Готовый перевод The Baby Has a Split Personality / У малыша раздвоение личности: Глава 21

Сяо Цзэ упёр руки в боки и тяжело задышал. Он ведь закрыл дверь, а этот человек ни капли не смутился. Почему он вечно так поступает? В прошлый раз точно так же оставил его за порогом, и пришлось перепробовать всевозможные способы, прежде чем тот соизволил отпереть.

Сяо Цзэ покрутился на месте и вдруг заметил на полу две шлёпанцы, стоявшие друг за другом. И зачем он только выбросил их за дверь? Разве не холодно шлёпать босиком по ледяному полу?

Глядя на валявшиеся на полу тапочки, Сяо Цзэ внезапно кое-что придумал. Уголки его губ изогнулись в улыбке. Он поднял обувь, подошёл к двери комнаты Лян Си и как можно мягче произнёс:

— Лян Си, выходи. Надень тапочки, на полу холодно, я больше не буду за тобой гоняться.

Лян Си посмотрел на собственные ноги: ступни и впрямь почти потеряли чувствительность от холода. Ему безумно хотелось заполучить эти тапочки, но интуиция подсказывала, что Сяо Цзэ наверняка врёт и просто пытается выманить его наружу. Стараясь делать вид, что ему вовсе не холодно, он ответил:

— Не нужно, мне не холодно.

— Ну же, малыш, я не вру, — Сяо Цзэ догадался, что тот ему не верит, поэтому положил тапочки прямо у порога и отошёл в сторону. — Я оставил обувь у твоей двери и отошёл подальше. Выходи и обуйся.

Услышав это, Лян Си прижался ухом к двери и прислушался. Убедившись, что шаги Сяо Цзэ действительно удаляются, он осторожно приотворил дверь на манер щелки и высунул наружу голову. Никого. Внезапно сообразив, что что-то не так, Лян Си попытался втянуть голову обратно и захлопнуть створку, но чья-то сильная толчковая рука резко распахнула её до конца.

Сердце Лян Си бешено заколотилось. Он замер, во все глаза глядя на вошедшего Сяо Цзэ со смесью крайнего недоверия на лице, и лишь спустя долгое время выдавил:

— Ты снова меня обманул.

Войдя, Сяо Цзэ закрыл за собой дверь и окинул его лукавой улыбкой:

— Это ты слишком наивен, раз веришь в такую ложь.

Не давая Лян Си опомниться, Сяо Цзэ тут же обхватил его руками за талию, притянул вплотную к себе, крутанул на месте и прижал спиной к двери.

Лян Си явно испугался и застыл с глуповатым видом:

— Ты... что ты удумал?

— Наказание... — с улыбкой произнёс Сяо Цзэ.

Он разжал руки на талии, перехватил висящие по бокам запястья Лян Си и поднял их над его головой, после чего крепко зажал обе ладони правой рукой — теперь его левая рука осталась свободной.

— На полу холодно, — тихонько проговорил Сяо Цзэ.

Незаметно для них вместе с поднимающимся солнцем температура в комнате тоже начала ползти вверх.

— Мм, — кивнул Лян Си и осторожно поставил ногу на ногу Сяо Цзэ.

Он казался таким высоким, но когда оперся ногой о его ступню, Сяо Цзэ совершенно не почувствовал веса. Вспомнив, как только что обнимал его за талию и почти не ощутил плоти, Сяо Цзэ подумал: хоть у него и есть пресс, он всё же слишком худой, явно нужно будет получше его откармливать.

Левой рукой Сяо Цзэ взял Лян Си за подбородок и повернул его лицо так, чтобы тот смотрел прямо на него.

Щёки Лян Си слегка порозовели, судя по всему, из-за непозволительно близкого расстояния. В его глазах играли блики, излучая манящий, чистый блеск, от которого у Сяо Цзэ замирало сердце.

Не удержавшись и мысленно обругав себя последним зверем, Сяо Цзэ подался вперёд и поцеловал его.

— Мм... — в тот же миг все слова Лян Си застряли в горле. Он широко распахнул глаза и ошеломлённо уставился на Сяо Цзэ.

А Сяо Цзэ, казалось, наслаждался моментом: он прикрыл глаза, чувствуя, как его тело постепенно раскаляется, словно готовое в любую секунду взорваться изнутри.

Их губы лишь легко соприкасались, не переходя к чему-то большему, но Сяо Цзэ и этого было выше крыши. Он наконец-то сделал этот шаг, наконец-то решился на более близкий контакт с Лян Си.

Первые лучи утреннего солнца пробились сквозь плотные стёкла окон, не желая уступать преграде и заливая всё вокруг ярким светом.

Падающие солнечные лучи словно покрыли двух стоявших у двери юношей мягким ореолом безмятежности, создавая невероятно прекрасную, невыразимую словами картину.

Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем температура тела Сяо Цзэ наконец опустилась, а нога Лян Си соскользнула с его стопы. Ощущая, что ему катастрофически не хватает воздуха, Сяо Цзэ был вынужден сделать шаг назад, увеличивая дистанцию.

Лян Си посмотрел на него. Румянец на щеках ещё не сошёл, и он заговорил:

— Ты...

— Замолчи! — испугавшись услышать то, к чему не был готов, Сяо Цзэ оборвал его на полуслове.

Он тут же обошёл Лян Си сзади, распахнул входную дверь, стремительно пересек гостиную и вышел наружу.

Заметив его уход, Лян Си не стал бросаться следом. Наверное, им действительно стоило дать друг другу немного времени, чтобы остыть и всё хорошенько обдумать.

Когда Сяо Цзэ ушёл, в комнате воцарилась внезапная тишина. В этой тишине Лян Си невольно вспомнил только что случившееся: лицо Сяо Цзэ в считанных сантиметрах от его собственного, витавший вокруг него аромат... Он бессознательно провёл языком по губам, придавая им влажный блеск, и отчетливо ощутил привкус, оставшийся от Сяо Цзэ — лёгкие нотки алкоголя вперемешку с мятной свежестью. Неудивительно, что тот потерял голову: оказывается, он был пьян.

Сяо Цзэ не стал дожидаться лифта и в смятении выбежал из жилого комплекса. Обернувшись, он с лёгким разочарованием и одновременно с облегчением обнаружил, что Лян Си не побежал за ним. Разочарование — почему он не последовал за ним, неужели его привлекательность так мала? Облегчение — к счастью, не погнался. Если бы он догнал его и принялся отвергать или отчитывать, лучше уж было не спускаться.

Выйдя из дома, Сяо Цзэ увидел скамейку у дороги и присел на неё перевести дух. Немного придя в себя, он уже собирался идти дальше, как вдруг заметил приближающуюся знакомую фигуру.

Озадаченный, он тут же поднялся на ноги и поприветствовал её:

— Староста? Что ты здесь делаешь?

Чжан Сина с улыбкой подошла к нему, опустилась рядом на скамью и произнесла:

— Я живу в этом же жилом комплексе.

— Что? — изумлённо посмотрел на неё Сяо Цзэ. — Почему я раньше от тебя об этом не слышал?

— Я что, обязана отчитываться перед тобой по каждому пустяку? — Чжан Сина глубоко вдохнула свежий воздух и спросила: — Ну как, справился с тем поручением, о котором я говорила вчера?

Сяо Цзэ внезапно вспомнил утреннюю сцену и почувствовал неловкость. Прикинувшись дурачком, он выдал:

— С каким... поручением? Я ничего не помню, у меня дела, я пошёл.

Он сделал всего шаг, как из-за спины раздался яростный собачий лай, а в следующую секунду его штанину что-то резко потянуло назад.

Опустив взгляд, Сяо Цзэ нос к носу столкнулся с псом, вцепившимся зубами в его брюки.

Это был пучеглазый чихуахуа с такой свирепой и искажённой от злости мордой, что от одного вида становилось не по себе.

Сяо Цзэ умоляюще посмотрел на Чжан Сина, но та лишь беззаботно усмехнулась:

— Я тоже ничего не знаю. Беги давай.

Делать было нечего, пришлось возвращаться и садиться обратно, но вредный пёс по-прежнему намертво вцепился зубами в ткань.

— Староста, я виноват, — покорно взмолился Сяо Цзэ, переводя взгляд на собаку под ногами. — Убери его, пусть отпустит штанину.

Чжан Сина ухмыльнулась, закинула ногу на ногу, вальяжно положила руку на спинку скамьи и приняла вид настоящей королевы:

— Не хочешь, чтобы кусал — отвечай на мои вопросы.

Сяо Цзэ подобострастно закивал:

— Да-да, конечно отвечу!

Понимая, что врать тот больше не посмеет, Чжан Сина бросила многозначительный взгляд на пса. Тот сразу разжал челюсти и послушно уселся рядом с хозяйкой.

«Лицемерная подлиза», — мысленно выругался Сяо Цзэ, наблюдая за маневрами животного.

Чжан Сина легко прочитала его мысли и бросила:

— Не ругай его про себя, он всё чувствует. Ладно, выкладывай.

Перед лицом допроса Чжан Сина Сяо Цзэ решил утаить пикантные подробности и отчитался:

— Я ничего ему не сказал.

Та наградила его взглядом, полным разочарования:

— Трус ты несчастный! Моя собака храбрее тебя.

— Вовсе нет, — Сяо Цзэ опасливо покосился на готового вновь броситься в атаку зверя и попытался оправдаться: — Просто я подумал, что скоро соревнования, и если заговорить об этом сейчас, мы можем запустить тренировки. Решил приберечь разговор на потом — когда мы завоюем кубок, в более подходящей обстановке это будет куда значимее.

— Да ты просто трусишь, чего тут рассусоливать закавыки? — закатила глаза Чжан Сина. — Ладно уж, посмотрю, как ты проявишь себя после соревнований.

— Уж будьте уверены, не разочарую! — пообещал Сяо Цзэ, но тут же сообразил, что что-то здесь не так: это же его собственные дела, почему он чувствует себя так, будто выполняет чужое секретное задание?

Опасаясь, что пёс снова вцепится в его штаны, Сяо Цзэ поспешно ретировался.

Странное дело — после того случая все выходные они провели словно чужие люди. Ни единого звонка или сообщения, да и в классе общались гораздо меньше обычного.

Оба держались на расстоянии, но эта отстранённость причиняла лишь боль: самый дорогой человек находился рядом, а перекинуться словом или пошалить было нельзя — оставалось лишь бесконечное, тягостное молчание.

***

Наконец-то вставил сцену поцелуя! Для меня, существа без малейшего опыта романтических отношений, написание этого эпизода стоило половины жизни! Плачу горькими слезами.

Да заткнитесь вы все!

Сяо Цзэ чувствовал, что больше не вынесет этого и должен срочно принять меры. Он не мог позволить Лян Си отдаляться от него дальше.

После окончания последнего урока Сяо Цзэ подгадал момент, когда Лян Си собирался идти в столовую, и преградил ему путь:

— Сегодня вечером на тренировке меня не будет из-за дел. Мы ещё не закончили разбирать прошлую тему — ты свободен? Я бы хотел объяснить остальное.

Лян Си никак не ожидал, что тот заговорит первым. Он на секунду замер, а затем произнёс:

— Я собирался в столовую. Составишь компанию?

— С удовольствием! — Сяо Цзэ, искренне полагавший, что получит отказ, вовсю ликовал внутри. Боясь, что тот передумает, он немедленно закивал.

Плечом к плечу они вышли из класса. На дворе уже стоял май, холода отступили, дни стали длиннее — в это время суток обычно царили сумерки, но сегодня вечер выдался на редкость светлым.

Пройдя пару шагов, Лян Си неожиданно поинтересовался:

— Я сегодня не бронировал столик в ресторане, пойдём в столовую?

— Пойдём. — На самом деле Сяо Цзэ было всё равно, где есть, лишь бы рядом находился Лян Си.

Столовая в разгар ужина была забита до отказа, у каждого окошка выстроились длинные очереди. В другое время Сяо Цзэ давно бы отступил, но сегодня, когда Лян Си был рядом, ему хотелось, чтобы людей вокруг оказалось как можно больше — так у него будет шанс провести с ним побольше времени.

Поддавшись этому тайному порыву, Сяо Цзэ подхватил поднос и встал в самую длинную очередь. Опасаясь, что Лян Си раскусит его хитрость, он затараторил, пытаясь отвлечь внимание:

— Давай здесь, в этом окошке готовят вкуснее всего.

— Хорошо, — покорно и послушно согласился Лян Си, послушно встав следом в хвост очереди.

Знакомые ребята из столовой, заметив их обедающими вместе, тут же оживились.

В их сторону устремились десятки любопытных взглядов, а шёпот вокруг стал настолько громким, что долетал прямо до ушей Сяо Цзэ.

— Глянь-ка, они и правда вместе пришли поесть.

— Боже мой, неужели те посты в сети не врёте?

— Похоже на то.

— Вот и доказательство, скорее фоткай!

Услышав обрывки разговоров, Лян Си совершенно растерялся. О чём они толкуют? Какие ещё посты? Почему всё правда? Почему он вечно ничего не знает?

А эти оценивающие взгляды, словно на диковинного зверя, вызывали у Лян Си жгучий дискомфорт. Не выдержав, он опустил голову так низко, что едва не уткнулся носом в грудь.

Сяо Цзэ и сам раньше испытал на себе немало подобных взглядов. Это знакомое ощущение тотчас вернулось: пусть напрямую ничего не сказано, но стоить поймать чужие полные осуждения взоры, как внутри всё начинает полосовать невидимыми ножами.

С нежностью и сочувствием глядя на сникшего Лян Си, Сяо Цзэ понимал: сам-то он к такому привык, а вот Лян Си никогда подобного не переживал. Каково же ему сейчас?

Возможно, в детстве он и сталкивался с ролью белой вороны, но второе «я» всегда принимало удар на себя, поэтому сам Лян Си оставался неизменно наивным, верящим в доброту окружающих и любящим этот мир всем сердцем.

...

— Какая у них наглость, ещё и в столовую заявились.

— Подумаешь, он же школьный хулиган, кто посмеет связываться?

— Но Лян Си — отличник, учителя за него горой, кто рискнет пойти против преподавателей?

...

Шум голосов вокруг нарастал. Сяо Цзэ больше не мог этого выносить: он решительно притянул сникшего Лян Си к себе, прижал к груди и рявкнул на весь зал:

— !

— ...

Столовая мгновенно погрузилась в абсолютную тишину, но уже через мгновение поднялся ещё более оглушительный гвалт.

Понимая, что ситуация выходит из-под контроля и унять толкучку не удаётся, Сяо Цзэ не нашёл ничего лучше, как просто вывести Лян Си вон.

Лишь оказавшись на улице, Лян Си немного пришёл в себя и виновато пробормотал:

— Прости, это я предложил пойти в столовую.

— Малыш, ты ни в чём не виноват. Рядом со мной тебе никогда не нужно извиняться, — Сяо Цзэ мягко похлопал его по плечу, успокаивая.

Сказать, что Лян Си не растрогали эти слова, было бы ложью, но он всё же взял себя в руки и перевёл тему:

— Ладно, ужин сорвался, что теперь будем есть?

— Хм... — Сяо Цзэ на мгновение задумался. — Наверное, в ресторанах поблизости сейчас нет свободных мест. Если не брезгуешь, можем заварить лапшу быстрого приготовления?

— Не брезгую, — с горьковатой улыбкой ответил Лян Си.

Он посмотрел куда-то вдаль с лёгкой тоской: делить трапезу с тобой — уже само по себе счастье, разве можно от чего-то отказываться?

Сяо Цзэ не заметил выражения его лица. Не убирая руку с его плеча, он увлечения повёл Лян Си к школьному магазинчику.

— Присядь-ка здесь и жди, сейчас я организую пир на весь мир, — бросил Сяо Цзэ, слегка надавив на плечо спутника, усаживая его на скамью.

Небо ещё не успело окончательно стемнеть, но луна уже нетерпеливо выползла на небосвод, вися над головой ярким и чистым диском.

Два юноши молча ели лапшу, повернувшись лицом к сияющей луне.

Сцена казалась до боли знакомой, хотя Лян Си никак не мог вспомнить, где именно это происходило — подобные ощущения возникали у него уже не впервые.

Желая докопаться до истины и надеясь, что Сяо Цзэ прояснит ситуацию, он спросил:

— Мы ведь уже сидели так раньше?

— С чего ты взял? — Сяо Цзэ на секунду задумался, а затем кивнул. — Да, вообще-то было дело.

Получив утвердительный ответ, Лян Си взволнованно уточнил:

— Когда?

— В прошлый раз, во время военно-спортивных сборов, — Сяо Цзэ вспомнил те дни и усмехнулся: — Тогда за главного было твоё второе «я». Такой капризный — то еда ему не нравится, то выглядит неаппетитно, хотя стряпня там и правда та ещё бурда. Но он показался мне таким жалостливым, что я в итоге утащил его есть лапшу.

— А, понятно... — с тяжёлым сердцем кивнул Лян Си.

Оказывается, первый человек, с которым сблизился Сяо Цзэ, был вовсе не он. О том парне Сяо Цзэ рассказывал с таким воодушевлением... Иными словами, тот, кого он любит — это никогда не был он сам.

И тот парень, которого он прижал к двери и целовал в тот день — тоже не он, а лишь другой Лян Си, точная его копия.

Покончив с лапшой, Лян Си поднял голову к ночному светилу. Сейчас луна светила даже ярче, чем раньше, но в темноте бескрайнего неба казалась невероятно одинокой, растеряв всю прежнюю красоту.

Луну окружало множество звёзд, но все они держались на почтительном расстоянии, будто отгоняемые её собственным сиянием.

Ладно, хватит забивать голову ерундой. Лян Си помотал головой, вытряхивая из мыслей лишний мусор, и вернулся к делу:

— Ты же говорил, что не всё рассказал? Что там ещё осталось?

— Да в общем-то ничего особенного, просто послушай для галочки, — виновато протянул Сяо Цзэ.

Изначально он вообще не думал ни о какой учёбе — предложив Лян Си встретиться, он просто хотел увидеть его и поболтать.

Но теперь, когда тот допытывался о подробностях, Сяо Цзэ пришлось на ходу сочинять отговорки:

— Ну, всякие мелкие приёмы игры в бадминтон. Хотя с твоим уровнем владения ракетой это без надобности, такие базы обычно новичкам объясняют.

— Ничего страшного, рассказывай, — испугавшись, что у того иссякнут слова и им придётся расстаться, Лян Си попросил продолжить, даже несмотря на отсутствие интереса к теме.

За этими разговорами время пролетело незаметно, и наступила глубокая ночь. Сяо Цзэ не хотел тратить драгоценные минуты их редкого совместного времени на пустую болтовню и перевёл тему:

— Хватит об этом, оно того не стоит. Какой цвет ракеток ты предпочитаешь? Когда школа будет делать заказ, я учту твоё мнение.

Заговорив о ракетках, Лян Си невольно вспомнил фиолетовую ракетку самого Сяо Цзэ и тихо улыбнулся:

— Пусть будет чёрная.

— Угу, — кивнул Сяо Цзэ. — Ещё какие-то пожелания?

Поразмыслив пару секунд и посчитав свою просьбу не совсем уместной, Лян Си всё же решился:

— А можно... выгравировать твоё имя на ручке?

— Моё имя? — на мгновение Сяо Цзэ показалось, что он ослышался, и он переспросил.

Подобная реакция была истолкована Лян Си как отказ, и он разочарованно опустил голову:

— Если не хочешь, забудь.

— С чего бы это мне не хотеть? — безумно обрадовался Сяо Цзэ. — Я только за!

Получив согласие, Лян Си невольно расплылся в улыбке.

— Подожди секунду, — Сяо Цзэ собрал мусор, собираясь выбросить его в урну, но, обернувшись, заметил, как к спортзалу потянулись остальные игроки.

Бросив взгляд на наручные часы, он понял, что время уже позднее, и велел Лян Си спешить на тренировку, а сам направился на подработку.

Месяц пролетел незаметно: не сказать чтобы слишком долго, но и не сказать чтобы быстро. За это время состояние Лян Си заметно улучшилось — Сяо Цзэ больше ни разу не сталкивался с его второй личностью, а при каждой встрече тот неизменно озарял всех лучезарной улыбкой.

В преддверии соревнований Сяо Цзэ отпросился на несколько дней с работы и вернулся в школу на усиленные тренировки. Каким бы природным талантом к бадминтону он ни обладал, практика есть практика — стоило сделать долгий перерыв, как движения теряли былую точность.

http://bllate.org/book/22519/2378436