев своего бывшего парня, ты даже не хочешь со мной поздороваться?

Бывший парень?

Бывший парень этого юноши — Хань Юэ? Подождите-ка, но разве он не новый любовник Цинь Юня?

Толпа замерла в растерянности, переводя взгляды с одного на другого. Кем же в конце концов приходится этот парень по имени И-и? Сначала разошелся с Хань Юэ, а потом подался в любовники к Цинь Юню?

Что за невероятный акробатический трюк?

И как ему вообще удалось совладать с этими двумя великими буддами?!

У кого-то в голове мелькнула догадка: погодите-ка, неужели Хань Юэ внезапно отбил проект Цинь Юня в Минду именно из-за этого юноши?

Тут же кто-то покачал головой: да ну, вряд ли, иначе это было бы верхом безумия.

Ноги Кэ И подкосились, а в голове царил полный хаос. О каких приветствиях вообще шла речь — он не мог выдавить из себя ни единого слова.

Все взгляды в зале сошлись на нем, и ему хотелось провалиться сквозь землю.

Цинь Юнь крепко поддерживал Кэ И за талию. Парень дрожал, почти всем весом опираясь на него, и эта зависимость была видна невооруженным глазом. Посмотрев на Хань Юэ, Цинь Юнь холодно произнес:

— Ему ни к чему здороваться с посторонними. Молодой господин Хань, не стоит протягивать руки слишком далеко — а то ведь и отрубить могут.

Хань Юэ усмехнулся:

— Президент Цинь, вы же сами только что сказали: И-и — ваш новый питомец. Раз уж это домашняя зверушка...

Он запнулся, заметив, как при слове питомец юноша зажмурился, а его длинные ресницы задрожали от унижения, будто он стыдился поднять глаза. Особенно сильно его задело то, как тонкая рука юноши вцепилась в рукав пиджака Цинь Юня.

Если бы они не расстались, сейчас рядом с ним должен был стоять Кэ И.

Ревность вгрызалась в сердце, затапливая остатки здравого смысла, но Хань Юэ продолжал улыбаться:

— Раз уж это питомец, президент Цинь, не могли бы вы — уступить его мне поиграть?

Не успел затихнуть его голос, как Кэ И широко раскрыл глаза и с неверием уставился на Хань Юэ.

Тот даже не взглянул на него, кривя губы в злой ухмылке:

— Землю в Минду я отдам вам целиком. Что скажете, президент Цинь?

Тот сердобольный человек, пытавшийся сгладить углы, уже давно растворился в толпе — сейчас никто не хотел ввязываться в эту грязную историю.

Практически все были уверены, что Цинь Юнь с радостью согласится. Каким бы красивым ни был юноша, он не мог сравниться с астрономическими суммами на банковском счете. Отдать одного любовника в обмен на участок земли с колоссальными перспективами — сделка века.

Кэ И качнулся, бросив на Цинь Юня полный мольбы взгляд.

Только не это, умоляю, не отдавай меня как какой-то товар.

Цинь Юнь опустил взгляд: выражение лица юноши было скорбным, а глаза влажными — точь-в-точь брошенный котенок. Внезапно он протянул руку и, невзирая на испуганное движение парня, с силой оторвал его руки от своего рукава.

Кэ И словно наотмашь ударили тяжелым кулаком, а розоватые губы мгновенно лишились краски:

— Цинь Юнь, я...

Цинь Юнь посмотрел на Хань Юэ и прищурился:

— Штука он и впрямь неплохая, но неужели молодой господин Хань готов отдать за него земли Минду?

Хань Юэ улыбнулся:

— Разумеется.

— Раз так... — Все решили, что Цинь Юнь сейчас согласится, но он резко сменил тон и посмотрел на перепуганного юношу: — Выбирай сам.

Ему было любопытно узнать, какой выбор сделает Кэ И.

Со мной или с ним.

Стать объектом всеобщего публичного унижения, когда тебя передают из рук в руки, как вещь... Кэ И опустил голову, в уголках его глаз заблестели слезы. Зала погрузилась в тишину — казалось, все замерли в ожидании его решения.

Юноша поднял голову, его хрупкие плечи купались в золотистом свете ламп. Он сделал шаг вперед, и Цинь Юнь, нахмурившись, уже протянул руку, чтобы вернуть его, но Кэ И, стоя к нему спиной, судорожно вздохнул и бросился прочь.

Пальцы Цинь Юня едва заметно дрогнули, и он опустил руку.

...

Кэ И бежал без остановки, пока не выскочил из виллы. Убежав подальше от людей, он остановился лишь в самом дальнем уединенном уголке сада. Опираясь на ствол дерева и тяжело дыша, он мысленно взвыл: Я-то думал, у Хань Юэ просто богатая семья, но кто же знал, что до такой степени!

Он ведь не хотел впутывать Хань Юэ, а тот заявился собственной персоной да еще и с такой силовой позицией, что хоть стой хоть падай.

И зачем он только переживал за этого Хань Юэ в свое время?

Но ссору Цинь Юня и Хань Юэ он точно видеть не хотел.

Вспомнив недавний кошмар наяву, Кэ И закрыл лицо руками и тяжело вздохнул.

Как всё дошло до такой жизни?

Заголовки газет: молодой парень бросил и унизил влиятельного богача из-за меркантильности, а на самом деле сам является наследником скрытного миллиардера?

— Как думаешь, Цинь Юнь отдаст тебя?

— Отдаст, — без тени сомнения ответил Кэ И. — Я ему все равно не нравлюсь. А тот участок земли, кажется, чертовски важен. Разве отдать меня взамен не выгодная сделка?

Только вот...

Он был готов рыдать. Он ведь смертельно обидел Хань Юэ, и теперь тот точно не оставит его в покое.

Прикинув, что придется возвращаться и принимать суровую реальность, Кэ И собрался с духом. Он отбежал достаточно далеко, так что звуки скрипки уже не доносились — вокруг царила лишь тишина, нарушаемая стрекотанием цикад и мягким сиянием ночной луны.

Оглядевшись по сторонам, он с ужасом осознал, что заблудился. Как назло, телефон разрядился в самый неподходящий момент.

Неприятности сыпались как из рога изобилия, и Кэ И оставалось лишь стоять на месте в ожидании хоть кого-нибудь, у кого можно спросить дорогу.

Постояв так какое-то время, он действительно услышал чьи-то шаги. Уже открыв рот, чтобы задать вопрос, он замер, разглядев лицо приближающегося человека.

Разве это не тот самый мужчина средних лет, с которым он столкнулся днем в кабинете Цинь Юня?

Тот вовсе не удивился, заметив его, и даже протянул правую руку:

— Здравствуйте, господин Кэ.

Кэ И прищурился и инстинктивно отступил на шаг.

Мужчина никак не отреагировал на его недоверие, лишь достал визитную карточку и протянул ее юноше:

— Позвольте представиться, я — Цинь Гуфэн.

Не спеша брать визитную карточку, Кэ И нахмурился:

— Кто вы Цинь Юню?

Цинь Гуфэн легко улыбнулся:

— Я его дядя.

Человек из клана Цинь.

В голове Кэ И забили тревогу все набаты. За последнее время он успел кое-что узнать о прошлом Цинь Юня: место главы клана занял выходец из побочной ветви, незаконнорожденный сын, который держал всю семью в ежовых рукавицах, не давая им вздохнуть. Естественно, остальные влиятельные ветви клана Цинь не собирались с этим мириться.

— До меня доходили кое-какие слухи о прошлом знакомстве господина Кэ с моим племянником, — мягко произнес Цинь Гуфэн, не теряя уверенной улыбки. — И должен сказать, поведение Цинь Юня по отношению к вам вызывает у меня крайнее несогласие. Пользуясь случаем, приношу свои извинения за него.

Однако Кэ И вовсе не собирался принимать эти извинения. Отступив еще дальше, он настороженно бросил:

— Чего вы от меня хотите?

— Я к тому, господин Кэ, что если вам в будущем понадобится какая-либо помощь, вы можете смело обращаться ко мне.

Кэ И мгновенно раскусил истинные намерения Цинь Гуфэна.

Хотя тот и рядился в тогу заботливого старшего, наставляющего молодежь, подтекст читался предельно ясно: он хотел склонить его к сотрудничеству. А в том, против кого будет направлено это сотрудничество, сомневаться не приходилось — мишенью мог быть только Цинь Юнь.

— Мой племянник — человек жестокий и безжалостный, для него не существует понятия семьи. И я знаю, что у вас с ним накопилось немало обид...

http://bllate.org/book/22653/2398482