Готовый перевод The Scholar's Unmatched Fate / Быстрые миры: Учёный не по масти: Глава 22

Су Янь приподняла брови, её взгляд заманчиво переменился, в глазах мелькнула тень угрозы. Подперев голову рукой, она пристально уставилась на Вэнь Жумо.

Вэнь Жумо сглотнул, чувствуя, как у него пересохло в горле. В ту секунду он даже растерялся и не знал, что сказать:

— На колени на стиральную доску!

Когда на лице Су Янь появилось удивленное, но довольное выражение, Вэнь Жумо только тогда осознал, что ляпнул. Он весь замер — неужели его благоверная воспримет это всерьез? Какой же позорище! Во всем виноват его второй дядя: сам авторитетом в семье не обладает, так еще каждый день над ухом зудит.

Эти двое были так увлечены своей перепалкой, что никто из них не заметил, как занавеска из синей ситцевой ткани у входа в комнату чуть качнулась.

— Братец! Ты не знаешь, как пройти по этому адресу? — Ван Эр держал в руках бумажку с адресом и обращался к пожилому человеку у входа в переулок. Найти место, где жил этот молодой господин, оказалось и вправду непросто, но в конце концов они его отыскали. Глядя на стоявшую рядом Цинь Юээ, которая с таким же нетерпением разглядывала мужчину перед ними, Ван Эр невольно вздохнул. Подумать только, эта новоиспеченная младшая госпожа — ну просто сущий ребенок: сама, будучи женщиной, так просто увязалась за ними. Слава богу, он уже отправил весточку госпоже, а иначе кто-нибудь еще подумал бы черт знает что про него и эту наложницу.

И откуда у нее только столько смеху? То, что она хочет увидеть молодого господина, он еще понимал, но подождала бы дома, так нет — притащилась следом тайком, да еще с заметным животом. Впрочем, этому молодому господину можно было только позавидовать: эта наложница была предана ему всей душой.

— Ого! Какая удача, я ведь как раз живу в этом дворе! Вы случайно не к кому-то из наших? — Эр-тоу взглянул на адрес, написанный на бумаге, и хлопнул себя по бедру. Разве это не его двор? Однако, глядя на этих двоих — мужчина выглядел самым заурядным образом, судя по всему, из простой семьи, а вот женщина красивая и одета хорошо, явно приезжая, — он невольно начал гадать, зачем их занесло в эти края.

— Мы ищем Вэнь Жумо! Ты знаешь такого человека? — услышав это, Цинь Юээ не смогла сдержать волнения. Она впервые в жизни куда-то выбралась, и путь оказался куда тяжелее, чем она предполагала. Местечко это выглядело довольно глухим, куда хуже их родных мест. Мысль о том, что молодой господин из Клана Вэнь обитает в такой дыре, вызвала у Цинь Юээ странное чувство, но в то же время она немного успокоилась — эта дорога вымотала ее окончательно, благо малыш вел себя тихо. Цинь Юээ погладила уже слегка выпирающий живот.

Эр-тоу на секунду уставился на живот Цинь Юээ, словно о чем-то догадавшись, и не смог сдержать злорадства, хотя в душе завидовал Вэнь Жумо черной завистью. Вот же засранец, ублюдку невероятно повезло! Но вспомнив, что дома у того живет норовистый мужчина-красавец, Эр-тоу аж задохнулся от предвкушения: ну теперь-то начнется самое интересное! Шумите, ругайтесь посильнее, да так, чтобы об этом узнал весь белый свет.

Думая об этом, Эр-тоу напустил на себя радушный вид и пошел впереди, показывая дорогу:

— Послушай, сестрица, ты ведь, чай, сестра Вэнь Жумо? Уж я-то тебе скажу: когда придешь, обязательно вразуми своего братца! Мужику подобает жить по-человечески, с нормальной семьей. Ты только подумай, разве дело — изо дня в день крутиться возле старого актера? Какое тут может быть будущее! Скажи, сестрица, разве я не прав?

Эр-тоу сыпал якобы добрыми советами, а сам, заметив странное выражение лица женщины, радовался в душе изо всех сил. Злись, злись! Самое интересное еще впереди!

— Ишь ты, руки-ноги есть, а занимается бог знает чем. Сдается мне, твой братец — никуда не годится. Здоровый мужик целыми днями палец о палец не ударит, живет за счет какого-то актера! Разве это праведный путь? Что за радость двоим мужчинам сходиться, скажите на милость!

— Ладно, братец, веди давай! — Ван Эр нахмурился и прервал словоохотливого мужика, окончательно потеряв к нему всякое расположение. Его молодой господин — человек гордый и независимый, а этот мелет черт знает что, будто их барин с каким-то актером сошелся. Ни за что он в это не поверит! С первого взгляда видно, что этот тип — та еще сволочь, только и делает, что пытается всех рассорить.

Лицо Цинь Юээ сделалось еще более странным. Она подняла глаза на Вана Эра, ничего не ответила, но в мыслях у нее черт ногу сломал.

Эр-тоу не обиделся на то, что его оборвали, напротив, он был ужасно доволен. Больше не говоря ни слова, он просто зашагал впереди, указывая дорогу.

Едва троица вошла в маленький дворик, как они увидели Вэнь Жумо, стоявшего под полусобранным деревянным навесом перед глиняной печью, в которой, судя по всему, что-то варилось. Ван Эр сразу же узнал своего господина и задохнулся от нахлынувших чувств, в то время как Цинь Юээ закусила губу, испытывая неизбежное волнение, но в конце концов взяла себя в руки.

— Господин! — сердце Вана Эра сжалось от боли и трепета. Его господин дома даже носки свои никогда не стирал, а теперь вот извольте — сам суп варит! Ван Эр подумал о том, через какие лишения пришлось пройти его барину, и испытал глубокое потрясение.Услышав этот голос, Вэнь Жумо сразу понял, кто это. На сердце у него потеплело: неужели матушка прислала людей проведать его? Впрочем, хотя Вэнь Жумо и обрадовался, на лице его не дрогнул ни один мускул — он лишь бесстрастно кивнул и вновь перевел взгляд на печь, где в котелке аппетитно булькал и пускал пузыри костяной суп.

В конце концов, стоять на коленях на стиральной доске ему в итоге не пришлось, но зато он подписал немало унизительных для себя соглашений, ущемляющих права и достоинство. В глубине души он даже гордился этим: раз седьмой братец так с ним возился, значит, дорожил им. Правда, глядя на то, как седьмой братец приходил в себя целых два-три дня, Вэнь Жумо тоже начал за него переживать. И вот, стоило седьмому братцу отправиться в труппу, как он тайком сварил немного супа, чтобы того поддержать — авось, размягчившись от радости, тот побалует его какой-нибудь наградой.

В этот момент мысли у этих двоих совершенно расходились, но для Ван Эра встреча с собственным господином наконец-то увенчалась успехом.

Закончив с хлопотами, Вэнь Жумо поднял голову и посмотрел на человека, ожидавшего его во дворе. Только тогда он заметил, что помимо Ван Эра там стояла еще и какая-то женщина. Впрочем, Вэнь Жумо не прида этому особого значения. Зато, заметив всё еще околачивающегося здесь Эр-тоу, он снял с печи пиалу с супом и с ухмылкой бросил на него взгляд.

Эр-тоу аж вздрогнул. Припомнив крутой нрав и черную душу покровительницы этого типа, он с оскверненным лицом и натянутой улыбкой повернулся и ушел к себе, хотя всё равно не удержался — приоткрыл занавеску, чтобы прислушаться к звукам во дворе.

— Пойдёмте! Войдем в дом, и вы расскажете мне, что там творится дома! — Вэнь Жумо завел их внутрь.

Глядя на эту тесную и убогую, но при этом идеально прибранную комнату, Ван Эр испытывал самые смутные чувства. Стоило молодому господину разок уехать из дома, как ему пришлось хлебнуть лиха — он даже научился сам наводить порядок! Цинь Юээ же, отличавшаяся наблюдательностью, заметила в углу у кана две пары мужской обуви заметно разного размера, и в ее голове сразу сложилась определенная картина.

Ван Эр быстро доложил Вэнь Жумо о положении дел дома и передал волю госпожи, требовавшей, чтобы Вэнь Жумо поскорее возвращался. Только тогда Вэнь Жумо узнал, что, сам того не ведая, он уже обзавелся наложницей. Бестрастно глядя на стоявшую перед ним женщину, которая опустила голову и хранила молчание, Вэнь Жумо холодно прищурился. И верно говорят: тихие воды глубоки. Не дают ему пожить спокойно и нескольких дней! Он уже живо представлял себе, с какой лучезарной улыбкой встретит его дома законная жена.Су Янь действительно был таким, каким себя описывал — мягким и покладистым, он никогда не устраивал сцен и не орал бабьим криком. Однако он мог просто посмотреть на тебя с улыбкой — без криков и скандалов. Вот только еда у него выходила отвратительной, одежда — не готовой вовремя, а самое страшное заключалось в том, что он мог выставить Вэнь Жумо обратно в его холодный дом. Если плохо было ему, то Вэнь Жумо не получал ни малейшего покоя.

Вспомнив об этом, Вэнь Жумо подумал, что, пожалуй, ему стоит преподать стоящему перед ним человеку урок. Неужели его прежний образ действительно производил впечатление того, кого так легко запугать?Ван Эр взглянул на бесстрастное лицо своего молодого господина, а затем на другую женщину в комнате. Поняв, что у этой парочки найдутся о чем пошептаться, он проявил чуткость и вышел на улицу. Уходя, он украдкой напомнил господину, что у наложницы уже больше пяти месяцев беременности, намекая, чтобы тот был поаккуратнее.

Взгляд Вэнь Жумо скользнул по просторной одежде женщины. Присмотревшись, он всё же заметил едва проступающий округлившийся живот. Заметив, что женщина хочет что-то сказать, но не решается, он неожиданно заинтересовался. Ему захотелось посмотреть, что же она задумала. Как забавно: стоило ему отлучиться из дома всего на несколько дней, как у женщины появился любовник да еще и ребенок на подходе — неужели она решила сделать из него живого рогоносца?Вэнь Жумо одёрнул закатанные рукава, взял со стола чайник и налил себе чашку чаю. Он молчал, просто глядя на сидевшую перед ним женщину. Вид у неё был встревоженный и нервный, и в конце концов первой заговорила Цинь Юээ — отступать ей было уже некуда, а потому нельзя было показывать слабость.

Ван Эр долго ждал снаружи, пока наконец не увидел, как они выходят вместе. Однако Вэнь Жумо по-прежнему хранил безразличное, едва ли не ледяное выражение лица, а у Цинь Юээ были покрасневшие глаза и подавленный вид. Ван Эр решил, что беседу у них вряд ли можно назвать успешной, но всё это его не касалось — его задача заключалась лишь в том, чтобы в целости и сохранности вернуть юного господина домой.

Су Янь, вернувшись из труппы, едва дошёл до начала переулка, как увидел Эр-тоу. Тот, зажав в зубах зубочистку и приняв развязный вид, прислонился к глинобитной стене. Завидев возвращающегося Су Яня, он презрительно сплюнул, выплюнул зубочистку, притопнул ногой и тут же преградил ему путь.

— Наконец-то ты объявился! — злорадно глядя на Су Янь, затараторил Эр-тоу. — У вас в доме сейчас веселье! Жена Вэнь Жумо забеременела и явилась за ним! Они сейчас у него дома вовсю милуются!

Он потратил немало сил, выжидая здесь на палящем солнце. Разве этот человек не был заносчив? Эр-тоу и думать не хотел, что тот сможет сохранить спесь теперь, когда объявилась законная семья Вэнь Жумо. Похоже, тот обитатель их двора и впрямь был каким-то юным господином, но Эр-тоу ни за что не поверил бы, что, как бы эти двое ни тешились друг другом, Вэнь Жумо решится привести в свой дом какого-то актюшку.Су Янь слегка нахмурил брови, его красивые глаза сузились, но перед Эр-тоу он не позволил себе показать никакого смущения. Однако на душе у него царил полный туман. Он полагал, что этот человек не посмеет его обмануть, но до тех пор, пока он сам не увидит Вэнь Жумо, он не станет делать поспешных выводов — к Вэнь Жумо Су Янь питал огромное доверие.

Су Янь холодно окинул Эр-тоу взглядом, и выражение его лица точь-в-точь повторяло выражение лица Вэнь Жумо. Глядя на Эр-тоу, он понимал, что тот замышляет нечто недоброе.

— Об этом можешь не беспокоиться, лучше зайсись делами собственного дома! — бросил он.

— Я знаю, что тебе больно, но можешь не сдерживаться. Я просто не верю, что Вэнь Жумо вообще позволит тебе переступить порог его дома! У него такой вид, будто его семья невероятно знатна, но посмотри на меня — я ведь не брезгую тобой! — продолжал нести чушь Эр-тоу.

Су Янь, услышав это позади себя, остановился и с усмешкой посмотрел на этого неряшливого человека с вороватым взглядом. Одним сокрушительным ударом ноги он сбил Эр-тоу с ног, отправив того наотмашь. С малых лет он тренировал и руки, и ноги, так что этот пинок оказался совсем не слабым.

— Никак не запомнишь урок! — бросил Су Янь.

Оставив эти слова, он зашагал прочь, не оглядываясь. У него сейчас не было времени возиться с ним — куда важнее были дела, связанные с Вэнь Жумо.

Едва Су Янь вошел во двор и приблизился к полуоткрытой кухне, как увидел там мужчину и женщину. Мужчиной, очевидно, был Вэнь Жумо: он присел на корточки у печи и заглядывал в небольшой котелок, в котором что-то варилось, а женщина стояла рядом и резала овощи. Всё это выглядело донельзя умиротворяюще.

У Су Янь от ревности покраснели глаза. Этот негодяй! Сколько он его знал — а на этой и прошлой жизнях вместе взятых они никогда не заходили вместе на кухню, — а стоило появиться этой женщине, как он тут же бросился выслуживаться! Вспомнив слова Эр-тоу, Су Янь перевел взгляд на живот женщины: хоть его и скрывала плотная одежда, всё же угадывалось легкое выпячивание.

Как ни уговаривал себя Су Янь по дороге, оправдывая Вэнь Жумо и подыскивая ему отговорки, при виде этой картины на душе у него заскребли кошки. Он не знал, как ему поступить, если эта женщина действительно окажется женой Вэнь Жумо.

И верно! С чего он вдруг был так уверен в нем? Он знал, что Вэнь Жумо из прошлой жизни безусловно любил его, но он никогда по-настоящему не интересовался семьей Вэнь Жумо. Если подумать, когда он встретил Вэнь Жумо, тому исполнилось двадцать четыре года — быть может, в родительском доме у него действительно уже кто-то был. Су Янь чувствовал, как комок застрял у него в горле: он не мог ни проглотить его, ни выплюнуть, от этой удушающей боли не хватало воздуха. Крепко сжав кулаки, Су Янь изо всех сил постарался сделать вид, что он совершенно спокоен, и только после этого позвал:

— А-Мо!

Вэнь Жумо с виду следил за огнем, но на самом деле был погружен в свои мысли. Стоило Су Яню позвать его, как он тут же поднялся на ноги и с улыбкой обернулся к нему, но при виде двух нежданных гостей в его сердце зародилась горькая досада.

— Седьмой брат! Ты вернулся! — ласково поприветствовал его Вэнь Жумо.

— Седьмой брат! — мягким голоском откликнулась стоявшая рядом Цинь Юээ.

От этого голоса у Су Яня мороз по коже пробежал, и он смог лишь с кривой улыбкой кивнуть.

— А-Мо, в доме гости, почему же ты позволяешь годове работать?

— Она сама захотела, я ее не заставлял!

Заметив на лице Вэнь Жумо абсолютное безразличие, Су Янь почувствовал, как на душе сразу полегчало. Он изо всех сил заставил себя верить ему и справился с эмоциями:

— А это кто?

— Понятия не имею, откуда мама откопала эту бабу! Чего ты сегодня так поздно вернулся? Я сварил тебе костный бульон, такой наваристый! — он вовсе не хотел, чтобы Су Янь с порога портил себе настроение, и поспешил заговорить с ним так, будто преподносит сокровище, полностью проигнорировав Цинь Юээ.

Лицо Цинь Юээ слегка побледнело, губы плотно сжались. Она понимала, что перед ней, должно быть, тот самый актер, но она не была дурой и осознавала: мужчина не представляет для нее реальной угрозы.

Цинь Юээ прекрасно понимала, что Вэнь Жумо не испытывает к ней никаких чувств, да ей этого и не требовалось. Она пришла сюда лишь для того, чтобы выбить кое-какие блага для своего будущего ребенка. Что же до отношений этого актера и Вэнь Жумо, ей не о чем было беспокоиться — пожалуй, члены клана Вэнь первыми не позволили бы им сойтись.

При мыслях о Вэнь Жумо и этом смазливом мужчине, который, по слухам, был актером, Цинь Юээ вдруг затошнило. Как такой мужчина мог приходиться старшим братом тому человеку?

Возможно, взгляд Цинь Юээ был слишком красноречивым, потому что в глазах Вэнь Жумо мелькнуло раздражение. С полуулыбкой он посмотрел на нее:

— Что, не нравится? Возвращайся обратно, я тебя сюда не звал.

Сказав это, он не стал больше обращать внимания на мысли женщины и последовал за Су Янем прямо в дом.

— Хорошая моя жена! Я ведь несколько часов подряд у плиты стоял, варил для тебя этот суп, посмотри, пальцы ошпарил! — Вэнь Жумо обнял Су Яня сзади, приняв самый наглый вид.

Су Янь протянул руку, отстранил Вэнь Жумо и отодвинул его от себя. Усевшись на стул, он с опасной улыбкой посмотрел на него:

— Полно, какая я тебе жена? Разве твоя жена не снаружи?

Он даже не стал ничего расспирашивать, просто сидел и с безмятежным видом смотрел на Вэнь Жумо, хотя по одному лишь тону чувствовалось, как сильно он разгневан. Когда он действительно уселся напротив этого человека, вся его недавняя спешка и паника куда-то испарились — теперь у него находилось полно времени на то, чтобы поквитаться с Вэнь Жумо.

Су Янь прикоснулся бледными губами к чашке чаю, а в душе тяжело вздохнул: сам он был безнадежен. Стоило этому человеку лишь немного холодно повести себя с той женщиной, как он тут же начал придумывать для него оправдания. Су Янь знал, что уже привык любить этого человека. А когда любовь входит в привычку, она прорастает в самую глубь костей, и ее уже невозможно вырвать оттуда.

Су Янь думал: даже если у этой женщины действительно было что-то с Вэнь Жумо, смог бы он отказаться от него? В этой жизни он на многое стал смотреть проще, но этот человек был единственным, кого он не смог бы отпустить ни в одной из жизней. Су Янь невольно вздохнул: как бы то ни было, он не намерен сдаваться. Даже если придется связать его, он привяжет этого человека к себе.

Заметив глубокую задумчивость Су Яня, Вэнь Жумо тоже почувствовал себя не в своей тарелке. Он хотел, чтобы тот улыбался вечно, но этот человек вечно хмурился из-за него. Вэнь Жумо не удержался и кончиками пальцев разгладил его брови. Его теплая ладонь легла на лоб Су Яня. Увидев, что Су Янь поднял на него взгляд и в его глазах отражается только он один, Вэнь Жумо мягко коснулся его губ поцелуем, полным нежности и успокоения.

— Жена моя, ты всегда будешь моей единственной женой! Ты веришь мне? — Вэнь Жумо одной рукой гладил гладкую светлую щеку Су Яня и смотрел на него с абсолютной серьезностью.

Глядя в эти глубокие глаза, в которых обычно плясали смешинки, Су Янь почему-то улыбнулся. Точнее, он действительно рассмеялся в голос. Наверное, за последнее время он слишком привык к взбалмошному поведению Вэнь Жумо, и теперь, когда тот внезапно принял такой благопристойный вид, ему положено было растаять от умиления, но вместо этого почему-то безумно хотелось смеяться.

Су Янь и сам толком не понимал, что творится у него в голове. Верил ли он Вэнь Жумо? Безусловно, иначе с чего бы ему сейчас смеяться? Но стоило ему вспомнить ту женщину, как в мыслях вновь начинал роиться всякий вздор. Он и сам не мог объяснить природу этих чувств.

Будто зная о чувствах Вэнь Жумо к нему — возможно, еще не столь глубоких, как в прошлой жизни, но несомненно искренних, — он всё равно не мог отделаться от мысли: а вдруг Вэнь Жумо тоже хочет ребенка? В конце концов, он ведь мужчина, и как бы сильно они ни любили друг друга, наверняка в глубине души останется сожаление.

Если он действительно желает Вэнь Жумо добра, то, пожалуй, должен уговорить его завести ребенка. И пусть ребенок во чреве той женщины окажется его — тогда у Вэнь Жумо не останется никаких сожалений. Но Су Янь знал, что не сможет с этим смириться. Он не перенесет, если у этого мужчины появится другая женщина; тогда он наверняка убьет ее, а потом всё равно останется с ним. Что будет дальше, Су Янь даже не пытался загадывать.

Однако, глядя на сосредоточенное лицо возлюбленного, Су Янь понял, что дела, пожалуй, обстоят не так скверно, как ему рисовалось. Они были знакомы две жизни, и Су Янь не мог ошибиться в этом человеке. Впрочем, впредь нужно как следует проучить его — повторись подобное еще пару раз, и он всерьез испугался бы, что умрет от тоски из-за собственных надуманных страхов. Он не стал выпытывать у Вэнь Жумо подробности: он знал, что у того наверняка есть свои планы. Когда придет время, он сам обо всем расскажет.

На самом деле Вэнь Жумо не то чтобы не мог все рассказать, просто он уже и так потерял перед Су Янем всякое лицо, и ворошить те темные страницы прошлого ему совсем не хотелось. Ему безумно хотелось, чтобы в глазах Су Яня он всегда выглядел мудрым и могущественным героем, ведь его жена и так уже перестала его бояться.

Вэнь Жумо прижал его к себе. Только что в его голове мелькнула одна мысль, но посвящать в нее Су Яня пока было рано — он не хотел, чтобы его любимый тревожился из-за их семейной грязи. Прислушиваясь к доносящемуся из кухни звону посуды, Вэнь Жумо смотрел перед собой холодным, непроницаемым взглядом.

Вэнь Жумо ненавидел, когда кто-то смел угрожать ему, особенно теперь, когда в ход пошли угрозы его жене. А та женщина за дверью умудрилась воплотить всё это разом. Изначально их разговор выглядел так, будто женщина со слезами на глазах умоляла его о помощи, однако между строк читалось предложение выступить для них щитом — мол, иначе домашние могут узнать обо всем, и тогда жди беды. Вэнь Жумо оставил ее предложение без ответа: эта женщина потребовала, чтобы он дал гарантии, опираясь на их былые обещания. Вэнь Жумо лишь усмехнулся, пораженный ее наивностью. Видимо, она привыкла жить в окружении всеобщей заботы, возомнила себя великим стратегом и теперь страдала манией величия.

Вэнь Жумо думал о том, что ради памяти о ее брате всё же стоило сохранить ей лицо, но сейчас, вспомнив ее напыщенное поведение и то, как мучился из-за нее его любимый человек, он решил изменить такраз. Раз уж она так жаждет выбить светлое будущее для своего ребенка, он ей в этом поможет. Вэнь Жумо уже твердо решил лично наведаться к ней домой.

http://bllate.org/book/21662/2235209