Готовый перевод Starfall: A Night Without Stars / Звёзды не вчерашние — кто проведёт эту ночь со мной?: Глава 17

Юй Ся ничего особенного не почувствовал, зато Чжан Синьцзе посмотрел на Е Цю с некоторым недоумением.

Не прошло и нескольких дней, как бойцы «Бату» отчетливо заметили, что их питание вышло на совершенно новый уровень. На самом деле столовая «Бату» и раньше кормила отлично, просто изредка в паре блюд возникали проблемы, на что они не обращали особого внимания; впрочем, улучшению рациона они тоже нисколько не противились.

Столовую будто заново отрегулировали.

Блюда с несбалансированным вкусом больше не появлялись, к тому же добавилось специальное окошко. Обычно оно было закрыто и открывалось только по праздникам. Говорили, что на это была воля самого босса, хотя поначалу люди из «Бату» не совсем понимали, к чему это.

До тех пор пока на Рождество это окошко не открылось, а на вывеске с блюдами не появились индейка, имбирные пряники, медовая ветчина и тому подобное. Тут-то до них всё и дошло.

С характером Юй Ся было неизбежно, что он побежит туда всё попробовать. Но когда он уже собрался провести карточкой по терминалу для оплаты, то обнаружил, что в этом окошке терминала нет. На мгновение он растерялся: неужели тут принимают только наличные? Он уже набрал еды, а наличных с собой не захватил.

Не успел он задать вопрос, как из окошка уже протянули еду.

— Эм, а где здесь карточку прикладывать? — всё же переспросил Юй Ся, хотя ему казалось, что, судя по всему, он мог бы спокойно уйти и с полным подносом.

За окошком стоял молодой человек в защитной маске. Услышав вопрос, он покачал головой:

— Специальное праздничное окошко, бесплатно.

Затем он немного помолчал и указал на табличку рядом:

— То, что не съедите, можно упаковать с собой, выбрасывать нельзя. Контейнер стоит два юаня.

— … — Ну и нравы.

Услышав такое, Юй Ся не стал ломать голову, взял поднос с горой еды и зашагал прочь. Бросив беглый взгляд на столовую, он безошибочно отыскал место Чжан Синьцзе — тот сидел за одним столом с Хань Вэньцином.

Глядя, как Юй Ся приближается с подносом, Хань Вэньцин окинул взглядом набранную им еду.

— Кормят в «Бату» просто отлично, — Юй Ся сделал глоток горячего какао. — Жаль, Е-гэ сегодня не пришел.

Хань Вэньцин никак это не прокомментировал. Из происходящего в «Бату» не было ничего, чего бы не знал Е Цю, и это специальное окошко, скорее всего, тоже было решением Е Цю — вроде бесплатного угощения для всех ребят из «Бату» по случаю праздников. Вполне в стиле молодого господина Е.

К слову, Рождество… Незаметно время подошло к самому концу года.

Завтра, 27 декабря, в воскресенье, состоится матч: «Цзя Ши» на своем поле принимает «Бату», поэтому уже завтра команда отправляется в город H. Атмосфера в коллективе царила хоть и немного натянутая, но не до крайности. «Цзя Ши» сильна, но и они не слабаки; нужно просто успокоиться и сыграть в свой обычный хоккей — то есть, в свой обычный матч.

…Вот только никто не предупреждал их, что матч с «Цзя Ши» станет для них шоковой терапией, из-за чего не прошло и двух минут после победы, как они едва не окаменели всей командой.

Верно, первая встреча с «Цзя Ши» в регулярном чемпионате осталась за «Бату».

Этот результат на самом деле не слишком удивил: изначально силы были равны, да и материально-техническая база «Бату» действительно превосходила «Цзя Ши». На раннем этапе, когда инфраструктура клубов еще не была до конца отлажена, только клуб «Бату» работал стабильно и эффективно.

В Альянсе пока еще не было принято пожимать руки перед матчем — рукопожатия происходили после игры, причем в неформальной обстановке и без трансляции на экраны. Это правило в основном соблюдали в угоду капитану «Цзя Ши» Е Цю.

Бойцы «Бату» ошарашенно и растерянно смотрели на команду «Цзя Ши». Стоявший в самомпереди человек был одет в форму «Цзя Ши», взгляд его был совершенно спокойным, а поза — относительно расслабленной и чуть ленивой.

Но дело было вовсе не в этом! Главное — как этот человек может быть точной копией Е Цю из их собственного клуба?!

Лишь лицо самого Хань Вэньцина оставалось непроницаемо-спокойным.

Игроки «Бату» невольно устремили на Хань Вэньцина взгляды, полные сомнений в мироздании. Заметив, что выражение лица их капитана ничем не отличается от обычного, они тоже немного успокоились. Хотя стоявший перед ними Е Цю выглядел точь-в-точь как знакомый им Е Цю, его личный стиль слишком сильно отличался от того парня. К тому же, если память им не изменяла, тот вовсе не играл в видеоигры и уж точно не мог летать туда-сюда ради соревнований. Придя к такому выводу, они во всем разобрались.

После матча и прощальных рукопожатий вернувшиеся в забронированный отель игроки «Бату» дружно набились в комнату Хань Вэньцина в надежде добыть свежих сплетен из первых рук.

— Близнецы. Вы же все это и сами поняли, — Хань Вэньцин окинул взглядом столпившихся вокруг людей. — Дела в их семье сложные, языком попусту не треплите.

Что тут скажешь? Ответ капитана вроде бы прозвучал, но в то же время не сказал ничего нового, однако это все же было хоть каким-то объяснением. А раз капитан велел не болтать лишнего, значит, нужно хранить секрет.

Эх, а с виду и не скажешь, что капитан так яростно защищает Е Цю.

Правда, имели они в виду того Е Цю, который жил с капитаном на одной жилплощади.

*

— Е Цю, а люди из «Бату» случайно не встречали тебя раньше? — с некоторым сомнением спросил У Сюэфеин у юного капитана, который сразу после возвращения с матча погрузился в разбор записей игры. — Мне показалось, они все… были как будто шокированы.

Е Сю подпер подбородок одной рукой, а другой водил мышь, то и дело перетаскивая ползунок воспроизведения записи матча. И хотя вид у него был расслабленный, в глазах читались предельная сосредоточенность и серьезность. Прокрутив этот отрезок туда-обратно больше десятка раз, Е Сю наконец сделал паузу и перевел взгляд на своего вице-капитана.

— Вряд ли, — подумав, ответил Е Сю и слегка улыбнулся. — Да это ни на что и не влияет. Меня волнует только игра.

У Сюэфеин кивнул и больше не стал возвращаться к этому вопросу:

— Когда проводим собрание?

— Дай мне еще разок взглянуть, — Е Сю вновь уставился в экран. — На самом деле ошибок допущено не так уж много, просто «Бату» была в лучшей и более стабильной форме. Судя по расписанию, следующая встреча с ними состоится уже после Нового года. Тогда мы поедем к ним на домашнюю арену и одержим победу.

Голос Е Сю звучал ровно, он просто констатировал факт, но в нем крылась какая-то необъяснимая, внушающая уверенность сила.

Звезды не те, что вчера (30)

На обеденном столе перед Е Цю и Хань Вэньцином красовались четыре блюда: суп «Будда перепрыгивает через стену», баклажаны по-царски, жареные помидоры с яйцом и жареный лук-порей с яйцом.

Хань Вэньцин посмотрел на еду, и его уши слегка покраснели. Затем он поднял взгляд на Е Цю:

— Е Цю, это специально?

Они договорились, что каждый приготовит по два блюда для совместного ужина в канун Нового года. Кулинарные таланты Хань Вэньцина, честно говоря, оставляли желать лучшего: он выбрал два самых простых рецепта и все равно чуть их не спалил. Е Сю же не стал щадить его самолюбие — выбрал сложные и трудоемкие блюда и блестяще справился с задачей.

— Специально или нет, разницы нет, — усмехнулся Е Сю. — Уже то, что капитан Хань соизволил встать к плите — это великое достижение, я уже тронут до глубины души.

Рядом стояли два стеклянных бокала, в которых, разумеется, плескалось вовсе не вино, а газированный фруктовый сок. Е Сю пьянел от одного глотка, а Хань Вэньцин был профессиональным игроком, так что алкоголь в любом случае не шел им на пользу.

Бокалы легко соприкоснулись, издав мелодичный звон. Бледно-оранжевая жидкость внутри чуть заплескалась, разбивая на осколки отраженный в ней свет фар и ламп.

Ужин прошел неторопливо. Кулинарное мастерство Е Цю, разумеется, было безупречным, но и два блюда Хань Вэньцина тоже не пропали даром. Когда палочки были отложены, Хань Вэньцин с полным осознанием долга собрал посуду и унес ее мыть на кухню. Как ни крути, оба они вернулись вовремя, но по какой-то причине провозились до десяти часов вечера.

— Время летит быстро, уже совсем скоро наступит шестнадцатый год, — Е Сю сидел на диване, прислонившись к боку Хань Вэньцина. — В июле или августе следующего года я уеду за границу, на учебу в Великобританию.

— Уже все спланировал? — спросил Хань Вэньцин.

— Заявление я подал еще в начале октября, результаты будут в январе, — голос Е Сю звучал ровно. — Проблем быть не должно.

Хань Вэньцину всегда очень нравилось это спокойное и уверенное выражение лица Е Цю.

— В какой университет?

— Кембридж.

Даже если Хань Вэньцин едва получил школьный аттестат и с головой ушел в видеоигры, он все же слышал о заведениях подобного мирового уровня. Однако сейчас он думал лишь о том, как Е Цю будет справляться в одиночку за границей, да еще и совмещая учебу с управлением компанией — не слишком ли тяжело ему придется?

Словно угадав мысли Хань Вэньцина, Е Цю протянул руку и легонько ткнул его в щеку:

— По прибытии в университет я сосредоточусь на учебе, а делами компании в стране пока займется А-Руй. Если возникнут какие-то серьезные вопросы, он будет докладывать мне. На самом деле ничего сверхъестественного и тяжелого, капитану Хань не о чем беспокоиться.

Он-то так говорил, но сколько в этих словах было правды? Хань Вэньцин знал, что Е Цю не хочет волновать его, поэтому просто проглотил готовые сорваться с языка возражения.

Е Цю уже взрослый человек, к тому же самостоятельный и состоятельный — он сам во всем разберется.

Стрелки часов приблизились к одиннадцати. Хань Вэньцин и Е Цю умылись и легли в постель. Когда они устроились под одеялом, на часах было уже без десяти двенадцать.

Е Сю лежал на боку лицом к Хань Вэньцину. Вытащив руку из-под одеяла, он поднес телефон к лицу, зажег экран и постучал по виджету времени:

— Ровно через десять минут наступит новый год. Завтра новогодний выходной, можно не вставать спозаранку. Кстати, капитан Хань, а ты приготовил новогодний подарок?

Вопрос застал Хань Вэньцина врасплох, и он невольно смутился:

— …Нет.

Е Сю облегченно выдохнул:

— Я тоже.

Лицо Е Сю озарял свет экрана телефона. Хань Вэньцин долго смотрел на него, а затем протянул руку, выхватил телефон из рук Е Сю и экраном вниз бросил его на кровать. Единственный источник света в комнате погас, погрузив помещение во мглу.

Лишь в незашторенном окне все еще мерцал слабый свет проливавшегося с неба лунного сияния.Еэ Цю тихо усмехнулся, чуть качнулся, устраиваясь на боку поудобнее, и закинул руку на шею Хань Вэньцину, сокращая между ними расстояние. Теперь уже смутно ощущалось чужое теплое дыхание, а когда тот открыл рот, повеяло знакомым мятным ароматом — легким запахом их домашней зубной пасты:

— Капитан Хань.

— Что? — столь близкое расстояние и одна на двоих постель неизбежно сбили дыхание Хань Вэньцина, отчего даже голос стал еще ниже.

— Поцелуемся? Перейдем из этого года в следующий? — уголки губ Еэ Цю изогнулись в улыбке.

Хань Вэньцин всегда был человеком действия: зажав подбородок Еэ Цю большим и указательным пальцами, он сразу же припал к его губам.

Нельзя было сказать, кто кого подавлял. Первой поцелуй был страстным и обжигающим, их губы и зубы сплетались, жадно вытягивая и похищая чужое дыхание, от которого перехватывало горло. Лишь когда губы слегка налились кровью и припухли, они соизволили сбавить темп, переключившись на мягкие, нежные и долгие чмоки, не желая размыкаться.

Настенные часы в доме пробили двенадцать раз.

Еэ Цю прикусил губу Хань Вэньцина, оставив на ней след от зубов, затем легонько провел по нему кончиком языка и напоследок шумно чмокнул:

— С новым годом, капитан Хань.

— …С новым годом, — хрипло отозвался Хань Вэньцин.

То, как они сейчас лежали, было донельзя интимно: страстный поцелуй заставил их тела невольно податься навстречу, прижавшись друг к другу почти вплотную. Соприкасающаяся кожа передавала температуру, хотя было трудно разобрать, чья же кожа горячее. Они оба отчетливо чувствовали, как полыхают груди друг друга — хотелось одновременно и отстраниться, и шагнуть еще ближе.

Слишком близко. Возлюбленные прижались настолько тесно, что неизбежно вспыхнуло какое-то странное желание, преданно отразившееся на их телах.

Хань Вэньцин и Еэ Цю переглянулись, без слов поняв друг друга, но на мгновение всё же замерли.

Спустя полминуты Еэ Цю отвел взгляд, судорожно втянул воздух и, повернувшись, снова поцеловал своего возлюбленного. Одновременно с этим его пальцы легли на грудь Хань Вэньцина — стоило им коснуться голой кожи, как оба слегка вздрогнули. Движение Еэ Цю замерло лишь на секунду, а затем продолжилось, и под все более частые вздохи Хань Вэньцина он нащупал то, что нужно.

— …Еэ Цю. — В голосе Хань Вэньцина звучало сдерживание, но эта выдержка явно подошла к грани краха.

— Мм. — Тот, к кому обратились, ответил лишь одним слогом, но даже по нему было слышно, как дрожит его голос. Он словно бы прерывисто вздохнул: — Капитан Хань, всего лишь руками, неужели вы настолько целомудренны… Ой! Хань Вэньцин, ты напал со спины —

Остальные слова Хань Вэньцин заглушил поцелуем.

Все прочие звуки в комнате стихли, остались лишь двусмысленный шепот да томное дыхание, и лишь невесть сколько времени спустя раздалась тихая насмешка:

— Директор Е, это взаимность.

В дни новогодних каникул ни Еэ Цю, ни Хань Вэньцин не собирались работать. Провалявшись в постели до десяти утра, они совместили завтрак с обедом, а затем оба уселись перед компьютерами.

Раз сказано — не работать, значит, не работать. Поэтому они решили поиграть в игры — минут десять раскладывали «Пасьянс «Паук»», но, обнаружив, что это смертельно скучно, в конце концов все-таки запустили «Славу». Хань Вэньцин решил взять персонажа Еэ Цю — жреца — и пойти пофармить снаряжение, да заодно потаскать Еэ Цю по подземельям, ведь это вряд ли считалось работой.

Заядлый геймер есть заядлый геймер: Хань Вэньцин зашел с малого аккаунта и, взглянув на список друзей, увидел в сети Юй Ся, Чжан Синьцзе и еще парочку новичков из тренировочного лагеря.

[Личное сообщение] [Юй Ся — Юй Цинхэ]: Брат Хань? Ты чего это вдруг в сети?

[Личное сообщение] [Юй Ся — Долгий ветер на десятки тысяч ли]: Угу. Позови Чжан Синьцзе, пойдем в данж.

[Личное сообщение] [Юй Ся — Юй Цинхэ]: Сейчас! Синьцзе как раз рядом, я зову его.

Хань Вэньцин сначала дождался, пока в списке загорится ник [Е Бу Чжи Цю], кинул приглашение в группу, а уже после этого кликнул по аккаунтам Юй Ся и Чжан Синьцзе.

Стоит отметить, что в последнее время этот малый аккаунт Хань Вэньцина частенько мелькал рядом с персонажем Чжан Синьцзе. Конечно, не в подземельях — они вместе ходили на арену, но то, что эти два персонажа вечно отирались бок о бок, не укрылось от глаз многих согильдийцев.

[Долгий ветер на десятки тысяч ли] собирался собрать рейд в подземелье. Гильдейский мастер, прекрасно знавший личность кое-кого из присутствующих, с величайшей готовностью помог пустить по гильдейскому чату объявление для поиска опытных игроков в группу, а заодно пристроился туда и сам.

По другую сторону экрана Юй Ся, покусывая трубочку от молочного коктейля, наблюдал, как команда из двадцати человек заполняется с невероятной скоростью. Да, это был двадцатичеловечный инст, и большинство игроков в нем были знакомыми элитными бойцами. Но почему брат Хань… позвал трех жрецов?

Один — Синьцзе, вторая — девочка-жрица из постоянного гильдейского статика, а третий — какой-то незнакомый новичок. Хм… «Е Бу Чжи Цю». Почему это имя казалось таким знакомым? Нет-нет, дело вовсе не в связи с братом Е, кажется, он уже встречал его в игре раньше?

Юй Ся погрузился в раздумья, уставившись на эти четыре иероглифа.

[Команда] [Цзин Си]: Готовы заходить в инст? Долгий сегодня без Железных Доспехов на арену не пошел! Мы-то думали, вы снова отправитесь туда чувства укреплять!

[Команда] [Долгий ветер на десятки тысяч ли]: В инст. Очки DKP. Командует Сяо Ся.

Еэ Цю, глянув на произнесенное Хань Вэньцином слово «DKP», на секунду опешил. Он повернулся к Хань Вэньцину — на лице застыло полнейшее недоумение в ожидании ответа.

— DKP используют для учета активности в подземельях и гильдейских мероприятиях… Можешь считать это трудоднями, за них выкупают снаряжение, — объяснил Хань Вэньцин и передал Юй Ся права на разметку карты подземелья. — Пусть командует Юй Ся, мой голос слишком легко узнать.

Сказав это, Хань Вэньцин снова открыл окно личных сообщений с Юй Ся.

[Личное сообщение] [Долгий ветер на десятки тысяч ли]: Твоих DKP хватит? Набери снаряжения.

[Личное сообщение] [Юй Ся — Юй Цинхэ]: У меня не так много осталось, но у Синьцзе есть. Я спросил, можно воспользоваться его очками.

Хань Вэньцин слегка нахмурился. Воспользоваться DKP Чжан Синьцзе? Пожалуй, не совсем удобно.

— Обязательно нужны эти DKP? Нельзя просто купить? — Еэ Цю заглянул в игровой интерфейс. — Я могу просто идти за тобой следом, как в прошлый раз?

— Угу, — подумав, ответил Хань Вэньцин. — Если можешь, все-таки пошевеливайся иногда.

— Вот так… — Еэ Цю опустил голову, снова изучая умения жреца и вспоминая опыт двух предыдущих разов, прикинув, что должно получиться. После этого он, сам не зная куда нажав, обрушил на Хань Вэньцина Великое исцеление.

…Вот только у Хань Вэньцина здоровье и так было полным.

В группе на мгновение воцарилась тишина. По крайней мере, это действие поняли все до единого, придя к однозначному выводу: этот жрец, которого привел с собой рейд-лидер, играть абсолютно не умеет.

Персонаж Еэ Цю появлялся на публике настолько редко, что для любого он выглядел новичком.

Пока они проходили половину подземелья, Чжан Синьцзе получил несколько личных сообщений.

[Личное сообщение] [Цзин Си]: Железные Доспехи, этот новенький почему все время таскается за Долгим? Будь начеку! Ого, Железные Доспехи, ты еще и свои DKP отдал новенькому на шмот! Что здесь творится?!

[Личное сообщение] [Цзин Си]: Он что, пришел побороться за благосклонность и выбиться в фавориты?! Железные Доспехи, не пасуй!

Чжан Синьцзе какое-то время смотрел на эти сообщения. Все слова были ему знакомы, но, сложенные вместе, они вызывали некоторое недоумение — о чем они вообще думают?

[Личное сообщение] [Железные Доспехи покрыты инеем]: Не нужно недоразумений.

Посчитав, что раскрывать отношения Хань Вэньцина и Еэ Цю не совсем уместно, Чжан Синьцзе объяснил всё через другие связи.

[Личное сообщение] [Железные Доспехи покрыты инеем]: Долгий — мой начальник. Е Бу Чжи Цю — начальник Долгого.

Ближе к концу года Еэ Цю уладил все дела в руках. Оба предприятия функционировали отлично: помимо платформы «Морозная листва», Еэ Цю открыл еще одну компанию, занятую бизнесом игровых периферийных устройств.

— На Новый год я уеду домой, — произнес Еэ Цю, сдирая фантик с молочной ириски и сначала запихнув конфету в рот Хань Вэньцину. — Через пару дней возвращаюсь. Список принятых в Кембридж уже вышел, так что мне нужно заранее подать заявку на учебную визу и разрешение.

Хань Вэньцин бросил взгляд на дату и время, высвечивавшиеся на экране телефона: тридцать первое января, три часа дня.

— Какого числа ты улетаешь? Я отвезу тебя в аэропорт.

— В этом году китайский Новый год выпадает на седьмое февраля, я уезжаю третьего, — Еэ Цю полистал детали забронированного билета. — Самолет в двенадцать дня третьего числа.

— Среда, подходит, — кивнул Хань Вэньцин. — Осталось всего ничего, вещи собрал?

— Угу, собрал. На самом деле везти с собой придется не так уж много, — отозвался Еэ Цю. — Капитан Хань, ты занят, а я пойду разберусь с одним документом.

Заявив, что ему нужно разобраться с документом, Еэ Цю направился в пустующую уже долгое время гостевую спальню, на ходу прикрыл за собой дверь, а затем на его лице проступило задумчивое выражение. На этот раз, возвращаясь домой, у него были особые планы. Он ведь купил квартиру в Ц., и намерения его были предельно ясны: рано или поздно придется найти время и объявить об этом семье. И уж тем более сейчас, когда родители находились в состоянии зуда «познакомить сыночка с хорошей девушкой».

Просто поразительно: в старшей школе ему категорически запрещали даже думать о ранней романтике, зато стоило стать совершеннолетним, как тут же принялись пилить с поисками пары. Что за родители такие!

Еэ Цю собирался рассказать родителям о Хань Вэньцине как раз во время Праздника весны. Он прекрасно понимал, что такой шаг прозвучит крайне внезапно, и отчетливо сознавал, что согласия семьи, скорее всего, не дождется. Но молчать было нельзя — бегство от проблем явно не входило в его стиль.

Тянуть бесполезно. Подготовив для себя запасной аэродром, он просто во всем признается родителям. Подумав об этом, Еэ Цю вдруг поймал себя на мысли, что ему отчего-то стало смешно: с чего это он чувствует себя так, словно отправляется на героическую смерть?

Мм… Впрочем, если подумать, разве это не равносильно тому, чтобы добровольно шагнуть в пасть смерти?

http://bllate.org/book/21407/2184571