Готовый перевод DDL / Смертельный дедлайн: День 75-А

Чжуан Цяо стоял у входа в «Бар Лантэ», стараясь сохранять невозмутимость.

Это был довольно популярный немецкий ресторанчик неподалёку от университета с демократичными ценами. Деревянные столы и стулья, стены, украшенные декоративными картинами в баварском стиле.

Чжуан Цяо вдруг ощутил мощное дежавю. Этот смешанный аромат свежеиспечённого хлеба, хмеля и жареного мяса, эта шумная атмосфера…

Всё было слишком похожим.

Германия. Третий курс, стажировка по обмену. Студенческая вечеринка «Международная ночь», организованная студсоветом.

Именно тогда он впервые встретил Вэй Чанъюаня. Соотечественник, который сам подсел к нему и заговорил на родном языке, естественно, сразу вызвал расположение. Их отношения тогда быстро завязались и пошли в гору.

Чжуан Цяо нахмурился. Зачем нужно было выбирать именно это место?

– А, ты пришёл.

Знакомый голос вернул Чжуан Цяо к реальности. Он взял себя в руки и увидел Вэй Чанъюаня, который сидел в кабинке у окна и лучезарно улыбался.

– Посмотри, что будешь заказывать? – Вэй Чанъюань пододвинул к нему меню. – Говорят, у них здесь свиная рулька очень аутентичная.

– Мне без разницы, выбери сам.

Вэй Чанъюань перелистывал меню:

– К слову, помнишь, когда мы ездили в Гейдельберг, рулька в той пивной «Старый дуб» была просто шедевральной? – он посмотрел на Чжуан Цяо. – Славные были времена: куча друзей, шумные компании, не то что сейчас… – он вздохнул. – Единственный знакомый человек и тот зовёт меня «Вэй-лаоши».

Чжуан Цяо окончательно запутался. Ещё вчера этот парень язвил, подкалывал его и явно злился из-за того старого внезапного игнора. С чего вдруг такая волна ностальгии?

Однако Чжуан Цяо всегда был готов дать человеку шанс.

– Мы ведь не виделись целых девять лет, – с улыбкой произнёс Чжуан Цяо. – Когда так долго не общаешься, бывает сложно сразу нащупать правильную социальную дистанцию.

Вэй Чанъюань пристально посмотрел на него и мягко улыбнулся:

– Да, девять лет… Знаешь, многих вещей я тогда не понимал, а теперь наконец осознал.

Чжуан Цяо решил осторожно прощупать почву, тщательно взвешивая каждое слово:

– Например?

Вэй Чанъюань перевёл взгляд на туманные ночные огни за окном:

– Например, каково это смотреть, как твои однокурсники один за другим защищают диссертации и выпускаются, пока ты сам намертво застрял на обработке данных. Когда модель упорно отказывается работать, и твой академический отпуск растягивается год за годом. Каково это возвращаться в Китай, искать работу, заполнять до полуночи кучи документов и неделями ждать от научного руководителя рекомендательное письмо, которое в итоге как в воду кануло. – он повернулся к Чжуан Цяо: – Прости меня. Я был тогда слишком инфантильным. С моей стороны было жутко эгоистично отделаться такой пустой и легкомысленной фразой, когда тебе было по-настоящему тяжело.

Чжуан Цяо смотрел на него. Только теперь, находясь так близко, он смог разглядеть лёгкую тень усталости, залепившую уголки глаз старого знакомого.

Им обоим было уже по тридцать лет.

– Говорят, клетки человеческого тела полностью обновляются каждые семь лет, – сказал Вэй Чанъюань. – Ты знал ту, предыдущую мою версию, но того меня уже нет. Давай просто посчитаем, что мы знакомимся заново. – он поднял пивную кружку. – За нашу вторую встречу. Будем здоровы.

Чжуан Цяо взял свой бокал и чокнулся с ним. После этого искреннего признания напряжение, сковывающее его весь вечер, окончательно отпустило.

Всё-таки он защитил докторскую, а этот путь ни для кого не бывает лёгким. Наверняка жизнь успела его потрепать. Похоже, он и правда изменился, – подумал Чжуан Цяо.

Он махом осушил половину бокала. Вэй Чанъюань лишь изумлённо покачал головой:

– Помнится, раньше тебе хватало пары глотков, чтобы опьянеть. Когда это ты успел так эволюционировать?

Чжуан Цяо усмехнулся:

– Жизнь научила.

Он поставил бокал на стол, чувствуя, как по телу разливается приятное расслабление.

За три дня разлуки учёный муж меняется до неузнаваемости¹. Похоже, потенциал Вэй Чанъюаня, прямо как его умение пить, просто дремал, пока обстоятельства не прижали как следует.

¹(士别三日当刮目相待) – известная китайская идиома из «Троецарствия». Означает, что человек может сделать колоссальный шаг вперёд за короткий срок, и к нему нельзя подходить со старыми мерками

По настоянию Чжуан Цяо счёт за ужин они закрыли пополам. Когда они плечом к плечу вышли из ресторана, в ночном весеннем ветре уже совсем не чувствовалось холода. Вэй Чанъюань остановился и повернулся к Чжуан Цяо:

–  Ты как добирался?

– На автобусе.

– Может, подвезти тебя? – Вэй Чанъюань указал на припаркованную у обочины машину, знаменитой марки, по которой сразу можно было определить, что стоит она немало.

Чжуан Цяо махнул рукой:

– Не надо, я сытно поел, лучше прогуляюсь, чтобы еда усвоилась.

– Ты живёшь рядом?

– Да, в жилом комплексе прямо за восточными воротами университета.

– О, так мы устроились совсем рядом, – Вэй Чанъюань махнул рукой в сторону высотных зданий на западе. – Я обосновался в «Юньлуюань».

Чжуан Цяо прекрасно знал этот комплекс. Самый элитный квартал в округе, застроенный исключительно пентхаусами и роскошными квартирами со свободной планировкой, где даже скромная однокомнатная квартира по площади приближалась к двумстам квадратным метрам. В своё время Чжуан Цяо лишь мельком глянул на цены в офисе продаж и тут же сбежал, даже не притронувшись к воде, которую ему любезно налил менеджер.

– Отличный комплекс, – отозвался Чжуан Цяо. – Но одному в такой огромной квартире, наверное, тяжело управляться с уборкой?

– Да нет, с этим никаких проблем, я нанял очень толковую помощницу, – беспечно отмахнулся Вэй Чанъюань. – Убирает чисто, готовит потрясающе, да и вещи всегда раскладывает строго по местам.

Чжуан Цяо мысленно посмеялся над собственной ограниченной фантазией и поинтересовался:

– Раз она такая замечательная, сколько же ты ей платишь в месяц?

– Какую именно из них ты имеешь в виду?

– ...Можешь не продолжать.

– Эх, – Вэй Чанъюань потянулся, разминая плечи. – Каждый день в университете так выматываешься. Если ещё и дома не будет нормальных условий, то ради чего вообще жить?

Чжуан Цяо на секунду опустил голову, а затем выдавил улыбку:

– И то верно. Что ж, тогда до завтра. В институте увидимся.

– Хорошо, – в голосе Вэй Чанъюаня послышались нотки сожаления. – Аккуратнее по дороге.

Он направился к своей роскошной машине, которая буквально сияла в полумраке ночной улицы. Трезвый водитель уже ждал его. Двигатель отозвался низким, мощным рокотом, и автомобиль плавно влился в транспортный поток, быстро растворившись в конце улицы.

Чжуан Цяо проводил взглядом залитые огнями высотки элитного комплекса «Юньлуюань», плотнее запахнул пальто и побрёл в сторону своего видавшего виды, зато такого родного и доступного жилого квартала.

Зевая на ходу, он подошёл к своей двери и приложил палец к недавно установленному электронному замку. Экран остался абсолютно чёрным и никак не отреагировал.

Он ткнул в него ещё несколько раз. Чёртова железка упорно притворялась мёртвой.

Батарейка села?!

Он перерыл все карманы и только тут вспомнил, что аварийный механический ключ остался внутри квартиры. Он постучал в дверь, но никто не отозвался.

Чжуан Цяо набрал номер Пэй Цисы. На том конце провода раздался сильный уличный шум, будто его друг шёл прямо вдоль оживлённой трассы.

Что за дела? Пэй Цисы вышел на улицу ночью?

Скоро конец света?

– Замок разрядился? – донёсся из трубки голос Пэй Цисы. – Я ушёл на встречу с другом, скоро буду. Но я далековато от нашего квартала, ехать минут тридцать-сорок. Может, посидишь пока где-нибудь внизу?

Чжуан Цяо вздохнул:

– Да ладно, не торопись. Я пока вернусь в университет...

Не успел он договорить, как за спиной послышался лёгкий скрип дверных петель. Тёплый жёлтый свет хлынул из соседней квартиры, прочертив на полу длинную яркую полосу.

Чжуан Цяо вздрогнул и сбросил вызов. Он обернулся. Гуй Фань стоял на стыке света и тени, бесстрастно разглядывая его.

Они безмолвно смотрели друг на другу несколько секунд, прежде чем сосед медленно произнёс:

– Электронный замок сел?

Чжуан Цяо почему-то нервно сглотнул:

– Угу.

– Заходи, подожди внутри.

Бросив эту фразу, Гуй Фань развернулся и ушёл вглубь квартиры, оставив дверь распахнутой настежь. Чжуан Цяо поколебался мгновение, но всё же переступил порог.

Стоило ему оказаться в прихожей, как сердце почему-то забилось чаще. Это был первый раз, когда он зашёл в гости к этому загадочному человеку.

В гостиной царил идеальный порядок. Серый тканевый диван, стеклянный журнальный столик, торшер и ослепительно белые стены. Квартира напоминала безупречно обставленный шоурум из каталога недвижимости.

Полной противоположностью интерьеру был балкон. Листья монстеры там едва не подпирали потолок, ствол лировидного фикуса был густо увит плющом, а суккуленты громоздились в углу разноцветной живой горкой.

Чжуан Цяо часто видел с балкона напротив эти джунгли, поэтому не слишком удивился. По-настоящему его внимание привлекло другое. В углу гостиной стоял рояль.

Да простят его за этот стереотип, но, судя по поношенному плащу и убогому транспорту Гуй Фаня, тот никак не вязался с образом человека, умеющего играть на рояле.

Однако, когда Гуй Фань поставил перед ним чашку чая, Чжуан Цяо вновь обратил внимание на его руки с длинными, сильными пальцами, идеально созданными для клавиш.

Эти руки медленно отпустили чашку, и тут же раздался всё тот же лишённый эмоций голос:

– Ты снова пил.

Чжуан Цяо слегка растерялся:

– Ну да, выпил немного со старым однокурсником.

– Бывшим однокурсником?

– С тем самым, которого ты вчера встретил... Но между нами вообще ничего нет, – выделил интонацией Чжуан Цяо. – Мы просто поностальгировали о прошлом.

Гуй Фань, судя по виду, ничуть не заинтересовался этими объяснениями. Зато сам Чжуан Цяо занервничал и неуклюже сменил тему:

– Не ожидал увидеть у тебя рояль.

– Его оставил хозяин квартиры, – ответил Гуй Фань.

– А, – сказал Чжуан Цяо. – А я уж подумал, ты умеешь играть.

Спустя мгновение Гуй Фань произнёс:

– Умею немного.

Чжуан Цяо уставился на него, не зная, чему удивляться больше: тому, что этот парень умеет играть на рояле, или тому, что он сам в этом признался.

– И какие произведения ты исполнял?

В этот раз пауза затянулась, словно хозяин дома погрузился в какие-то невероятно далёкие воспоминания.

– «Вариации Гольдберга», «Хорошо темперированный клавир», ноктюрны Шопена. Что-то в этом роде.

Звучало как серьёзная классика. Чжуан Цяо ещё раз внимательно оглядел Гуй Фаня. Даже в этом оборванном плаще в нём отчётливо читалось... Как бы это назвать, аристократическое благородство?

– Ты... – осторожно спросил Чжуан Цяо. – Твоя семья раньше была богатой, а потом разорилась?

Гуй Фань слегка нахмурился. Чжуан Цяо принял эту реакцию за знак согласия.

Чувство жалости и сострадания хлынуло из него, словно горячий гейзер.

Гуй Фань ведь говорил, что у него не осталось ни родных, ни друзей. Это из-за трагедии, вызванной банкротством? Или из-за человеческого равнодушия, с которым сталкиваются все разорившиеся богачи?

В своей голове Чжуан Цяо уже состряпал целый сюжет о молодом господине из благородной семьи, который пережил страшное потрясение, остался без крыши над головой и теперь скитается по свету, скрываясь от долгов. Сочувственно вздохнув, он спросил:

– И… что ты планируешь делать дальше? Так и будешь всё время работать электриком?

Гуй Фань отпил чай и ничего не ответил.

Чжуан Цяо только собирался продолжить расспросы, как сосед поднялся и произнёс фразу, от которой физик едва не свалился с дивана:

– Хочешь послушать?

– Что?

– Музыку.

Чжуан Цяо долго смотрел на него и в итоге нерешительно кивнул. Пока он пребывал в глубоком ступоре, хозяин дома подошёл к инструменту и откинул крышку.

С самым первым упавшим звуком Чжуан Цяо осознал, что это далеко не уровень «умею немного». Мелодия плавно струилась, и каждый аккорд казался омытым лунным светом.

Чжуан Цяо совершенно не разбирался в классической музыке, но даже его против воли захватили и увлекли за собой эмоции, сокрытые в этой пьесе.

И тут Гуй Фань запел.

Это была вокальная партия, напоминающая торжественную и величественную оперную арию.

В этом мире даже если бы тихоходка вдруг выскочила из антарктического ледника и запела, это не удивило бы его так сильно, как голос сидящего перед ним человека.

Это был немецкий язык. Чжуан Цяо год провёл в Германии по обмену, он слышал академическую речь профессоров на лекциях, смех и ругань студентов в пабах, механические объявления в метро, но никогда не думал, что немецкий может звучать так чарующе. Каждый слог напоминал глубокое созвучие виолончельных басов.

Когда ария и рояль оборвались на полуслове, Чжуан Цяо обнаружил, что его лицо пылает, ладони взмокли от пота, а сердце бьётся с ненормальной скоростью.

Гуй Фань посмотрел на него. Чжуан Цяо хотел что-то сказать, но слова застряли в горле, лишив его голоса.

Отголоски фортепианных аккордов безмолвно блуждали по комнате, окутывая их перекрещенные взгляды.

Тишина стояла такая, что было слышно, как в груди продолжает биться этот гул.

В конце концов, Гуй Фань первым прервал оцепенение.

Он мягко закрыл крышку рояля и кивнул на дверь:

– Твой сосед вернулся.

Чжуан Цяо встрепенулся и тут понял, что с лестничной клетки доносятся шаги. Он встал и, проходя мимо балкона, заметил, как дрожат листья. Эти цветы и их хозяин были так же красивы и непонятны, как та немецкая ария.

Перед тем как закрыть за собой дверь, он обернулся и тихо произнёс:

– Спокойной ночи.

Гуй Фань, стоя в прихожей, ответил:

– Träum schön.

Это означало «Приятных снов». Чжуан Цяо слышал эту фразу от многих людей, но никто не произносил её так красиво.

Он подошёл к своей двери. Пэй Цисы держал в руках запасной ключ и с недоумением разглядывал замок.

– И зачем ты звонил мне? – Пэй Цисы указал на электронный дисплей. – Замок же в полном порядке.

– Что? Да как это воз... – голос Чжуан Цяо затих. Он в шоке уставился на кодовую панель, каждая цифра светилась идеально чётко.

– Странно, – он уставился на замок. – Буквально только что же не работал.

Отчёт о работе за 16 день:

Fertig.

Резолюция архангела:

Решил козырнуть знанием языков, да?!

И вообще, ты что устроил? Сначала устроил искусственный ливень, а теперь держишь над ним зонтик?

Кто так работает?!

Автору есть что сказать:

Fertig по-немецки «готово», хотя я немецким особо не владею, так что если будут ошибки поправляйте.

Комментарии переводчиков: 

даже интереснее стало узнать бэкграунд ГФ, уже из аннотации было известно что он немецкий призрак, но вот в какие годы…

– bilydugas

http://bllate.org/book/21300/3105753