Готовый перевод After Failing Purification, What's Different This Time / Провал очищения: второй шанс всё изменит: Глава 21

Поздней ночью, при тусклом жёлтом свете коридорных лампочек, Жуань Ланьчжу отворил дверь на лестничную клетку четырнадцатого этажа. Тройняшки друг за другом ворвались внутрь, следом за ними прошли Тань Цзаоцзао и Лин Цзюши.

Когда все вошли, Жуань Ланьчжу закрыл дверь.

Тройняшки уставились на троих взрослых. Младшая, Сяо И, спросила:

— Мы будем играть прямо здесь?

Жуань Ланьчжу улыбнулся:

— Разве плохо?

Старшая, Сяо Ту, переспросила:

— Если хорошо, то зачем ты закрыл дверь?

Жуань Ланьчжу ответил:

— Мы с таким трудом вас нашли. Если не закроем дверь, вдруг вы убежите?

То, как он это сказал, всё больше напоминало повадки какого-то злоумышленника. Видя, что тройняшки испугались и начали коситься на выход, словно собираясь немедленно рвануть к нему и сбежать, Лин Цзюши поспешно раскинул руки, преграждая им путь.

— Малышки, не бойтесь, сестричка и братья — хорошие люди. Мы ищем вас лишь затем, чтобы задать пару вопросов. Скажите, вас всех сюда притащили силой?

Лицо у него от природы было миловидным, и сейчас, когда он улыбался, от него исходила располагающая к себе доброжелательность.

Тройняшки переглянулись. Сяо Ту неуверенно произнесла:

— Нам нельзя говорить…

— Но вам нужно сказать, — Тань Цзаоцзао опустилась на корточки, прижимая к груди мяч. — Сестричка и братья пришли вам помочь. Если вы ничего не расскажете, как нам вам помочь? Неужели вы совсем не хотите домой?

Сяо Ту опустила голову и теребила крошечный кармашек на своём платьице:

— Конечно, мы хотим домой. Но он не отпускает нас, что тут поделаешь?

Тань Цзаоцзао уточнила:

— Выходит, он и правда вас похитил?

Тройняшки в нерешительности кивнули.

Лин Цзюши спросил:

— Вы были знакомы с ним раньше?

— Нет, — ответила Сяо Ши, глядя на Лин Цзюши. — Но он сказал, что знает нас, и очень хорошо к нам относился. Вот только уйти он нам не позволяет и заставляет играть в игру на сохранение яиц.

Жуань Ланьчжу поинтересовался:

— Он же вас не запирает на замок, почему вы сами не вернётесь?

Сяо Ши ответила:

— Стоит густой туман, никто не сможет вернуться.

Тань Цзаоцзао спросила:

— А зачем он заставляет вас держать во рту яйца?

Сяо Ши пояснила:

— Он тренирует нас каждый день и говорит, что если яйцо разобьётся, кто-то умрёт. Ещё он рассказывал, что когда ему было десять лет, они с мамой встретили злых людей. Те заставили их держать во рту яйца, и того, у кого оно разобьётся, обещали убить. Потом яйцо его мамы разбилось, и плохие люди убили её… Когда он об этом рассказывал, он горько плакал, и мы даже не знали, что делать.

Выслушав её, Лин Цзюши тихо произрoс обращаясь к двоим спутникам:

— То, что мы видели в 720-м, должно быть, происходило как раз в момент гибели матери Колдуна.

Тань Цзаоцзао прижала к себе мяч и нахмурилась:

— Этот Колдун потерял мать из-за маньяка-убийцы, но разве то, что он творит сейчас, не то же самое, что делал тот маньяк?

— Люди так часто застревают в прошлом, — Лин Цзюши опустил взгляд. — Хотя тот убийца лишил жизни только его мать, сам Колдун из прошлого навсегда остался заперт в том дне.

Тань Цзаоцзао выстроила логическую цепочку событий:

— Получается, узнав, что учёный исследует Машину времени, Колдун изо всех сил стремился вернуться в 25 августа 2010 года, чтобы спасти свою мать?

— К сожалению, он слишком торопился, — Жуань Ланьчжу скрестил руки на груди. — Он так спешил, что упустил из виду опасность: Машина времени учёного ещё не была до конца разработана. В итоге первые тридцать лет он провёл взаперти в 2010 году, а позже застрял в 1985-м. Он никогда не возвращался в своё собственное время и никогда не жил собственной жизнью.

— Это безвыходно, — Лин Цзюши посмотрел на профиль Жуань Ланьчжу. — В жизни всегда есть такие люди: лишь бы удержать его, они готовы на всё.

Жуань Ланьчжу поднял взгляд:

— Но откуда тебе знать? Быть может, тот человек просто хотел, чтобы он жил в вечном мире и радости, и не желал, чтобы на его плечах лежал такой груз…

— А с чего ты взял, что без него он сможет радоваться жизни?

Лин Цзюши с силой подавил бушующие в груди смятенные чувства, его голос изменился:

— Для некоторых людей сама радость заключена в одном-единственном имени.

— О ком вы вообще говорите? — Тань Цзаоцзао вытянула шею, её лицо было полно недоумения. — Почему это звучит так грустно?

Жуань Ланьчжу закрыл глаза. Лишь спустя мгновение он повернулся к Тань Цзаоцзао:

— Мы, естественно, говорим о Колдуне и его маме, о ком же ещё.

— Вот как… — Тань Цзаоцзао не слишком-то поверила и посмотрела на Лин Цзюши: — А почему тогда у брата Линли глаза покраснели?

Лин Цзюши взял себя в руки и ответил:

— Пыли много, в глаз залетела.

Заметив, что они всё болтают и болтают, тройняшки забеспокоились и выпалили:

— Мы всё рассказали, можно нам идти? Он запрещает нам уходить надолго, а то спохватится!

— Есть ещё один вопрос, — спросил их Лин Цзюши. — Вы знаете, где находится выход отсюда?

— Знаем, — ответила Сяо Ши, а затем покачала головой. — Но вам его не найти, та дверь находится не в этом времени.

— В смысле?

Лин Цзюши остолбенел, покосившись на кладовую неподалёку. Разве прошлая дверь была не там? Теперь её расположение снова изменилось?

— В смысле… — Сяо Ши договорила лишь до половины, как вдруг умолкла. Почесав затылок, она произнесла: — Я… я, кажется, вдруг забыла.

— Нельзя! — внезапно воскликнула старшая Сяо Ту, схватив за руки обеих младших сестёр. — Мы должны идти, уже поздно!

С этими словами они втроём сорвались с места рядом с Лин Цзюши, распахнули дверь и в панике убежали.

Лин Цзюши хотел броситься за ними, но Жуань Ланьчжу его остановил.

— Пусть идут, — сказал Жуань Ланьчжу. — Даже если догоним, ничего больше не выведаем.

— Что же делать? — встревожилась Тань Цзаоцзао. — Куда мы теперь?

Жуань Ланьчжу взглянул на время и произнёс:

— Уже поздно, давайте на сегодня вернёмся назад, а там видно будет.

Все трое покинули лестничную клетку и вернулись на четырнадцатый этаж. Снаружи и след тройняшек простыл: то ли они ушли в 1416-й, то ли спрятались где-то.

Во всём коридоре не было ни души, стояла жуткая тишина.

Добравшись до двери своей комнаты, Лин Цзюши сунул руку в карман в поисках ключа, и его лицо мгновенно изменилось.

— В чём дело? — спросил Жуань Ланьчжу, заметив перемену в его выражении.

Лин Цзюши сглотнул слюну и выдавил:

— Ключ… ключ от комнаты пропал.

— А? — опешила Тань Цзаоцзао. Оглянувшись назад, она предложила: — Может, он выпал на той лестнице? Пойдём поищем?

— Не нужно.

Брови Жуань Ланьчжу сошлись на переносице. У него возникло недоброе предчувствие, поэтому он протянул руку к Тань Цзаоцзао:

— Дай заколку.

— А? Ой.

Не раздумывая, Тань Цзаоцзао вытащила из волос заколку и отдала Жуань Ланьчжу.

Взяв её, он ухватился за дверную ручку, просунул длинную чёрную заколку в замочную скважину и несколько раз покрутил её туда-сюда.

Затем Тань Цзаоцзао услышала щелчок — дверь открылась.

Они один за другим вошли внутрь. Когда Жуань Ланьчжу затворил дверь, Тань Цзаоцзао спросила:

— Мы точно не будем искать ключ? Вдруг его кто-нибудь подберет?

— Нет, — покачал головой Лин Цзюши, вспомнив, как перед ужином в него врезалась Тянь Янь. Подняв взгляд, он произнёс: — Я подозреваю, что ключ украла Тянь Янь.

— Э? — удивилась Тань Цзаоцзао. — Но если это она, зачем ей красть ключ от нашей комнаты? Это же не та дверь, через которую выходят наружу.

Услышав это, Жуань Ланьчжу немного подумал, и его лицо тоже переменилось. Он тут же оттолкнул Тань Цзаоцзао, подскочил к столу и резко выдвинул ящик, в котором прятались яйца.

Маленький чёрный стульчик уже убрали. Оба яйца в ящике разбились вдребезги, а желток с белком и осколками скорлупы растеклись по половине ящика, стекая вниз.

— А! Мои яйца! — завизжала Тань Цзаоцзао, хватая обеими руками осколки, и пробормотала: — Конец, всё кончено, брат Линли… Мы нарушили Условие табу!

Жуань Ланьчжу с грохотом задвинул ящик. Его лицо сделалось чернее тучи:

— Тянь Янь, а возможно, ещё и Чжун Чэнцзянь. Прекрасно.

— Куда ты? — Лин Цзюши схватил за руку собравшегося уходить Жуань Ланьчжу и покачал головой: — Идти искать её сейчас уже бесполезно, нужно придумать, как пройти эту Дверь.

— Пройти Дверь, точно, пройти Дверь! — Тань Цзаоцзао была близка к слезам. — Но как нам её пройти? Ни дверь, ни ключ ещё не нашли, мы только и успели, что послушать историю про какого-то Колдуна.

— Это моя вина, — Лин Цзюши отпустил руку Жуань Ланьчжу и сам встал у двери. — Если бы я уследил за ключом, этого бы не случилось. Я пойду найду Колдуна, а вы ждите меня здесь.

— Не пойдёшь!

Теперь настала очередь Жуань Ланьчжу не отпускать его. Уставившись на Лин Цзюши, он произнёс:

— Твои яйца разбиты, отправляться туда сейчас — верная смерть.

— Брат Линли, не горячись, — Тань Цзаоцзао тоже немного успокоилась и вцепилась в другую руку Лин Цзюши. — Брат Чжу прав, если ты пойдёшь сейчас, Колдун точно тебя не пощадит. Давай сначала остынем, в конце концов… в конце концов…

Лихорадочно соображая, она внезапно что-то вспомнила, и её глаза засияли:

— Точно! Может, спустимся вниз и попробуем воспользоваться той Машиной времени? Глядишь, удастся скрыться от Колдуна!

В глазах Жуань Ланьчжу мелькнуло одобрение, и он сказал Лин Цзюши:

— Линли, малышка Цитрус дело говорит, может, мы и правда…

— Нет, — наотрез отказался Лин Цзюши. — Если мы воспользуемся Машиной времени и перенесёмся в другую эпоху, не найдя ключ и дверь, то даже если Колдун нас не убьёт, мы застрянем там навсегда.

Лин Цзюши поднял взгляд на Жуань Ланьчжу:

— Чжу Мэн, поверь мне, я на семьдесят процентов уверен, что Колдун меня не убьёт.

Жуань Ланьчжу, конечно же, верил ему. Помолчав секунду, он произнёс:

— Ты можешь пойти к Колдуну, но возьми меня с собой.

— И… и меня! — робко подняла руку Тань Цзаоцзао. — Я ведь тоже нарушила Условие табу. Если я останусь одна и Колдун решит убить меня в обход вас, мне конец.

Лин Цзюши колебался, но Жуань Ланьчжу уже отворил дверь, выволакивая его наружу, и Тань Цзаоцзао поспешно последовала за ними.

В коридоре тусклый жёлтый свет, чёрные двери и облупившиеся стены — всё источало зловещую атмосферу.

Но самым жутким был Колдун, стоявший в конце коридора.

Он держал в руке тот самый поварской нож, которым убили Чжан Синхо, и в чёрных одеждах застыл неподалёку, словно явившийся во плоти ангел смерти.

— Добрый вечер, господа.

Колдун растянул губы в улыбке — губы улыбались, а сам он медленно шагал навстречу, однако в глазах его бушевала кровожадная жажда убийства. — Какая сегодня прекрасная погода, вы не находите?

Жуань Ланьчжу заслонил собой Лин Цзюши и Тань Цзаоцзао, тихо бросив им:

— Бегите, найдите где-нибудь укрытие.

Лин Цзюши стиснул зубы. Он хотел перекинуться с Колдуном словом, но сейчас время было упущено.

Поэтому он тут же развернулся и бросился вниз по лестнице, потянув за собой Тань Цзаоцзао.

К этому моменту Колдун уже подошёл к ним вплотную. Увидев, что две цели бросились наутёк, он уже собирался обойти Жуань Ланьчжу и пуститься в погоню, как вдруг раздался щелчок.

Жуань Ланьчжу вытащил из кармана яйцо и, разжав пальцы, уронил его на землю.

Свежее, разбитое вдребезги яйцо отразилось в зрачках Колдуна лужицей крови.

Он свирепо перевёл взгляд на Жуань Ланьчжу и увидел, что тот стоит посреди дороги, чуть приподняв подбородок:

— Прошу прощения, рука соскользнула. Впрочем, теперь твой противник — я.

Колдун с ножом в руке помрачнел лицом и процедил:

— Раз яйцо разбито, кому-то положено умереть. Раз уж тебе не терпится умереть первым, я исполню твоё желание.

http://bllate.org/book/20699/2068599