Готовый перевод Double Trouble / Два бойца на одной арене: Глава 33

Кликнув на главную страницу гильдии, он зашел в информацию о главе, добавил в друзья и отправил приглашение в группу.

Чу Фань пролежал «трупом» в общежитии целый день, пока Ши Лэй с остальными не вернулись и не разбудили его. Стоило ему открыть глаза, как желудок тут же начал протестовать — его урчание, пожалуй, вполне можно было назвать оглушительным. Кое-как перекусив в столовой на скорую руку, чтобы заморить червячка, Чу Фань получил звонок от Ши Лэя.

— Чу Фань, поживей возвращайся, тут осада города вот-вот начнётся!

Стоило Ши Лэю всполошиться, как его голос стал ещё громче. У Чу Фаня от неожиданности задрожала рука, и телефон шмякнулся на пол. Подняв его, он обнаружил, что аппарат каким-то образом сам по себе выключился.

Осада города, о которой говорил Ши Лэй, представляла собой битву за титул владыки главного города. В ней участвовала вся гильдия целиком, и в случае победы глава получал титул городского владыки и соответствующие привилегии.

Когда Чу Фань вернулся в общежитие, Ши Лэй и Чжан Цзыбо были в самом разгаре жаркой схватки: они одновременно сражались и командовали. Главой вражеской гильдии оказался донатчик, вгрохавший туда немало денег, и сейчас он шёл по следам врагов с налитыми кровью глазами. Парни из гильдии Ши Лэя несли некоторые потери. Заметив вернувшегося Чу Фаня, Ши Лэй тут же за шкирку затащил его в игру.

[Глава вернулся! Отлично!]

[Глава, давай вперёд!]

Чу Фань улыбнулся и отправил эмодзи с поднятым большим пальцем. Он никогда не вкладывал деньги в игры, ему даже удавалось неплохо на них подзаработать — всю экипировку для своего персонажа он добыл сам. Многие наилучшие вещи было не купить ни за какие деньги.

Стоило Чу Фаню взять противников под контроль, как ситуация на поле боя мгновенно переломилась. Наконец осада завершилась, и гильдия, в которой состоял Чу Фань, успешно захватила статус владыки города. Опершись спиной о спинку кресла и переведя дух, Чу Фань уже собирался выйти из игры, как его внимание привлёк один персонаж. Это была женщина-воительница, но привлекло его кое-что другое — её имя: Крупная крупа. Глядя на новичка в группе, Чу Фань подумал, что он, пожалуй, слишком много надумывает: Чу Лян почти не играл в игры, к тому же у этого персонажа был женский пол. Но именно из-за этого имени Чу Фань не испытывал особого отторжения к незнакомке.

— Новичок? — стукнул по клавиатуре Чу Фань.

Чу Лян замер, глядя на напечатанные им слова. Чу Фань пользовался всеобщей любовью и охотно болтал со всеми в гильдии. Ничего не отвечая, Чу Лян просто следил за их перепиской и даже не заметил, когда именно в группе появился целитель.

Мо Юй Яньжань: [Чу Фань, ты же говорил, что сегодня поведёшь меня фармить Логово демонов! Нельзя же нарушать обещания.]

Чу Фань: [Собирай людей. Как все соберутся, начнём.]

Мо Юй Яньжань: [Хорошо. Слушай, а зачем ты ещё и новичка с собой тащишь? Кикни его скорее, нам надо нормально укомплектовать группу.]

Чу Фань нахмурился, глядя на слова Мо Юй Яньжань. Она была одной из основательниц гильдии, но за её языком никогда не водилось привычки следить.

Системное уведомление: Крупная крупа покинула группу.

Чу Фань: [Готовимся заходить.]

Чу Фань открыл страницу гильдии, отыскал женщину-воительницу по имени Крупная крупа и обнаружил, что та уже вышла из игры.

Чу Лян вышел из игры и уставился стеклянным взглядом на монитор. Готовясь к гаокао, он больше не заходил в игры.

За день до экзамена мама отпросилась с работы: её второй сокровище сдавало гаокао, и не было ничего важнее этого события. Чу Лян с унылым видом смотрел на невероятно богатый ужин, мысленно думая о том, как здорово было бы, если бы Чу Фань сейчас тоже был здесь. И тут раздался дверной звонок.

— Брат, — Чу Лян потёр глаза. — Брат...

— Ага, — скопировав его выражение лица и протянув гласные, отозвался Чу Фань. — Ага... я здесь. Почему этот мотив так сильно напоминает Лю Хай разрубает хворост?

Увидев, что Чу Лян всё ещё стоит столбом, он хлопнул его по заднице и, зажав живот руками, рассмеялся так, что из глаз брызнули слёзы.

— Быстро внутрь, я уже учуял этот запах. Мой бедный желудок от голода готов поднять восстание!

— Ещё мне тут восстания поднимать вздумал, болтун пустоголовый. Не будешь есть — всё достанется кое-кому другому, — мама вынесла из кухни лишний комплект палочек и тарелку. Появление Чу Фаня, свалившегося как снег на голову, не вызвало у неё ни малейшего удивления: сейчас, кроме её младшенького, сдающего гаокао, ей было плевать даже на рухнувшее небо.

— Говоришь так, будто я не умею есть. Дорогая, твоя предвзятость слишком очевидна, — в знак протеста отец демонстративно ухватил палочками сразу два куска тушёной говядины.

Заметив это, мама всполошилась:

— Да как ты можешь! Это же для моего младшенького! — с этими словами она протянула руку, собираясь вытащить мясо обратно из отцовской тарелки. Отец обладал молниеносной реакцией и в мгновение ока отправил говядину себе в рот. Мама осталась ни с чем. Началась ожесточённая схватка на несколько сотен раундов.

Пока Чу Фань неторопливо уплетал мясо, наслаждаясь живым представлением боевых искусств, это зрелище было поистине восхитительным. Так что к моменту, когда мама и папа выдохлись от битвы за еду и решили восстановить силы, тарелка уже опустела. Взглянув на обоих любимчиков, можно было заметить, что те как раз поглаживали животы, демонстрируя крайнюю степень гастрономического удовлетворения.

Чу Лян до сих пор считал происходящее нереальным. Он никак не ожидал, что Чу Фань вернётся — по идее, должно было пройти ещё немало времени, прежде чем они встретятся. На пальцах всё ещё ощущалось тепло живота Чу Фаня. Сам Чу Фань был жилистым: на вид худой, но на ощупь невероятно приятный. Чу Ляну нравилось гладить Чу Фаня по животу и наблюдать, как тот щурится, издавая довольное мычание, даже если сам этот процесс был довольно нелёгким.

Из-за возвращения Чу Фаня Чу Лян на удивление крепко проспал всю ночь: никаких сновидений и внезапных пробуждений. На следующий день маме снова пришлось колотить в дверь, чтобы вытащить его из постели. Чу Фань поднялся ни свет ни заря и теперь сидел в гостиной, во все глаза глядя на роскошный завтрак, приготовленный мамой, — казалось, его глазные яблоки вот-вот выпадут прямо в тарелку.

— Мама, почему в моё время перед гаокао я не замечал у тебя такой скорби? Как подумаю о тех своих днях, аж в глазах темнеет, — хоть он и жаловался, на лице Чу Фаня играла неизменная улыбка. Состояние Чу Ляна было хорошим, и он не переживал, что тот сплощает экзамен из-за сильного стресса. Возвращение было лишь попыткой оказаться рядом в столь важный поворотный момент жизни Чу Ляна.

— Разве ты можешь сравниться с моим малышом? Он же гордость нашей семьи, будущий лучший ученик! Ты максимум — верный хвостик при нём.

После этих слов мамы Чу Фань окончательно умылся горькими слезами. Оба сыновья, но какая же колоссальная разница!

Гаокао далось Чу Ляну легко. Стоило ему подумать о том, что сразу после выхода из аудитории он увидит дурашливо ухмыляющегося Чу Фаня, как даже самые сложные задания на бланках казались очаровательными, а решения находились на удивление гладко.

Су Сяокэ в течение последнего полугодия подвергался беспощадной ежедневной зубрежке под угрозами Цзи Цзина бросить его, если они не поступят в один вуз. Чу Лян не переставал удивляться силе любви: даже такой человек, как Су Сяокэ, для которого слова yes и no казались совершенно одинаковыми, теперь успешно справлялся с переводом, чтением и пропусками в тексте.

Чу Лян легко справился с гаокао. Мысль о том, что сразу после экзамена он выйдет и увидит дурашливо улыбающегося Чу Фаня, делала даже самые удручающие вопросы на бланках милыми, а задачи решались на удивление легко.

В последнем полугодии Цзи Цзин шантажом заставил Су Сяокэ зубрить всё дни напролёт, пригрозив расставанием, если они окажутся в разных университетах. Чу Лян не мог не восхититься силой любви: даже Су Сяокэ, путавший yes и no, теперь успешно справлялся с переводами, чтением и тестами.

— Чу Лян, погнали после экзамена потусим с нашим классом! — Су Сяокэ сдавал экзамен в той же аудитории, что и Чу Лян, в то время как Цзи Цзин находился в другом корпусе. Как только экзаменационные листы были сданы, Су Сяокэ ураганом вылетел из кабинета, и его слова эхом неслись ему вслед, когда его самого уже и след простыл.

Чу Лян с досадой покачал головой. Простодушие Су Сяокэ на самом деле было неплохой чертой: для него всё сводилось к простому выбору между да и нет, а любые внешние факторы сразу отсеивались.

Выйдя за ворота школы, Чу Лян сразу увидел Чу Фаня. Этот силуэт он наблюдал столько лет, и с каждым разом тот нравился ему всё больше, радуя глаз сильнее прежнего. Мама знала, что в последний день всегда принято отмечать окончание экзаменов, поэтому даже не стала торопить его.

— Чу Лян... пошли, пошли! Отметим это в последний раз! Братишка, ты тоже идёшь! — Су Сяокэ, точно спрут, повис на Чу Ляне.

— Пошли, — Цзи Цзин протянул руку, сдёрнул Су Сяокэ с Чу Ляна и отбросил в сторону.

Чу Фань не стал отказываться. Когда они втроём добрались до места сбора, там уже собралось немало одноклассников. Все они, казалось, провели взаперти добрую сотню лет и теперь превосходили друг друга в буйном веселье. Чу Фаня от этого хоровода алкоголя начало укачивать. Классный руководитель Чу Ляна, бывший некогда школьным учителем математики Чу Фаня, тут же заставил его выпить ещё порядочно. В итоге домой Чу Фань вернулся в полном тумане, чувствуя, как его пятки словно висят в воздухе.

Чу Лян нахмурился: стоило на секунду упустить его из виду, как парня уже так напоили. Чу Фань отлично переносил алкоголь и в опьянении вел себя тихо и послушно, лишь бессильно повиснув на его плече и время от времени издавая невнятные звуки.

— Мм... как плохо...

Чу Фань дёрнул одежду, обнажив часть живота. Чу Лян попытался опустить ткань обратно, но в следующую секунду её снова задрали вверх. На этот раз оголился не только живот, но и грудь. В тот момент, когда Чу Лян протянул руку, его взгляд потемнел. В свете люминесцентной лампы кожа Чу Фаня казалась невероятно красивой, а лицо покрыл лёгкий румянец от выпитого. Одежда задралась выше груди, полностью обнажая зону ключиц.

Его рука замерла в воздухе, не зная, как поступить дальше. Чу Фань запрокинул голову назад: сильная головная боль и бушующее в желудке беспокойство заставляли его глупо стонать. Чу Лян глубоко вздохнул, сдвинул задравшуюся на груди одежду прямо через голову и переодел его в летнюю пижаму. С верхом они кое-как справились, но вот когда дело дошло до штанов, Чу Лян столкнулся с настоящей проблемой.

Он был уверен в своем самоконтроле. Только вот Чу Фань был исключением. Единственным исключением.

Поэтому, расстегивая молнию на штанах Чу Фаня, он с постыдной слабостью ощутил вожделение. Губы Чу Фаня были нежно-красными, слегка приоткрытыми из-за того, что с запрокинутой головой ему было трудно ровно дышать, а растрёпанные волосы рассыпались по подушке.Просто поцеловать. Ничего такого в этом нет. Всего лишь поцелуй. Убеждая себя в этом, Чу Лян медленно коснулся губами губ Чу Фаня. Во рту чувствовался легкий привкус алкоголя, и его воздействие на мозг лишь подстегивало желание. Стоило Чу Ляну начать целовать, как он перестал себя контролировать: гибкий язык в одно мгновение преодолел сопротивление зубов, проникая внутрь в жадном, настойчивом поцелуе.

Чу Фань склонил голову, пытаясь отстраниться, но Чу Лян крепко зафиксировал его. Его ладонь, скользнув вниз по расстегнутой молнии, коснулась горячей плоти между бедер, и дыхание Чу Фаня сбилось.

— Брат... ты будешь винить меня? — Чу Лян без труда избавился от препятствий в виде одежды на теле Чу Фаня. Одного поцелуя уже было достаточно, чтобы потерять самообладание. Движения его руки стали грубыми и быстрыми, а тихие стоны Чу Фаня сменились прерывистыми всхлипами.

На ладони остались следы семени после того, как Чу Фань разрядился. Чу Лян облизнул губы; привкус железа на языке привел его в чувство. Он смотрел на обмякшего в его объятиях Чу Фаня, в то время как его вторая рука уже начала осваивать новые территории. Вздрогнув всем телом, он дернулся, будто от удара током, и отдернул руку.

Черт. Чу Лян смотрел на свою ладонь, погрузившись в оцепенение. Нерастраченное желание требовало выхода, мучая его. Он взял полотенце, обтер тело Чу Фаня, который все еще был мертвецки пьян, и, глядя на его безмятежное лицо, тихо вздохнул.

Горячая вода с шумом стекала по голове. Чу Лян закрыл глаза и медленно опустил руку между ног. В голове всплывал лишь образ Чу Фаня: как он ест, спит, говорит, смеется, как он дерзит, его порочная притягательность. Чу Фань... Чу Фань... Движения руки становились все быстрее, ладонь обжигало жаром, который был сильнее температуры воды. Чу Лян прислонился к стене, тяжело дыша. Нахлынувшая слабость заставила его глаза потемнеть.

Экзамены закончились. Чу Лян не знал, чем себя занять, чтобы отвлечься. На следующий день Чу Фань вернулся в университет.

Чу Лян, изнывая от скуки, щелкал мышкой. Иконка игры Путь Небес все еще маячила на рабочем столе. Он вошел в систему, и окно чата тут же ожило.

Чу Фань: Извини. Если есть задания, можешь попросить меня помочь пройти.

Чу Лян не ожидал такого сообщения от Чу Фаня. Глядя на экран, он начал печатать ответ.

Крупяная: Ничего страшного.

Чу Лян уставился в монитор. Чу Фань ему не ответил — видимо, в это время появился мировой босс, и у того не было времени. Он открыл список заданий и начал выполнять основной квест. После тридцатого уровня можно было отправляться в красную зону. Без защиты для новичков в свободных зонах можно было безнаказанно убивать и самому стать жертвой в любой момент. Чу Лян следил за тем, как его персонаж сражается с монстрами. Это задание требовало огромного терпения: нужно было убивать чудовищ и собирать выпадающие предметы, но шанс дропа был слишком низким. Когда до завершения оставалось всего два предмета, а он просидел там уже полчаса, Чу Лян увидел, как красная полоска здоровья его персонажа мгновенно опустела.

Системное уведомление: Вы были убиты игроком Высокомерное Пламя. Нажмите, чтобы вернуться в город или воскреснуть на месте.

Чу Лян выбрал воскрешение на месте — возвращаться из города было слишком долго. Однако противник, казалось, решил поиздеваться над ним: стоило ему воскреснуть, как его тут же убивали снова. Все запасы зелий воскрешения закончились. В свободных зонах было полно народу, и вокруг быстро собралась толпа.

Дед — просто наглец: Убивать новичка — это же надо додуматься. Высокомерное Пламя, ты, черепаший сын!

Зелий больше не было, и Чу Ляну пришлось вернуться в город. Когда он снова добежал до свободной зоны, экран пестрил никнеймами. Высокомерное Пламя был одним из основателей гильдии Пламенная Высокомерность, заклятых врагов гильдии Ночная Битва, в которой состоял Чу Фань. Эти две гильдии вечно боролись за титул хозяина города и мировых боссов. То, что членов Ночной Битвы постоянно блокировали и убивали, стало искрой для конфликта.

Чу Фань пригласил вас в группу. Чу Лян нажал Принять. Кроме целительницы Мо Юй Янь Жань, которую он уже видел, в группе добавились еще двое: убийца, чей ник он только что видел — Дед — просто наглец, и монах по прозвищу Розовое Кружево. Чу Лян поджал губы. Надо же, этому монаху приглянулось розовое кружево.

Дед — просто наглец: Малышка, не бойся. Этот внук Пламени совсем страх потерял, обижает новичков.

Мо Юй Янь Жань: Малышка, извини за прошлый раз. У меня язык без костей. Сейчас мы отомстим за тебя.

Чу Лян наконец понял: намечается массовая драка.

Крупяная: Ничего страшного.

Розовое Кружево: Янь Жань, если у тебя зудит язык, приходи ко мне. Уж я тебя удовлетворю.

Мо Юй Янь Жань: Катись к черту, извращенец проклятый!

В общежитии университета L Чу Фань запихнул в рот горсть чипсов. Розовое Кружево — это Ши Лэй, Дед — просто наглец — Чжан Цзыбо. Третью, Мо Юй Янь Жань, он не встречал лично, но говорили, что она тоже учится в университете L. Он не собирался сегодня заходить в игру, но людей из гильдии блокировали и убивали враги, и как глава он был обязан поднять моральный дух.

Чу Фань: В бой.

Мо Юй Янь Жань: Только этого и ждала.

Чу Лян оказался зажат в толпе. Благодаря защите Мо Юй Янь Жань ему оставалось лишь постоянно пить красные зелья и изредка использовать рык для усиления атаки. После этой битвы он потратил несколько пачек дорогих зелий, и кошелек персонажа опустел.

Чу Фань: Я помогу ей с заданием. Вы пока занимайтесь своими делами. Чу Лян вышел из группы, и окно чата снова ожило.

— Почему вышла? Давай в группу, я помогу с заданием.

Чу Ляну потребовалось время, чтобы понять, что под словом она Чу Фань имел в виду его самого. Он никак не мог привыкнуть к такому женскому обращению. В душе возникло раздражение: неужели Чу Фань всегда такой добряк со всеми? Он внезапно пожалел, что выбрал персонажа женского пола. Нужно было создавать мужского.

Несколько дней подряд, заходя в игру, он обнаруживал, что Чу Фань уже в сети. Стоило ему войти, как его тут же затягивали в группу. С прокачкой от топового игрока дело шло быстро: за пять дней он добрался до семидесятого уровня. До максимального восьмидесятого оставалось совсем немного, хотя этот путь по очкам опыта был равен всему, что он прошел с первого по пятидесятый. Нужно признать, последние уровни требовали недюжинного терпения.

Через несколько дней Чу Фань вернулся. При подаче документов в вуз Чу Лян выбрал университет H. Он дал обещание Чу Фаню, не хотел его разочаровывать или создавать проблемы. Мать всегда поддерживала выбор Чу Ляна. Юридический факультет университета H был особенно знаменит, имел долгую историю и выпустил множество выдающихся политиков, юристов и известных личностей.

Чу Фань сжимал телефон в руке. Звонила мама — Чу Лян подал документы в университет H. Чу Фань не знал, радоваться ему или грустить. Вроде бы стоило порадоваться, но улыбка не появлялась. Он похлопал себя по щекам: Чу Фань, ты опять за свое? То, что младший брат добился успеха, — это же так хорошо. Да, это хорошо... очень хорошо.

Чу Фань зашел в игру. Он заметил, что ему нравится проводить время с этой целительницей по имени Крупяная. С ней он чувствовал странное спокойствие. Правда, персонаж был не особо активен в игре, заходил лишь изредка. Он думал, что сегодня снова придется ждать, но, к удивлению, Крупяная уже была в сети.

Чу Фань: Идем в Логово Демонов. Логово Демонов было топовым подземельем сотого уровня. Как подбор снаряжения и классов, так и тактика перемещения были крайне сложными. Подземелье постоянно менялось, фиксированной стратегии не существовало. Всего в Логове было тридцать этажей, и текущий рекорд составлял лишь пятнадцать.

Крупяная: В группу.

Чу Фань отправил приглашение. Крупяная была молчалива. Раньше он даже думал, что она не умеет печатать, но позже понял, что она просто не хочет разговаривать. По этому краткому ответу он почувствовал, что у игрока не лучшее настроение.

Хотя оба отлично двигались и контролировали монстров, их боевой мощи было недостаточно, и они смогли дойти лишь до тринадцатого этажа. Чу Фань пристально смотрел на Крупяную семьдесят пятого уровня. Она редко играла, но ее навыки передвижения заставляли даже его восхищаться. Предыдущий рекорд в пятнадцать этажей он поставил вместе с Ши Лэем, Чжан Цзыбо, Мо Юй Янь Жань и лучшим бойцом сервера, Богом Войны. А сейчас, вдвоем, они добрались до тринадцатого. Если бы Крупяная была восьмидесятого уровня, с ее тактикой она могла бы в одиночку покорить пятнадцатый.

Глядя на персонажа Крупяной, в его сердце зародилась одна мысль.

Чу Фань: Давай поженимся. Как тебе?

Чу Фань сам не знал, почему это сказал. Может, дело в нике Крупяная? А может, потому, что она вызывала странное спокойствие? Или он просто считал, что Крупяная — гений в игровом плане? В любом случае, слова сорвались с языка сами собой, прежде чем он успел обдумать их.

Чу Лян дрогнул. Он не ожидал, что Чу Фань предложит подобное. Выбирая женского персонажа, он даже не задумывался о возможности виртуального брака.

Крупяная: Почему?

Чу Фань: Не знаю. У Чу Фаня на душе было неспокойно, а после этого вопроса стало еще тяжелее.

Чу Фань: Забудь. Считай, что я ничего не говорил. Я выхожу.

Он зашел в игру, чтобы успокоиться, но вышло только хуже. Чу Фань вздохнул и потянулся за сигаретами. Он не любил курить, но сейчас это было единственное, что помогало унять тревогу. Крупяная... Чу Лян... Это один и тот же человек? Невозможно. Чу Лян не любит игры, а тем более играть за персонажа женского пола. Он покачал головой. Точно, он опять накручивает себя.

Чу Лян снова и снова перечитывал последние сообщения. Чу Фань предложил пожениться. Почему?

http://bllate.org/book/21148/2144283