Готовый перевод I Play the Scum Gong Online / Я и мерзкий альфа разыгрываем друг друга онлайн: Глава 22

Закончив с этой серией движений, президент Линь смущенно и сердито отвернулся от него, и с громким щелчком яростно выключил теплый желтый свет у изголовья кровати.

Му Цинли на редкость растерялся.

Не говоря уже о том, что младший ученик действительно поцеловал его, но, судя по его чистому характеру скрытого любителя романтики, похожего на упрямый камень, разве он не должен был максимум поцеловать его в лоб?

Му Цинли рассеянно потрогал свои только что потревоженные губы и вдруг о чем-то задумался.

Никудышный ученик становится все менее чистым, он даже посмел поцеловать его в губы.

Система Небесной Книги: «?»

— Как ты только что отзывался обо мне в выставочном зале?

Линь Тяньчэнь, пользуясь тем, что стояла глубокая ночь, и будучи уверенным, что его мысли никто не сможет услышать, с абсолютно честным видом ответил: […Свои люди, это другое.]

Система Небесной Книги: «Тц, ты просто ходячий ходячий двойной стандарт».

Му Цинли закрыл глаза и машинально зарылся головой в одеяло.

Когда чистый негодяй начинает флиртовать, с ним становится просто невозможно справиться.

·

После семейного ужина снова наступили будни.

Му Цинли по-прежнему целыми днями появлялся то вместе с Линь Тяньчэнем, то уходил с ним, словно не замечая взглядов и пересудов вокруг.

Пока в один из дней после полудня в офис Линь Тяньчэня не пожаловал незваный гость.

— Почему ты пришел?

Когда появился Хэ Ли, Му Цинли как раз находился в кабинете Линь Тяньчэня и обсуждал с ним предстоящий график и расписание встреч.

Хэ Ли по-прежнему выглядел аккуратно и элегантно:

— Вернулся недавно, делать было нечего, как раз проезжал мимо и решил заглянуть к тебе.

Он улыбнулся:

— Я вам не помешал?

Выражение лица Линь Тяньчэня вновь расцвело, словно по весне:

— С чего бы?

Му Цинли уже собирался пойти заварить им кофе, как вдруг Линь Тяньчэнь, который никогда и за кем не ухаживал, неожиданно поднялся из-за стола:

— Не нужно, я сам, я лучше знаю его вкусы.

Хэ Ли, словно завсегдатай этого кабинета, уселся прямо на диван:

— Спасибо.

Как только Линь Тяньчэнь вышел из кабинета, внутри остались только Му Цинли и Хэ Ли, и атмосфера вокруг необъяснимо стала какой-то странной.

В конце концов доброжелательно заговорил Хэ Ли:

— Ты Му Цинли? Тебе нравится Тяньчэнь?

Му Цинли, глядя на это лицо, даже не смог изобразить вежливость и лишь с бесстрастным выражением лица парировал вопросом:

— А ты? Тебе нравится Линь Тяньчэнь?

Хэ Ли улыбнулся, ничего не отвечая.

Му Цинли тоже не удержался от усмешки, в которой отчетливо сквозила насмешка.

Действительно ли Хэ Ли вернулся на родину случайно?

Учитывая, что в этом мире все знали о том, что Линь Тяньчэнь воспринимает его как замену, он ни за что не поверил бы, что Хэ Ли не догадывается о чувствах Линь Тяньчэня к нему. Если бы Хэ Ли действительно испытывал к Линь Тяньчэню подобные чувства, он должен был сойтись с ним еще много лет назад, но вместо этого он поспешно уехал за границу, превратившись в неудаляемую белую луну в сердце Линь Тяньчэня.

Он думал, что Хэ Ли, которого с детства баловали все вокруг, должно быть, очень наслаждается ощущением, когда мужчина, которого другие безуспешно добиваются, предан ему до самозабвения.

Возможно, из-за своей сексуальной ориентации или же из соображений семейной репутации и личной выгоды Хэ Ли не хотел принимать Линь Тяньчэня. Но в то же время он чувствовал дисбаланс и даже некоторую панику оттого, что мужчина, так страстно тосковавший по нему, вдруг завел возлюбленного.

Панику перед тем, что он может потерять свое уникальное «особое отношение».

Му Цинли на дух не переносил таких людей, поэтому церемониться с Хэ Ли не стал и высказал ему всё напрямую.

Когда Линь Тяньчэнь с чашкой заваренного кофе вошел внутрь, до его слуха донеслись лишь полные гнева слова упрека от Му Цинли.

— Если ты действительно к нему неравнодушен, тебе следовало бы великодушно и прямо принять его чувства. А если нет — тогда откажись раз и навсегда, а не веди себя подобно зеленому чаю, который вроде бы и не любит, но намеренно держит человека на крючке, продолжая наслаждаться исключительной нежностью.

Казалось, Му Цинли злился искренне и от всего сердца:

— Линь Тяньчэнь прекрасен, и он не заслуживает того, чтобы ты вот так им играл.

Звук открывающейся двери привлек внимание обоих мужчин: в глазах Му Цинли еще не угас гнев, в то время как Хэ Ли выглядел невинным и обиженным.

Линь Тяньчэнь на мгновение замер и с мрачным выражением лица спросил:

— Что здесь происходит?

Сидевший на диване Хэ Ли заговорил первым:

— Я… я не знаю, может, я сделал что-то не так и расстроил твоего помощника, поэтому он с порога набросился на меня с упреками.

Его взгляд был растерянным и беспомощным, в нем не осталось и следа той надменной и горделивой позы, с которой он только что сидел на диване, закинув ногу на ногу.

Му Цинли молча посмотрел на Линь Тяньчэня, который закрыл дверь кабинета и медленно подошел к столу.

Линь Тяньчэнь явно что-то замышлял.

Поставив кофе на стол, Линь Тяньчэнь холодным тоном бросил Му Цинли:

— Выйди.

Му Цинли смотрел на него и по-прежнему молчал.

В глазах Линь Тяньчэня стало закипать раздражение:

— Я сам разберусь со своими делами, и мне не нужна забота такого постороннего человека, как ты!

Видя, что тот не собирается сдвинуться с места, Линь Тяньчэнь поджал губы и, ожесточив сердце, с силой потащил его к двери:

— Ты до сих пор не понимаешь?

— Сколько бы ты ни старался, ты всего лишь его замена.

Прозвучала классическая фраза, с которой никто не может тягаться.

— Больше не могу терпеть, так и хочется врезать, жалко взрослого, ууу.

[Какая же тупость, все эти фразы.] В полном противоречии со строгим и холодным выражением его лица, презрение в душе Линь Тяньчэня было настолько сильным, что, казалось, вот-вот выплеснется из головы Му Цинли.

— С завтрашнего дня тебе больше не нужно приходить в компанию.

Му Цинли выпроводили из кабинета, но его настроение ничуть не пострадало от банальных и циничных речей Линь Тяньчэня.

Наконец-то нашлась прекрасная и вполне законная возможность сменить работу.

Словно выполняя приказ Линь Тяньчэня, он в прекрасном настроении спустился вниз, намереваясь с толком потратить оставшуюся половину дня.

Ведь вечером ему еще предстояла встреча с Линь Тянье и Вэнь Тинсюанем для обсуждения деталей сотрудничества.

Как только Му Цинли вышел из компании на крыльцо, перед ним остановился черный автомобиль.

Наверху, в кабинете Линь Тяньчэня, атмосфера была куда более натянутой, чем предполагал Му Цинли.

Хэ Ли сидел на диване и, глядя на Линь Тяньчэня, который после ухода Му Цинли резко стал холодным и почти не обращал на него внимания, выдавил из себя неловкую улыбку.

Ему оставалось лишь взять со столика чашку кофе и сделать пару глотков, чтобы хоть как-то успокоиться, но он никак не ожидал, что от первого же глоткового попадания в горло едва не потеряет лицо и не выплюнет кофе обратно.

Сложным взглядом посмотрев на уткнувшегося в работу Линь Тяньчэня, Хэ Ли с трудом проглотил горькую жидкость.

Хэ Ли обожал сладкое, и в любой кофе всегда просил добавлять молоко и порцию сахара — об этом Линь Тяньчэнь прекрасно знал.

Поэтому, заваривая кофе, он не только выбрал самый горький сорт, но и не положил ни крупинки сахара и ни капли молока.

Система Небесной Книги завопила в голове у Линь Тяньчэня: «Ты вообще собираешься сохранять свой образ?!»

[Му Цинли здесь нет, перед кем мне играть?]

Хэ Ли, которому из-за невыносимой горечи больше не хотелось оставаться здесь, уже собирался попрощаться с Линь Тяньчэнем, как вдруг, когда он поднялся, зазвонил телефон Линь Тяньчэня.

Линь Тяньчэнь бросил на него взгляд и ответил на звонок, повернувшись полубоком.

Кто находился на другом конце провода, оставалось загадкой.

Хэ Ли заметил лишь то, как и без того помрачневшее лицо Линь Тяньчэня стало еще более мрачным, а в голосе прорезались злые нотки:

— Что ты сказал?!

·

Му Цинли: Да просто разыгрываем спектакль друг перед другом.

Дуаньму Бо: […] Пожалуйста, дайте мне бочонок успокоительного про запас, спасибо.

#AwA Сегодня снова маленькая зарисовка#

Ты всего лишь его замена (Тринадцатая глава)

Му Цинли похитили, причем человеком, который его утащил, оказался старший брат Линь Тяньчэня — Линь Тяньхуа.

Среди бела дня Линь Тяньхуа со своими так называемыми прихвостнями подкатил на машине прямо к Му Цинли и, пока тот пребывал в полном недоумении, пытаясь разобраться в ситуации, затащил его внутрь и вырубил.

Проснулся Му Цинли от холода.

Линь Тяньхуа и его люди привезли Му Цинли на крышу заброшенного высотного здания и привязали к ржавому раскладному стулу.

Ветер на высоте был особенно сильным, и Му Цинли, одетый довольно легко при выходе из дома, не удержался и несколько раз чихнул.

— Очнулся?

Услышав его шевеление, Линь Тяньхуа неторопливо вышел из небольшой комнатки с выбитыми окнами и сорванной дверью и посмотрел на него свысока.

Му Цинли даже не знал, что и сказать.

В ту самую секунду, как он увидел Линь Тяньхуа, Му Цинли мгновенно понял, зачем тот притащил его в это место.

Он не удержался от вопроса:

— Если ты хотел шантажировать Линь Тяньчэня, заставляя его отказаться от власти в компании, разве не Хэ Ли следовало похитить?

— Ты же сам видел, Хэ Ли для Линь Тяньчэня гораздо важнее меня.

Линь Тяньхуа нахмурился, а затем усмехнулся:

— Насколько же нужно быть глупым, чтобы зариться на старшего молодого господина семьи Хэ?

— Я ведь думал об этом варианте. Но в отличие от тебя, безродного нищего бродяги, Хэ Ли — старший сын семьи Хэ. Стоит его похитить, как Линь Тяньчэнь даже дернуться не успеет, а люди семьи Хэ примчатся спасать его первыми. К тому же наши семьи связаны давней дружбой, я не мог позволить милому малышу Хэ Ли страдать.

Поэтому ему пришлось довольствоваться вторым вариантом и выбрать его.

Му Цинли подумал: ну ладно, это объяснение вполне логично.

Окинув взглядом Му Цинли, который с самого начала не выказал ни паники, ни малейшего страха, Линь Тяньхуа добавил:

— Вообще-то ты можешь быть увереннее в себе: мой четвертый брат в этой жизни вряд ли получит шанс быть с Хэ Ли. Даже ради твоей похожей внешности он непременно примчится тебя спасать.

Му Цинли слегка опустил голову, и его голос прозвучал зловеще:

— Даже ты считаешь, что я похож на Хэ Ли?

Линь Тяньхуа ответил без малейшего колебания:

— Разве это не очевидно для любого, у кого есть глаза?

Придя к выводу, что в этом мире, кроме него самого, все вокруг полные идиоты, Му Цинли шевельнул связанными за спиной руками и под изумленным взглядом Линь Тяньхуа без труда освободился от пут, встал и слегка закатал длинные рукава.

— Меня мало волнует, придет Линь Тяньчэнь спасать меня или нет. Я лишь переживаю, как бы ты потом не пожалел об этом поступке.

В этот момент Линь Тяньхуа, глядя на хрупкого Му Цинли, стоявшего перед ним, еще не понимал смысла его слов.

— Чего стоите? Завалите его обратно и свяжите как следует! — Линь Тяньхуа действительно пожалел, что не связал Му Цинли по рукам и ногам накрепко, из-за чего у того появилась возможность так дерзить.

Чтобы придать обстановке больше серьезности и опасности, кое-кто из подручных Линь Тяньхуа сжимал в руках железные прутья — главным образом для того, чтобы запугать Му Цинли и того, кто должен был вскоре появиться.

Однако когда эта шайка попыталась снова схватить Му Цинли, спустя долгое время возню они с ужасом осознали, что потратили все силы впустую, ведь они не смогли даже коснуться рукава Му Цинли!

Силы у Му Цинли было немного, но движения его отличались невероятной ловкостью, напоминая мастерство скрытого в народе мастера боевых искусств. Бандиты, которых нанял Линь Тяньхуа, прошли серьезную боевую подготовку, но Му Цинли с легкостью уходил от всех их атак.

Наблюдая за тем, как эти здоровенные мужики не только не могут связать парня заново, но еще и устроили с ним какую-то игру в догонки, Линь Тяньхуа взревел:

— Вы что творите?! Поймать одного человека — это так сложно?!

Му Цинли отобрал железный прут у одного из нападавших.

Взвесив палку в руке, он обратился к ошеломленному человеку, у которого только что отняли оружие:

— Нож есть? Боюсь, этой штукой пользоваться не очень удобно.

Лишившийся дара речи громила: […]

Они же добропорядочные молодые люди с чистой репутацией, они специализируются исключительно на угрозах, а не на убийствах.

Му Цинли разочарованно протянул:

— Ладно, сойдет и прут.

С этими словами он сделал изящный разворот и ударил железным прутом попытавшегося зайти сзади амбала, сбив того с ног с одного удара.

Человек, у которого отобрали оружие, слушая звук удара металла о человеческое тело, неожиданно почувствовал, как у него самого начинает ныть рука — словно этот удар пришелся по нему.

Толпа тех, кто пытался поймать Му Цинли, замерла буквально на секунду.

А затем разразилась яростными криками:

— Он что, дерется?!

— Да как он посмел?!

……

В конце концов на ногах на площадке остался лишь один Линь Тяньхуа. Все приведенные им бандиты валялись на земле, стонали и катались от боли, а их кожа под разорванными костюмами пестрела синяками.

Теперь Линь Тяньхуа, глядя на то, как Му Цинли небрежно отбросил в сторону погнутый железный прут, наконец-то понял смысл его недавних слов.

Му Цинли показательно отряхнул ладони от пыли и неспешно направился к Линь Тяньхуа.

Линь Тяньхуа, еще недавно излучавший спесь, машинально сглотнул слюну и отступил на шаг назад.

Му Цинли легко усмехнулся, в уголках его глаз плескалась насмешка:

— Разве ты не был только что таким дерзким?

Смешанные чувства в душе Линь Тяньхуа дополнялись ощущением никогда прежде не испытанного унижения. Но все притащенные им люди были не способны одолеть Му Цинли, не говоря уже о нем самом.

— Не переживай. Раз уж старший молодой господин Линь сам зазвал меня сюда, давай заодно заключим сделку?

·

Получив звонок от Линь Тяньхуа, Линь Тяньчэнь, забыв про все еще находившегося в его кабинете Хэ Ли, сломя голову бросился из офиса.

Линь Тяньхуа похитил Му Цинли и прислал на телефон доказательства того, что тот находится у него.

На фотографии был запечатлен лежащий на заднем сиденье машины и погруженный в беспамятство Му Цинли. Лишенный сознания, он выглядел таким хрупким и беспомощным. Увидев эту картину, Линь Тяньчэнь почувствовал, как сердце ухнуло в пятки, и он выбежал из компании, даже не попрощавшись с Хэ Ли.

Линь Тяньхуа жаждал заполучить права на наследство, переданные Линь Тяньчэню.

Линь Ичжун действовал с потрясающей оперативностью: вероятно, опасаясь, что Линь Тяньчэнь передумает, уже на следующий день после объявления результатов он распорядился подготовить все необходимые для передачи контракты. На сегодняшний день большая часть активов клана Линь уже перешла к Линь Тяньчэню. Старший брат Линь Тяньхуа, снедаемый дикой завистью, решил использовать Му Цинли, чтобы шантажировать Линь Тяньчэня и заставить его обменять имущество на заложника.

— Не паникуй, это просто стандартный этап сюжета. К тому же твой братец вовсе не собирался никого убивать, он просто хотел тебя запугать, с твоим взрослым парнем ничего не случится. — Система Небесной Книги, ощущая нарастающую тревогу Линь Тяньчэня, не удержалась и решила его успокоить.

Весь остаток дня после ухода из офиса Линь Тяньчэнь провел в хлопотах по улаживанию этих дел.

Не говоря уже о том, что первоначальному владельцу тела все эти богатства были даром не нужны, попав сюда из другого мира ради выполнения миссии и желая облегчить будущую месть Му Цинли, он был только рад избавиться от того, что могло послужить опорой для его собственного влияния.

Угроза Линь Тяньхуа подвернулась как нельзя кстати.

Отыскав адвоката и молниеносно составив по всем требованиям Линь Тяньхуа соглашение об обмене акций на Му Цинли, Линь Тяньчэнь сел в машину и поехал по указанному в сообщении глухому адресу.

Небо давно уже потемнело.

У подножия заброшенного здания стояло несколько мужчин — судя по всему, они ждали его уже довольно давно.

Правда, по какой-то причине Линь Тяньчэню показалось, что настроение у них было далеко не из лучших.

— Четвертый молодой господин, просим за нами.

Линь Тяньчэнь одарил их ледяным взглядом и в сопровождении этой группы поднялся на открытую всем ветрам крышу.

Линь Тяньхуа с мрачным выражением лица стоял у края. Во взгляде, которым он окинул вошедшего, смешались противоречивые эмоции, постепенно сменившиеся торжеством.

Он выглядел так, будто насмехался над ним, предвкушая забавное зрелище.

Скоро Линь Тяньхуа получит то, о чем мечтал всю свою жизнь, так что он вполне имел право гордиться и радоваться.

А Му Цинли, о котором тот так пекся, сидел на раскладном стуле со связанными руками, сохраняя безмятежное и спокойное выражение лица.

И хотя именно его похитили столь жалким образом, и он наверняка натерпелся всякого в те часы, когда Линь Тяньчэнь не видел его, его невозмутимая поза создавала впечатление, будто это он — гордый владыка, повелитель всего происходящего, а обшарпанный стул под ним казался настоящим троном.

Посмотрев на него, Му Цинли слегка улыбнулся:

— Зачем ты пришел?

Линь Тяньчэнь вспомнил свои же слова, сказанные Му Цинли днем, и почувствовал укол совести.

Крепко сжав в руке документы, он сердито выпалил:

— Ты дурак? Я же велел тебе уйти из компании, как можно быть таким тупицей, чтобы дать себя похитить?

[Какой же Линь Тяньчэнь бедный.]

Голос Линь Тяньхуа прозвучал в голове у Му Цинли.

[Пытался разыграть карту с заменой, а в итоге притащил к себе предка и даже не догадывается об этом.] В голосе Линь Тяньхуа отчетливо слышалось сочувствие к Линь Тяньчэню.

Все началось несколько часов назад.

После того как Му Цинли раскидал всех его людей по земле, он с уверенностью крупного босса потребовал от него подыграть ему в дальнейшем представлении, когда явится Линь Тяньчэнь.

Иными словами, Му Цинли должен был и дальше изображать из себя похищенную жертву.

Линь Тяньхуа не понимал этого и даже слегка сомневался:

— Зачем? Если ты действительно хочешь быть с Линь Тяньчэнем, лишение его власти и богатства станет для тебя огромной потерей.

На что Му Цинли ответил с полным равнодушием:

— Он меня расстроил, поэтому я тоже хочу досадить ему.

— Видеть, как ты отбираешь у него всё, будет для меня куда приятнее.

Линь Тяньхуа безо всяких на то причин испытал легкий страх перед этим человеком.

Му Цинли выглядел красивым и очень худым, напоминая хрупких красавиц из историй, которые падают от легкого дуновения ветра. Но именно этот хрупкий на вид утонченный мужчина только что безжалостно избил притащенных им бойцов.

Его атаки отличались исключительной техничностью: на открытых участках тел бандитов не осталось ни единого следа, но боль была такой невыносимой, что они долго не могли подняться на ноги.

В тот момент, когда Му Цинли спокойно изложил свои требования, Линь Тяньхуа на секунду даже закралось подозрение, что еще во время драки тот уже продумал эту самую «сделку», а потому и лупил людей так, чтобы не оставалось внешних следовых повреждений.

И пока он пребывал в оцепенении, стоявший перед ним Му Цинли вдруг озарил лицо красивой улыбкой.

— К тому же, я больше всего на свете хочу, чтобы Линь Тяньчэнь поскорее лишился всего.

— Ведь тогда тем, кто получит право вести с ним переговоры и подписывать контракты… стану я.

·

Переговоры между Линь Тяньчэнем и Линь Тяньхуа прошли гладко и быстро.

Передавая документы и соглашение в руки Линь Тяньхуа, Линь Тяньчэнь не колебался ни секунды, что вызвало крайнюю тревогу у пережившего потрясение от Му Цинли Линь Тяньхуа: он тут же на месте досконально перепроверил каждую строчку договора, смертельно боясь угодить в какую-нибудь скрытую ловушку.

И только Му Цинли был способен услышать истинные мысли Линь Тяньчэня.

[Лишившись всего этого, Му Цинли будет намного проще прикончить меня в будущем.]

Му Цинли слегка опустил голову, умилившись мыслям своего младшего ученика.

Какой же ученик простодушный, разве смог бы он убить его? Раз уж ему посчастливилось попасть в этот куда более свободный мыслями и развитый технологически современный мир, он непременно воспользуется случаем оставить ученика подле себя и покажет ему все здешние прелести.

Ага, в статусе своего контрактного возлюбленного.

Из тех, кто при необходимости готов удовлетворять физические потребности.

http://bllate.org/book/22175/2310369