Готовый перевод Mecha Master / Механик: Глава 18

Этот пухлый паренёк действительно обладал природной склонностью к механике. Лин Юэ отвечал за управление крупными узлами в операционной, а Ли Цзя и Джешка помогали ему в качестве подмастерьев. Изучив инструкции, они обычно устраивали бурные обсуждения, развивая идеи на основе прочитанного, а затем вносили максимальное количество модификаций с учётом требований трёх меканистов.

Разумеется, Лин Юэ, отличавшийся несколько замкнутым характером, выдвигал самые скромные требования: «Ли бы собрал — использовать буду». Была лишь одна деталь: суставы пальцев мехи желательно сделать чуть подлиннее. Впрочем, если это слишком сложно, можно и без этого.

У Джешки не было никаких конкретных пожеланий к технике звериного типа — не из-за своего легкомысленного нрава, а просто потому, что он понятия не имел, как её вообще нужно переделывать. Больше всего Ли Цзя и Роси поразило то, что Джешка раньше никогда ни с чем подобным не сталкивался и даже в игры не играл. По меркам факультета меканостроения это был абсолютный новичок. Но это было неважно: если говорить о стандартных процедурах управления мехами, то, не считая выходцев из богатых семей, чьи дети имели с ними дело, большинство студентов были самыми обычными бедняками.

Однако самым чокнутым и бесстыдным оказался Ли Цзя. Его голова была забита фантазиями: он спал и видел, как бы оснастить меху круговой системой ежовых турелей, сделать её универсальной во всех стихиях — на суше, в море и в воздухе, внедрить механизмы разделения, трансформации и комбинирования, а также управление в стиле «убийство одной кнопкой». Короче говоря, это был разврат воображения доведённый до крайнего предела.

Покрывшись испариной от раздражения, пухлик взревел:

— Твою мать, да если бы у меня были способности создать такого монстра, круче любого линкора, я бы уже давно отбыл в научно-исследовательский отдел! Чего ты тут изобретаешь? Ладно, собирай как есть, хочешь — пользуйся, не хочешь — как знаешь!

И надо же, стоило пухлику разозлиться, как в нём проснулась вполне себе генеральская хватка.

Самой популярной рекламой в нынешнем обществе были вовсе не продукты с участием звёзд или агитационные ролики, призывающие отдать долг родине — в центре внимания людей оказалось межзвёздное переселение. Великая космическая эпопея человечества, начатая три года назад, наконец принесла плоды: были установлены координаты и точки пространственного прыжка планетарных систем, пригодных для терраформирования или проживания человека.

Оставалось лишь осваивать эти миры. В конце концов, планет с полностью земными условиями было слишком мало, но стоило степени схожести окружающей среды достичь хотя бы тридцати процентов, как освоение уже имело смысл — разумеется, чем выше показатель схожести, тем ниже затраты на освоение.

Такое освоение походило на рынок недвижимости многовековой давности: всё брали под свой контроль крупные компании. Планеты с высоким уровнем сходства были лакомым кусочками. Пока гигантские корпорации состязались в торгах, переговорщики с Луны и Земли вели ожесточённые словесные батареи. По возвращении изгнанников из дальнего космоса не составляло труда заметить, что некоторые планеты занимали чрезвычайно важные стратегические позиции. Если выразиться точнее, со временем, после должного обустройства, такие миры могли полностью превратиться в единые оборонительно-наступательные цитадели.

Это лишило переговоры за столом присущих дельцам лукавства и взаимной разведки — обе стороны называли вещи своими именами и оперировали фиксированными ценниками, ведь директива сверху гласила: ни пяди земли не уступать! Это вам не прежние баталии в системе Земля-Луна: будущие войны, судя по всему, затронут межзвёздное пространство, и целая планета вполне может стать крупным тыловым пунктом снабжения. Как тут уступить её сопернику? И пусть переговорщики с обеих сторон доходили до багровых лиц и дело едва не доходило до драки прямо за столом, ни один из представителей не желал добровольно сворачивать переговоры.

Отсутствие результатов за столом переговоров вовсе не означало, что у руководства нет выхода.

Широко рекламировались многочисленные достоинства межзвёздной миграции и социальные льготы, но к несчастью для властей, в эту эпоху никто не был глупее других. Желающих добровольно стать первопроходцами находилось немного: даже при условии бесплатного питания и проживания там не было ни живописных видов, ни развлечений, зато наверняка ждала тяжёлая кабала, а условия жизни грозили скатиться на добрый десяток ступеней ниже нынешних.

Такова была суровая реальность. Правители вовсе не исключали вариант с отправкой войск, но по мере увеличения числа стратегических точек существующего штата военных кораблей стало катастрофически не хватать. Попытка оккупировать каждую планету-цитадель привела бы лишь к тому, что их поодиночке перещёлкала бы вражеская группировка армий.

Кризис заставляет искать нестандартные решения. Большинство таких курсантов военных училищ, как Ли Цзя, изначально числились в сухопутных войсках, но теперь их поголовно переквалифицировали в пилотов космических мехов. Высшее руководство потребовало от ведущих военных академий в кратчайчайшие сроки подготовить высококлассных специалистов, одновременно изменив структуру армии, чтобы сухопутные механики быстрее адаптировались к космическим боевым машинам. На самом деле обе стороны играли в открытую: под предлогом учений крупные войсковые соединения раз за разом отправляли в космос, а тяжёлая промышленность на трёх колонизированных планетах Солнечной системы набирала бешеные обороты.

Многие древние семьи и видные военные стратеги, видя такое развитие событий, также начали перестановку своих младших членов в армейских гарнизонах. Всё предельно просто: неужто готовые боевые корабли останутся лишь праздным украшением? Сейчас постройка кораблей поставлена на конвейер роботов, и благодаря жестким программным алгоритмам уже через год количество человеческих флотов возрастет в несколько раз по сравнению с нынешним. Те отделы и должности, что сейчас кажутся бесперспективными и незначительными, с началом войны станут ключом к контролю над экономической артерией или ключевым кадровым перестановкам.

Обе стороны прекрасно понимали замыслы друг друга, просто никто не решался произнести это вслух. Борьба шла за то, чьи темпы строительства окажутся хоть на шаг быстрее. И в этом плане технологии лунного альянса НТ несомненно имели небольшое преимущество: хотя база населения там была меньше, чем на Земле, для управления небольшим военным кораблем вместо сотни людей, по меркам лунных технологий, вполне хватало пятидесяти.

За внешней бурной шумихой человеческой революции скрывалась смертельная опасность.

Вернувшись в общежитие после утомительного учебного дня, Ли Цзя смутно почувствовал, что что-то не так. Подняв со стола бутылку с водой и собираясь сделать глоток, он вдруг заметил, что левая рука словно не принадлежала ему. Ли Цзя поднял её и быстро похлопал себя по тыльной стороне ладони:

— Ницше, не притворяйся мертвым, я знаю, что ты проснулся! Куда тебя носит все эти дни? Какого чёрта, когда я в тебе нуждаюсь, тебя вечно нет рядом?!

На сей раз Ницше не стал трансформироваться, до него донёсся лишь слабый голос:

— Ли Цзя, прекращай шататься по больницам. Это жуткое место... Тамошний питательный раствор заставил мой метаболизм ускориться настолько, что я чуть не погиб по твоей милости.

Ли Цзя хмыкнул, расплывшись в улыбке:

— Ого, оказывается, ты тоже умеешь бояться? Хе, раз знаешь, что такое страх, теперь будешь понимать, кого стоит слушать!

— Чего ты радуешься? Если Ницше погибнет, мои клетки и мышцы атрофируются, и тогда тебе вряд ли понравится жить с одной рукой! Если бы этот раствор всосался полностью, мои клетки едва не потеряли бы сцепление — чудом не развалился на части.

От этих слов Ли Цзя бросило в холодный пот. С каких это пор Ницше научился угрожать?

— Ли Цзя, у тебя в последнее время были какие-нибудь изменения в организме?

— С чего бы мне меняться? Ты что, провёл надо мной какие-то манипуляции?

— Ницше просто распределил метаболизированные клетки по твоему телу...

— Чего?! Ты превратил моё тело в пункт сбора мусора?! Забирай свой биологический хлам обратно! — не дослушав Ницше, возмутился Ли Цзя. Если он подцепит какую-нибудь смертельную болезнь, это будет худшая в мире глупость.

— Выведенные клетки уже слились с твоим телом. Теперь Ницше требуется сон для регенерации, а после восстановления я помогу тебе разобраться... — Голос становился всё тише и тише, пока Ли Цзя вовсе перестал разобрать слова.

— Черт, ну и безответственность! Это же вопрос всей моей жизни! — На самом деле изменения в теле Ли Цзя были разительными: взрывная сила, выносливость и скорость возросли в несколько раз. Но поскольку Ли Цзя в последнее время упорно оттачивал управление мехой, по мере совершенствования навыков и контроля над техникой его показатели сильно изменились. Каждый день приносил новые прорывы, и Ли Цзя замечал рост собственной физической силы, просто списывал все причины и следствия на свои успехи в симуляторе.

Поделать с безответственным отношением Ницше, который высказался и тут же отключился, Ли Цзя ничего не мог. Впрочем, Ницше и сам был вынужден так поступить: по итогам нескольких совместных выходов он обнаружил тенденцию к рассогласованию в их паре. Во время нескольких виртуальных боёв их намерения с Ли Цзя расходились по двум противоположным полюсам. Существовало лишь два способа решить эту проблему. Первый — активное взаимодействие обоих для достижения полной синергии. В случае успеха боевая мощь Ли Цзя совершила бы качественный скачок: опираясь на запредельную силу и скорость Ницше, в нынешнем мире мехов он действительно мало кому уступил бы. Но это легко сказать, а вот сколько времени уйдёт на достижение такой гармонии — оставалось только гадать.

Второй путь заключался в уступке одной из сторон и полной передаче контроля над управлением в руки другой. Если отдать всю атаку на откуп левой руке — то есть Ницше, — Ли Цзя пришлось бы всецело подчиняться его командам. В дуэльном режиме этого хватало с избыком: под управлением Ницше любую опасность можно было легко миновать, но на поле боя, охваченном пламенем войны, это означало верную смерть. Если же сражаться предстояло самому Ли Цзя, пускай это и было куда слабее, оставалось огромное пространство для роста. Поразмыслив добрую часть времени, Ницше всё же выбрал второй вариант. Заботясь о выживании Ли Цзя, перед самым погружением в сон он перевёл себя в боевой режим: внешне левая рука ничем не отличалась от обычной, но внутри таила в себе поразительную разрушительную мощь.

Откуда Ли Цзя было всё это знать? Он усвоил лишь одно: в больницу теперь ни ногой ни при каких обстоятельствах. Потерять Ницше — полбеды, а вот лишиться собственной руки — это уже катастрофа. Скучая от безделья, он снова нырнул в капсулу виртуальной реальности...

http://bllate.org/book/22025/2289744