Готовый перевод The Villainess's Guide / Стратегия второстепенной героини: Глава 21

Вэйшэн Цзыюй слегка удивилась и спросила:

— Вы что, торговцы детьми?

— О? А ты довольно сообразительна, — Бан-нян даже не думала скрываться. — Впрочем, с твоим талантом можно поберечь тебя еще пару лет, а потом сделать сосудом для инъянь.

Она уже находилась на пике Озарения, а перед ней стояла всего лишь малышка на Пятой ступени Стадии Тренировки Ци — Бан-нян совершенно не боялась, что та сможет выскользнуть у нее из рук.

— Эм? Так они что, торговцы людьми? — Вэйшэн Цзыюй совсем не испугалась. Обернувшись, она обнаружила, что те юноша и девушка уже лежат на земле без чувств, а тот дядька как раз связывает им руки и ноги.

— Ладно, — Вэйшэн Цзыюй поняла, что ошиблась, и пожала плечами. — Но им обоим, кажется, уже почти по двадцать, разве можно похищать таких взрослых?

— Хе-хе, — Бан-нян, судя по всему, была весьма заинтригована бесстрашием стоявшей перед ней девчонки, а потому ответила охотно: — Их ведут на жертвоприношение.

— На жертвоприношение? — Вэйшэн Цзыюй оживилась.

— На Девятом пике... этот парень требует новую партию каждые десять лет, — Бан-нян рассмеялась так, что аж затряслась, словно была прекрасно знакома с этим типом.

— Получается, вам нужно пройти через девять гор? — глаза Вэйшэн Цзыюй загорелись.

— Ты думаешь, у тебя получится сбежать? — Бан-нян презрительно прикрыла веером половину лица, отчего стала выглядеть еще соблазнительнее.

Куда ей до Шестого старейшины и Третьего старейшины, эти двое намного хуже. Мысленно раскритиковала ее Вэйшэн Цзыюй.

— Нет-нет-нет, с чего бы мне бежать? Вы такая сильная...

Вэйшэн Цзыюй подхватила на лету, ничуть не уступая тому парню, которого давеча уложила на землю.

— Но, сестрица, раз уж я всё равно не собираюсь бежать, не могли бы вы не совать меня в мешок? Я буду идти прямо за вами слева по пятам!

Боковым зрение Вэйшэн Цзыюй заметила, как некий дядька запихивает тех двоих детей в два больших мешка, точно какие-то вещи, затягивает горловины и подбрасывает вверх. Мешки застывали в воздухе, подхваченные белым свечением, а через секунду исчезали. Ни за что на свете не желая подвергнуться такому обращению, она из кожи вон лезла, чтобы проявить угодничество.

Хотя таким способом можно было бы беспрепятственно обойти все горные хребты, кто знает, что это за странный белый свет? В сумку для хранения нельзя помещать живых существ, а если она окажется внутри и духовное чувство не сможет пробиться наружу — что тогда делать? Вэйшэн Цзыюй совершенно не волновалось о том, что Бан-нян превосходит ее по уровню культивации целую ступень, — она лишь думала о том, как увязаться за этими людьми, чтобы быстрее и с наименьшими потерями обыскать всю горную цепь целиком.Ты... Бан-нян тоже не была простушкой, которую легко обмануть. Слегка спрятав самодовольную улыбку, она сложила веер и постучала им по другой руке, зажав кончик, и прищурившись, с ног до головы окинула взглядом стоявшую перед ней девчушку, чей уровень культивации едва достиг Стадии Практики Ци.

Поскольку Вэйшэн Цзыюй два года вела праздный образ жизни в Секте Сюаньтянь, а её собственный наставник не устанавливал строгих правил насчёт формы, она привыкла одеваться так, как ей заблагорассудится. К тому же, питая слабость к ярким мирским цветам, в этот момент она была облачена в светло-синее платье до щиколоток, усыпанное блёстками, словно звёздами, на котором не было ни единой защитной печати или магического массива. Поверх она накинула тёмно-синий плащ с рассыпанными разноцветными звёздными камешками, и выглядела точь-в-точь как барышня из скромной мирской семьи. Это придавало ей живой и обычный вид, отчего окружающие меньше настораживались.

Однако Бан-нян почему-то показалось, что эта малышка смутно знакома. Посмотрев на неё ещё пару мгновений, она невольно спросила:

— Как тебя зовут?

Моргнув, Вэйшэн Цзыюй подумала: неужели я выгляжу опасной? Её брови чуть шевельнулись, и она послушно ответила:

— Меня зовут Цзыюй.

Лицо Бан-нян слегка помрачнело от нетерпения. Казалось, она испытывала досаду и раздражение от того, что проявила такую осторожность, но всё же продолжила мягким голосом:

— А фамилия? Какая у тебя фамилия?

— Вэ... — собирающееся сорваться с языка слово инстинктивно сделало крутой поворот, и Вэйшэн Цзыюй тут же назвала другую фамилию: — Моя фамилия Вэй — та, где слева ключ «демон». Меня зовут Вэй Цзыюй.

— Вэй? В общем-то, никогда о такой не слышала. — Бан-нян, казалось, поверила ей и тихо пробормотала это себе под нос, после чего снова улыбнулась и сказала Цзыюй: — Протяни руки.

Вэйшэн Цзыюй слегка вздрогнула от неожиданно побежавших по коже мурашек, задрала голову, широко распахнула круглые глаза и с самым наивным видом протянула обе руки:

— Зачем это?

Взмах! Бан-нян взмахнула веером по запястьям Цзыюй, и в следующее мгновение на них отчетливо материализовались плотно подогнанные друг к другу массивные золотые наручники. Два золотых кольца — как раз по размеру — сковали её запястья, не оставляя между ними ни единого зазора. От места соединения наручников тянулась длинная золотая цепь, которая уходила к ретро-кольцу с инкрустацией из нефрита на левом запястье Бан-нян.

Выглядит довольно дорого. Вэйшэн Цзыюй на мгновение остолбенела, но первой её мыслью оказалось именно это.

— Чтобы непослушные дикие кошечки не сбежали, — Бан-нян, похоже, наконец успокоилась, подняла левую руку, звякнув браслетом, и произнесла это с толикой кокетства и даже предельной дружелюбностью.

— Я не собираюсь убегать. — Хотя лицо Вэйшэн Цзыюй оставалось беспристрастным, в её словах не было и намёка на фальшь, рождённую страхом.— Впервые мне попадается столь бесстрашный ребёнок.

Бан-нян правой рукой откинула персикового цвета веер, прикрыв им губы и нос, и вернула себе природные кости соблазна, с какими появлялась изначально. Уголки её глаз и бровей тоже словно окрасились в персиковый оттенок, источая насыщенный благоухающий аромат.

— Я-то боюсь смерти, до ужаса боюсь, — просебя добавила вторую половину фразы Вэйшэн Цзыюй, прищурившись. На её лице вроде бы тоже играла улыбка, но в мыслях она думала совсем о другом.

— О? — Бан-нян не придала этому особого значения, списав всё на то, что маленьких детей слишком сильно оберегают в семье, и отделалась дежурным ответом.

Она развернулась и сделала плавный жест рукой. Верёвки, что туго-натуго связывали лежавшего на земле мужчину, сами собой зашевелились и развязались. Словно обладая собственной волей, они вернулись к прежней длине, аккуратно свернулись и послушно опустились в ладонь Бан-нян.

— Ой-ёй… Благодарю вас, Бан-нян.

Мужчина на земле согнулся в три погибели, упершись руками в землю, и медленно поднялся. Пробыв в одном положении столько времени, он изрядно затек и почувствовал тупую боль, отчего невольно простонал, после чего сложил руки в приветствии и не слишком изящно поблагодарил её.

— Хм, в следующий раз будь внимательнее, раз уж позволил какому-то сопляку помыкать собой.

Бан-нян издала фыркающий звук, в котором сквозило презрение, и бросила косой взгляд на Вэйшэн Цзыюй, которая задумчиво разглядывала браслеты на своих запястьях.

Неужели хочет сбежать? Бан-нян слегка удивилась, но особого значения не придала. Эти золотые кандалы с виду казались самыми обычными, однако, чтобы вырваться из них, требовалась немалая сила. Хотя меридианы и кости практикующих превосходят человеческие, на начальных этапах никто не тренирует мышцы подъёмом тяжестей. К тому же, даже если бы она тренировалась, без возможности поднять одной рукой тысячу тонн собственными силами или без уровня культивации выше её собственного Озарения это было бы абсолютно бесполезно.

Однако Цзыюй, обладавшая Небесным ледяным духовным корнем, думала совсем о другом: как бы снять цельный кусок золота наилучшим образом, а не превратить его в ледяную крошку.

— Бан-нян, мы можем теперь выдвигаться? А то если потом придет ученик павильона Юань, будет беда.

Ожидавший неподалёку дядька наконец подал голос. Хотя в его тоне слышалось нетерпение, он явно испытывал некоторый страх и потому поумерил свой норов.

— Если бы ты не напомнил, я бы и забыла. Спешить некуда, разве станут магические звери Девяти Высших гор чинить препятствия, зная, что сегодня мы принесем этому существу жертву? Доберемся максимум часа за три.

Бан-нян по-прежнему улыбалась, настроение у неё было прекрасное — судя по всему, она осталась очень довольна сегодняшним уловом.

Дядька замолчал. Впереди шла Бан-нян, ведя за руку Цзыюй, а он сам и белолицый мужчина с веснушками следовали по пятам, тесно прижавшись друг к другу, смертельно боясь отстать и быть растерзанными на куски скрывающимися вокруг магическими зверями.

Вэйшэн Цзыюй шла быстрыми шагами с бесстрастным лицом и молчала. Поскольку Бан-нян была ростом около метра семидесяти, а сама она с тех пор так ни на сантиметр и не выросла, её короткие ножки хоть и сбивались порой с ритма, но поспевать за остальными ей было не трудно. Сейчас она сосредоточила всю свою ментальную силу, тщательно осмысливая каждую травинку и каждый кустик вокруг, до смерти боясь упустить хоть малейшую крупицу сведений о Сан Тао, из-за чего казалась ещё более молчаливой.

Трое взрослых видели это, но не придавали особого значения: впереди Бан-нян, позади двое мужчин, а вокруг во тьме рыщут жаждущие поживы магические звери — даже вздумай эта девчонка взлететь на небеса, всё равно не сбежала бы.

Когда процессия из четырёх человек преодолела ровно пять гор, прошло уже около двух часов. У белолицего мужчины, чья выносливость была чуть слабее, на лбу выступил пот — в конце концов, среди них он обладал всего лишь Седьмой ступенью Практики Ци с тремя духовными корнями, и если бы не его сообразительность, Бан-нян ни за что бы его не взяла. Практикующие уже давно во всех отношениях превосходят обычных людей и в скорости, и в выносливости, но даже они не выдерживают столь долгих нагрузок. Он посмотрел на остальных, сжал зубы и постеснялся жаловаться вслух.

Сама Бан-нян тоже заметила это, однако с некоторым удивлением обнаружила, что Вэйшэн Цзыюй, обладающая лишь Пятой ступенью, по-прежнему сохраняет невозмутимость, неотступно следует за ней и сосредоточенно шагает, опустив голову. Впрочем, размышляя об этом без особого трепета, она списала всё на высокую выносливость девочки и лишь презрительно покосилась на собственного подручного.

Вэйшэн Цзыюй методично прочесала всю пятую гору, но не обнаружила там ни единого следа, отчего слегка пала духом. Тем не менее она не оставляла надежды: впереди оставалось ещё четыре горы, и даже если они уже перешли государственную границу, поиски всё равно стоило продолжить.

Внезапно раздавшийся голос прервал молчание шествовавшего отряда. Вэйшэн Цзыюй тоже подняла голову, выражая некоторое недоумение. Ведь только что она просканировала это место, но не нашла никаких признаков присутствия людей.

Бан-нян слегка замедлила шаг, обернулась и бросила взгляд на тощего бледного подручного. Тот сразу всё понял, кивнул, глубоко вдохнул и на цыпочках направился к лесу слева, откуда доносился голос, а затем принялся испуганно вытягивать шею из-за деревьев.

Вэйшэн Цзыюй тоже не сидела сложа руки, однако всякий раз, когда её духовное чувство скользило вперед, оно неизменно натыкалось на абсолютную пустоту. Похоже, на том человеке было какое-то особое сокровище или же он применил магический массив. Впрочем, раз до них донесся столь отчетливый голос, скорее всего, дело было в первом — в обычном защитном духовном артефакте для скрыта.Ах ты ж, кто-то подглядывает? — раздался внезапный насмешливый голос.

Один из подручных, бледный тощий парень, даже испугаться толком не успел, как прямо за его спиной материализовалась фигура. Незнакомец парил в каких-то двух футах над землей, стоя вполоборота к Вэйшэн Цзыюй и ее спутникам. Он лукаво склонил голову набок и с любопытством разглядывал мужчину, который застыл от ужаса, стоило лишь высунуться.

Вэйшэн Цзыюй ощутила, как от внезапного появления незнакомца по всему телу пробежала мелкая дрожь. Чувство смертельной опасности инстинктивно заставило ее напрячь каждую клеточку тела.

И всё же она не могла отвести взгляд. Хотя этот человек — и его аура, и движения — казался ей совершенно чужим, его профиль почему-то показался до боли знакомым.

Белые волосы, белые брови, широкие одежды цвета снега. Он выглядел чистым и прозрачным, словно изваянный из снега, и казалось, вот-вот растает под лучами солнца. Но при этом его глаза сияли, точно рубины. Даже прищурившись, сквозь густую завесу длинных белых ресниц, отбрасывавших тень, он не мог скрыть яркость своего взгляда.

С чего бы ей находить его знакомым? И где именно она могла его видеть? Вэйшэн Цзыюй никак не удавалось сообразить.

Ты меня боишься? — снова подал голос незнакомец. В его тоне не было и намека на изысканную мягкость благородного мужа — скорее, лишь недовольство и скука.

В следующий миг, на глазах у всех, бледное лицо подручного исказилось от ужаса. Без всякого предупреждения от его шеи до самой макушки пролегла тонкая багровая линия. Фонтаном хлынула кровь, взметнувшись на пару метров вверх, а голова вместе с тем застыла с прежним испуганным выражением и глухо рухнула на землю.

Все вокруг остолбенели. Мозг Вэйшэн Цзыюй на несколько секунд словно отключился, погрузившись в абсолютную пустоту. Казалось, ее душа на мгновение покинула тело, и даже придя в себя, она еще долго ничего не соображала в полнейшем тумане.

Э? — юноша словно бы что-то заметил. Он чуть откинул голову назад, градусов на десять, и устремил взгляд на них. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь листву, пал на его безупречное лицо, и казалось, что его фарфоровая кожа светится изнутри. — Ого, тут еще кто-то есть?

В этот момент Вэйшэн Цзыюй впервые в жизни ощутила то самое чувство, когда на тебя в упор смотрит ядовитая змея: сделай она хоть одно неверное движение, и ее ждет неминуемая гибель. Страх перед только что угасшей человеческой жизнью, омерзение и растерянность — всё это было начисто стерто подступающим дыханием смерти.

Она в упор смотрела на него — от бровей до губ. Чем дольше она вглядывалась, тем более знакомым он ей казался, тем сильнее напоминал… Когда в ее голове четко всплыли имя и облик этого человека, ее застывшее, подобное маске лицо наконец дрогнуло. Глаза расширились, губы приоткрылись в крайнем изумлении.

Эй, почему ты так на меня смотришь? — еще один взмах ресниц, и вот он уже прямо перед ней. Всё так же паря в двух футах от земли, он слегка согнулся в поясе, заглядывая ей в глаза на уровне ее лица. — Или ты видишь, как я выгляжу?

Мморгнув, Вэйшэн Цзыюй боковым зрением заметила, что Бан-нян замерла перед ней словно изваяние — от ее недавней грозной стати и мощи не осталось и следа. Дядичка позади нее тоже не смел шевельнуться.

Пощадите, она же еще ребенок, умоляю-ю-ю! — вопила в душе Вэйшэн Цзыюй, рыдая без слез.

Однако ее рука помимо всякой воли потянулась к лицу незнакомца. Поскольку запястья были скованы, обе ладони легли на его щеки, словно она зажала его лицо в пригоршнях, и она даже машинально пощупала их.

И впрямь настоящее… — пробормотала себе под нос Вэйшэн Цзыюй. Прохладная температура и гладкая текстура под кончиками пальцев не оставляли ни малейшего сомнения в том, что это живая плоть.

Но от этого жеста юноша остолбенел и какое-то время молча таращился на нее, не в силах вымолвить ни слова. В этот момент пришедшая в себя Вэйшэн Цзыюй и вовсе выпала в осадок. Что она вообще сейчас сотворила?! Клянется, она вовсе не собиралась его лапать! Она просто хотела проверить, не фальшивое ли у него лицо! Кто просил его быть так похожим на того человека, черт побери!

Поспешно убрав руки и мысленно отвешивая себе звонкие пощечины, Вэйшэн Цзыюй вытянулась по струнке. С выражением обреченности на лице она отвесила поклон и выдавила из себя извинение:

Простите.

Выпрямиться. Закрыть глаза. Ждать смерти.

Не думай, что старик с тобой не справится!

Спустя мгновение Вэйшэн Цзыюй, которая так и не дождалась никаких признаков неминуемой гибели, услышала лишь эти слова. Озадаченная и любопытная, она украдкой приоткрыла один глаз. В поле зрения попала диковинная белая ткань. Белизна казалась сияющей под солнцем — она притягивала взгляды, но не слепила. Он стоял к ней спиной.

Вэйшэн Цзыюй тут же распахнула глаза, возврастая к жизни за одну секунду. Она осторожно сместилась в сторону, пытаясь из-за его широкой спины разглядеть, кто же это издал спасительный вопль.

Тебе меня не одолеть, а я с тобой играть не хочу, — подал голос юноша перед ней. В его тоне по-прежнему слышалась беззаботная лень, но пробивалось и неожиданное ребячество.

Думаешь, раз ты принял человеческий облик, я тебя не узнаю?! — гнева в голосе того незнакомца стало еще больше.

Я же говорил, я никакой не магический зверь, чего ты уперся? — юноша беспечно пожал плечами, изображая крайнюю степень досады. — Только не вздумай нападать, ладно? Они вообще-то мои заложники.

И не магический зверь, а такой кровожадный?!

Вэйшэн Цзыюй переминалась с ноги на ногу — топ-топ-топ — пока наконец не разглядела неподалеку некоего персонажа. Тот стоял на спине исполинского магического зверя, похожего на гигантского льва, который излучал зеленоватое свечение, и яростно топал ногами. Э-э… карлик? Этот человек казался едва ли вполовину роста нынешней маленькой Вэйшэн Цзыюй. Иными словами, даже стоя на спине зверя, если не приглядываться, он выглядел не больше забавной елочной игрушки.

В этот момент карлик вытянул свои короткие ручжки и ткнул пальцем в сторону валявшегося неподалеку трупа подручного, из которого все еще сочилась кровь. Он казалось прыгал от бешенства:

Сам скажи, не ты ли его прикончил?!

Он меня игнорировал, я просто проверял, живой ли он, — юноша все так же висел в воздухе, отвечая с беспечным видом, словно совершенно не сознавая за собой никакой вины.

Услышав это, Вэйшэн Цзыюй чуть не захлебнулась собственной слюной. Такой аргумент! Да у нее просто не нашлось слов для возражения! Ах, нет-нет-нет! Разве в такие моменты не полагается спасаться бегством?!

Обретшая было прыть Вэйшэн Цзыюй завертела головой по сторонам в поисках лучшего пути к отступлению, напрочь забыв о том, что существо, способное в любой момент лишить ее жизни, стоит прямо перед ней.

Ой? Ты что, сбежать собралась?

Наивный вопрос заставил тело Вэйшэн Цзыюй вновь одеревенеть. Медленно повернув затекшую шею, она, как и следовало ожидать, увидела, что юноша снова смотрит на нее с любопытством энтомолога, разглядывающего диковинную букашку.

Где же твой дедушка-карлик?! Разве вы не должны были сцепиться на триста раундов?! Помилуйте, взрослый господин, сжальтесь! — мысленно вопила Вэйшэн Цзыюй. — Я правда просто мимо проходила! Нет, то есть, я просто похищенный ребенок, не смотри на меня! Смотри вперед!

Внутри ее души бушевала буря, но снаружи она сохранял невозмутимый вид и, с предельной серьезностью глядя прямо в глаза юноше, чеканно произнесла:

Нет, я просто испугалась, что помешаю вашему поединку, и решила уступить место!

Выражение ее личика было донельзя решительным, а каждое слово звучало с абсолютной истовостью.

Э? Вот оно что? — юноша прищурился и склонил голову набок, казалось, поверив на слово, но при этом глядел на нее свысока, и в его рубиновых глазах мелькнул странный отсвет.

Вэйшэн Цзыюй невольно передернула плечами. Ей показалось, что она разглядела на самом дне его глаз густую жажду убийства. Неужели она сказала что-то не то?

Исчадие зла! Иди же за мной к истинному пути!

Исчадие зла! Иди же за мной к истинному пути!

Голос звучал всё так же раскатисто и полно сил. Только теперь Вэйшэн Цзыюй запоздало сообразила, что это был ровно тот же вопль, который переполошил их всех и привел к нынешнему кошмару. То есть… этот вредный старик-карлик и есть главный виновник?! Но, по крайней мере, своими криками он невольно спас и ее шкуру тоже.

Цзыюй терзалась сомнениями, всерьез размышляя в столь опасный момент над тем, не устроить ли этому старикашке какую-нибудь пакость. Подобное легкомыслие объяснялось не только тем, что ей еще ни разу не доводилось балансировать на грани жизни и смерти и у нее попросту отсутствовал инстинкт самосохранения, но во многом и тем, что этот снежный юноша внешне слишком сильно походил на того человека, отчего ее нервы сами собой расслабились.

Пусть даже на какие-то мгновения она отчетливо ощущала густую, удушающую дрожь — то самое, что называют жаждой убийства.

Юноша моргнул, легко прикусив тонкие вишневые губы с видом крайнего недовольства. Жажда убийства в его глазах мгновенно растаяла. Больше не глядя на Цзыюй, он развернулся и неспешной, прогулочной походкой направился по воздуху прямо к старику, ступая так легко, будто под ногами была твердая земля.

Только чур сразу договоримся: если я тебя убью, потом не являйся ко мне в кошмарах, я духов боюсь.

Юноша продолжал говорить в той же неторопливой манере — его голос звучал чисто и звонко, словно перезвон нефрита. Свита Бан-нян превратилась в безмолвных зрителей, да и Вэйшэн Цзыюй оставила мысли о побеге, обратившись в слух. Этот голос был иным, чем у того человека — но столь же дерзким и своевольным, в нем не было колдовских чар обольщения, зато присутствовала незнакомая тому человеку первозданная чистота. И при этом до жути наивная.

Так кто же он в конце концов? Одно и то же лицо… неужели они один и тот же человек? Раздвоение личности? Близнецы?

Впервые в жизни в душе Вэйшэн Цзыюй всколыхнулось столько любопытства и вопросов.

Хотя она всегда исповедовала принцип тише воды ниже травы, неизменно стараясь игнорировать любые отклонения от нормы и избегать рисков. Но люди есть люди — их всегда одолевает любопытство. То чувство походило на легкие, почти невесомые касания птичьим пером по самому сердцу. А ведь она всего лишь смертная, затерянная в мирской суете, — как ей не поддаться людской природе?

Бац!

Оглушительный грохот заставил витавшую в эмпиреях Вэйшэн Цзыюй вздрогнуть всем телом. Рефлекторно зажав рот руками, она уставилась на глубокую яму, из которой клубами поднималась пыль: только не говорите, что это тот старик-карлик?! Да ладно, неужели он настолько слаб, с чего же он тогда так надрывался?!

Исчадие зла! Получай!

Едва Вэйшэн Цзыюй, встав на цыпочки и вытянув шею, принялась с любопытством всматриваться в оседающую пыль кратера, как сверху донесся торжествующий голос старика.

Застыв, она задрала голову и прищурилась. Этот похожий на мячик карлик по-прежнему весело подпрыгивал на спине огромного лазурного льва, излучая триумф каждой своей морщинкой.

Ах вот оно что. Вэйшэн Цзыюй снова опустила взгляд и отчетливо увидела того самого юношу в белых одеждах, который только что опустился на землю. Он пластом лежал в кратере лицом вниз.

http://bllate.org/book/22188/2312253