Готовый перевод Xuanyuan / Сюаньюань: Второе рождение под покровом бессмертных: Глава 21

Полтора часа — срок не то чтобы долгий, но и не короткий. Когда они добрались до Храма Ритуалов, уже начало смеркаться. Оба вышли из паланкина и вошли внутрь. Разогнав слуг, они затворили двери: во время совершения обрядов поклонения предкам посторонним присутствовать не полагалось. Однако звуки из храма были прекрасно слышны снаружи, так что ошибиться в игре на гуцине значило бы уронить достоинство.

Лун Сюань подошел к поминальным табличкам, взял Вэнь Юаньсиня за руку, и они опустились на колени, совершив три земных поклона. Затем Лун Сюань тонкой палочкой приподнял край головного убора: белая ткань соскользнула вниз, упав на холодный пол, но никто не обратил на нее внимания. Лун Сюань с восхищением смотрел на это прекрасное лицо с нежным очерком подбородка; косметика и пудра делали его еще более чарующим, а в больших глазах блестела влага — должно быть, оттого, что Вэнь Юаньсинь только проснулся.

— Как же ты красив…

Вэнь Юаньсинь, смутившись, опустил голову, а его фиалковые глаза забегали по сторонам. Наряд Лун Сюаня из белоснежной ритуальной одежды ничем не уступал его собственному.

— Ты и сам хорош… Может, пора начинать?

— Пожалуй. — Лун Сюань погладил Вэнь Юаньсиня по голове, подошел к жертвенному столу и взял старинный бамбуковый свиток. Вэнь Юаньсинь поднялся с коврика и сел за инструмент рядом со столом. Встретившись взглядом с Лун Сюанем и увидев его ободряющую улыбку, он почувствовал, как к нему вернулись силы. Они кивнули друг другу и начали исполнение ритуальной мелодии.

Звуки струн, ласкаемые тонкими пальцами, поплыли в воздухе, вторя небесной музыке Лун Сюаня. Их сочетание пробирало до глубины души, а глубокое чувство сыновней почтительности, заключенное в тексте, нашло свое совершенное воплощение в музыке.

Ритуальная мелодия длилась полчаса, и за долгие годы, из-за того что ее исполняли и читали разные люди, она обрела множество оттенков. Придворные историки на основе этих ощущений давали исполнителям особые титулы. Когда же пришел черед Лун Сюаня и Вэнь Юаньсиня, летописец макнул кисть и начертал: Супруги слёз и вечной почтительности. Это значило, что их печально-нежная музыка, пропитанная сыновней любовью к предкам, вызывала у слушателей слезы.

Полчаса пролетели. Пальцы опустились на струны, взяв последний аккорд, губы произнесли последнее слово. Взглянув друг на друга, они улыбнулись, вместе подошли к табличкам, налили три чаши чая, совершили три поклона и выплеснули чай в курильницу.

— Вот и все, выходим. — Лун Сюань, держа Вэнь Юаньсиня за руку, повел его из храма.

Собравшиеся долго их ждали. Увидев, что пара вышла, люди тут же двинулись навстречу, и при виде Вэнь Юаньсиня многие снова застыли в изумлении. Лун Сюань кашлянул, заставив свиту опомниться, и их поспешно проводили к паланкину. Перед тем как сесть внутрь, Цан Чэн о чем-то тихо переговорил с Лун Сюанем. Тот нахмурился, кивнул, но ничего не ответил, лишь жестом приказал Цан Чэну выдвигаться.

Паланкин снова тронулся в путь. Вэнь Юаньсинь, терзаемый любопытством, спросил:

— О чем это говорил господин Цан Чэн?

Лун Сюань взглянул на него и рассмеялся:

— Скоро сам узнаешь.

— Ох!

— Руки не болят? — Лун Сюань перевел взгляд на его слегка покрасневшие кончики пальцев. Наверняка поранил о струны во время игры.

— А? Ты об этом? — Вэнь Юаньсинь запоздало взглянул на свои руки и усмехнулся. — Нет, я в последнее время привык. Обычно тренируюсь по три-четыре часа в день, а сегодня всего полчаса, так что почти ничего не чувствую.

— А я ведь сначала переживал, что ты так долго не выдержишь. Но сегодня ты подарил мне такую прекрасную музыку, что, кажется, вечером… мне придется тебя как следует отблагодарить, — прошептал Лун Сюань, лаская его пальцы.

— …Сюань, остерегайся, как бы я не выкинул тебя из кровати в брачную ночь, веришь или нет? — Вэнь Юаньсинь холодно отдернул руку и метнул в него сердитый взгляд.

— Верю! Конечно, верю.

— Хм!

— О, мы уже у Зала Ритуальных Пиршеств. Юань, запомни: ни в коем случае не пей вина, это вредно для здоровья, — с намеком произнес Лун Сюань, глядя на живот Вэнь Юаньсиня.

— Понял я, понял, — Вэнь Юаньсинь надул губы и перестал обращать на него внимание.

— Ха-ха, ну что с тобой поделаешь. — Лун Сюань беспомощно рассмеялся.

Перед Залом Ритуальных Пиршеств, во главе толпы, стоял наследный принц Лун Чжан. На нем был белый ритуальный наряд с вышитыми фениксами, и выглядел он донельзя мило. Он почтительно ждал, пока паланкин остановится.

Лун Сюань вышел первым и протянул руку, чтобы помочь Вэнь Юаньсиню спуститься.

— Приветствую отца-короля и матушку-королеву! — раздался тонкий голосок Лун Чжана. На его детском личике застыло непривычно серьезное выражение, что выглядело довольно забавно.

— Мм. — Лун Сюань кивнул и, не отпуская руки Вэнь Юаньсиня, повел его внутрь.

Когда они проходили мимо гражданских и военных чиновников, те склонили головы, но Вэнь Юаньсинь чувствовал, что они украдкой поглядывают на него. Его охватило невольное волнение. Пока его взгляд блуждал по залу, он заметил в углу двух человек: Чжу Ли и мужчину средних лет, который показался ему смутно знакомым.

Чжу Ли, похоже, заметил его взгляд и отвесил низкий поклон, на что Вэнь Юаньсинь, конечно же, кивнул ему в ответ.

Они вошли в зал и заняли почетные места, после чего остальные гости потянулись внутрь.

Зал наполнился смехом и разговорами. По знаку Лун Сюаня люди начали трапезу. Многие подходили, чтобы поздравить их, и Лун Сюань брал на себя кубки с горячим вином, предназначенные Вэнь Юаньсиню, хотя тот иногда все же вежливо отвечал чаем.

— Ваше Величество! Поздравляю с бракосочетанием!

— Какая нежная и прелестная невеста! Настоящая красавица!

— Повезло же Вашему Величеству!

Подобные речи со всех сторон ласкали слух, все вокруг расплывались в улыбках, и Вэнь Юаньсинь, не в силах отказаться от подношений, принимал дары один за другим.

Когда подошел Чжу Ли, он тоже произнес слова поздравления.

— Я, простолюдин, был слеп и не знал, что передо мной Ваше Величество и королева. Имел дерзость называть Вас братом.

— Не нужно извинений. Мы сами хотели сохранить всё в тайне. К тому же, ты помогал мне, это я должен тебя благодарить, — Вэнь Юаньсинь поспешно замахал руками.

— Слушаюсь. — Чжу Ли помедлил, а затем добавил, обращаясь к Лун Сюаню: — Ваше Величество, завтра у меня есть к Вам дело, можно ли…

— Разрешаю. Завтра в полдень буду ждать тебя в Павильоне Фэнъюнь на улице Цзышуан, — сухо ответил Лун Сюань, отпив вина.

— Благодарю, Ваше Величество.

— А теперь ступай, мне пора сделать объявление. — Лун Сюань махнул рукой, наблюдая, как Чжу Ли возвращается к мужчине и что-то шепчет ему на ухо. — Всем присутствующим замолчать!

Этого одного властного слова хватило, чтобы в шумном зале воцарилась тишина. Все взоры устремились на сидящих во главе стола.

— Сегодня — день великого бракосочетания между мной, Лун Сюанем, и… Вэнь Юаньсинем!

Услышав имя «Вэнь Юаньсинь», толпа охнула. Вэнь Юаньсинь в растерянности посмотрел на Лун Сюаня, а тот лишь нежно улыбнулся ему в ответ.

— Поскольку события, связанные с Резиденцией Мо, вызывают лишь глубокое сожаление, я дарую Мо Юаню новое имя. Пусть это станет началом новой жизни. Отныне и впредь Вэнь Юаньсинь — королева этого государства!

Сказав это, Лун Сюань поднялся, взял у служанки чашу с вином, а Вэнь Юаньсинь взял чашу с чаем.

Сплетя руки, они испили за клятву вечной любви.

С этого дня — никогда не разлучаться, вместе делить невзгоды и радости, пока моря не пересохнут, а камни не превратятся в пыль.

Чаши были осушены, клятвы произнесены.

— Да здравствует Его Величество! Долгих лет Её Величеству королеве! — раздались со всех сторон чьи-то выкрики, подхваченные остальными…

http://bllate.org/book/21135/2144025