Готовый перевод Back to the Past to Fall in Love [System] (GL) / Вернуться в прошлое ради любви [Система] (GL): Глава 21

Цю Юйжоу промолчала. Она протянула руку, словно собираясь коснуться ладони Сюй Цзыжань, лежащей на скамейке, но тут же отдернула её, словно хотела спрятать в карман.

Сюй Цзыжань сама протянула руку и накрыла ладонь Цю Юйжоу. Глядя ей в глаза, она произнесла:

— Если не хочешь отвечать — не нужно. Я просто заметила это и удивилась, мне совсем не обязательно знать причину.

Рука Цю Юйжоу слегка дрогнула и немного сжалась в ладони Сюй Цзыжань. Неизвестно, из-за этого ли вопроса или по другой причине, но сердце Цю Юйжоу забилось в бешеном ритме. Она подняла взгляд на лицо Сюй Цзыжань, вглядываясь в её глаза, в выражение легкой обеспокоенности и безупречную кожу, сияющую на солнце.

Она постепенно начала терять нить мыслей, задаваясь вопросом: такие длинные ресницы у Сюй Цзыжань — интересно, какие они на ощупь?

Неизвестно, стал ли её взгляд слишком откровенным, но Сюй Цзыжань склонила голову набок и спросила:

— Что такое, м?

Цю Юйжоу поспешно опустила голову, чувствуя стыд за свои мысли. Как у неё могли возникнуть такие мысли? Разве это не делает её похожей на того человека? Охваченная чувством вины и смятением, она ответила:

— Я… у меня есть свои причины. Я расскажу тебе позже, ладно?

Сюй Цзыжань, конечно, не могла ответить отказом. Однако на душе у неё стало неспокойно: она-то думала, что причина пустяковая, но теперь засомневалась — раз Цю Юйжоу так колеблется, может, это и правда нечто важное?

После этого разговора они посидели на месте ещё немного, а затем отправились к остальным. Когда Сюй Цзыжань нашла свою группу, то увидела, что Тянь Цзяци ссорится с Ци Вэньдуном. Хотя издалека было не разобрать слов, стало видно, как после обмена криками Ци Вэньдун сжал кулаки, готовясь ударить.

Лицо Сюй Цзыжань изменилось, она уже собиралась броситься вперед, но Чэн Хаоянь её опередил, нанеся удар Ци Вэньдуну. Сюй Цзыжань занервничала ещё сильнее и побежала быстрее, но к тому моменту, как она подоспела, оба уже катались по земле, обмениваясь ударами, и к ним даже успел присоединиться Чжан Сюань, сосед Чэн Хаояня по парте.

Сюй Цзыжань поспешила вмешаться и крикнула зевакам:

— Что вы стоите? Они же одноклассники, быстрее растащите их!

Это напомнило окружающим о деле, и они бросились помогать. Сюй Цзыжань, которая в прошлом немного занималась тайским боксом и знала, как использовать силу противника против него самого, с помощью других наконец разняла дерущихся.

Увидев Сюй Цзыжань, Ци Вэньдун выплюнул:

— А та шлюха ещё говорила, что ты пропала. Что за бред? Я же говорил, что ты просто ушла куда-то…

Раздался хлесткий звук пощечины, и его речь оборвалась. Сюй Цзыжань не только ударила его, но и, схватив за воротник, нанесла удар коленом, заставив того рухнуть на колени.

Сюй Цзыжань посмотрела на него ледяным взглядом:

— Шлюха — это ты, кусок мусора.

В наступившей тишине кто-то из толпы зевак закричал:

— Учитель идет!

Пришла тридцатилетняя учительница старших классов. Она нахмурилась, оглядывая присутствующих, велела остальным разойтись, а участников конфликта позвала за собой.

— В чем дело? — нахмурившись, спросила она.

Поскольку она знала Ци Вэньдуна, то сначала обратилась к нему, но тот, видимо, пребывал в шоке и с пустым выражением лица не мог вымолвить ни слова. Сюй Цзыжань хотела было ответить, но она пришла позже и не знала, с чего всё началось, поэтому подала знак Тянь Цзяци, чтобы та начала первой. В конце концов, в таких делах тот, кто говорит первым, получает преимущество.

Тянь Цзяци поняла намек и сделала шаг вперед:

— Учитель, учитель, на самом деле всё было так…

Тянь Цзяци приукрасила историю о том, как Ци Вэньдун преследовал Сюй Цзыжань, из-за чего та была вынуждена уйти. К концу рассказа она чуть не плакала, её нежный голос дрожал, заставляя слушателей сопереживать.

— …Я очень волновалась за подругу и спросила у старшеклассника Ци Вэньдуна, куда они ушли, а он не только не ответил, но и начал меня оскорблять. Моя подруга не выдержала, и в итоге… Учитель, простите нас, мы знаем, что поступили импульсивно, больше такого не повторится.

Тянь Цзяци раскаялась так искренне, что гнев учительницы поутих. Но когда она перевела взгляд на Ци Вэньдуна, её брови вновь поползли вверх.

— Снова ты, Ци Вэньдун, опять ты… — сердито произнесла она.

После того как всех отчитали, их отпустили, и только Ци Вэньдуна, который продолжал упрямиться, оставили, чтобы устроить ему разнос. Хотя все вернулись, на душе было тревожно: перед уходом учительница бросила: Завуч уже в курсе, завтра он обязательно вызовет вас на разговор.

После этого играть уже не хотелось. Ребята немного поиграли в карты, а вскоре подошло время сбора, и они сели в автобус, чтобы вернуться в школу. Сюй Цзыжань не особо беспокоилась о наказании — в старшей школе, если тебя не исключают, перед выпускными экзаменами все взыскания всё равно аннулируют. Но остальные не были такими тертыми калачами, как она, и она не знала, как их утешить.

Заметив, что она приуныла, Цю Юйжоу, решив, что дело в страхе перед наказанием, тихо и нерешительно спросила:

— Может, стоит пойти и заранее всё объяснить?

Сюй Цзыжань догадывалась, что у Цю Юйжоу есть связи, но видела, что та старается их не афишировать. Она улыбнулась ей и сказала:

— Не нужно, какая мелочь. Главное — сдать промежуточные экзамены на хороший балл, разве этого не хватит?

Видя, что Сюй Цзыжань говорит искренне, Цю Юйжоу успокоилась и кивнула.

Сюй Цзыжань откинулась на спинку кресла. Со стороны казалось, что она задумалась, но на самом деле она открыла системную панель. Система только что выдала новое задание: [Ограниченное задание семестра: Промежуточные экзамены].

В описании говорилось, что за попадание в топ-50 по параллели полагается награда, причем чем выше место, тем ценнее приз. Награда за первое место была такой же щедрой, как в том квесте Цю Юйжоу, и у Сюй Цзыжань потекли слюнки. Но когда она прочитала последнюю строчку, улыбка исчезла.

Там было написано:

[Чтобы не мешать Хозяину сдавать экзамен, во время тестирования все функции Системы перейдут в спящий режим. Разве это не заботливо?]

Сюй Цзыжань с каменным лицом подумала: Что за черт? Это уже чересчур заботливо.

На самом деле она уже обдумывала возможность использования Системы для списывания, и результат был очевиден: это было более чем реально. Хотя вход в Библиотеку со стороны мог выглядеть странно, а в школе нельзя пользоваться сетью, но если бы она сохранила в панели папку с подсказками, это была бы высокотехнологичная шпаргалка!

Но теперь этот план, который она так долго готовила, был безжалостно уничтожен. Она допускала такую возможность, но когда это всё же случилось, разочарование было огромным. Она не понимала логику этой Системы: если в Библиотеке есть даже экзаменационные листы для выпускных классов, почему она вмешивается в обычные промежуточные тесты?

Неужели потом ей запретят смотреть варианты ЕГЭ, потому что экзамен ещё не наступил? Надеюсь, она не настолько умна в реальном времени…

Размышляя об этом, Сюй Цзыжань незаметно для себя начала клевать носом. Она огляделась: большинство одноклассников уже спали, а Цю Юйжоу рядом тоже начала кивать головой. Сюй Цзыжань улыбнулась и закрыла глаза.

В полудреме Цю Юйжоу внезапно почувствовала тяжесть на плече и резко открыла глаза. Она не стала смотреть в сторону, но уже знала: это Сюй Цзыжань прислонилась к ней. Сердце Цю Юйжоу сжалось, она застыла, словно статуя, не смея даже пошевелиться.

Спустя долгое время она украдкой повернула голову, чтобы посмотреть на лицо Сюй Цзыжань. Со своего ракурса она видела гладкую челку, аккуратно лежащую на лбу, и густые загнутые ресницы. Импульс коснуться их возник снова.

В этот момент здравый смысл куда-то исчез. Цю Юйжоу, с абсолютно пустой головой, не в силах сдержаться, протянула руку.

Мягкие, тонкие, как крошечный пушок.

Цю Юйжоу подняла руку выше и коснулась челки Сюй Цзыжань. Легкие, пушистые волосы были словно сахарная вата. Сюй Цзыжань, которая обычно вела себя как маленький взрослый, во сне была похожа на котенка: крошечное лицо, маленький носик, приоткрытый рот, из которого доносилось едва слышное дыхание.

Какая же она милая.

Цю Юйжоу завороженно смотрела на Сюй Цзыжань. На самом деле она узнала о Сюй Цзыжань ещё в первом семестре десятого класса, когда на уроке физкультуры их группы оказались на одной площадке, и та вместе с другой девочкой показывала технику игры в волейбол. Тогда Цю Юйжоу подумала: такая маленькая, такая хрупкая, неужели ей не больно отбивать мяч?

Но Сюй Цзыжань играла великолепно — воодушевленно, с изящными движениями. Цю Юйжоу видела, как на переменах та болтает с учителями, и понимала, что это человек, совершенно не похожий на неё. Но… как было бы здорово познакомиться с ней. Как было бы здорово стать друзьями.

Она думала, что маленькая мечта, спрятанная в глубине души, никогда не осуществится, но неожиданно всё стало явью. Цю Юйжоу чувствовала и радость, и тревогу, и какую-то странную печаль, причину которой не могла понять. Она продолжала смотреть на лицо Сюй Цзыжань, видя, как закатное солнце ложится на половину её лица, и этот миг навсегда запечатлелся в её памяти.

***

Тянь Цзяци внезапно проснулась. Ей приснился сон. Вокруг были сумерки, она и Цю Юйжоу шли рядом по улице. Цю Юйжоу говорила ей что-то очень долго, но она всё забыла, пока та внезапно не остановилась. Голос её звучал как угасающий закат, словно доносился из другого мира:

— …Но я люблю Сюй Цзыжань.

Тянь Цзяци резко открыла глаза. Сначала она подумала: почему ей приснилась Цю Юйжоу? Затем: почему ей приснился такой сон?

Наконец, она потерла ноющую шею и выпрямилась, чувствуя, что спать в автобусе — это ужасно утомительно. Она постучала по плечу и посмотрела в окно: оранжевое закатное солнце заливало землю, совсем как в её сне.

Почему, когда во сне Цю Юйжоу сказала, что любит Сюй Цзыжань, её сердце так сжалось? Словно она сорвалась с высоты и в один миг забыла, как дышать. Она вспомнила слова Сюй Цзыжань утром; тогда она была в таком смятении, что не могла думать, но теперь, кажется, поняла смысл.

Она никогда не представляла, что у Сюй Цзыжань может быть кто-то на примете, ведь та казалась совершенно равнодушной к отношениям, а оказалось, что ей нравятся девушки. В этот момент, хотя она была уверена в своей ориентации, она не удержалась от мысли: а почему она не любит меня?

Как только эта мысль появилась, Тянь Цзяци поспешно потрясла головой, отгоняя её. Она вспомнила что-то, опёрлась на спинку кресла и принялась высматривать Сюй Цзыжань и Цю Юйжоу. Она долго тянула шею, пока наконец не увидела Цю Юйжоу, смотревшую в окно, но Сюй Цзыжань рядом не было.

Тянь Цзяци подумала: Сюй Цзыжань, конечно, невысокая, но не настолько же, чтобы её совсем не было видно. Она озадаченно нахмурилась и вдруг вспомнила картину, которую видела, когда они садились в автобус, и догадалась: может, Сюй Цзыжань сейчас спит, прислонившись к плечу Цю Юйжоу?

Она представила эту картину. В памяти вновь зазвучал голос Цю Юйжоу из сна:

— …Но я люблю Сюй Цзыжань.

Тянь Цзяци подперла рукой щеку, глядя в окно. В голове проносились самые разные мысли, но в итоге она так и не поняла, о чем думала. Зато чья-то фраза, услышанная когда-то давно, стала звучать в голове всё отчетливее, пока она не выдохнула вслух:

— Эх, скучно жить на свете.

***

На следующий день после того, как Тянь Цзяци произнесла эти слова, с ними случилось кое-что куда более скучное. Драка во время весенней прогулки привела к дисциплинарным взысканиям: всех участников вызвали в кабинет завуча во время большой перемены.

Сюй Цзыжань в последнее время натворила столько всего, что завуч её запомнил. Как только он увидел её, то сказал:

— О, а вот и наша школьная знаменитость.

Сюй Цзыжань было лень притворяться паинькой, она лишь скривила губы и промолчала. Завуч ругал всех по очереди, но когда дошел до Цю Юйжоу, запнулся и смягчил тон:

— Цю Юйжоу, я слышал, ты была лишь сторонним наблюдателем. В следующий раз, если увидишь подобное, немедленно сообщи учителю, поняла? Можешь идти.

Цю Юйжоу подняла взгляд на завуча и произнесла:

— Я тоже участник. То, что случилось, имеет ко мне отношение.

Завуч проигнорировал её слова и продолжил отчитывать Чэн Хаояня. Пройдясь по всем, он снова повернулся к Сюй Цзыжань:

— Слышал, ты хвасталась, что блеснешь на промежуточных экзаменах? Сюй Цзыжань, я таких учениц, как ты, повидал немало: не учатся, думают только о том, как бы выделиться, разряжаются как павлины, непонятно, чего добиваются.

Сюй Цзыжань: «…»

Она была категорически не согласна. Неужели её внешний вид можно назвать «разряжаться как павлин»?

Завуч быстро объяснил причину:

— Посмотри на свою челку, она же скоро глаза закроет! И волосы такие длинные, почему не соберешь? В следующий раз увижу — снижу баллы. Вот посмотри на Цю Юйжоу, разве она так делает?

Цю Юйжоу похвалили, но она не выглядела счастливой — напротив, она разозлилась даже сильнее, чем когда ругали её саму. Она уже хотела что-то ответить, но её опередили. Это был классный руководитель.

Видимо, он больше не мог на это смотреть и вмешался:

— Если они хорошо сдадут промежуточные экзамены, у вас ведь не будет претензий? И вы перестанете блокировать заявку на создание клуба?

Сюй Цзыжань только сейчас поняла, что проблемы с клубом связаны с завучем, и мысленно закатила глаза.

Завуч нахмурился, глядя на учителя:

— Я помню, какие места они заняли в прошлый раз, кажется, их не было даже в первой двухсотке. Не нужно занимать первое место в школе, если попадут в топ-50, я принесу им свои извинения.

Сюй Цзыжань подхватила:

— А как насчет объявления по школьному радио?

Завуч замер:

— Что?

Сюй Цзыжань сделала шаг вперед и улыбнулась:

— Если на этих промежуточных экзаменах я войду в топ-50, вы публично по школьному радио извинитесь за слова о том, что мы «бездари», и одобрите нашу заявку на клуб.

Завуч замялся. Видя уверенность Сюй Цзыжань, он засомневался, сможет ли она это сделать, и сказал:

— Смешно. Ты, ученица, пытаешься мне угрожать…

— Завуч! — слова завуча прервал Чэн Хаоянь, тоже сделавший шаг вперед. — А если я войду в топ-20, вы извинитесь?

Чэн Хаоянь пристально смотрел на завуча; на его лбу всё ещё красовались синяки и ссадины после вчерашней драки, но взгляд был предельно серьезным.

Не успел завуч прийти в себя, как прозвучал ещё один твердый голос:

— А если я займу первое место в параллели, вы извинитесь?

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Это было куда более шокирующим, чем предыдущие заявления. Экзаменационные места — вещь случайная, помимо способностей важна и удача. Даже тот, кто сейчас на первом месте, не рискнет обещать, что всегда будет первым. Но эта девушка сказала это так, словно первое место — это пустяк, который можно взять, просто пожелав.

Все забыли, о чем спорили, и удивленно уставились на говорившую. Это была Цю Юйжоу. Цю Юйжоу решилась на такое?

Наверное, только Сюй Цзыжань по-настоящему верила в способности Цю Юйжоу. Но даже она занервничала, потому что сказанное в такой обстановке… было слишком вызывающим.

Действительно, после короткой тишины завуч ответил:

— Хорошо. Раз вы сами так говорите, что мне остается… Но вот в чем вопрос: я принесу извинения, а если вы не справитесь, что будете делать?

Как только он это произнес, стоящие рядом учителя нахмурились. Ученики могут спорить из-за юношеского максимализма, но учитель, который так мелочится, — это просто смешно. Но они были обычными учителями, поэтому не могли ничего сказать. Классный руководитель Сюй Цзыжань хотел было вмешаться, но Сюй Цзыжань его опередила.

— Если мы проиграем, я побреюсь налысо! — выпалила она.

— А? — Тянь Цзяци не сдержала возгласа.

Она лучше всех знала, как Сюй Цзыжань дорожит своими волосами. Побриться налысо ради спора? Это слишком рискованно.

Завуч хмыкнул и согласился.

Группы вышли из кабинета завуча, обменявшись неприязненными взглядами, и разошлись в разные стороны. Когда они отошли подальше, Чэн Хаоянь сказал:

— Цзыжань, если мы проиграем, я побреюсь вместе с тобой.

Остальные поддержали его, заявив, что тоже готовы побриться. В этом шуме Цю Юйжоу вдруг холодно произнесла:

— Мы не проиграем. Извиняться придется ему.

Все замолчали, переглядываясь. Тянь Цзяци не выдержала:

— Ц-Цю Юйжоу, ты ведь пообещала первое место.

Честно говоря, Тянь Цзяци была немного недовольна Цю Юйжоу. Даже если у той есть способности, разве нельзя было сказать про топ-10 или топ-5? Так хвастаться первым местом… она сама никогда не была первой и считала, что это просто невозможно.

Мэн Шитао тоже посчитала слова Цю Юйжоу слишком самоуверенными:

— Цю Юйжоу, ты никогда не была первой, может, не знаешь, но иногда всё решает удача, к тому же есть ещё гуманитарные классы.

Хотя некоторые пытались остудить их пыл, нашлись и те, кто был против. Чжан Сюань, сосед Чэн Хаояня, сказал:

— Чего вы прицепились? Сказали и сказали, зато как круто! По мне, Цю Юйжоу поступила красиво, заставила всех посмотреть на себя другими глазами!

http://bllate.org/book/21772/2251561