Готовый перевод Taken by My Crybaby Childhood Friend / Плакса-сосед стал моим парнем: Глава 23

…… — Цяо Иси обернулся, бросил на него взгляд, сбросил руку Цзянь Лобэя со своего плеча, нахмурил красивые брови и выразил крайнее недоумение: — Цзянь Лобэй.

Цзянь Лобэй приподнял бровь:

— Мм-хм?

Цяо Иси замялся, не договорив:

— У тебя… с головой всё в порядке?

Цзянь Лобэй цыкнул:

— Это у тебя с головой не в порядке. Я старше тебя, разве не положено звать меня братом?

— Ты же их так зовёшь!

Цяо Иси приподнял веки, искоса глянул на него, больше не стал отвечать и снова уставился на пейзаж за окном.

Цзянь Лобэй:

— Тц, не хочешь — и не надо.

— Да Бэй, Сяо Си, вы оба будете мазаться солнцезащитным кремом? — старшая сестра Лань обернулась к ним, держа в руке тюбик. — Скоро в горы приедем, там ужасно палит.

— Буду, я такой красавец, никак нельзя загорать, — Цзянь Лобэй торопливо взял тюбик, покосился на Цяо Иси и не преминул воспользоваться случаем для шпильки: — А он пусть не мазат, всё равно белый как вурдалак, ему загар только к лицу.

Цяо Иси:

— ……

Старшую сестру Лань так позабавил их вид, что она заливисто рассмеялась:

— А вот и нет, чем белее кожа, тем страшнее обгореть. Да Бэй, не забудь дать Сяо Си, когда закончишь.

— Ладно, понял, — крайне рассеянно кивнул Цзянь Лобэй.

Однако, тщательно намазав солнцезащитным кремом лицо, шею, руки и все прочие открытые участки кожи, он протянул тюбик Цяо Иси, а тот взял и отказался.

Ладно, упрямец.

Цзянь Лобэй засунул тюбик обратно в сумочку сестры Лань: не хочешь как хочешь.

Машина проехала еще несколько десятков минут, и наконец все прибыли к подножию Наньшаня. Выйдя из автомобиля и взвалив на спины поклажу, они двинулись по горной тропе вглубь леса.

Наньшань был еще нетронутыми дикими горами в городе Наньчэн, но отнюдь не скудными: напротив, деревья здесь росли густые и разнообразные, пейзажи отличались живописностью, а флора и фауна были богаты. Поскольку крутизна склонов не таила опасности, сюда часто приходили ради этюдов и фотографий, а любители пикников на природе то и дело разбивали здесь палатки.

В этот раз Ван Дунсюй и остальные захватили палатки, планируя переночевать в лесу дня два-три.

Сейчас их компания с картой шла впереди, прокладывая путь, а Цзянь Лобэй и Цяо Иси неторопливо плелись позади.

Горная тропа вилась изгибами. В местах, скрытых от солнечного света раскидистыми кронами деревьев, пробивался мелкий влажный зеленый мох, и стоило неосторожно наступить на него, как можно было поскользнуться.

Цзянь Лобэй не впервые ходил в такие походы по диким горам с этой компанией, опыта у него было если не вагон, то вполне достаточно, так что горные тропы он преодолевал легко и споро. А вот Цяо Иси то шел, то останавливался, вынуждая Цзянь Лобэя то и дело замирать на месте и оглядываться.

— Ну ты и копаешься, прямо как дедушка после плотного обеда вышел прогуляться, — Цзянь Лобэй не выдержал, остановился в ожидании и протянул с недовольным ворчанием: — Тебе трудно идти по горной тропе или что? А? Дедушка Цяо, может, тебя под руки взять?

— ……Какой еще дедушка, — кончики ушей Цяо Иси чуть покраснели, и он бросил на Цзянь Лобэя косой взгляд. — Не нужно, я сам могу идти.

Кожа Цяо Иси под солнцем казалась белой до свечения, но странно — его уши необычно пылали румянцем. Цзянь Лобэй цыкнул с видом человека, чьи догадки подтвердились:

— Вот не мазался кремом, теперь припекло, да?

— …… — Цяо Иси проигнорировал превратные насмешки Цзянь Лобэя, обошел его и зашагал прямо.

— Какой упрямый характер! — Цзянь Лобэй выудил из рюкзака собственную бейсболку, широким шагом догнал Цяо Иси и нахлобучил ему на голову. — Сначала поноси мою сокровищницу, одолжу на время.

Цяо Иси почувствовал, как бьющий в глаза слепящий солнечный свет вдруг наполовину исчез, следом макушку придавило тяжестью, и раздался звонкий голос Цзянь Лобэя с улыбкой:

— Ты же все-таки мой подопечный, что делать, если тебя солнцем сожжет?

Лицо Цяо Иси вспыхнуло, он поправил козырек:

— Я ведь не настоящий вампир, с чего бы мне так легко обгореть.

Цзянь Лобэй:

— Ну, старшая же сказала: чем белее кожа, тем страшнее солнце. К тому же ты такой тонкокожий.

Цяо Иси шевельнул губами:

— ……В общем, спасибо.

Пока они так беседовали, Ван Дунсюй и остальные присели на корточки кружком и о чем-то шептались, словно обнаружив нечто интересное. Цзянь Лобэй дернул Цяо Иси за руку:

— Пойдем, тоже посмотрим. Братуха Дун, вы что там разглядываете?

Ван Дунсюй поднял голову, приложил палец к губам — «цсс» — и указал пальцем на кусты впереди:

— Смотрите, тонкокрылый богомол дерется с желтобрюхим шершнем!

На ветке низкого кустарника тонкий, изящный зеленый богомол сошелся в схватке с упитанным желто-черным шершнем.

— Да Бэй, Сяо Си, как думаете, кто из них победит? — с улыбкой спросила сестра Лань, не сводя глаз с битвы.

Цзянь Лобэй ответил без раздумий:

— Конечно, богомол! Желтобрюхий шершень, хоть и крупнее размером, для этого парня — просто законная добыча!

Цяо Иси взглянул на Цзянь Лобэя и продолжил наблюдение.

Сестра Лань подняла большой палец:

— Ты прав!

Вскоре исход сражения решился: желтобрюхий шершень и впрямь не одолел богомола, как ни отчаивался, но тот откусил ему голову и принялся методично поедать соперника.

— Пищевая цепь — это ужасно интересно, — насытившийся богомол скрылся в листве кустарника. В этот момент Ван Дунсюй поднялся и продолжил просвещать остальных: — У желтобрюхого шершня есть родственник — желтый шершень, он раз в десять мельче. Но эти создания полная противоположность желтобрюхим: они охотятся на богомолов, обычно нападают стайками по три-пять особей, загоняют богомола в угол, и бедняге остается только наблюдать, как его съедают по кусочкам. Богомол может справиться с существом многократно крупнее себя, но терпит поражение от тех, кто в разы меньше. И в природе полно таких примеров: скажем, есть пауки, способные поймать летучую мышь в несколько раз больше себя, а другие пауки при виде летучей мыши пускаются наутек. Чудо природы заключается в этих удивительных животных, растениях, микроорганизмах, а также в причудливых ландшафтах и климате по всему миру. Когда люди решаются на исследования и открытия, стоит им лишь чуть-чуть приоткрыть завесу тайны природы, как они обретают неиссякаемый источник радости.

Закончив речь, Ван Дунсюй сорвал дружные бурные аплодисменты:

— Здорово! Брат Дун сказал отлично!

Видя, как Цзянь Лобэй воодушевленно хлопает в ладоши сияющими глазами, Цяо Иси тоже тронул губы улыбкой и поддержал товарищей. Теперь он отчасти понимал Цзянь Лобэя — возможно, это была страсть более высокого порядка, чем просто увлечение.

— Ладно, скромнее, скромнее, — Ван Дунсюй не мог сохранять серьезность и трех секунд, покачивая висевший на груди фотоаппарат. — Мы ведь прибыли на Наньшань с конкретной целью, не забывайте. Красивокрылая красотка, ложноскачка, красная древесная многоножка, батата щитоноска, звездчатая щитоноска… Удастся ли отыскать их в этих горах?

— Раз уж приехали, хорошенько поищем, — с улыбкой произнес Да-тоу. — Лес не такой уж огромный, за три дня обойдем вдоль и поперек.

Худой кивнул в знак согласия:

— Материала в этих горах точно полно, снимем как надо, на учебный год зачетов хватит!

Переговариваясь и смеясь, они шли вперед, не упуская из виду детали, ведь, хотя они и пришли по делу, великолепные пейзажи тоже заслуживали внимания.

Заметив, что Цзянь Лобэй шел рядом и молча слушал их разговор, Цяо Иси решил, что тот ничего не смыслит в насекомых, и на ходу достал телефон, открыв поисковик, чтобы показать ему картинки.

— Смотри, на самом деле красотки и щитоноски выглядят очень красиво.

Цяо Иси бросил взгляд на экран и кивнул:

— И правда красиво.

Затем, глядя на спины идущих впереди старших товарищей, спросил:

— А как ты познакомился с этими людьми?

— Мои родители раньше преподавали в Наньском университете, а брат Дун и остальные состоят в энтомологическом обществе при университете. Как-то раз случайно свела судьба, — Цзянь Лобэй приподнял брови, и в глазах его заискрилась неподдельная радость. — Теперь я внештатный участник их энтомологического кружка!

Когда в лесу никто не говорил, воцарялась глубокая тишина, нарушаемая лишь птичьим пением да стрекотанием цикад. Помолчав пару секунд, Цяо Иси снова спросил:

— В прошлогодний День образования КНР ты тоже ездил с ними?

Цзянь Лобэй не уловил ничего странного в интонациях Цяо Иси и кивнул:

— Ага, в прошлом году мы ездили в лесопарк, я тогда нащелкал кучу снимков, сейчас покажу.

С этими словами Цзянь Лобэй открыл фотогалерею в телефоне, намереваясь показать кадры Цяо Иси.

Цяо Иси повернул голову, взял телефон и принялся внимательно, снимок за снимком, просматривать фотографии, сделанные Цзянь Лобэем год назад: там были и пестрые бабочки, и уродливые, причудливые ядовитые насекомые.

На последнем кадре Цзянь Лобэй сидел на корточках у ручья, сосредоточенно разглядывая крупную саламандру в воде. Черты лица выглядели чуть зеленее, чем сейчас, но оставались чистыми и красивыми, особенно глаза, озаренные рябью текущей воды до поразительной прозрачности.

— Это тогда сестра Лань исподтишка сфоткала, — Цзянь Лобэй тронул губы улыбкой. — Ну как? Брат теперь выглядит еще круче, чем раньше?

Цяо Иси поднял на него взгляд, словно сравнивая с изображением на экране, и слегка улыбнулся:

— Если бы твой язык временами помолчал, ты бы действительно выглядел круче.

Цзянь Лобэй:

— Тц.

— Эй, оба парня, поживейте! — крикнула сестра Лань, оборачиваясь.

Цзянь Лобэй широким шагом двинулся вперед:

— Идем, идем!

Цяо Иси опустил голову и продолжил листать фотографии на экране, выбрал контакт для отправки, а затем стер запись об отправке.

Проделав все это с вороватой аккуратностью, он почувствовал, что сердце колотится как безумное. Чуть успокоив дыхание, он быстрыми шагами догнал остальных.

Компания шла с остановками, и когда они добрались до лесной глуши, солнце уже клонилось к закату. Вдоль ручья они отыскали сравнительно сухой и ровный пятачок, решив перекусить здесь, а затем разбить палатки.

Всего их было шестеро, и Ван Дунсюй заранее арендовал три комплекта палаток — по две на палатку. Само собой, Цзянь Лобэя и Цяо Иси поселили вместе.

Совместными усилиями установив палатку, они не спешили забираться внутрь: с наступлением сумерек наступало время наивысшей активности мелких животных, грех было упускать столь прекрасный момент.

Вооружившись фонариками, ребята принялись обследовать окрестности лагеря, и вскоре лес окончательно окутала чернота.

Ночь служила лучшим прикрытием для лесной живности: стоило сделать пару шагов, как доносилось шуршание — то кто-то прыгал по земле, то мягкое тело скользило по песку.

Цзянь Лобэй все переживал, что Цяо Иси испугается, и поначалу даже хотел оставить его в палатке. Но повзрослевший Цяо Иси ничего не боялся, наоборот, разделяя общие поиски плечом к плечу с остальными, он находил это ощущение необычным.

Вдруг Цзянь Лобэй с невероятно зорким взглядом что-то заметил и поспешно окликнул всех:

— Гляньте-ка, не красная ли это древесная многоножка? Здоровенная чертовка!

— Где? — Ван Дунсюй и остальные тут же перевели взгляды туда, куда указывал Цзянь Лобэй, но испуганная многоножка мгновенно скрылась в траве.

— Убежала, какая жалость!

— Ничего, главное — точно знаем, что здесь водится красная древесная многоножка. Заглянем днем под камни, может, где-нибудь затаилась.

Все разошлись в разные стороны для поисков. Цяо Иси шел себе, как вдруг почувствовал, что на свет фонарика кто-то летит, и прямо ему на одежду уселся жук. Он уже хотел смахнуть его рукой, но Цзянь Лобэй резко остановил его:

— Погоди трогать, дай взглянуть.

Цяо Иси повернулся, чтобы другу было удобнее разглядывать. Каково же было удивление Цзянь Лобэя, когда тот расплылся в улыбке:

— Тьфу ты, да это же клоп-вонючка! Только не шевелись, не то он выпустит вонь, ха-ха-ха.

Не прошло и пары секунд смеха, как Цяо Иси произнес загробным голосом:

— ……Кажется, он уже выпустил.

В следующий миг в нос ударил специфический запах вони клопа. Цзянь Лобэй зажал нос рукой, быстро сбил вонючку с одежды Цяо Иси, но зловоние никуда не делось.

— ……Вот те на. — Глядя на брезгливое выражение лица Цяо Иси, Цзянь Лобэй безумно хотел рассмеяться, но не смел открыть рот, боясь вдохнуть дурной дух.

Сдерживая смех изо всех сил, так что у него ходуном ходили кадык и плечи, Цзянь Лобэй потянул Цяо Иси обратно к лагерю.

— Идем-идем, переоденемся.

Затаив дыхание, Цзянь Лобэй бросил Ван Дунсюю:

— Брат Дун, мы сваливаем на минутку!

Ван Дунсюй махнул рукой:

— Ага, ступайте, осторожнее на тропе!

Нужно признать, вонь клопа обладала мощнейшей разрушительной силой: всю дорогу Цяо Иси то стряхивал одежду, то обмахивался ею, пытаясь проветрить, но проклятый запах словно поселился у обоих в ноздрях и выветриваться не собирался.

Едва добравшись до палатки, Цяо Иси нырнул внутрь, а Цзянь Лобэй снаружи наконец дал волю звонкому смеху.

— Стоп, а почему от меня тоже разит?! — осознав это, Цзянь Лобэй тут же умолк, спешно расстегнул молнию палатки и втиснулся внутрь.

А в палатке Цяо Иси как раз стягивал верх и собирался снимать штаны. Увидев входящего Цзянь Лобэя, он замер: прикрываться — поздно, оставаться полуголым — неловко, и он так и застыл столбом на месте.

Цзянь Лобэй, оказавшись внутри, уставился на почти обнаженное тело Цяо Иси и тоже остолбенел.

Он-то думал, что этот парень без одежды выглядит как ощипанная белая курица, но оказалось, что у Цяо Иси отличная фигура: при такой худобе — рельефный пресс и бицепсы!

Странно, надо глянуть еще разок.

Мм? Пресс вроде вообще из восьми кубиков.

Восемь кубиков? Так не бывает!

Заметив, что Цзянь Лобэй сверлит его пронзительным взглядом, Цяо Иси покраснел до кончиков ушей и с неудовольствием нахмурился:

— ……Ты чего приперся?

— От меня тоже воняет, переодеваться пришел! — Цзянь Лобэй потер нос, не моргнув глазом. — Или думаешь, я зашел поглазеть, как ты переодеваешься? Подумаешь, твой хилый пресс, есть на что смотреть!

Цяо Иси:

— ……

Разве он что-то говорил?

Цзянь Лобэй принялся сноровисто стягивать одежду, не обращая внимания на взгляды Цяо Иси: рубашку долой, штаны долой, движения быстрые — того и гляди останется совсем голышом.

Цзянь Лобэй:

— Ну и ладно.

Эм, ну… смотреть ему дальше или нет?

В мгновение ока Цзянь Лобэй остался в одних черных плавках-боксерах: широкие плечи, узкая талия, а главное — длинные прямые ноги, стройные и мускулистые.

Теперь в тесной палатке они оба предстали во всей красе.

— Чего пялишься? Мой пресс всё равно крепче твоего! — без всякого смущения Цзянь Лобэй разгуливал по крошечному пространству палатки, проходя мимо Цяо Иси, не забыл сжать кулак и поиграть мускулами, после чего издал легкое фырканье и полез в рюкзак за чистой одеждой.

Цяо Иси с легким кашлем тоже покраснел и достал из сумки новый комплект.

Надо срочно сбегать на свежий воздух, духота в палатке заставляла задыхаться.

То ли он слишком долго копался, то ли Цзянь Лобэй двигался чересчур быстро, но когда сам Цяо Иси переоделся, Цзянь Лобэя и след простыл. Прождав снаружи минут семь-восемь и не дождавшись, Цяо Иси вытащил телефон и набрал номер Цзянь Лобэя.

Мелодия звонка донеслась из самой палатки — этот растеряша, сменив одежду, снова забыл мобильник!

Цяо Иси внезапно запаниковал, схватил фонарик и уже собрался идти проверять, не ушел ли Цзянь Лобэй к Ван Дунсюю, как в двух шагах из темноты выпрыгнула черная тень.

Цзянь Лобэй усмехнулся с нагловатым видом:

— Куда собрался?

Убедившись, что тот в порядке, Цяо Иси почувствовал, как отлегло от сердца:

— Думал, тебя волки утащили.

— Цяо Иси, ты меня уморишь, — залился смехом Цзянь Лобэй. — Откуда здесь волки?

Столкнувшись с безжалостными насмешками Цзянь Лобэя, Цяо Иси поджал губы, решив больше не обращать на него внимания, и повернулся идти обратно, но Цзянь Лобэй удержал его за рукав:

— Эй, погоди уходить.

Цяо Иси покосился на него:

— Чего тебе?

Цзянь Лобэй изогнул губы в загадочной улыбке:

— Ничего, просто иди за мной, я только что нашел классное место!

Цяо Иси:

— ……Ладно уж.

Цзянь Лобэй повел Цяо Иси вниз по течению вдоль ручья. Подошвы их обуви шуршали по гладким речным голышам, издавая четкие звуки, и в звенящей тишине ночи, полной лишь стрекотания насекомых и кваканья лягушек, они походили на двух спутников-исследователей, чье дыхание и шаги слились воедино так, что уже невозможно было разобрать, где чья тропа.

В прохладную летнюю ночь на Наньшане царила атмосфера идеальной, зыбкой романтики.

Пройдя какое-то расстояние, Цзянь Лобэй остановился, обернулся к Цяо Иси и приложил палец к губам, призывая к тишине.

— Давай теперь потише.

Затем Цзянь Лобэй раздвинул высокие заросли тростника, и то, что скрывалось за ними, постепенно открылось взору.

Сначала одна-две искорки, затем пять, шесть, седьмая… Цяо Иси не ожидал увидеть за стеной тростника бесчисленные мириады светлячков.

Они излучали мерцающий желто-зеленый свет, словно измельченные в пыль звезды, рассыпанные по диким горам. Они напоминали танцоров или эльфов, волшебно струящихся в ночной темноте и порхающих меж тростниковых листьев так чарующе, что невольно хотелось сдерживать дыхание, страшась потревожить этих прекрасных и таинственных созданий.

— Красиво или нет? — обернувшись, спросил Цзянь Лобэй.

Его глаза сияли радостью и легкой гордостью.

Это выглядело так, будто он просил: ну похвали меня, пожалуйста?

Цяо Иси заглянул ему в глаза, и его губы изогнулись в улыбке — то ли обращенной к светлячкам, то ли к чему-то совсем иному.

— Да, очень красиво.

— Мм-хм~ Ты ведь раньше никогда не видел светлячков?

— Угу.

— Ну и бедняга же ты, — цыкнул Цзянь Лобэй. — Будешь почаще со мной выбираться, я тебе покажу мир.

Разве можно отказаться от предложения того, кто подарил тебе целый небесный рой светлячков?

— Хорошо, — ответил Цяо Иси.

http://bllate.org/book/21742/2247800