Готовый перевод The Strange Male Zerg Cub / Удивительный детеныш-самец ✅: Глава 23

Опекаемые, вольно или невольно, окружающими зергами, Виан и его друзья, держась за руки, наконец-то добрались до площадки, где проходил турнир первокурсников.

— И здець блатик будет уцацтвовать в тулниле?~ — Виан задрал голову, разглядывая в небе парящие диски размером с ладонь, которые выстраивались в причудливую извилистую горную цепь. Его крошечный ротик приоткрылся от изумления.

Только что Юань Хуань объяснил им, что старшие братья должны прыгать по этим дискам до самого финиша, и в процессе им разрешено использовать любые методы, чтобы сбросить соперников и помешать им добраться до конца.

Виан, поняв только первую половину фразы, прикинул ручками размер парящих в вышине дисков. Затем он попытался встать на одну ножку и тут же начал заваливаться набок. Шан Янь вовремя подхватил его.

— Цпацибо~ — Виан смущенно улыбнулся своему спасителю, а затем с тревогой посмотрел в небо. — А ецли блатик упадет, цто делать?~

Те крошечные диски вмещали только одну ступню, а он только что убедился, что на одной ножке устоять невозможно.

— Он не упадет, Цюань Фань очень сильный, — уверенно заявил Юань Хуань. В глазах пятилетки уже читалась несвойственная возрасту твердость.

— Плавда?~

— Правда.

— Ну холосо~ — всё еще немного волнуясь, Виан решил довериться брату.

Он порылся в своем пространственном кулоне и достал приспособления для поддержки, которые они специально заказали в Звездной сети.

Поскольку Виану так нравился его деревянный клинок, Клиф Лочуань и остальные решили искать реквизит для группы поддержки среди традиционных человеческих инструментов. После долгих сравнений они сделали свой выбор.

Вооружившись барабанчиком-колотушкой, Виан с непривычно серьезным личиком замер в ожидании, готовый в любой момент начать скандировать подбадривающие кричалки.

Лочуань, которому достался рупор, изо всех сил выпятил грудь, стараясь выглядеть максимально солидно и надежно.

Шан Ю, Найман и Коул вооружились медными тарелками, которые назывались «ча». Держа в руках по два медных диска, они распирались от гордости: они лично проверяли — их инструменты звучат громче всех.

Шан Яню достались две штуковины в форме ладоней, которыми нужно было трясти.

Согласно информации из Звездной сети, всё это были древние человеческие артефакты, обладающие невероятной мощью при поддержке болельщиков.

Юань Хуань с полным недоумением смотрел на этот арсенал:

— Это еще что такое?

— Инцтлументы для подделзки блатика!~ — Виан гордо задрал носик. — Они оцень цьные! Ц нацей подделзкой блатик тоцно победит!~

За действиями маленьких самцов с любопытством наблюдали все окружающие самки. Увидев этот странный инвентарь, они впали в ступор — никто из них понятия не имел, что это за штуковины.

Вот что значит самцы — даже вещи у них такие, каких мы в жизни не видывали!

Раздался пронзительный сигнал к началу, и атмосфера на площадке мгновенно накалилась. Даже малыши рефлекторно напряглись.

Турниры стартовали на всех курсах одновременно, но площадка первокурсников привлекала больше всего внимания из-за присутствия маленьких самцов. Зрители одним глазом следили за боями в воздухе, а другим тайком посматривали на малышей.

Виан и его друзья, слишком разволновавшись и оттого немного запоздав, поспешно принялись извлекать звуки из своих инструментов.

До этого момента Юань Хуань даже представить себе не мог, насколько оглушительными окажутся медные тарелки в руках трех самцов.

В тот самый миг, когда диски с размаху ударились друг о друга, раздался такой пронзительный, режущий слух лязг, что у Юань Хуаня потемнело в глазах и он едва не рухнул на землю.

Самки, стоявшие неподалеку и попавшие под ударную волну, стояли с ошарашенными лицами.

К этому звону тут же присоединился частый стук «дон-дон-дон» от барабанчика-колотушки, истошный вой рупора и ритмичное клацанье трещоток-ладоней.

Когда вся эта какофония слилась воедино и разнеслась по округе, Цюань Фань и остальные первокурсники, застигнутые врасплох прямо в воздухе, едва не поскользнулись и не сорвались вниз.

Глянув вниз, они тут же увидели виновников торжества — самую приметную компанию на всей площадке.

Тысячи взглядов скрестились на них. И если Виан и его друзья были полностью поглощены своим страстным выступлением, то Юань Хуань, стоявший рядом, вдруг испытал непреодолимое желание провалиться сквозь землю.

Пятилетний малыш еще не знал, что это чувство называется «испанский стыд».

— Давай, блатик, давай!~

Сквозь жуткий грохот пробивался сладкий, молочный голосочек Виана. Крошечный, едва различимый, но Цюань Фань, даже не прислушиваясь специально, уловил каждое слово. Он даже знал, что Виан кричит на пределе своих легких.

В глазах Цюань Фаня на мгновение промелькнуло нечто сложное. Несмотря на свои пять лет, он уже многое пережил и многое понимал.

С того самого момента, как детеныши-самки поступают в детский сад, их учат только одному: как стать сильнее и как вырывать победу у других. От первого турнира, когда он ушел весь израненный, до нынешнего состояния, когда победы и титулы даются ему с легкостью — всё это стало для него обыденностью.

Он перестал задумываться о том, почему отцы-самки и отцы-самцы других учеников специально приходят посмотреть на их выступления, а он сам никогда не слышал в свой адрес ни единого слова похвалы или поддержки.

А ведь он был лучшим среди них!

Он уже трижды переживал бунт ментального моря. От первоначального ужаса, боли, обиды и беспомощности он пришел к полному смирению. Его отец-самка сказал ему, что он должен проходить через это сам, что никто не сможет ему помочь, и что среди самок зергов нет слабаков.

На самом деле Цюань Фань никогда и не просил помощи. Никогда. Ему просто иногда хотелось услышать хоть слово поддержки.

В конце концов, он еще не вырос, он всё еще был тем, кого называют детенышем.

И это глубоко запрятанное желание, о котором Цюань Фань и сам не догадывался, совершенно случайно исполнил Виан, который просто хотел от всего сердца поболеть за брата.

Подкатившее к горлу чувство теплого удовлетворения показалось Цюань Фаню странным, но вместе с тем вызвало едва уловимую, скрытую радость.

Участников было огромное множество — только на первом курсе соревновалось больше тысячи самок. А поскольку у зергов любое место, кроме первого, приравнивалось к поражению, конкуренция была поистине чудовищной.

Виан и остальные, увлеченные поддержкой, постепенно завороженно застыли, лишь время от времени ахая и охая, следя за боями в небе. Их милые, испуганные мордашки заставляли сердца окружающих самок таять от умиления.

В турнире запрещалось использовать костяные крылья и оружие, но в остальном разрешались любые методы блокировки и сбрасывания конкурентов.

Академия Ланс не стала устанавливать на земле никаких защитных сеток. С физиологией самок падение даже с такой высоты не грозило им ничем серьезным — в худшем случае неделю поваляются в медицинской капсуле.

Каждый раз, когда кто-то из учеников срывался вниз, Шан Янь первым делом закрывал Виану глаза, совершенно игнорируя своего собственного бесстрашного брата-самца.

Самцы бывают разные. Таким мягким и нежным крохам, как Виан, не стоит смотреть на подобные жестокие сцены.

Хотя Виан и не понимал, почему ему закрывают обзор и не дают смотреть на брата, он каждый раз послушно позволял Шан Яню это делать.

Битва шла не на жизнь, а на смерть, и неважно, старшекурсники это были или первоклашки. Врожденная жестокость самок никуда не исчезала от того, что они были малышами. Наоборот, чем младше самка, тем меньше у него тормозов и тем ярче проявляется его звериная натура.

Путь к финишу был всего один, а платформы размером с ладонь висели на расстоянии двух метров друг от друга. Больше тысячи самок рвали друг друга на куски за право пройти дальше: били, пинали, кусали, царапали, тянули за волосы, использовали самые подлые и грязные приемы — в ход шло абсолютно всё.

Что делать, если платформа занята и тебе некуда ступить?

Прыгай прямо по головам и телам конкурентов или используй их как трамплин, чтобы допрыгнуть до следующей платформы!

В воздухе разразилась настоящая бойня, и сверху начали падать капли крови. Юань Хуань молча снял куртку и натянул ее над головами малышей, как тент, чтобы на них не попало ни капли.

В небе Цюань Фань внезапно оказался в кольце из нескольких противников. Как бессменный лидер детского сада и главная угроза для всех, он был морально готов к такому развитию событий.

Но несмотря на это, в ожесточенной схватке его силы иссякли, и он едва не сорвался вниз. В отчаянии он вцепился в лодыжку самки, стоявшего на платформе.

Поняв, что произошло, тот тут же принялся неистово лягать Цюань Фаня ногами, целясь в лицо, шею и руки.

Шан Янь, сам того не ожидая, замер от этой жуткой сцены и не успел закрыть Виану глаза.

Виан, увидев, как избивают брата, на секунду оцепенел, а затем разразился горючими слезами.

Рыдая навзрыд и зовя брата, он рванулся вперед. Юань Хуань и остальные просто не смогли его удержать — они боялись применить силу к его тоненьким ручкам, и Виан вырвался.

А в это время висящий над бездной Цюань Фань, стиснув зубы и превозмогая боль, сохранял ледяное спокойствие в темно-зеленых глазах. Накопив силы и дождавшись идеального момента, он резким рывком дернул самку за ногу, сбрасывая его с платформы. Затем, используя инерцию падающего тела, он взмыл вверх, приземлился на освободившееся место и, не оглядываясь на летящего вниз врага, тут же бросился к следующей платформе.

Друзья с трудом уговорили Виана дождаться брата на финише. Всё это время малыш безостановочно плакал, роняя крупные слезы, и дрожащими ручками рылся в своем кулоне в поисках мази.

Когда Цюань Фань первым достиг финиша и спрыгнул на землю, на него тут же налетел крошечный снаряд. Рефлексы Цюань Фаня сработали мгновенно, и он уже занес руку для удара, но, узнав Виана, тут же остановился и поймал врезавшегося в него малыша.

Опустив глаза, он увидел, что очаровательное личико всё залито слезами.

— Что случилось? — Цюань Фань опустился на одно колено и принялся вытирать ему слезы.

Виан сам кое-как размазал слезы по щекам. Но, рассмотрев сквозь пелену слез перемазанного чужой кровью брата и ссадины на его лице, он снова зарыдал в голос.

Поняв, в чем дело, Цюань Фань прижал его к груди и начал мягко утешать:

— Ну всё, всё, не плачь. Это чужая кровь, а мои раны на лице и теле — просто царапины. Совсем не больно. Полежу в медицинской капсуле, и всё пройдет.

— Плавда?~

— Правда.

— Тогда пойдем в капцулу!~ — Виан схватил его за руку и потянул за собой.

Цюань Фань невозмутимо развернул его в другую сторону:

— Нам в другую сторону, пошли.

— Ой~

Цюань Фань шел следом и смотрел на эту крошечную фигурку, которая, вцепившись в его рукав, через каждые два шага оглядывалась, проверяя, идет ли брат. В груди Цюань Фаня медленно зарождалось странное, неведомое ему доселе чувство.

Ножки Виана были такими короткими, что он начал тяжело дышать, пройдя совсем немного.

Цюань Фань подошел к нему и сел на корточки спиной:

— Залезай, я тебя понесу.

Виан, которого еще никогда в жизни не носили на спине, удивленно склонил голову, а затем неуклюже вскарабкался на брата. Цюань Фань просунул руки ему под коленки, поддерживая за попку, а одну руку поднял вверх, придерживая за спинку, чтобы малыш случайно не откинулся назад.

Вес на спине был настолько крошечным, что казалось, будто он несет пушинку.

Он почувствовал, как Виан прижался щечкой к его спине, и это теплое, мягкое прикосновение проникло сквозь кожу прямо в сердце.

Вскоре Виан засопел у него на спине. Поняв, что малыш уснул, Цюань Фань отказался от участия в церемонии награждения победителей. Весь в синяках и ссадинах, он нес спящего брата, неспешно наматывая круги в тени зданий.

Лучи заходящего солнца освещали лишь половину земли, остальная часть тонула в тени высоких башен. В этой густой тени невысокий мальчик с детенышем на спине медленно и безмятежно шагал под кронами деревьев.

Осенние листья плавно кружились в воздухе и опускались им на головы. И эта картина, скрытая в тени, ничуть не уступала по своей красоте и умиротворению той половине мира, что купалась в золотых лучах заката.

Из окон высоток, с мостов и пролетающих мимо аэрокаров то и дело высовывались ученики-самки, с замиранием сердца наблюдая за этой сценой и стараясь запечатлеть в памяти эту редкую, мимолетную красоту.

Шан Янь, глядя на них, а затем переведя взгляд на Шан Ю, который дрых, пуская слюни ему на плечо, был вынужден признать, что на секунду испытал к родному брату легкое отвращение.

Цюань Фань стоял в тени деревьев даже тогда, когда за Вианом примчался Эльхандра и увез его. Он молча смотрел им вслед, пока они окончательно не скрылись из виду.

“Значит, вот что такое кровные узы?”

Он опустил голову и посмотрел на свои руки. В его глазах впервые за долгое время промелькнула растерянность.

http://bllate.org/book/22482/2671938