Готовый перевод Cannon Fodder's Counterattack / Записки Пушечного Мяса: Реванш в Тысяче Миров: Глава 4

Фэн Линсяо уже некоторое время чувствовал, что за ним следят, но не знал, кто именно. Несмотря на свою холодность, он не имел привычки наживать врагов, и во всём Мире Эсперов у него их почти не было.

До тех пор, пока не раздался этот звонок.

— Линсяо? Это Андерсон, — на том конце провода послышался игривый, насмешливый голос. Фэн Линсяо хорошо его знал: это был заграничный плейбой, а по совместительству — могущественный эвокер.

— Что нужно? — ледяной тон был пропитан неприязнью.

— Да ничего особенного, просто хочу предложить сделку... О деталях расскажу, когда приедешь. Скажу только тебе одному, договорились? — Андерсон рассмеялся, и в его голосе, взлетевшем на высоких нотах, сквозило неприкрытое обольщение.

— ...Хорошо.

Повесив трубку, Фэн Линсяо долго смотрел вдаль, а затем, покачав головой, пошёл переодеваться. Он не был настолько самонадеян, чтобы считать, будто справится в одиночку, но Андерсон ясно дал понять: прийти должен только он.

В это время в заброшенном складе, где, по идее, должен был изнывать от побоев Ло Янь, всё обстояло иначе. Жун Цзин сидел на стуле, с полуулыбкой наблюдая за Андерсоном. Он выглядел до того расслабленно, словно не он был заложником, а сам похититель. Ирония судьбы заключалась в том, что заложник оставался абсолютно спокоен, тогда как похититель заметно нервничал.

— Кэрри, неужели тебе не хочется вернуться со мной в страну М? Мы могли бы начать всё сначала... Я знаю, ты до сих пор не можешь меня отпустить... — Андерсон с мольбой смотрел на Жун Цзина, однако надежда в его глазах была столь слабой, что могла погаснуть в любую секунду.

— Андерсон, ты слишком высокого о себе мнения, — Жун Цзин не стал продолжать, лишь бросил эту фразу с небрежной легкостью. Порой равнодушие ранит куда сильнее, чем открытая ненависть, заставляя чувствовать полное бессилие.

— Кэрри... — Андерсон не мог поверить своим ушам. В его представлении Жун Цзин был мягким и балующим его человеком, готовым достать всё, что он пожелает. Почему же теперь он так холоден? Столько лет после возвращения на родину Жун Цзин не заводил себе любовников — разве это не доказывало, что он всё ещё тоскует по нему? В конце концов, в стране М слава Жун Цзина как ветреного и бесчувственного человека была ничуть не меньше, чем у самого Андерсона.

— Пф-ф.

Увидев выражение лица Андерсона, Жун Цзин презрительно усмехнулся и перевел взгляд на входную дверь, принявшись изучать её так внимательно, будто там расцвел редкий цветок.

Лицо Андерсона на миг исказилось, но он быстро взял себя в руки. Однако под этой маской спокойствия скрывалась тёмная, извращенная злоба.

Воспоминания прежнего владельца тела подсказывали Жун Цзину: когда тот учился в стране М, он, чтобы усыпить бдительность врагов, заводил романы с кем попало. Его любовники были лишь «грелками» для постели и не более. Именно тогда он и встретил Андерсона. Поначалу тот казался Жун Цзину неплохим парнем — редкий случай найти единомышленника, пусть даже с похожими пороками. Но со временем Андерсон начал засматриваться на красавца-иностранца, который, как все думали, был лишь сыном богатого торговца без серьезных связей за спиной.

Прежний Жун Цзин презирал распутного Андерсона, но внешне поддерживал с ним ровные отношения, не догадываясь о его истинных намерениях. Всё вскрылось лишь тогда, когда однажды, придя в отель с очередным любовником, он обнаружил Андерсона, который, раздевшись, уже ждал его в кровати. С того дня Андерсон перестал скрываться и начал открыто добиваться его.

Жун Цзина это раздражало, но из-за влияния семьи Андерсона он не мог открыто порвать с ним. В итоге он согласился на отношения, поставив условие: только флирт, никаких постельных сцен и уж тем более любви. Андерсон, с трудом добившийся хотя бы этого, был готов на всё. Как только Жун Цзин расправился с врагами и полностью взял под контроль клан Жун, он без колебаний сказал Андерсону «прощай» и ночным рейсом улетел домой.

Андерсон хотел было броситься в погоню, но дома возникли проблемы — нужно было удержать статус наследника. Это «удержание» затянулось на годы.

Фэн Линсяо пришел в назначенное время, как и обещал — в одиночку. Андерсон был доволен: Фэн Линсяо не представлял для него угрозы, а самый опасный противник, Жун Цзин, лишился своих сил. Теперь он мог без труда увезти их обоих в страну М.

— Давно не виделись, Линсяо, — Жун Цзин склонил голову и мягко улыбнулся, словно сидел не в заброшенном складе в качестве заложника, а у себя на вилле, беседуя с другом.

— Давно, — при виде Жун Цзина Фэн Линсяо необъяснимо успокоился. Казалось, пока Жун Цзин рядом, волноваться не о чем. Это чувство было странным, но нельзя было отрицать: Жун Цзин обладал удивительной силой заставлять других отбросить все тревоги.

— Хм, Линсяо, тебе не кажется, что эта сцена до боли знакома? — Жун Цзин рассмеялся, его вид был совершенно непринужденным. — В кино часто показывают: похититель берет заложника, врывается полиция, и они начинают вести переговоры...

Фэн Линсяо, слушая его, невольно улыбнулся. Эта легкая улыбка была способна свести с ума, и Андерсон, стоявший рядом, вспыхнул от ревности. Ему хотелось прикончить Фэн Линсяо на месте.

— Фэн Линсяо, Фэн Линсяо, Фэн Линсяо... Стоит появиться этому парню, как Кэрри перестает замечать кого-либо еще. Он никогда не узнает, на что ради него шел Кэрри! Что в нем такого, кроме красивой внешности и силы? Он не достоин того, чтобы Кэрри так выкладывался!

— Фэн Линсяо, давай обсудим наши условия, — Андерсон шагнул вперед, намеренно заслоняя собой Жун Цзина, чтобы те не могли видеть друг друга. — Кэрри у меня. Либо ты убьешь себя, и я скажу всем, что это ты виноват в его смерти, либо ты покорно пойдешь со мной, и я отпущу его.

Фэн Линсяо мгновенно стал бесстрастным, его голос прозвучал холодно:

— Ты уверен, что хочешь этого?

Андерсон поправил волосы и кокетливо подмигнул:

— А как ты думаешь?

Фэн Линсяо не удостоил его взглядом, а сделал шаг вперед, обращаясь к Жун Цзину:

— Жун Цзин, что ты выберешь?

Жун Цзин склонил голову и беспомощно развел руками:

— Боюсь, сейчас я не могу использовать силу молнии.

Фэн Линсяо кивнул и внезапно рванулся вперед. Воздух сковали ледяные клинки, пол покрылся инеем. Андерсон, едва почувствовав активацию эвокера, отступил назад, приставив кинжал к горлу Жун Цзина. Достаточно было легкого движения, чтобы тот погиб.

Фэн Линсяо тут же прекратил атаку, но подручные Андерсона уже были мертвы — не выжил никто. Андерсон помрачнел, но подумал, что если удастся забрать Фэн Линсяо, то эти потери не имеют значения.

— Теперь ты все еще будешь упорствовать, Фэн Линсяо? — холодно спросил Андерсон, в глазах которого пылала ненависть. — Кэрри стоит увидеть тебя, и он забывает обо всем остальном...

Фэн Линсяо замер, машинально взглянув на Жун Цзина. Тот лишь горько усмехнулся: одной рукой он перехватил запястье Андерсона, а другой нанес удар ему в живот. Используя свою силу, он превратил кинжал в металлический шарик, который тут же лег ему в ладонь.

— Если бы я не умел хоть что-то, я бы давно был мертв, — вздохнул Жун Цзин, глядя на Андерсона с насмешкой.

Андерсон смотрел на маленький металлический шарик, перекатывающийся в ладони Жун Цзина, и горько усмехнулся. Его взгляд прояснился.

— Я с самого начала не мог тебя разгадать, так что теперь... сам виноват, — он рухнул на колени, прижимая ладонь к животу. Изо рта хлынула кровь, но он продолжал ярко улыбаться. — Кэрри, даже если я умру, я сделаю так, чтобы ты никогда меня не забыл!

— Зачем тебе это? — Жун Цзин тихо вздохнул и присел перед ним на корточки. — Ты ведь с самого начала знал: я никогда тебя не любил. Все эти так называемые любовники были лишь ширмой, чтобы запутать врагов.

— Мне плевать... Я просто хотел любить тебя. Не хочу умирать так, чтобы никто об этом не знал... — Андерсон внезапно подался вперед, падая в объятия Жун Цзина. Его голос стал едва слышным. — Отель «Саншайн», номер Б-5869... — прошептал он, и его тело обмякло. Жизнь покинула его.

Жун Цзин молчал. Он просто держал его в объятиях, прошептав в пустоту:

— Глупый.

— И правда глупый. Что он во мне нашел? Ведь теперь даже душа в этом теле — и та чужая.

[Динь! Уровень симпатии повышен на 5. Текущая симпатия: 85.]

http://bllate.org/book/21691/2237221