Готовый перевод Crimson Cliff Peak / Вершина Красного Утёса: Глава 22

Когда дело дошло до слов «тщательно» и «всей душой», делопроизводитель Фэн в упор уставился на Шэнь Си, намеренно или нет, но заметно повысив голос. Когда он сделал шаг, его полы халата качнулись, и на мгновение показался нефритовый кулон, висевший на поясе. Прозрачный камень был украшен искусной резьбой: среди облаков узоров жуи и счастья красовался пышный пион. Шэнь Си вгляделся, и ему показалось, что он где-то это уже видел. Внезапно его осенило: точно такие же украшения он замечал у Гу Чжоцзы и Ту Моэра.

Делопроизводитель Фэн краем глаза следил за взглядом Шэнь Си. Убедившись, что тот увидел всё, что требовалось, он небрежно стряхнул пылинки с одежды, поправил халат и, не спеша, развернулся и ушёл.

Не успел этот Фэн отойти достаточно далеко, как сестра схватила коробку с лекарством: Сяо У, нельзя пользоваться снадобьем от этого негодяя Гу! Кто знает, что он опять задумал!

Видя, что сестра готова выбросить подарок, Шэнь Си тихо остановил её: Постой!

Он взял коробочку в руки и, нахмурившись, принялся внимательно её изучать. Делопроизводитель Фэн не только сказал те странные слова, но и специально показал кулон — здесь явно скрывался какой-то тайный смысл. Коробочка была деревянной, с плотно пригнанной крышкой, на вид — ничего особенного. Шэнь Си открыл её: в нос ударил густой запах лекарственных трав. Он выковырял немного тёмно-бурой мази, ещё немного, а затем провёл пальцем по самому дну и нащупал что-то гладкое.

Сестра заметила, что Шэнь Си изменился в лице, и тихо позвала: Сяо У…

Шэнь Си молча сделал ей знак рукой и бросил взгляд на охранников, греющихся у огня в стороне. Сестра всё поняла: она подошла к брату, делая вид, что помогает наносить лекарство, и своим телом загородила его от чужих глаз. Шэнь Си быстро вычистил всю мазь. Оказалось, что дно было выложено промасленной бумагой, под которой лежала записка. Расправив её на ладони, он при тусклом свете костра прочел две строки: Ждите удобного момента, спасем вас во время суматохи.

Внизу стояла неразборчивая печать с изображением части тела дракона — ровно половина такой же печати была и у князя Цзинь. Похоже, догадка оказалась верной: делопроизводитель Фэн действительно человек князя.

Перечитав записку ещё дважды, Шэнь Си скомкал её и проглотил. Зять, также увидевший содержание, прошептал ему на ухо, не скрывая тревоги: Няньцин, как думаешь… не очередная ли это уловка Гу Минчжана?

Шэнь Си на мгновение задумался, но не стал отвечать утвердительно. Он не мог быть уверен в искренности Фэна, но решил рискнуть. В любом случае, из этого плена своими силами им не выбраться. Уж лучше довериться этой попытке, чем просто ждать смерти, сложа руки.

***

Основные силы Армии семьи Шэнь давно ушли, в Жунине оставалось всего около десяти тысяч человек, к тому же в основном старики, больные и раненые. Шэнь Вэй планировал воспользоваться приказом об истреблении бандитов, чтобы дать своим людям время передохнуть, но беда нагрянула нежданно, и теперь они едва могли спасти собственные жизни.

Гу Минчжан, опасаясь славы Армии семьи Шэнь, понимал, что в открытом бою ему не победить, а потому не спешил наступать. В конце концов, маленький император выделил ему кучу денег, так что всё войско ежедневно пировало, не зная отказа ни в вине, ни в женщинах.

А Шэнь Си и остальные томились в полуразрушенном шатре, питаясь объедками и мутной водой, постоянно терзаясь за судьбу отца и брата и будучи полностью отрезанными от внешнего мира. Дни тянулись бесконечно.

После того случая с лекарством делопроизводитель Фэн больше не появлялся. Прошло семь или восемь дней, когда вдруг снаружи поднялся шум: топот коней, крики, суматоха. Шэнь Си с зятем припали к земле, вслушиваясь, и обменялись взглядами — армия выступала в поход. Примерно через час шум стих, и в лагере вновь воцарилась тишина. Ещё немного погодя послышался скрип колес по гравию, и в шатёр вошёл делопроизводитель Фэн с жетоном Гу Минчжана в руке: Снова беспокою вас, господа воины. Великий дуду приказал немедленно доставить этих пленников к линии фронта.

Охранники проверили жетон, убедились в его подлинности, вытащили пленников из клетки, быстро и крепко связали их и толчками погнали наружу. У ворот стояла повозка. Охранники обрадовались: Хорошо, что делопроизводитель Фэн обо всём позаботился, избавили нас от лишней возни.

Малое дело, мы же помогаем друг другу, — услужливо ответил Фэн. Затем, сменив тон на суровый, он толкнул Шэнь Си: Живее, живее! Если из-за вас сорвётся важное дело Великого дуду, пеняйте на себя! В тот момент, когда его ладонь коснулась Шэнь Си, он быстро сунул ему в руку маленький изящный кинжал. Шэнь Си, проявив поразительную слаженность, спрятал оружие в широком рукаве.

Делопроизводитель Фэн с двумя охранниками загнали пленников в повозку, ещё двое остались снаружи управлять лошадьми. Шэнь Си, притворившись измождённым, привалился к боковому борту повозки и, заведя руки за спину, начал осторожно перерезать путы кинжалом. Руки были связаны так туго, что двигаться могли лишь пальцы, из-за чего дело шло медленно.

Двое охранников, от скуки, болтали о том о сём, перейдя на обсуждение маркитанток в лагере: спорили, у кого фигура изящнее, а у кого кожа нежнее. Они так увлеклись, что совершенно не следили за пленниками.

Когда верёвка была наконец перерезана, дальше дело пошло легче. Шэнь Си быстро освободил руки. Продолжая притворяться связанным, он незаметно кивнул делопроизводителю Фэну.

Фэн продолжал перекидываться шуточками с охранниками, но глаз с Шэнь Си не сводил. Получив сигнал, он опустил руку и скрытым в рукаве жестом начал отсчёт: три пальца, два, один… В одно мгновение они оба вскочили и набросились на охранников, зажав им рты и перерезав горло одним чётким движением. Те даже вскрикнуть не успели, как упали замертво, в ужасе вытаращив глаза.

Кучеры, услышав, что внутри стало подозрительно тихо, обеспокоились. Один из них заглянул внутрь: Эй, Чжу Лаоба, ты же вчера храпел громче всех, что, опять прикинулся мертвецом? Увидев два окровавленных трупа, он вскрикнул: Мамочки! Убивают…

Он не успел договорить, как Шэнь Си метнул кинжал прямо ему в межбровье, оставив лишь рукоять торчать, словно рог. Второй охранник, увидев, как товарищ повалился назад, хотел было броситься на помощь, но, заметив остекленевшие глаза убитого, застыл от страха. Делопроизводитель Фэн воспользовался моментом и бросился в атаку, намереваясь перерезать врагу горло, но тут повозка подскочила на камне, и их отбросило в сторону.

Удар не достиг цели, и охранник, придя в себя, бросился бежать. Фэн хотел было спрыгнуть следом, но Шэнь Си перехватил кинжал, упёрся рукой в борт и, почти вывалившись из повозки, метнул его в убегающего. Нож вонзился в спину, и тот, споткнувшись, повалился на землю.

Натянув вожжи, Шэнь Си и Фэн развязали перепуганных сестру и зятя. Вместе они стёрли кровь в повозке, сбросили трупы в горное ущелье у дороги и помчались в противоположную сторону. Делопроизводитель Фэн достал припрятанную заранее военную форму, чтобы троица могла переодеться. К счастью, зимняя одежда была объёмной, а шлемы — широкими, так что хрупкую фигуру сестры можно было скрыть.

Закончив со всем, Шэнь Си с благодарностью поклонился Фэну: Брат Фэн, нет слов, чтобы отблагодарить тебя за такую милость. Если когда-нибудь я понадоблюсь, Шэнь Си готов пройти сквозь огонь и воду!

Фэн Чжошэн поспешно ответил поклоном: Я Фэн Чжошэн, приказано мне было князем Цзинь внедриться в окружение Гу Минчжана. Когда до меня дошла весть о вашем пленении, я сразу доложил управляющему Сунь Рушану. Князь сейчас далеко в Цзиньюане, и мы побоялись, что промедление выйдет боком, поэтому решили рискнуть и вызволить вас.

— Так управляющий Сунь тоже приехал в Жунин? — Шэнь Си не ожидал, что князь так быстро узнает новости и пришлёт Сунь Рушана.

Фэн Чжошэн вздохнул: Увы, правду сказать, как только я узнал, что Гу Минчжан намерен отправить Хо Дуаня в Столицу, я сразу отправил гонца к князю. Князь немедленно выслал Вэй Шоучжи в Жунин, чтобы предупредить старого генерала Шэня, но мы опоздали: к тому времени, как он прибыл, двоюродный брат Гу Минчжана, Гу Минчжэнь, уже окружил город. Если бы я узнал об этом раньше…

Шэнь Си махнул рукой: Брат Фэн, не вини себя. Гу Минчжан всё равно нашёл бы способ подставить отца, даже без дела Хо Дуаня.

При этих словах им овладел гнев. Отец всю жизнь был предан государю, проливал кровь в боях, и вот к чему это привело! Увы, сердце государя холодно, а небеса далеки. Стоит ли служить такому бездарному правителю, который не способен отличить мудреца от подлеца!

***

В этот момент навстречу им проскакал отряд конницы. Старший из них закричал: Стоять! Кто в повозке?

Фэн Чжошэн спешно откинул занавеску и, сохраняя спокойствие, ответил: Я Фэн Чжошэн, делопроизводитель из канцелярии Великого дуду, исполняю поручение. В чём дело, господа воины?

Услышав, что перед ними человек Гу Минчжана, всадники стали учтивее: О, это делопроизводитель Фэн, прошу прощения. Сбежал важный преступник, мы по приказу проводим обыск. Простите за беспокойство.

Все в повозке напряглись, но благодаря смене одежды подозрений не возникло. Фэн Чжошэн, боясь вызвать лишние вопросы, широко улыбнулся: Ничего, ничего, продолжайте службу. Мы все работаем на Великого дуду, не стоит извиняться.

Он показал жетон и сделал приглашающий жест.

Старший отряда, мужчина лет двадцати шести с квадратным лицом, показался Шэнь Си знакомым. Он не стал заходить в повозку, лишь заглянул внутрь, посмотрел на Шэнь Си, затем перевёл взгляд на сестру, прищурился и долго не отводил глаз. Шэнь Си, боясь, что тот что-то заметил, завёл руку за спину и вытянул кинжал. Вдруг внимание незнакомца привлекла капля крови на полу повозки. Шэнь Си уже приготовился к удару, но стоило ему чуть шевельнуться, как всадник резко обернулся к нему, вынуждая замереть.

Другой солдат тоже заметил кровь и выхватил саблю: Откуда кровь в повозке? Чья это кровь?

Не успел он вытащить оружие полностью, как человек с квадратным лицом влепил ему пощёчину: Остолоп! Всё никак не избавишься от своей прыти. Мы на войне, ранения — дело обычное, с чего бы крови не быть?

Фэн Чжошэн, обливаясь холодным потом, поспешно поддакнул: Стыдно признаться, воздух нынче сухой, вот из носа и пошла кровь.

Мужчина с квадратным лицом расхохотался: Подумаешь, сухой воздух! Знаю я одну красавицу, Таохуа-нян, просто богиня… — он наклонился к уху Фэна, болтая о своём, но глаза его так и рыскали по Шэнь Си, словно в них таился скрытый смысл. Шэнь Си внезапно понял, что этот человек давно всё понял, но почему-то решил отпустить их. Ему вспомнилось, как в тот день у стен города, когда он был ранен стрелой, этот человек стоял рядом с ним…

Не найдя ничего подозрительного, отряд ускакал. Один из солдат ворчали на ходу: Сколько сыновей у этого Шэня? Один в городе, один сбежал, один в Столице погиб, а ещё один скоро…

Стук копыт затих, но сердце Шэнь Си сжалось. В городе остался третий брат, он сам сбежал, а кто погиб в Столице? Отец говорил, что отправлял человека с докладом к маленькому императору. Старший брат давно в походе на юго-западе, значит, отправили второго брата… Неужели его больше нет? Он надеялся, что ослышался, но сестра, сидевшая напротив, зарыдала. Похоже, она слышала то же самое. Последняя надежда рухнула. Они думали, что прощание в Ичжоу — лишь временная разлука, а оказалось, что их разделила вечность.

Шэнь Си вскочил: Брат Фэн, прошу, отвези сестру и зятя в безопасное место, а я вернусь. Договоримся о месте встречи, я догоню вас позже.

Не успел он договорить, как сестра вцепилась в него: Сяо У, нельзя! У Гу Минчжана сотни тысяч солдат, ты один ничего не добьёшься, только зря погибнешь. Я не позволю! Я не умею сражаться, но хочу защитить хотя бы тебя!

Шэнь Си погладил сестру по лицу и указал в сторону Жунина: Сестра, ты же слышала, что сказали те солдаты. Второй брат, скорее всего, погиб… Отец и третий брат заперты в городе, я не могу сидеть сложа руки, пока Гу Минчжан губит их. Если я сбегу сейчас, как я смогу называться сыном семьи Шэнь?

Сестра, рыдая так, что не могла вымолвить ни слова, вцепилась в его одежду: Отец и третий брат из кожи вон лезли, чтобы спасти нас. Матушка забеременела тобой, когда была смертельно больна, врачи советовали избавиться от ребёнка, но она отдала все силы, чтобы дать тебе жизнь. Твоя жизнь — это её дар! Я не позволю тебе так просто её потратить!

Шэнь Си осторожно разжал пальцы сестры и передал её зятю: Сестра, не бойся, я не умру. Шэнь Си всегда держит слово. В мастерстве владения оружием я ничем не уступаю братьям, а может, и превосхожу их. Верь мне.

Зять успокаивающе погладил жену по спине: А-Янь, всё будет хорошо. Я верю, что у Няньцина хватит сил. Он всегда был смелым и рассудительным. Уезжай с братом Фэном, а я сопровожу Няньцина. Я позабочусь о нём!

Фэн Чжошэн огляделся: Давайте так: я сопровожу молодого господина Шэня. Я уже договорился с управляющим Сунь о месте встречи, он нас ждёт, а господин Чай просто поедет той дорогой, которую я указал…

— Больше ни слова, — прервал их Шэнь Си, его голос не терпел возражений. — Зять останется с сестрой. Сестра в положении, она и так пережила много потрясений, ей нужен покой. Брат Фэн, прошу тебя, позаботься о них. Ты знаешь дорогу и как связаться с управляющим Сунь. Не волнуйтесь, я иду спасать людей, а не умирать. В одиночку мне легче действовать, а лишний человек — только обуза.

— Но… — Фэн Чжошэн замялся, — что мне потом сказать князю?

Шэнь Си решительно улыбнулся: Шоучжи всегда понимал меня. Какое бы решение я ни принял, тебе не придётся оправдываться, он всё поймет сам. При упоминании имени Шоучжи лицо Шэнь Си стало неожиданно светлым.

Вспомнив об их с князем отношениях, Фэн Чжошэн больше не стал спорить. Договорившись о месте встречи, Шэнь Си оседлал лошадь. В последний миг его пронзила мысль: если он не вернётся, это их последняя встреча. Стоит ли сказать что-то напоследок?

Он обернулся к сестре. Под доспехами был виден её округлившийся живот — там скоро появится новая жизнь, с её красотой и добротой зятя… Как же это прекрасно.

По правде говоря, он прожил жизнь без сожалений: наставления отца, любовь брата и сестры, верный друг Болин, и ещё Вэй Шоучжи… И снова Вэй Шоучжи… Кивнув самому себе, он пришпорил коня и бросился вперёд.

***

Войско Гу Минчжана не отличалось дисциплиной, поэтому в его форме и с его жетоном Шэнь Си передвигался без труда. Вдалеке он увидел, как солдаты Гу подняли на копьях тело, сплошь пронзённое стрелами. Кровь давно стекла, а кожа высохла, став жёлтой и восковой.

Это был его молчаливый, но чуткий второй брат!

Шэнь Си опустил голову, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Боль пронзала его, словно тысячи игл. Второй брат всегда был тихим: за общим столом он без слов подкладывал ему лучшие куски, при наказаниях молча разделял его участь, а в дороге всегда брал его ношу на свои плечи… Теперь брат всё так же молчал, но уже никогда ничего не сделает для него.

Гу Минчжан заливался смехом: Шэнь Вэй, старый генерал Шэнь, узнаёшь ли ты этого человека? Ой, да это же твой сын, второй молодой господин Шэнь. Знаешь, как он умер? — он вытирал руки шёлковым платком, даже не глядя на Шэнь Вэя, стоявшего на стене. — Как коллега коллеге, скажу правду. Угадаешь, кто погубил твоего сына? Ты сам, генерал Шэнь! Ты же заставил его ехать в Столицу с жалобой? А он, бедолага, стоял перед дворцом, просил аудиенции — день, другой… Да только император не пожелал его видеть. И вот, откуда-то он узнал, что государь играет в шахматы в гостях у великого академика Сюнь Ина, и полез через забор. И что в итоге? Охранники приняли его за убийцу и превратили в дикобраза. Вот скажи, если бы не твои интриги, разве погиб бы твой родной сын?

На стене воцарилась тишина. Шэнь Вэй смотрел на тело второго сына, плотно сжав губы, но они всё равно дрожали. Он ошеломлённо прошептал: Не может быть… не может… Это был его ребёнок, он узнал его.

Каждое слово Гу Минчжана вонзалось в сердце Шэнь Вэя кинжалом. Он не понимал — и, наверное, никогда не поймет — в чём заключалась его вина, за что император возненавидел его настолько, что хотел истребить весь род. О какой верности государю, о какой любви к отчизне шла речь? Чьему государю он служил? Какую страну любил?

Было ли это несправедливо? Да, но разве это имело значение? Раз император решил, что он должен умереть, повод уже был не важен.

Видя, что Шэнь Вэй оцепенел, Гу Минчжан злобно ухмыльнулся. Не умеешь воевать? Плевать, всё равно можно победить этих дикарей. Он хлопнул в ладоши, и подчинённый выкрикнул: Привести заключённых!

Медленно потянулись вереницы тюремных повозок, набитых людьми — воинами Армии Шэнь, отправленными на юго-запад. А в самой первой повозке, прикованный цепями, сидел старший брат Шэнь.

http://bllate.org/book/21936/2279035