Готовый перевод The Salted Fish Villain Just Wants to Survive / Солёная рыба-злодей хочет только выжить: Глава 16

Вам не о чем об этом беспокоиться, — голос Гун Юйхуая был холоден.

Е Жунхао глубоко вздохнул и приплел свою мать Чжао Шуюэ: — Если я буду жить у вас, мне будет трудно всё объяснить маме.

У него был собственный дом, на его имя была записана недвижимость, но в итоге ему предстояло поселиться у бывшего начальника. Он понятия не имел, как объяснит это Чжао Шуюэ.

Гун Юйхуай ответил: — На днях я сам побеседую с директором Чжао насчет тебя.

Е Жунхао: — ???

С чего это у него вдруг возникло странное чувство, будто он набедокурил в школе и завуч вызывает его родителей в школу?

Подумать только: он, образцовый ученик, со времен окончания началки ни разу не вызывал родителей к учителю, а теперь, когда он уже работает, его самого собираются вызывать к начальнику как школьника.

— Когда будете разговаривать с мамой, можете не упоминать, что я вселился в чужое тело? — Мать растила сына больше десяти лет, и если она узнает правду о том, что он теперь совершенно чужой человек, то, пожалуй, просто сойдет с ума.

Гун Юйхуай возразил: — Мне самому не улыбается прослыть сумасшедшим. — Если бы не столько непостижимых вещей, произошедших с Е Жунхао за последнее время, в такую чушь он бы ни за что не поверил.

Видя его непреклонность, Е Жунхао не стал спорить дальше. В конце концов, жить здесь было вполне уютно, у Гун Юйхуая имелось немало другой недвижимости, к тому же из-за загруженности на работе он редко заглядывал сюда, так что, судя по всему, в этом доме жил он один.

Да и плевать, раз уж решил остаться — пусть так. Раз кто-то согласен его содержать, почему бы и не насладиться этим.

Инцидент с Чжао Чуаньмином и охранником, вытолкавшим человека, произошел уже несколько дней назад. Любящие посплетничать зеваки постепенно начали забывать об этом, но фанатки Чжао Чуаньмина вовсе не собирались так просто оставлять в покое Лимонный Чай — оскорбления в ее адрес не прекращались ни на день, и некоторые безумные поклонники даже принялись строчить доносы на ее рабочее место.

Лимонный Чай звали Чжан Нин, и она работала адвокатом. Хотя в интернете она открыто заявила, что будет защищать свои права законными методами, это не могло остановить безумную травлю со стороны неадекватных фанатов.

Е Жунхао через знакомых разыскал Чжан Нин.

К тому моменту с ней уже успело связаться множество СМИ и журналов, и, услышав, что Е Жунхао хочет взять у нее интервью, она просто бросила трубку.

Тогда Е Жунхао отправил ей сообщение: [У меня есть полная видеозапись из аэропорта в тот день. Стоит мне ее выложить, и ситуация в сети полностью изменится.]

Через несколько минут Чжан Нин перезвонила ему.

— Называйте свою цену, я выкуплю видео у вас.

— И что вы собираетесь делать после покупки? Сразу выложите в интернет? Так вы лишь окажетесь в эпицентре еще более жестокой бури. — Е Жунхао помог ей оценить текущую обстановку. — Эти неадекватные фанаты в своем безумии способны на что угодно. Если вы не хотите публичности, я советую доверить такое дело профессионалам. Вам нужно лишь очистить свое имя и вернуться к нормальной жизни, а мне нужны просмотры и хайп. Как насчет сотрудничества?

Покончив с разбором всех за и против, Чжан Нин в конце концов выдала ему уклончивый ответ: — Я подумаю.

Е Жунхао был готов поспорить, что не пройдет и трех дней, как Чжан Нин сама с ним свяжется.

Она не была слабачкой, иначе с самого начала не стала бы выкладывать эту историю в сеть с требованием извинений. Теперь же, когда ее довели до такой степени травли, она явно кипела от желания дать отпор.

Положив трубку, Е Жунхао напевая спустился на первый этаж попить воды и как раз столкнулся с Чжао Шуюэ, собиравшейся выходить.

— Мам, ты собираешься на светский вечер? — На ней было роскошное вечернее платье, и раз оно было столь парадным, значит, она направлялась на какое-то важное мероприятие.

Чжао Шуюэ поправила подол своего замысловатого платья: — Сегодня вечером пройдет модный показ на красной дорожке.

Принадлежавший семье Е бренд Бао Синьюань был известной в стране ювелирной маркой, и звезды часто надевали их украшения, выходя на красную дорожку.

Услышав это, Е Жунхао оживился: — А на сегодняшней дорожке будет много звезд?

Чжао Шуюэ подтвердила: — Разумеется.

— Я тоже хочу пойти. — Раз уж выпала такая редкая возможность вблизи посмотреть на знаменитостей, ему, работнику медиа-сферы, непременно стоило вклиниться в этот шум.

Чжао Шуюэ удивилась: — Ты хочешь пойти? — Раньше Е Жунхао совершенно не интересовался шоу-бизнесом, а подобные мероприятия и вовсе считал ниже своего достоинства.

— Ой, да просто дома скучно, вот и хочется развеяться, — Е Жунхао невольно капризнотянул гласные. — Мам, ну возьми меня с собой, хотя бы водителем побуду.

Чжао Шуюэ рассмешила его выходка: — Ладно, иди переоденься в костюм.

— Есть! — Е Жунхао бросился обратно наверх.

Чжао Шуюэ крикнула ему вслед: — Надень что-нибудь получше, сегодня мама проведет тебя по красной дорожке вместе со мной.

— Понял! — донеслось в ответ.

Впервые в жизни собираясь выйти на красную дорожку и руководствуясь правилом не ударить в грязь лицом, Е Жунхао вытащил из шкафа свой самый дорогой костюм.

Это был винтажный костюм от известного мирового бренда с внушительным ценником.

Строгий и солидный бордовый костюм-тройка в сочетании с его холодным лицом создавал образ элегантный и исполненный благородного достоинства.

К счастью, природа наградила его привлекательной внешностью, иначе он попросту не смог бы вытянуть этот наряд.

Увидев его, Чжао Шуюэ невольно замерла от легкого восхищения.

Хотя она и раньше знала, что Е Жунхао хорош собой, но никак не ожидала, что в парадном костюме он будет выглядеть настолько солидно.

— Просто красавец, все эти звезды рядом с тобой и близко не стояли.

Перед самым выходом Чжао Шуюэ достала из комнаты изящную жемчужную брошь и приколола ему на лацкан.

— Мам, когда приедем на место, я не стану сопровождать тебя на самой дорожке, — Е Жунхао потряс зажатым в руке фотоаппаратом. — У меня есть знакомый репортер из индустрии развлечений, воспользуюсь моментом и пощелкаю звезд для него.

Чжао Шуюэ с сожалением протянула: — С такой внешностью ты бы затмил их всех, пройдись по дорожке.

— Красная дорожка испокон веков — место битвы небожителей и звезд, а я вовсе не собираюсь становиться селебрити, незачем лишний раз привлекать к себе внимание. — После каждого подобного мероприятия команды артистов выкладывали тщательно отретушированные снимки, а хвалебные статьи о том, кто кого превзошел, заполняли все пространство. Он был не из звездных, и ему ни к чему, чтобы чужие люди оценивали его внешность.

Чжао Шуюэ являлась исполнительным директором Бао Синьюань и регулярно появлялась на публике, поэтому сотрудники, заметившие Е Жунхао рядом с ней, приняли его за какого-нибудь начинающего артиста.

По ее распоряжению его место зарезервировали прямо рядом с ней, так что Е Жунхао получил идеальный ракурс для съемки.

Он как раз с увлечением фотографировал знаменитостей, когда на соседнее кресло кто-то опустился.

Это оказался Гун Юйхуай!

Е Жунхао удивленно спросил: — Господин Гун, вы какими судьбами здесь?

Гун Юйхуай ответил: — Ты что, забыл, чья компания спонсирует сегодняшнее мероприятие?

— Я-то гадал, почему логотип бренда при входе показался таким знакомым, оказывается, это ваша компания. — Группа Хунцзинь Гун Юйхуая представляла собой мощнейшую империю предметов роскоши, в которую входили марки одежды, аксессуаров, косметики и ювелирных изделий.

Надетый на нем сегодня костюм как раз принадлежал Хунцзинь.

— Господин Гун, взгляните на меня, этот костюм ведь от вашего бренда. Ну как, я выгляжу чертовски привлекательно? — В своей привлекательности он был более чем уверен.

Гун Юйхуай окинул его взглядом: костюм действительно сидел идеально, и сейчас Е Жунхао сидел, небрежно закинув ногу на ногу, с легкой улыбкой на губах.

Спокойный и непринужденный — таким он его прежде никогда не видел.

— С чего это мне кажется, что ты в последнее время как-то изменился? — То ли ему мерещилось, но черты лица сидевшего перед ним Е Жунхао претерпели некие неуловимые изменения по сравнению с тем образом секретаря Е, что запечатлелся в его памяти.

— Ой, вы тоже заметили? — Е Жунхао подался ближе и заговорщически шепнул: — Сейчас я становлюсь всё больше похож на себя прежнего. Подозреваю, что моя душа наконец срастается с этим телом, оттого и внешность немного меняется.

Хорошо еще, что прежний владелец тела был с ним лицом к лицу, а иначе, если бы он постепенно превратился в совершенно другого человека, возникли бы серьезные проблемы.

Гун Юйхуай странным взглядом посмотрел на него.

Разве в мире бывают столь нелепые вещи?

Впрочем, стоило признать: коль скоро речь шла о Е Жунхао, любая нелепость начинала казаться вполне логичной.

В конце концов, этот парень был ходячим чудаком.

Тем не менее, то ли из-за сменившейся манеры держаться, то ли по какой другой причине, но в данный момент Е Жунхао казался ему куда привлекательнее, чем раньше.

Они сидели, склонившись друг к другу и о чем-то шепчась, чем неизменно привлекали косые взгляды окружающих. Гун Юйхуая знали все присутствующие, и то, что кто-то мог сидеть рядом с ним, да еще и так непринужденно беседовать шепотом, заставляло людей гадать о происхождении Е Жунхао.

— Я видел его раньше, он вроде секретарь господина Гуна, кажется, по фамилии Е.

— Секретарь? Да ну, вряд ли. Разве у обычного секретаря может быть такая осанка?

Места на подобных мероприятиях распределялись строго по ранжиру, и раз Е Жунхао сидел на столь почетном первом ряду, он никак не мог оказаться простым помощником.

— Какой еще секретарь, он же из семьи Е, старший молодой господин Бао Синьюань, сегодня вместе с директором Чжао приехал.

— А-а, тот самый приемный сын семьи Е? Разве не говорили, что семья уже отказалась от него?

— Видели брошь у него на груди? Я такую на аукционе встречал, она стоит несколько миллионов. Похоже, семья Е неплохо относится к этому приемному сыну.

Обсуждаемый всеми Е Жунхао в этот момент как раз обсуждал с Гун Юйхуаем возвращение долга: — На днях мои счета разблокировали, и я перевел все деньги обратно на карту. Знаю бы я, что вы сегодня объявитесь, захватил бы ее с собой.

Теперь-то он был богат, хе-хе.

Гун Юйхуай бросил: — Оставь карту у себя, кто знает, может, еще пригодится.

Е Жунхао усмехнулся: — Не стоит, господин Гун, лучше приберегите свою карточку для будущей жены.

Гун Юйхуай окинул его прохладным взглядом.

Е Жунхао обуяло жгучее любопытство: — Господин Гун, у вас вообще есть девушка? — Этот вопрос занимал его уже очень давно.

— С чего это ты вдруг так заинтересовался моей личной жизнью? — Гун Юйхуай слегка прищурился. — У тебя случаем нет каких-нибудь тайных замыслов?

Столкнувшись с его пронзительным взглядом, Е Жунхао внутренне вздрогнул — черт возьми, он же просто из любопытства спросил, зачем же глядеть на него так, будто хочешь прирезать?

— Мне же просто любопытно. Господин Гун, с вашими-то данными... хм, такими потрясающими, мне и впрямь интересно, какая же небожительница сможет составить вам пару, — не моргнув глазом, рассыпался в комплиментах Е Жунхао.

Пока они беседовали, Е Жунхао вдруг заметил знакомый силуэт.

— Яцзин! — радостно окликнул он Ху Яцзин, только что прошедшую по красной дорожке.

Сегодня на ней было белое платье с длинным шлейфом — выглядело оно, конечно, великолепно, вот только передвигаться в нем было откровенно неудобно.

Заметив, что ей тяжело идти, когда она поравнялась с ними, Е Жунхао просто подошел и помог расправить подол платья.

— Спасибо, — Ху Яцзин посмотрела на его лицо в опасной близости и не удержалась от комплимента: — Е-гэ сегодня просто красавец.

— Да так, обычная привлекательность, — отвечая, Е Жунхао приподнял подол ее платья и проводил девушку до кресла с ее именем.

На сегодняшнее мероприятие съехалось немало звезд первой величины, так что Ху Яцзин с ее статусом досталось место лишь в третьем ряду.

http://bllate.org/book/20891/2112021