Готовый перевод Invasion of the Ancients / Вторжение древних: Глава 8. Восьмой день после вторжения. «Обратный отсчёт 0:00:00».

Мальчишку, выбежавшего из квартиры, звали Ло Сяонань. Его осмотрели с ног до головы: ран не нашли, лишь обычный жар.

— «Тигр, хоть и лют, своих тигрят не пожирает» — старая истина не врёт, — сокрушённо вздохнул старый министр.

Дуань И подошёл к запертой двери и властно приказал женщине внутри открыть. Та лишь дрожала от страха, выспрашивая, покончили ли они с «теми тварями», и явно опасаясь мести за то, что выставила всех в коридор. Чэн Шэн едва не задохнулся от ядовитого смеха. Его собственный дом, его дверь, и он не может войти?

— Думаешь, если заперлась, мы не достанем тебя? — пригрозил он, и в его голосе зазвучали зловещие нотки. — Дуань И, вырви эту дверь с мясом.

Министр оторопел: крепкая стальная дверь, единственная защита — и вот так просто пустить её под снос? Но Дуань И подчинялся лишь Чэн Шэну. Сказано «снести» — значит, снесёт.

— Анна! Живо отпирай! — закричал министр, почуяв неладное.

Женщина за дверью тоже услышала скрежет металла. Она боялась мертвецов и расплаты, но остаться вовсе без двери в такое время было куда страшнее. Анна поспешно щёлкнула замком. Растрёпанная и бледная, она во все глаза уставилась на вошедших: — Простите... я просто до смерти перепугалась. Чэн Шэн одарил её ледяной усмешкой: — Сразу видно породу: из тех, кто подставит товарища, лишь бы выгадать себе лишнюю минуту жизни. Анна растерянно взглянула на министра, её красивые глаза наполнились слезами. Но на этот раз старик не бросился её утешать. Напротив, он мерил её тяжёлым, задумчивым взглядом, в котором читалось холодное разочарование. Женщина занервничала. Министр был её единственным билетом из этого гибнущего города, она жила лишь надеждой на его вертолёт. Она судорожно вцепилась в его

руку, запричитав:

— Я виновата, это всё инстинкты...

— Замолчи, — оборвал её министр. — Не хватало ещё привлечь этих тварей шумом.

Анна осеклась, лишь судорожно сглатывая слёзы и не смея больше проронить ни слова. Сюй Ин подошла к Чэн Шэну и со всей серьёзностью поблагодарила:

— Доктор Чэн, спасибо за ваш препарат.

Чэн Шэн вперился в неё взглядом. Значит, это и есть тот боец, которому вкололи очищающий состав. Мастерство, с которым Сюй Ин только что разделалась с мутантами, впечатляло.

— Не стоит благодарности. Я ничего не гарантировал, — бросил он. — Состав лишь подстёгивает твой иммунитет, укрепляя клетки. Но это палка о двух концах: он усиливает и здоровые, и заражённые ткани. Ты выкарабкалась только благодаря собственной выносливости.

Доктор помедлил, внимательно изучая зрачки Сюй Ин при свете ламп. Глаза были чистыми, без малейшего намёка на багрянец.

— А может, — добавил он вполголоса, — ты и вовсе не была заражена.

Сюй Ин молча кивнула и отошла в сторону, принимаясь чистить свои ножи. Анна, стоявшая неподалёку, жадно ловила каждое слово. Она смотрела на Чэн Шэна с гремучей смесью благоговения и жгучего сожаления. Знай она раньше, что этот калека в кресле — светило науки, способное создавать чудодейственные лекарства, она бы в жизни не посмела его толкнуть.

Теперь же она нажила себе опасного врага. Анна кусала губы, гадая: как выглядят эти ампулы? Сколько их осталось? Хватит ли на всех? Где он их прячет? Когда они будут уходить, он наверняка заберёт их с собой...

Она забилась в угол, погружённая в свои думы. Рядом, ища защиты, примостился Ло Сяонань, прижимая к себе медвежонка. Почувствовав тепло детского тела, Анна вздрогнула. Она посмотрела на мальчика, и перед её глазами тут же всплыли его родители, рвущие друг друга на части. Её обдало могильным холодом: этот ребёнок провёл с монстрами столько времени, неужели он чист?

Она брезгливо отодвинулась. Поймав взгляд мальчика, Анна попыталась изобразить подобие дружелюбной улыбки, но вышло жалко и натянуто. Ло Сяонань лишь крепче сжал игрушку и больше не пытался приблизиться. Чэн Шэн раздал бойцам спиртовые салфетки, велев продезинфицировать оружие. Линь Цянь хмыкнул, не удержавшись от подколки:

— Сразу видно — доктор. С вами, профессор, мы скоро совсем изнежимся.

— Пока есть возможность, нужно избегать лишней заразы, — отрезал Чэн Шэн.

Он заметил, как Анна шарахается от ребёнка, и презрительно фыркнул. Поманив мальчика пальцем, он позвал:

— Иди сюда.

Анна, решив, что обращаются к ней, уже было вскинулась с радостной готовностью, но Чэн Шэн бесцеремонно осадил её взмахом руки: — Не тебя. Ло Сяонань, ко мне. Улыбка застыла на лице Анны нелепой маской. Мальчик, не ожидавший, что его позовут по имени, на миг растерялся. Но,

спохватившись, он быстро засеменил к доктору на своих коротких ножках.

— Когда начался жар? — спросил Чэн Шэн.

— Вчера вечером, — негромко уронил Ло Сяонань.

Чэн Шэн сорвал с его лба пластырь и приложил ладонь — жар, похоже, отступил.

— Родители, когда ещё были собой, трогали тебя? — продолжал допрос доктор, попутно осматривая тело Ло Сяонаня. — Пил из их чашки? Ел те же фрукты?

Глаза мальчугана подозрительно заблестели.

— Нет, — прошептал он, шмыгая носом. — Папа с мамой вчера вернулись очень поздно, я уже спал один.

— А когда ты в последний раз... — Чэн Шэн, погружённый в осмотр, задавал вопросы на автомате, пока Сюй Ин легонько не коснулась его плеча.

Доктор недоумённо вскинул голову. Сюй Ин с нескрываемой жалостью едва заметно качнула головой, призывая его взглянуть на ребёнка. Ло Сяонань стоял, понурив голову, тихий и неподвижный. Он не издал ни звука, но крупные, тяжёлые слёзы градом катились из его глаз, оставляя на светлом ковре Чэн Шэна тёмные влажные пятна. Доктор замялся. До него дошло, что для маленького ребёнка эти расспросы — сущая пытка, вскрывающая свежую рану. Но без ответов нельзя: пути передачи вируса оставались загадкой, и малейшая оплошность могла стоить жизни всем. Он тяжело вздохнул и, неловко похлопав Ло Сяонаня по плечу, жестом велел ему

сесть на диван.

— Ладно. Он чист, угрозы нет. Жар, скорее всего, обычная простуда, но глаз с него не спускать, — подытожил Чэн Шэн. Затем он обернулся к старому министру и бледной Анне, застывшим у панорамного окна:

— Господин министр, вам и вашей спутнице лучше держаться от мальчика на расстоянии. Ради общей безопасности.

«Чтобы, если Ло Сяонань всё же выдаст сюрприз, он не прихватил с собой двух самых бесполезных и неповоротливых членов группы», — мысленно добавил он.

Старый министр послушно кивнул.

— Долго ещё ждать вертолёт? — спросил он, вглядываясь в горизонт. С высоты двадцать восьмого этажа город был как на ладони: в нескольких местах в небо поднимались жирные столбы чёрного дыма, по улицам метались люди, таща из разгромленных магазинов тюки с добром. Очевидно, что за товар никто не платил.

Единственное, что сейчас радовало — это строгий контроль над оружием в стране. Иначе бойня была бы куда масштабнее. Порядок рухнул в одночасье, за считаные часы превратившись в прах.

— Борт будет через полчаса, — отрапортовал Линь Цянь.

Министр поджал губы: — Я имел в виду... когда прибудет помощь для города?

— Приказов на этот счёт не поступало, — отрезал Линь Цянь.

Старик глубоко вздохнул и перевёл взгляд на Дуань И: — Сколько человек сможет забрать эта машина?

— Пятерых. Стандарт, — ответил полковник.

— Всего пятерых? — Министр нахмурился. Он не мог спасти даже одного лишнего горожанина.

— Командование уже формирует штурмовые группы. Ожидаем их прибытия завтра-послезавтра. После зачистки очагов заражения они помогут местной полиции восстановить порядок, — пояснил Дуань И.

Министр едва заметно кивнул. Анна, прислушивавшаяся к разговору, невольно оглядела присутствующих, ведя безмолвный подсчёт: «Пять мест? А нас тут семеро...» Она пробормотала это едва слышно, и её забила крупная дрожь. Чэн Шэн, чей слух обострился до предела, мазнул по ней холодным взглядом. Анна вздрогнула, столкнувшись с ним глазами — ей показалось, что доктор видит все её гнилые мыслишки насквозь. Она поспешно отвернулась. Рокот вертолётных лопастей «да-да-да» вспорол тишину, принося с собой призрачную надежду. Машина, подлетая со стороны солнца, зависла над террасой, и вниз змеёй скользнула верёвочная лестница.

Обратный отсчёт: 0:01:19.

— Живее! Господин министр, вы первый! — проорал боец, высунувшись из люка.

Лестница длиной в пять-шесть метров бешено раскачивалась на ветру. У старого министра помутилось в глазах от высоты. Он судорожно вцепился в перекладины и с мольбой посмотрел на Дуань И:

— Я... я полезу?

Дуань И кивнул: — Поторапливайтесь. Здесь не самое удачное место для зависания.

«И никто даже не подстрахует? А если я сорвусь?» — министру хотелось взвыть, но он, сцепив зубы, ступил на шаткую ступень.

Обратный отсчёт: 0:00:59.

Чэн Шэн глубоко вдохнул. Чувство опасности, липкое и едкое, нарастало с каждой секундой. Он вглядывался вдаль: из пригородных лесов тучами поднимались птицы, а со стороны зоопарка доносился яростный, надрывный рёв зверей. Он подкатил к Дуань И и понизил голос:

— Что-то не так. Я чую.

Полковник смотрел в ту же сторону. Годы службы в диких условиях научили его понимать лес лучше, чем городские джунгли. Реакция зверей и птиц говорила ему больше любых сводок.

— Ускоряемся, — бросил Дуань И. — Я пойду последним. Линь Цянь, пристегнись к доктору страховочным тросом и тащи его наверх.

Чэн Шэн не ответил. Он лишь поманил к себе Ло Сяонаня:

— Твоя очередь. Лезь.

Мальчик в нерешительности переводил взгляд с доктора на качающуюся лестницу, по которой министр, одолев всего четыре ступени, полз с грацией черепахи. Анна, услышав, что Чэн Шэн пропускает вперёд ребёнка, похолодела. Пять мест — это значит, что если пацан залезет, ей места может не хватить. Видя, что малец медлит, она, остервенев, бросилась вперёд и оттолкнула его:

— Не хочешь — я полезу! Время не ждёт!

Ло Сяонань отлетел в сторону, но Сюй Ин успела его подхватить. Лица бойцов потемнели от отвращения, но тратить время на склоки было некогда. Дуань И мазнул взглядом по Чэн Шэну и скомандовал Линь Цяню:

— Бери пацана и наверх. Сюй Ин — следом. Доктора понесу я.

— Есть, командир!

Ло Сяонань вцепился в плечи Линь Цяня. Тот задрал голову, глядя на затор на лестнице, и не выдержал: — Господин министр, шевелитесь! Вертолёт не может висеть здесь вечно! Старик наверху лишь судорожно кивнул, обливаясь холодным потом.

Обратный отсчёт: 0:00:30.

Чэн Шэн и Дуань И замерли у самого края террасы. Ладони доктора стали ледяными. Осталось полминуты. Что принесёт этот миг? Какая бездна разверзнется, когда таймер обнулится? Ответ был уже близко.

Обратный отсчёт: 0:00:20.

Министру оставалось ещё два метра до спасительного люка. Линь Цянь даже не ступил на лестницу.

Обратный отсчёт: 0:00:10.

Чэн Шэн вперился взглядом в горизонт. На окраинах города вековые деревья неистово пошли в рост. Ветви на глазах тянулись к облакам, сплетаясь в сплошной полог, который тяжёлым сводом накрывал центр, грозя окончательно скрыть небо.

Сотни, тысячи птиц, сорвавшись с насиженных мест, хлынули в город. Лишившись внутреннего компаса, они слепо бились о стены небоскрёбов и стволы деревьев. Анна взвизгнула: пернатые самоубийцы неслись прямо на них. Несколько тушек с глухим стуком впечатались в лобовое стекло вертолёта. Машину ощутимо повело. На панели замигали тревожные огни, салон наполнил

надрывный вой сирены. Старого министра успели втащить внутрь — солдаты подхватили его за подмышки. Анна же застряла посередине: верёвочную лестницу нещадно болтало, и женщина, не смея шевельнуться, лишь мёртвой хваткой вцепилась в перекладины, оглашая окрестности истошным криком.

— Плохо дело, вертолёт не удержится! — прокричал Линь Цянь. Задрав голову, он гаркнул Анне: — Прыгай! Живо прыгай вниз!

Двигатель захлёбывался в предсмертном хрипе. Пилот отчаянно тянул рычаг, пытаясь набрать высоту, но птицы, точно обезумевшая мошкара, лезли в самое нутро винтов. Лестница завязалась узлом. Сюй Ин помрачнела:

— Если она не отцепится, они рухнут!

В тот же миг за спинами раздался частый, дробный стук. Дуань И обернулся: этажом ниже старая голубятня ходила ходуном. Десятки птиц в исступлении долбили клювами по прутьям, и дряхлый засов вот-вот готов был сдаться.

Зрачки Дуань И сузились. Рывком он повалил Чэн Шэна на пол, накрывая его своим телом, и рявкнул остальным:

— Ложись!

Бойцы подчинились мгновенно, на уровне рефлексов. Линь Цянь прижал к себе мальчишку и рухнул ниц. Почти одновременно клетка этажом ниже разлетелась, и туча белых голубей, хлопая крыльями, безумным вихрем пронеслась над ними.

— Вверх! Тяни вверх! — надрывался пилот.

Чэн Шэн, придавленный мощным телом Дуань И, с трудом приподнял голову. Белоснежные птицы, точно мотыльки на пламя, летели прямиком в ревущие лопасти. Из кабины доносились вопли министра, алые сполохи аварийных огней резали глаза. Вертолёт, окутанный чёрным дымом, из последних сил пытался увернуться от пернатой лавины. Анна не удержалась. С диким воплем она сорвалась с лестницы и рухнула на бетон террасы. Высота в три метра не убила её, но падение на спину отозвалось хрустом. Вертолёт, пошатываясь, потянул прочь от крыши. Корпус стонал, готовый вот-вот развалиться. Набрав пару метров, машина внезапно завалилась на бок и камнем

пошла вниз. Грохот взрыва, ослепительная вспышка — вертолёт под углом вонзился в соседнюю

высотку. Оттуда, из огненного ада, донеслись крики.

Дуань И поднялся и бережно пересадил Чэн Шэна обратно в кресло. Они подъехали к самому краю. Хаос воцарился повсюду. Исполинские деревья прошивали здания насквозь, их ветви, выходя с другой стороны фасадов, были густо окрашены кровью. Невинные белые цветы на газонах превратились в зубастые пасти, пожирающие всё, до чего дотянутся, а их вздувшиеся корни перепахали землю. Из зоопарка доносился рёв хищников, делящих город на охотничьи угодья. Один рык сменялся другим. Всё полетело в тартарары. Казалось, вирус, поразивший людей, был лишь крохотной деталью в механизме этой катастрофы. На подлокотник кресла Чэн Шэна опустилось перо. Он поднял взгляд: небо затянуло белым пухом, перемешанным с алой кровью. Этот жуткий снег медленно оседал на руины старого мира.

Обратный отсчёт: 0:00:00.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/20672/2085934