Готовый перевод My Patients Fell For Me (Quick Transmigration) / Все мои пациенты влюбляются в меня: Глава 21

Раз уж этой суждено было стать любовью без будущего, зачем тогда было начинать?

Беседа завершилась на долгом молчании Пэй Лу.

Ли Цзюнь был человеком немногословным, однако по отношению к Пэй Лу он проявлял двести процентов терпения и терпимости. Он по крупицам разбивал твердую скорлупу Пэй Лу, и хотя отчаянно рвался к его мягкой сердцевине, заставлял себя не торопиться, лишь бы не спугнуть.

Ли Цзюнь вел его за руку домой, Пэй Лу всю дорогу сопротивлялся, но всё было безрезультатно.

Их отношения застыли в таком странном, подвешенном состоянии.

Пэй Лу больше не избегал Ли Цзюня: теперь каждый день после занятий он ждал его, чтобы вместе пойти домой, они заходили в супермаркет за продуктами, а затем готовили дома уютный ужин.

Желая разделить домашние хлопоты, Ли Цзюнь неуклюже пытался научиться готовить. Во всем остальном он схватывал всё быстро и безупречно, но стоило ему взяться за стряпню, как все его таланты куда-то исчезали. Хотя он строго следовал рецепту шаг за шагом и отмерял специи до грамма, в приготовленных им блюдах вечно чего-то не хватало. Они походили вовсе не на домашнюю еду, а скорее на бездушные муляжи из дорогого отеля.

Язык Пэй Лу мучился два дня, после чего он, исчерпав все пределы терпения, отстранил Ли Цзюня от плиты, сослав мыть посуду и протирать полы, а сам снова взял на себя роль шеф-повара.

Ли Цзюнь, сосланный мыть посуду и полы, нисколько не сердился — он выполнял работу по дому с совершенно счастливым лицом.

Хоть на словах преподаватель и не давал согласия, его тело велó себя куда честнее.

Жизнь двоих текла тихой и размеренной рекой, но в семье Ли царила совсем не такая идиллическая атмосфера.

Ли Цзюнь молча пропал с радаров, и лишь когда Ли Цзюнь отправил людей на поиски, выяснилось, что их собственный сын укатил жить к чужому человеку.

Ли Цзюнь был мужчиной традиционных взглядов, к тому же отличался изрядной долей беспечности. Услышав отчет подчиненного, он весело рассмеялся и сказал Вэнь Вань:

У нашего сына наконец-то появился хороший друг, с которым можно по душам поговорить.

Вэнь Вань презрительно покосилась на него.

Ты что, совсем ничего не замечаешь?

Ли Цзюнь попытался обнять жену за талию, но та с брезгливостью отстранилась. Он неуверенно замялся рядом с ней и небрежно бросил:

А что не так?

Вэнь Вань ухватила его за ухо и зло бросила:

Наш сын сошелся с Сяо Юэ, теперь дошло?!

Ли Цзюнь молча переваривал услышанное какое-то время, глядя на нее растерянным взглядом:

Сошелся — это в каком смысле?

Мягко говоря, они встречаются, а если прямо — съехались, — выдала Вэнь Вань прямой удар.

Хотя у нее самой было нечто вроде предчувствия, когда все свершилось наяву, на душе все равно скребли кошки.

Особенно учитывая, что этот соучастник-простак Ли Цзюнь по-прежнему считал пацанов просто друзьями...

Ли Цзюнь немного поразмыслил над услышанным. Хлопнув ладонью по столу, он направился к выходу:

Я велю вернуть Ли Цзюня домой!

Сядь, — Вэнь Вань вспылила, чувствуя себя абсолютно беспомощной перед этим непробиваемым мужем. — Зачем тебе возвращать Ли Цзюня? Он наконец-то нашел того, кто ему дорог, тебе обязательно нужно испортить ему настроение?

Ли Цзюнь испуганно сел обратно и виновато посмотрел на Вэнь Вань:

Я просто... просто хотел позвать его поговорить по душам.

Поговорить по душам? — Вэнь Вань безжалостно осадила его. — Если сын согласится сказать тебе хоть пару лишних слов, можешь свечки за здравие ставить.

Ли Цзюнь наконец понял, что чем больше он говорит, тем сильнее ошибается, и предпочел напрямую спросить Вэнь Вань:

И что же нам делать?

Ждать, — вздохнула Вэнь Вань. — Когда придет время, они сами придут к нам и во всем признаются.

...

В общем, пока эти двое неловко и неуклюже строили отношения, их маленький секрет давно уже стал известен родителям.

Разумеется, сам Пэй Лу ни за что бы не признался, что крутит роман с Ли Цзюнем.

Вот такая показная несговорчивость ==

Ли Цзюнь сопровождал Пэй Лу на прогулке по рынку домашних животных. Всю дорогу Ли Цзюнь был крайне недоволен, теребил край рукава Пэй Лу и с обиженным видом спрашивал:

Разве я не единственный, кто нужен преподавателю?

Пэй Лу давно привык к его фокусам и, даже не оборачиваясь, равнодушно отмахнулся:

Я люблю пушистых животных, а у тебя шерсти нет.

В глазах Ли Цзюня мелькнул опасный огонек.

Вот как, оказывается, преподаватель любит таких...

По спине внезапно пробежал холодок. Пэй Лу вздрогнул всем телом и шагнул внутрь зоомагазина.

В клетках сидело несколько крошечных щенков — кругленьких, пухлых и донельзя милых. Пэй Лу не удержался и протянул руку потискать их, но его тут же поднял на ноги помрачневший Ли Цзюнь.

Ты чего? — ошеломленно спросил Пэй Лу.

Ли Цзюнь скорчил жалобную гримасу и включил режим бедняги:

Преподаватель принадлежит только мне, давай не будем заводить питомцев, ладно?Пэй Лу окончательно дал волю своим фантариям:

— Ни за что! Как только закончим это задание, обязательно найду себе парня с золотыми руками и наконец-то по-настоящему прочувствую весь этот кайф!

Система 666 напомнила ему:

— Дорогой~ А ты не забыл про Маршала? Ты же говорил, что хочешь преподнести свой самый нежный цветочек именно ему.

— Я теперь передумал, — оправдал себя Пэй Лу. — Маршал — мой кумир, а кумиров осквернять нельзя!

Система 666 протянула:

— Ох. Мужчины способны менять свои решения просто молниеносно.

Пэй Лу завернулся в одеяло, заворочался из стороны в сторону и лукаво прищурился. Но не успел он порадоваться и двух минут, как его прижали к постели. Ли Цзюнь склонился к самому его уху и низким голосом спросил:

— О чём это учитель так улыбается?

Пэй Лу замер, изо всех сил попытался стереть с лица улыбку и с серьёзным видом произнёс:

— Ни о чём. Больше всего на свете ненавидел дождливые дни, улыбаться тут нечему.

— … — Ли Цзюнь был потрясён его способностью нагло врать глядя в глаза. Поражённо помолчав пару секунд, он ответил: — Правда? Я тоже не люблю дождливую погоду.

Пэй Лу, конечно же, прекрасно знал, почему тот её не любит. Он приподнял краешек одеяла, жестом приглашая Ли Цзюня забраться внутрь:

— На улице холодно, давай скорее сюда, простудишься ещё.

Ли Цзюнь поджал губы, в его глазах вспыхнула улыбка. Сбросив накинутый наспех халат, он залез под одеяло прямо в одних трусах.

Он пробыл снаружи довольно долго, и от него веяло холодом. Пэй Лу от этого ледяного прикосновения даже вздрогнул и сердито оттолкнул его подальше.

Одеяло успело хорошо прогреться благодаря Пэй Лу. Ощущая тепло, струящееся по коже со всех сторон, Ли Цзюнь с улыбкой придвинулся ближе, прижавшись к нему кожа к коже, чтобы разделить это принадлежащее только Пэй Лу тепло.

Пэй Лу подумал: «…» Какой же этот тип всё-таки невыносимый.

Рассерженный Пэй Лу вовсе не хотел с ним разговаривать, поэтому отвернулся и лег к нему спиной.

Из горла Ли Цзюня вырвался низкий смешок. Он не только не рассердился, но и начал легонько водить пальцем вдоль его позвоночника. Его ловкие кончики пальцев скользили и прыгали по спине, и Пэй Лу от такой провокации аж подпрыгнул, резко развернулся и наградил его свирепым, обвиняющим взглядом!

Ли Цзюньвинзаводски посмотрел на него с абсолютно невинным выражением лица.

— Не смей лапать! — свирепо пригрозил Пэй Лу.

Ли Цзюнь смотрел на него сияющими глазами:

— А что делать, если я не могу сдержаться?

— Я не только потрогать тебя хочу, но и поцеловать, и обнять… — продолжая говорить, Ли Цзюнь вновь запустил свои шаловливые ручонки и принялся легко поглаживать Пэй Лу по талии.— Ха-ха-ха-ха-ха… — Пэй Лу совершенно не ожидал, что тот заденет его щекотливое место, и внезапно свернулся калачиком, безумно хохоча.

— … — Атмосфера двусмысленности была разрушена без остатка, и Ли Цзюнь с мрачным лицом убрал руку.

Пэй Лу уткнулся лбом ему в грудь и никак не мог перестать смеяться. Сильная вибрация через соприкасающиеся тела передавалась прямо в глубину сердца. Ли Цзюнь погладил его мягкие черные волосы:

— Так смешно?

Пэй Лу смеялся до слез и невзначай даже начал икать. Он с трудом произнес:

— Ик… ты задел мое… ик… щекотливое место… ик…

Ли Цзюнь с усмешкой смотрел на то, как тот непрерывно икает — один ик за другим, и конца этому не было. Тогда он из добрых побуждений зажал ему нос и обменялся с ним долгим, нежным поцелеем.

Кончики языков сплетались в погоне и игре, а четыре губы плотно прижались друг к другу, не оставляя ни единого зазора.

Ли Цзюнь целовал его очень долго. Зажав нос, Пэй Лу мог дышать только с широко открытым ртом. От поцелуев Ли Цзюня у него голова шла кругом и он совершенно потерял ориентацию в пространстве, а когда его наконец отпустили, он всё еще глупо стоял с разинутым ртом.

Улыбаясь, Ли Цзюнь закрыл ему рот рукой:

— Ну вот, икать перестал.

Пэй Лу, у которого внезапно воспользовались моментом и который уже было хотел вспылить, подумал… Ладно, прощаю тебя.

Они миловались на кровати, а дождь за окном тем временем усиливался, быстро превращаясь из мелкого моросящего в настоящий ливневый. Небо стало еще темнее, в комнате не включали свет, и внутрь пробивался лишь тусклый отсвет снаружи.

Воздух словно внезапно стал тяжелым.

Ли Цзюнь нахмурился, в его выражении лица читалось нечто среднее между отвращением и возбуждением. Чутко уловив эти перемены, Пэй Лу осторожно разгладил пальцами складку между его бровями. По своей воле прильнув к нему в объятия, он протянул руку за спину и стал мерно гладить его по спине.

Ли Цзюнь крепко обнял его, зарывшись лицом в изгиб шеи. Его ноздри улавливали лишь свежий аромат геля для душа, исходивший от южного парня, а влажный, гниющий запах ржавчины из воспоминаний, казалось, удалялся всё дальше.

— Учитель хочет послушать историю?

Пэй Лу продолжал поглаживать его по спине, а его голос звучал необыкновенно мягко:

— Рассказывай.

— Когда мне было семь лет… меня похитили. — Красивые брови сошлись на переносице, Ли Цзюнь потерся носом о его шею, подбирая слова. — Те, кто меня похитил, были шайкой позарившихся на деньги отморозков. Они заперли меня в старом доме в горах города И.Дом был очень, очень старым. В те времена вечно шли дожди, в комнатах протекала крыша, и всегда стоял невыветриваемый запах сырости. — Ли Цзюнь предавался воспоминаниям, медленно рассказывая о том, что запечатлела его память.

Мне не нравился этот запах, — Ли Цзюнь капризно хмыкнул пару раз, выражая свою неприязнь.

Пэй Лу поспешно погладил его по голове, одарив взволнованного младшего возлюбленного влажным от капель поцелуя.

Успокоенный Ли Цзюнь продолжил свою историю.

Потом они все умерли прямо в том доме. Их тела разбухли от воды, и вонь стала еще сильнее... — Ли Цзюнь перебирал в голове слова, пытаясь описать тот отвратительный запах. — Словно дохлые крысы.

Пэй Лу: «……»

Он с трудом разлепил губы, совершенно не представляя, как на это реагировать.

К счастью, Ли Цзюнь и не ждал от него ответа, продолжая монолог: — А потом, когда я вернулся, в каждый дождливый день мне чудился этот запах. Такой вонючий, от которого выворачивает наизнанку.

Пэй Лу вздохнул, зарывшись пальцами в его короткие пёрышки волос, и легко помассировал кожу головы. — Так вот почему ты терпеть не можешь дождь?

Ли Цзюнь тихонько угукнул и ласково потерелся о него.

Разве учитель не любопытен, как они погибли? — голос его звучал очень тихо, а в конце вопроса послымелась едва уловимая интонация, похожая на намеренное искушение. Он словно подталкивал Пэй Лу задать этот вопрос вслух, чтобы сорвать с него последние покровы притворства.

Пэй Лу вздохнул и послушно спросил: — И как же они погибли?

«……»

Ли Цзюнь немного помолчал, а затем бесцветным голосом произнес: — Я их убил.

Все на улице думали, что тех похитителей перестреляла полиция, но на самом деле нет — это сделал я. — Грудь Ли Цзюня слегка вибрировала. Он перестал прятать лицо в изгибе шеи Пэй Лу, поднял голову и, прижавшись лбом к его лбу, уставился прямо на него темными глазами.

Пока похитители спали, я перерезал им горло осколком стекла...

Пэй Лу: Шестьсот шестьдесят шестой, мне немного жутко QAQ

Шестьсот шестьдесят шестой: Не бойся, задави его авторитетом!

Пэй Лу... Пэй Лу сохранял каменное лицо и молчал.

Ли Цзюнь пристально следил за его мимикой и, не заметив ни единой перемены, не выдержал: — Учитель, тебе страшно?

— Нет, не страшно. — Пэй Лу отвечал медленно, стараясь не травмировать его хрупкую душевную организацию. — Тогда ты был еще ребенком, к тому же это была необходимая самооборона, закон этого не запрещает.

— …… — Ли Цзюнь впился зубами в кончик его носа и слегка пожевал: — Ты же знаешь, я не об этом.

Пэй Лу раздраженно ущипнул его за щеки, освобождая свой нос: — Я прекрасно понимаю, о чем ты спрашиваешь.

Все это уже в прошлом. Главное, помни, что ты не сделал ничего дурного.

Тебе не нужно чувствовать вину или страх.

Глаза Ли Цзюня ярко вспыхнули, и он посмотрел на него жгучим взглядом: — Я не боюсь, просто не могу забыть этот запах плесени, гнили и ржавчины.

Слишком вонючий... — бормотал он, яростно утыкаясь носом в шею Пэй Лу. — От учителя пахнет лучше.

Пэй Лу: ……Мы же только что вроде как обсуждали серьезные вещи?

Друг мой, как быстро ты меняешь темы: )

Ли Цзюнь, конечно, не догадывался о его внутренних монологах. Только что выставив себя несчастной жертвой, он теперь обнимал Пэй Лу, вовсю ластясь и выпрашивая награду.

От этих ласк Пэй Лу едва не воспламенился, но, перетерпев все мыслимые пределы, все же от души отшлепал наглую руку, норовившую залезть под пижаму, и наигранно сурово бросил: — Спать!

Тихий смех растворился в тишине. Ли Цзюнь с упорством притянул его в объятия, оставил легкий поцелуй на макушке и мягко спросил:

Учитель, в дождливые дни ты будешь оставаться со мной?

Из объятий доносилось ровное дыхание. Ли Цзюнь с легким вздохом прижал парня покрепче, так и не дождавшись желанного ответа.

Ты проснулся, лапа моя! Шкала прогресса выросла! Задание поцеловать его почти выполнено~

Пэй Лу, уже на половине зевка, замер и с явным отсутствием энтузиазма подыграл собеседнику: — О, и до скольки выросла?

До девяноста процентов, — радостно отрапортовал шестьсот шестьдесят шестой.

— Отреагировал Пэй Лу сухим тоном, сам не понимая, что творится у него на душе.

Рационально он прекрасно осознавал, что рано или поздно ему придется уйти, ведь они с Ли Цзюнем не могут быть вместе. Но на эмоциональном уровне, услышав, что шкала почти заполнилась, он все же ощущал легкую тоску.

Если подумать, Ли Цзюнь был его первой любовью. До этого Пэй Лу и помыслить не мог, что его первый романтический опыт угодит в столь бесперспективные отношения.

Став призраком, я все равно возьму тебя

Это глава с защитой от пиратов. Ангелочки, у которых куплено меньше пятидесяти процентов, смогут прочитать ее завтра~

После того как шкала прогресса рухнула до сорока процентов, она больше не сдвинулась с места ни на йоту. Ли Цзюнь перешел с первого курса на третий, а Пэй Лу, закончив магистратуру, предпочел остаться в университете в качестве преподавателя.

Он по-прежнему регулярно наведывался в семью Ли, чтобы заниматься с Ли Цзюнем репетиторством, но вот уже два года шкала прогресса стояла непоколебимо, словно монолит, не меняясь ни на капельку.

Пэй Лу извелся весь. С того самого дня, как два года назад Ли Цзюнь внезапно признался в любви, а он сбежал, их общение стало каким-то странным.

Он попал в этот мир ради Ли Цзюня, и какими бы неловкими ни были прошлые события, он не мог порвать все связи и прекратить всякое общение. Так что, переждав бурю, пришлось вновь набраться наглости и делать первые шаги. Правда, сам Ли Цзюнь вел себя с ним ровно так же, как прежде: вежливо звал учителем, ходил с ним на лекции и обратно, но Пэй Лу смутно чувствовал, что тот инцидент в душе Ли Цзюня вовсе не исчерпан.

Бывало, Ли Цзюнь смотрел на него так, что у Пэй Лу по спине бежали мурашки.

И главное — за эти два года он испробовал все мыслимые ухищрения, чтобы окружить Ли Цзюня заботой, надеясь исподволь вытравить из его головы опасные мысли, но не добился ровным счетом ничего.

Ли Цзюнь походил на упрямый валун, который не брали ни ласка, ни угрозы.

Пэй Лу чувствовал, что от переживаний у него скоро поседеют волосы.

Шестьсот шестьдесят шестой даже посмеивался над ним: — Если бы ты голышом завалился к Ли Цзюню в постель, он бы послушался любого твоего слова.

— …… — К подобным едким шпилькам шестьсот шестьдесят шестого Пэй Лу уже давно привык. Аккуратно складывая одежду, он пробормотал себе под нос: — У матушки Вэнь день рождения, как думаешь, что лучше подарить?

Шестьсот шестьдесят шестой на секунду завис, а затем неуверенно выдал: — Букет цветов?

Цветы я уже заказал, по пути заберем. А сам подарок? — Пэй Лу почесал затылок, понятия не имея, что выбрать.

С Вэнь Вань они поладили с самой первой встречи. При дальнейшем общении та и вовсе полюбила его как второго сына: Пэй Лу обладал располагающей внешностью и покладистым нравом, сполна удовлетворяя мечту Вэнь Вань о послушной дочке-помощнице. Любую диковинку она спешила принести и для Пэй Лу, а заказывая в Храм Хунфу молитвы за благополучие Ли Цзюня, неизменно ставила лампу и за здравие Пэй Лу.

Пэй Лу был человеком благодарным: раз Вэнь Вань относилась к нему с добром, он не мог принимать это как должное.

Наведя порядок в квартире, Пэй Лу прихватил кошелек и отправился в торговый центр выбирать подарок ко дню рождения.

Торговый центр оказался огромным, пестря витринами самых разных магазинов. У Пэй Лу разбежались глаза, и он растерянно замер у входа, не представляя, с чего начать поиски.

Кто-то хлопнул его по плечу сзади: — Сяо Юэ?

— Цинцин. — Пэй Лу обернулся и, увидев знакомое лицо, слегка удивился: — Ты тоже пришла купить подарок матушке Вэнь?

Вэнь Цинцин потрясла в воздухе фирменным пакетом: — Я как раз всё купила, когда заметила тебя. Чего ты тут столбом стоишь?

Пэй Лу смущенно улыбнулся, покусывая губу: — Не знаю, что купить.

Вэнь Цинцин лукаво окинула его взглядом: — Помощь нужна?

Глаза Пэй Лу загорелись: — С удовольствием!

……

Из торгового центра они вышли лишь два часа спустя. Пэй Лу чувствовал себя полуживым — он безвольной тряпкой растекся на заднем сиденье машины, глядя перед собой отсутствующим, остекленевшим взором. Вэнь Цинцин, напротив, выглядела бодрой и сияющей. Усевшись за руль, она надавила на газ, и красный спорткар плавно выехал со стоянки...

Когда они прибыли на место, остальные гости уже почти собрались. Виновница торжества, Вэнь Вань, облаченная в бордовое ципао с высоко уложенными волосами, казалась еще более зрелой и притягательной, чем обычно.

Тетя, с днем рождения! — Вэнь Цинцин с веселым щебетом бросилась обнимать именинницу.

Вэнь Вань похлопала ее по голове и заметила скромно державшегося позади Пэй Лу: — Сяо Юэ, вы приехали вместе с Цинцин?

Пэй Лу кивнул: — Случайно встретились. — Он протянул заготовленный подарок и искренне произнес: — Поздравляю вас с днем рождения.

Улыбающаяся Вэнь Вань приняла презент, отложила его в сторону и, похлопав по сиденью рядом с собой, пригласила его присесть. Все присутствующие были давними подругами Вэнь Вань, одна краше и элегантнее другой, отчего Пэй Лу чувствовал себя немного неуютно.

Не найдя себе другого занятия, Вэнь Цинцин тоже примостилась рядом, прислушиваясь к их светской беседе.

Одна из подруг Вэнь Вань бросила на сидящих рядом молодых людей многозначительный взгляд: — Сяо Юэ, а у тебя есть девушка?

Пэй Лу с улыбкой покачал головой: — Пока нет.

Зато есть парень~ — внезапно вклинился голос шестьсот шестьдесят шестого.

— …… — Сохраняя на лице вежливую улыбку, Пэй Лу мысленно отвесил ему свирепую угрозу: — Не занимайся ерундой!

Шестьсот шестьдесят шестой недовольно цыкнул и послушно замолчал.

Подруги тут же рассмеялись еще звонче и принялись подшучивать: — У Цинцин ведь тоже нет парня, по-моему, вы отлично смотритесь вместе.

И правда, просто идеальная пара.

Пэй Лу смутился, но отказаться при всех было неудобно — это поставило бы девушку в глупое положение, поэтому ему оставалось лишь неловко улыбаться, украдкой отодвигаясь от Вэнь Цинцин чуть подальше.

http://bllate.org/book/22158/2308023