Готовый перевод The Eldest Brother's Duty / Долг старшего брата: Межзвездная одиссея: Глава 21

Буландо утверждает, что отряд, которым командовал Шэнь Жань в то время, принадлежал не этому пространству и времени?

Шэнь Цзян долго думал, убеждаясь, что не ослышался: — У тебя есть доказательства?

— Нет, только интуиция. Но если мы установим личность того палача и того существа, которое было отправлено через портал, всё встанет на свои места.

— Беспочвенные домыслы. Ты думаешь, я в это поверю? — бесстрастно глядя на голографический экран, переспросил Шэнь Цзян.

— Поверю. Будь на моём месте ты, то непременно поверил бы моим догадкам и помог бы в расследовании, — ответил Буландо, за чьей спиной вдруг пронеслись несколько солдат в тяжёлых доспехах; судя по всему, он находился на какой-то военной базе. — Это задание чрезвычайно важно. Если говорить о худшем, оно даже угрожает безопасности всей Федерации.

Шэнь Цзян промолчал.

Хоть это предположение и звучало безумно, в тот момент, когда оно было высказано, Шэнь Цзян действительно поколебался.

— Информация, которую я могу разгласить, пока ограничена. Зато награда за эту миссию шестизначная, и я готов поделиться с тобой половиной.

Шэнь Цзян ответил: — Тогда я подумаю.

— Ах да, ещё кое-что, — не успел Буландо договорить, как вдалеке раздался чей-то голос:

— Господин Рид, прозвучал приказ о всеобщем сборе!

— Быстрее, быстрее, успеешь еще миловаться со своим омегой, когда вернёшься.

— У меня срочные дела, я пошёл.

— Счастливого пути.

Сбросив вызов, Шэнь Цзян ещё долго стоял на месте, погруженный в раздумья.

Если он выболтает всё, что касается семьи Шэнь, его, скорее всего, тоже уничтожат.

Как бы он ни размышчал над этими событиями, логика ускользала от него, и он отчаянно нуждался в ком-то, с кем можно было бы поговорить. Необязательно, чтобы этот человек помогал решать проблемы — достаточно было просто выслушать его излияния.

Шэнь Цзян мысленно перебрал всех знакомых. Казань? Забудьте. Мало того, что этот талисман на удачу скорее добавит ему головной боли, так еще и отношения между двумя семьями заранее исключали возможность обсуждать с ним подобное.

Тогда… Сюэ Шань?

Шэнь Цзян тут же отмёл эту мысль: он пока еще не хотел умирать от рук этого безумного злого доктора.

Цэнь Син?

Поразмыслив как следует, он пришёл к выводу, что открыться можно, пожалуй, только этому сводному младшему брату.

По крайней мере, до сих пор, узнав о его истинной сущности и о грязных делах семьи Шэнь, Цэнь Син неизменно оставался на его стороне. Шэнь Цзян и не рассчитывал, что полуподросток Цэнь Син сможет ему реально помочь, ему было достаточно того, чтобы его просто выслушали.

Приняв решение, Шэнь Цзян немедленно отправился в путь, направляясь в учебный корпус медицинского факультета.

Дверь лаборатории K-03 не была заперта. Внутри, помимо высокого белокурого юноши, находилось ещё несколько студентов — толпа обступила операционный стол и о чём-то тихо спорила.

Почувствовав присутствие постороннего, Цэнь Син оглянулся.

Заметив, что Цэнь Син слегка оживился и в его глазах промелькнула радость, Шэнь Цзян махнул рукой, жестом показывая, чтобы тот продолжал общаться с однокурсниками, а сам тихонько шмыгнул в лабораторию и уселся на подоконник в углу.

Послушав какое-то время, Шэнь Цзян примерно понял, что они выполняют командное задание, и, чтобы не мешать, открыл учебник, принявшись освежать в памяти теоретические знания.

— Старший брат!

Не прошло и много времени, как Шэнь Цзян услышал радостный оклик.

— Закончил? — Шэнь Цзян спрыгнул с подоконника.

Но не успел он и слова сказать Цэнь Синю, как его опередил кто-то из однокурсников парня:

— Ого! Малыш Цэнь, так это тот самый старший брат, о котором ты вечно только и говоришь?

— Разве это не тот самый крутой бета из военного училища?

— …

— Здравствуй, старший студент Шэнь Цзян, можно получить твой контакт?

Прежде чем он успел прийти в себя, перед ним протянулась рука — его приглашали поднести коммуникатор, чтобы обменяться контактами.

Шэнь Цзян посмотрел на проявившего инициативу юношу: миловидное лицо, мягкие черты, изящная фигура — судя по всему, это был хрупкий маленький омега.

Но главное — его холодноватый темперамент до боли напоминал того самого омегу, в которого Шэнь Цзян был безумно влюблен в юности.

— Мне тоже нужны контакты! Я хочу, чтобы ты подтянул меня по симуляции боя, цену назначай сам, я гарантирую, что смогу заплатить.

— Посто… — не успел Шэнь Цзян договорить, как хранивший молчание Цэнь Син резко выпрямился и недобрым взглядом уставился на него.

Шэнь Цзян хотел было что-то сказать, но Цэнь Син опередил его:

— Старший брат, если ты будешь раздавать налево и направо слова всяким ма-маленьким омегам, твоя жена, когда узнает, наверняка будет ужасно, ужасно счастлива, да?

Жена?

Шэнь Цзян остолбенел.

— А? Твой брат не одинок? Почему ты раньше не сказал?

— Скоро выпуск из старшего отделения, возраст подходящий, жениться — это вполне нормально, но зачем заманивать людей в сети, умалчивая об этом?

— Есть семья? Как скучно…

— Разве так не даже еще интереснее?

— …

Шэнь Цзян сжал кулаки.

Ему страшно хотелось щелкнуть Цэнь Сина по лбу, но присутствие однокурсников брата заставляло соблюдать приличия — нужно было оставить парню хоть капельку самоуважения.

Когда студенты разошлись и в лаборатории остались только они вдвоем, Шэнь Цзян с каменным лицом произнес:

— Какая ещё у меня жена? Люди просили мои контакты, к тебе они не обращались.

— Неужели старший брат и вправду хотел с ними обмениваться контактами? — не отвечая на прямой вопрос, бросил в ответ Цэнь Син.

Его пухлое в детстве лицо теперь полностью утратило детские черты, и когда он принимал суровый вид, это начинало вызывать у Шэнь Цзяна невольное чувство давления.

Хотел он того или нет — его личное дело.

С какой стати Цэнь Син вздумал указывать ему и строить кислые мины?

Шэнь Цзян уже собрался возразить:

— Тогда я открою старшему брату глаза. Кто-то из них просто хочет завязать с ним отношения, а кто-то — вступить в контакт с перекрытием тел/. Но в любом случае, дойди вы до обмена биологическими жидкостями/, возникнет риск раскрытия твоей нечеловеческой сущности. Студенты-медики гораздо чувствительнее, чем ты думаешь, особенно к проявлениям других видов. Я сказал про жену лишь затем, чтобы защитить старшего брата… — под конец голос Цэнь Сина прозвучал с обидой. — Впрочем, неважно, это я слишком переживаю, одна лишь головная боль и никакой благодарности…

— Я не это имел в виду, — видя, как Цэнь Син опустил голову, поспешно произвел Шэнь Цзян.

Гнев мгновенно улетучился.

Казалось… в словах Цэнь Сина был немалый резон.

Слишком близкие отношения действительно могли легко выдать в нем нечеловеческую природу, и Шэнь Цзян вдруг почувствовал некоторую благодарность за то, что все эти годы оставался одинок.

Цэнь Син по-прежнему стоял с поникшей головой, изображая крайнюю степень обиды.

— Прости, я не подумал о последствиях, я был неправ, что сорвался на тебя. — Видя, что младший брат молчит, Шэнь Цзян подошел и хлопнул его по плечу. — Ты же знаешь, у меня порой не хватает проницательности. — Шэнь Цзян неловко почесал в затылке.

Придумать хоть какие-то утешительные слова он не мог.

— …

Шэнь Цзян: — Ну не сердись ты.

Еще секунду назад надутый Цэнь Син вдруг расплылся в улыбке:

— Разве я могу сердиться на старшего брата? Просто я слишком устал улыбаться перед однокурсниками, лень было напрягать лицевые мышцы. — С этими словами Цэнь Син потер ладонью щеку.

Шэнь Цзян с облегчением выдохнул.

— Кстати, раз уж старший брат специально пришел в лабораторию, у тебя что-то случилось?

Тут Шэнь Цзян вспомнил о главной цели своего визита.

Но когда дело дошло до признания, слова застряли у него в горле.

Идти жаловаться младшему, слабому брату…

— Расскажи мне. Я уже не маленький и вполне могу помочь брату разобраться с заботами. К тому же мы самые близкие люди, если не расскажешь мне, так кому же еще? Посторонним? — с этими словами Цэнь Син запер дверь лаборатории на замок, подошел к подоконнику, где сидел Шэнь Цзян, и устроился рядом.

Поразмыслив немного, он просто лег головой Шэнь Цзяну на колени.

Совсем как в детстве.

Шэнь Цзян почувствовал тяжесть на бедрах.

Он не стал отталкивать парня, лишь нервно усмехнулся и протянул руку, зарывшись пальцами в мягкие серебристо-белые пряди: — Такой большой, а всё еще любишь ластиться?

— Никого же больше нет. Ну расскажи. — Цэнь Син снизу вверх заглянул в лицо Шэнь Цзяну, его ярко-синие глаза мерцали и переливались, словно сапфиры, инкрустированные растертой в пыль звездной россыпью; их свет был приглушенным, но оторвать от них взгляд было невозможно. Серебристо-белые волосы отросли: половина падала на плечи, а половина рассыпалась по коленям Шэнь Цзяна.

Поколебавшись еще мгновение, Шэнь Цзян все-таки пересказал содержание своего разговора с Буландо.

Он ничего не стал утаивать, выложив Цэнь Сину всё подчистую, включая все их прошлые встречи.

В конце концов, от Цэнь Сина ему скрывать было нечего. Даже если бы он попытался, Цэнь Син всё равно узнал бы обо всем по другим каналам — например, через дела семьи Шэнь.

Едва он закончил, Шэнь Цзян почувствовал резкую боль от нажима на колени.

Цэнь Син взволнованно перевернулся.

— Значит, старший брат уже давно поддерживает связь с этим человеком? — в голосе Цэнь Сина послышалось недовольство.

— Что такое?

— Ладно, сейчас не время об этом говорить. — Цэнь Син мгновенно спрятал недовольство и напустил на себя улыбку. — Прежде всего, я рад, что старший брат доверяет мне и делится этим… Но, старший брат, семья Рид обладает наибольшей долей власти в Федерации, его словам нельзя верить, и даже сближаться с тобой он изначально начал из корыстных побуждений.

Шэнь Цзян: — Я это знаю.

— Если ты действительно намерен сотрудничать с ним, возьми меня с собой. Пока я рядом, он не сможет причинить старшему брату вред, — проговорил Цэнь Син и лукаво моргнул.

Шэнь Цзян рассмеялся.

Он подумал про себя, какую пользу может принести полудетёныш Цэнь Син.

Хотя объективно Цэнь Син уже не был ребенком, в глазах Шэнь Цзяна он оставался им — и всегда будет.

— Старший брат, не смейся, я серьезно. Знаешь ли ты, как функционируют гены гигантского зверя? Почему, несмотря на то, что их запрещали столько лет, находится столько врачей и ученых, жаждущих их воссоздать?

— Без понятия, — честно ответил Шэнь Цзян. — Но раз они смогли переломить ход войны за независимость Федерации, это наверняка мощнейшее оружие.

Цэнь Син: — А ты слыхал историю о сирене?

— Это та самая обольстительная девица, чье пение губило корабли? — припомнил Шэнь Цзян. — Слышал, в книжках со сказками на ночь про это пишут.

Цэнь Син: — Впоследствии было доказано, что такое существо действительно существовало — оно относилось к древним гигантским зверям, хотя было ли его лицо столь соблазнительным и являлось ли оно женщиной, выяснить не удалось. Они способны с помощью звука создавать помехи в окружающем магнитном поле; этого поля было достаточно, чтобы корабельные компасы той эпохи сбоили, заставляя судна врезаться в рифы. Созданное путем генной модификации гуманоидное оружие работает по тому же принципу. После мутации и превращения в зверя человек не только становится неуязвимым для клинков и пуль, способным отразить большинство физических атак, но — что еще страшнее — может напрямую глушить радиосигналы и даже перехватывать управление ими. В таком случае изменить курс вражеского линкора и нанести прямой удар по вражескому штабу — сущие пустяки. При должной тренировке теоретически можно даже воздействовать на мозговые волны. А если обучение проведено успешно и в момент превращения в зверя сохраняется человеческая воля, можно будет еще и фильтровать сигналы: определять, какие из них принадлежат противнику и подлежат подавлению, а какие — своим войскам, и их глушить не нужно.

Шэнь Цзян слушал с отвисшей челюстью.

Если рассуждать так, то спасение положения силами одного лишь Линь Ючжи уже не казалось невероятной сказкой — это было форменным превосходством высшего порядка.

То, что потомки стремились обойти закон и заново воссоздать столь мощное человекоподобное оружие, выглядело вполне логичным.

— Откуда ты всё это знаешь? — отойдя от шока, не удержался от вопроса Шэнь Цзян.

Он до сих пор помнил, что изначально начал сотрудничать с Сюэ Шанем ради того, чтобы узнать личность Цэнь Сина. В итоге же, пройдя через все круги, выяснил, что он сам не человек, дети его родителей — вовсе не он, и узнал еще массу умопомрачительных новостей.

И только личность Цэнь Сина выяснить так и не удалось.

Зато сам Цэнь Син незаметно выпотрошил все его тайны до самого дна.

http://bllate.org/book/21234/2148410