Готовый перевод When a X-Point Man Becomes a Weak Uke / Когда плейбой переродился слабым уке: Глава 20

На следующий день, едва забрезжил рассвет, Бай Чжи уже вовсю упражнялась с мечом на Платформе Танца Меча.

Шангуань Цинъюнь, увидев это, с довольным видом кивнул. Он больше всего ценил именно таких девушек — сильных и несравненных, под стать Шуй Синьи. Обычным девицам с ними, разумеется, было не тягаться.

А вот и нет, неужели наша сила недостаточно велика? — подали голос долго не объявлявшиеся глупые служанки.

Когда Бай Чжи закончила выполнять комплекс движений с мечом, Шангуань Цинъюнь бросил взгляд на поднимающееся солнце и невольно нахмурился:

— Почему Ли Цзычу до сих пор не пришел?

Бай Чжи промолчала. Хотя они с Ли Цзычу поступили на Пик Летящих Облаков одновременно, раньше они друг друга не знали, так что заступаться за него у нее желания не было.

— Неужели мне самому идти его звать? — неожиданно перевел взгляд на стоявшего в стороне Цин Фэна Шангуань Цинъюнь.

Цин Фэн, заметив этот взгляд, втянул голову в плечи и поспешно произнес:

— Я сию же минуту отправлюсь в Тинланьшуйсе за ним!

— Не нужно. Я уже здесь.

Из тени деревьев медленно вышла фигура — это был Ли Цзычу.

Шангуань Цинъюнь поднял на него глаза и холодно бросил губами:

— Отныне — десять тысяч взмахов мечом ежедневно.

Стоявший рядом Цин Фэн счел эту картину донельзя прекрасной и уже не мог на нее смотреть. С чего это ему показалось, будто нынешний старший сородич точь-в-точь похож на Истинного Человека Ляньму, когда тот в прошлом наказывал старшего сородича десятью тысячами взмахов меча? Старший сородич, признайся, в душе-то ты наверняка ликуешь.

— Слушаюсь, младший сородич беспрекословно подчиняется приказу старшего сородича, — произнес Ли Цзычу, извлек из Пространства Горчичного Зерна духовный меч и принялся монотонно махать им.

Увидя это, Шангуань Цинъюнь с горделивым и холодным видом кивнул и удалился.

На самом деле на душе у него было радостно. В свое время его самого наказали десятью тысячами взмахов меча всего на один день, а вот Ли Цзычу придется махать мечом по десять тысяч раз ежедневно. Какая же прелесть.

Что же до Платформы Танца Меча, то там усердный и ответственный Цин Фэн прилежно считал, сколько взмахов сделал Ли Цзычу.

— …Тридцать пять тысяч, тридцать пять тысяч один… Шестьдесят тысяч.

Едва Цин Фэн досчитал до шестидесяти тысяч, как Ли Цзычу рухнул на землю, не в силах больше держаться на ногах.

Заметив, что Ли Цзычу упал, Цин Фэн тут же бросился ему на помощь.

— Старший сородич Ли, ты в порядке? — спросил он, а затем добавил: — В былые годы Истинный Человек Ляньму тоже наказывал старшего сородича Шангуаня десятью тысячами взмахов меча…

— Старший сородич справился? — перебил Цин Фэна Ли Цзычу.

Цин Фэн бросил на него взгляд и ответил:

— Старший сородич Шангуань, само собой, справился, причем потратил на это всего четыре часа.

Услышав такое, Ли Цзычу тут же поднялся на ноги, схватил меч и продолжил махать им.

Увидев это, Цин Фэн поспешно отошел в сторонку и с улыбкой принялся заново считать взмахи Ли Цзычу: поскорее бы ты закончил, а я поскорее смогу отсюда уйти.

Пожалуй, все слуги на Пике Летящих Облаков — те еще мастера скрывать свои истинные намерения за улыбкой.

Шангуань Цинъюнь шел обратно к своему жилищу и, проходя мимо ручья Хуасицзянь, встретил человека, которого ему меньше всего на свете хотелось бы видеть.

Пришелец был облачен в белые одежды, черные волосы собраны на макушке деревянной шпилькой, а весь его облик казался донельзя отрешенным от мирской суеты.

Вот только аура этого человека совершенно не вязалась с подобным нарядом. На нем было одеяние неземного небожителя, но исходил от него флер легкомысленной соблазнительности.

Этим человеком был не кто иной, как старейшина клана Шангуань — Шангуань Цзюэ.

— Приветствую старейшину, — с каменным лицом и совершенно бесстрастно произнес Шангуань Цинъюнь. При встрече с Шангуань Цзюэ на лице не должно дрогнуть ни единого мускула!

Услышав это, Шангуань Цзюэ слегка приподнял брови:

— Что, не рад меня видеть?

Кончик его фразы чуть взлетел вверх, прозвучав с капризными и упрекающими нотками.

Шангуань Цинъюнь, выслушав это, окаменел всем лицом. Ой-ей. Глядя на прекрасное лицо Шангуань Цзюэ, заставляющее забыть о его поле, и вспоминая свою младшую сородича из прошлой жизни, которая тоже обожала капризничать и ластиться к нему, он умолк.

— Хе-хе.

Заметив молчание Шангуань Цинъюня, Шангуань Цзюэ почувствовал себя еще лучше. Этот человек всегда находил высшее наслаждение в том, чтобы дразнить и развлекать себя за чужой счет.

— Это Пик Летящих Облаков.

Подразумевалось: это владения Истинного Человека Ляньму, и если не хочешь умереть, убирайся отсюда поскорее.

Шангуань Цзюэ, выслушав это, лишь беспечно бросил:

— Я как раз знал, что он уединился для медитации, потому и осмелился прийти.

Выходит, ты все заранее спланировал?

— К тому же, ради этого визита я специально переоделся, — продолжал Шангуань Цзюэ, расправляя рукава.

Шангуань Цинъюнь молча скользнул взглядом по белоснежным, источающим неземное сияние одеждах Шангуань Цзюэ и мысленно фыркнул: да хоть в белое нарядись, на адепта Секты Цзинмяо ты все равно не похож.

— И кроме того, — Шангуань Цзюэ приподнял бровь и вдруг рукой откинул челку Шангуань Цинъюня, — я пришел сюда главным образом затем, чтобы выяснить, почему наложенная мной метка перестала отзываться.

Стоило челке откинуться, как на лбу во всей красе предстала метка красного лотоса, вот только духовной энергии в ней больше не ощущалось.

Шангуань Цинъюнь же, с отброшенной со лба челкой, широко распахнул глаза и в упор уставился на Шангуань Цзюэ. В тот самый миг, когда Шангуань Цзюэ протянул руку, его тело оказалось намертво сковано мощной духовной волей практика стадии Пересечения Скорби, которой обладал Шангуань Цзюэ, не позволяя пошевелить и пальцем. Я все-таки до обидного слаб, подумалось Шангуань Цинъюню, обладай я сейчас прежней силой, что была у меня во время переживания девяти небесных громовых бедствий, разве стал бы я так зависеть от чужой воли и терпеть это?

Вдруг Шангуань Цзюэ резким движением схватил Шангуань Цинъюня за горло, и в его руке тут же обнаружилась нефритовая пластинка.

Увидев этот нефрит, Шангуань Цинъюнь невольно напрягся: это было первое сокровище небес и земли, доставшееся ему, и по своей ценности оно уступало лишь Неугасимому Мечу, а кроме того, именно оно помогало ему скрывать ту самую метку красного лотоса, из-за которой он казался излишне женоподобным.

— Хм, я так и знал, что дело в этой штуковине, — глядя на нефритоевую пластинку в руке, изрек Шангуань Цзюэ с видом человека, чьи ожидания полностью оправдались.

— Прошу старейшину вернуть мне нефрит, — сдерживая тревогу в глазах, произнес Шангуань Цинъюнь.

Шангуань Цзюэ покачал головой и спрятал пластинку в собственное Пространство Горчичного Зерна. После чего влил порцию духовной силы прямо в метку красного лотоса на лбу Шангуань Цинъюня.

В тот же миг метка сделалась еще ярче и ослепительнее. Будем надеяться, что, проснувшись утром и глянув в зеркало, Шангуань Цинъюнь не слишком сильно рассвирепеет.

Ощутив, как эта духовная энергия проникла в знак красного лотоса на его лбу, Шангуань Цинъюнь почувствовал, что циркулирующая в нем самом духовная сила стала еще чище и концентрированнее. От такой неожиданности он удивленно уставился на Шангуань Цзюэ.

— Чего уставился? Всего лишь капля духовной силы.

— ……

— Где твоя купальня? Я хочу смыть дорожную пыль, — бросил Шангуань Цзюэ, с легким отвращением оглядывая свои белые одежды. Он терпеть не мог белый цвет — тот неизменно пробуждал в нем не самые приятные воспоминания.

В итоге Шангуань Цинъюнь и Шангуань Цзюэ совершенно будничным образом оказались вместе в купальне.

Шангуань Цинъюнь, с одеждой в руках и глядя на человека в бассейне, испытывал некоторое смятение: почему это купается он, а стоять и смотреть должен я?

— Старейшина… — подал голос Шангуань Цинъюнь.

— М? — Шангуань Цзюэ чуть приподнял кончик фразы, добавив в голос нотку соблазнительности, и повернулся к Шангуань Цинъюню.

— Старейшина, я…

— Иди сюда, спину мне потри.

— А?!

Шангуань Цинъюнь не сразу сообразил, в чем дело.

— Чего застыл? — заметив, что Шангуань Цинъюнь не торопится подходить, Шангуань Цзюэ слегка нахмурился.

— Ох.

Шангуань Цинъюнь на автопилоте подхватил с вешалки полотенце и зашагал к бассейну.

Клубящийся над водой густой пар окутывал фигуру сидящего в воде человека, делая ее зыбкой и призрачной. Когда Шангуань Цинъюнь подошел к краю бортиков, черные как смоль волосы Шангуань Цзюэ влажными прядями лежали на спине, выгодно оттеняя ее белоснежную кожу. Шангуань Цинъюнь невольно сглотнул слюну, после чего приложил полотенце к обнаженному участку кожи и принялся тереть.

Размеренные, в меру сильные движения Шангуань Цинъюня заставили Шангуань Цзюэ издать тихое довольное мычание, похожее на урчание сытого кота.

Сытого кота.

Сытого кота.

Сытого

кота…

Да он же только что подумал на Шангуань Цзюэ как на какого-то кота!

Шангуань Цинъюнь швырнул полотенце на пол и бросился вон из ванной комнаты, словно спасаясь бегством.

Шангуань Цзюэ приподнял веки и озадаченно проводил взглядом замелькавшую в испуге спину Шангуань Цинъюня.

Шангуань Цинъюнь несся со всех ног, преодолев расстояние от собственного двора до ручья Хуасицзянь, и лишь там позволил себе перевести дыхание.

Нужно остыть, дать голове проясниться и вспомнить, к кому он в прошлой жизни применял это сравнение с котиком.

Точно!

Так он звал одну из своих возлюбленных — юную демоническую обольстренницу из сект пути асуров, Яо Юээр!

В этот момент Шангуань Цинъюню показалось, что весь его мир рушится.

Как ему вообще следует на это реагировать?

Пожалуй, ему стоило бы пойти и остыть еще разок.

— А я-то думал, куда ты запропастился, — Шангуань Цзюэ, набросив верхнюю халатоподобную одежду и с наполовину влажными волосами, возник прямо перед Шангуань Цинъюнем.

— Мне нужно сообщить тебе кое-какую новость. Люди из Секты Юньсинь явились в клан Шангуань, чтобы принудить Шангуань Цинлянь к браку против ее воли. Если у тебя нет срочных дел, можешь наведаться в клан Шангуань, — продолжил Шангуань Цзюэ.

— Что?

Шангуань Цинъюнь дал понять, что эта новость его изрядно поразила.

...

http://bllate.org/book/21145/2144211