Готовый перевод All I Know Is Ctrl! / Я правда умею только нажимать Ctrl!!!: Глава 25. Ложная мать (1)

На следующее утро Се Шэн отправился прокалывать ухо.

Мастер спросил, левое или правое, и Се Шэн бросил «левое». Однако лишь когда всё было готово и парень в салоне поинтересовался, есть ли у него парень, Се Шэн узнал о заграничном неписаном правиле, по которому прокол в левом ухе выбирают гомосексуалы.

Се Шэн: …

Вот же чёрт, просчитался.

Да и ладно.

В крайнем случае будет надевать [Задарма] только перед входом в Домен аномалии, всё равно ни одна аномалия не станет спрашивать, есть ли у него парень.

Се Шэн мгновенно взял себя в руки и в прекрасном расположении духа вернулся в GEMA, заодно убрав [Детские грезы] и [Один меч] внутрь предмета [Задарма].

Он также попробовал убрать туда бумагу и ручку, но ничего не вышло — похоже, лишь предметы, обладающие [Индексом колебаний способности], могли вступать в резонанс и помещаться внутрь носителя предметов с предначертанием.

Поэтому Се Шэн потратил 50 баллов, чтобы обменять их на особую бумагу, на которую Инь Ланьсин наложил свои чары, защищавшие от попыток главной аномалии изменить или стереть написанное.

Ещё 50 баллов ушло на комплект из двух специальных ручек, защищённых от воды, огня, физических повреждений и воздействия энергии, после чего он убрал их туда же.

Вчера Се Шэн попросил Му Дье привести в порядок дверь в ванную, но психологическая травма осталась: едва он переступал порог ванной, в памяти всплывал летящий в лицо кровавый шар. В итоге он уехал ночевать на загородную виллу.

Му Дье собирался пойти с ним на задание, но Се Шэн отказался: он посчитал, что это вызовет у него зависимость от эспера S-класса, а становиться нахлебником ему вовсе не хотелось.

Тогда Ивей вызвался добровольцем и предложил пойти вместо Му Дье, всё равно, кроме Се Шэна и Му Дье, его никто не видел.

Ближе к вечеру парень с котом прибыли в Первую народную больницу города Ичэн.

Это был старый корпус: серо-белому зданию насчитывалось уже немало лет, внешние стены слегка выцвели, а большую их часть покрывал густой плющ.

У ворот вереницей сновали машины и толпились люди, на узкой дороге даже личные автомобили пытались пропихнуться вперед, отчего отовсюду доносился беспрерывный гудеж клаксонов.

Хотя новый корпус занимал большую площадь и обладал передовым оборудованием, цены там кусались, поэтому большинство простых людей по-прежнему предпочитали лечиться здесь.

Се Шэн достал телефон.

После принятия задания стали доступны более подробные детали дела, и Му Дье уже отправил ему все скриншоты, заботливо добавив примечания.

[Это задание связано с Первой народной больницей. За два месяца в полицию поступило в общей сложности четыре заявления — матери заявителей во время ухода за больными в Первой народной больнице начинают вести себя крайне нетипично. Сначала полиция не придала этому значения, но когда обращений стало больше и все они оказались похожи, их объединили и передали в GEMA. Вскоре GEMA зафиксировала в Первой народной больнице города Ичэн индекс колебаний аномалии, однако зона его проявления не была фиксированной и перемещалась по всей территории больницы.]

[MD: Часы GEMA могут фиксировать индекс колебаний аномалии. Судя по опыту, на самих матерях заявителей индекс, скорее всего, обнаружить не удастся, но аномалия находится где-то неподалёку. Так что ты можешь просто походить по больнице, настроив часы так, чтобы они вибрировали при обнаружении колебаний.]

Там были и описания от остальных трёх заявителей, но сейчас они значения не имели, поэтому Се Шэн лишь мельком пробежал их глазами.

Он включил на часах режим обнаружения и вошёл в здание поликлиники.

— Почему у тебя совсем нет значения энергии?

Ивей стоял на плече Се Шэна, непрерывно поведя носом, а затем приподнял голову и слегка прикусил его за ухо.

— Странно.

Покусав, он лизнул оставшийся след от зубов:

— Точно нет никакого значения энергии, почему так? Ты тоже аномалия?

Се Шэн: …

Уровень терпимости Се Шэна к милым котикам стремился к бесконечности, в конце концов, он и сам мог до полусмерти затискать Ивей, так что они стоили друг друга.

Он поднёс правую руку к Ивей:

— Укуси ещё раз и проверь, аномалия я или нет?

Ивей прикусил.

А затем смирно уселся:

— Не аномалия.

Се Шэн ответил:

— Я и сам не знаю, почему у меня нет значения энергии, может, я просто ненормальный человек.

— Это уж точно, — серьёзно кивнул Ивей. — Я тоже считаю, что ты не человек… точнее, ненормальный человек, ведь ты единственный, кроме Дье, кто меня видит.

Се Шэну вдруг кое-что пришло в голову, и он полюбопытствовал:

— Ты аномалия? А почему ты аномалия?

Ивей выпалил всё тем же нежным капризным детским голосом:

— Положим, я ведь уже умер.

Се Шэн замер.

Хотя для формы, в которой находился Ивей, существовало только такое объяснение, он никогда не задумывался об этом с такой стороны, поэтому, услышав это так внезапно, на мгновение опешил.

Ивей высоко задрал хвост:

— Ты только не плачь тут, я и так счастлив, у меня были очень любившие меня старик Шэнь и красавица-сестрица Нин. А ещё я встретил Дье, иначе превратился бы в злую аномалию и по велению инстинктов затягивал бы вас, двуногих, в свой Домен и пожирал.

Се Шэн:

— У тебя тоже есть Домен?

— Кого это ты тут недооцениваешь!

Ивей скосил глаза и посмотрел на Се Шэна:

— Я вообще-то аномалия A-класса, я очень сильный, по крайней мере, сейчас ты точно не выйдешь из моего Домена.

Се Шэн:

— О.

Се Шэн снова спросил:

— А кто такие старик Шэнь и сестрица Нин?

Ивей:

— Старик Шэнь — это бродяга, которого я подобрал, а сестрица Нин… Дье сказал мне, что она тоже очень сильный эспер, у неё позывной [Повелительница кошек].

Повелительница кошек.

Се Шэн удивился, вспомнив, что видел этот позывной в рейтинге эсперов GEMA, сразу за Му Дье.

Ивей взобрался Се Шэну на голову и улёгся там, словно пушистая шапка:

— Я так скучаю по старику Шэню, он ещё не вернулся в Ичэн, да и сестрицу Нин не видать, Дье сказал, что она ушла в медитацию, чтобы прозреть… будущее вас, двуногих.

Ивей повесил голову и сладко зевнул:

— И чего там прозревать в этом будущем, я до того, как подобрал старика Шэня, тоже ночевал под открытым небом, ел через раз. Вы, двуногие, куда счастливее кошек, у вас есть стабильное жильё, полно еды, с чего ради каждый день переживать то об одном, то о другом?

Се Шэн слегка приоткрыл рот.

На мгновение он даже не застал, что ответить: это вроде как была обычная кошачья жалоба, но она казалась слишком простой и чертовски правдивой.

— Наверное… двуногие не знают покоя из-за того, что слишком многим владеют и слишком многого хотят.

Се Шэн поднял руку и погладил Ивей по голове.

Ивей с удивлением вскинул голову.

Се Шэн проследил за его взглядом:

— Что такое?

Ивей ничего не ответил, лишь слегка повел носом, пытаясь что-то уловить.

Спустя мгновение он снова улёгся на макушку Се Шэна:

— Ничего, просто эспер E-класса пришёл со своей семьёй к врачу.

Ивей снова сладко зевнул, растянувшись словно ленивая змея, и вяло произнёс:

— Мы ведь уже почти всё обошли? Почему нет вообще никаких колебаний индекса аномалии? Я ведь даже свой запах аномалии спрятал, эта аномалия точно не могла испугаться и сбежать.

Се Шэн слегка нахмурился.

И то верно.

Территория старого корпуса была небольшой, все здания стояли очень кучно.

У режима обнаружения GEMA существовало два варианта: один радиусом в двести метров по горизонтали, а другой — сферический радиусом в сто метров. Поскольку больничные корпуса имели примерно по десять этажей, Се Шэн включил второй вариант, так что ему не требовалось подниматься на лифте и обшаривать каждый этаж.

Но пока они с Ивей болтали и гуляли, сами того не заметив, обошли весь территории больницы, а часы продолжали молчать, не давая ни единого сигнала.

Се Шэн постоят на месте некоторое время, посмотрел на календарь:

— Сегодня же среда, неужто у аномалии отгул по графику?

Ивей спрыгнул Се Шэну на плечо и полюбопытствовал:

— А что такое отгул?

Се Шэн тут же зажал ему уши:

— Нехорошее слово, маленьким котикам слушать такое вредно.

Ивей: ?

Се Шэн внезапно кое-что заметил и быстро подошёл ближе.

Это оказалась старая доска объявлений. В старый корпус приходить в основном пожилые пациенты и их родственники, многие из которых не умели пользоваться официальными каналами в соцсетях и не привыкли к уведомлениям на телефоне, поэтому больница сохранила этот самый первобытный способ.

На ней были расклеены объявления об изменениях в графике приёма, перемещениях отделений, а также о временных отключениях электричества и ремонте этажей.

Бумага была разной свежести: одни листы пожелтели и свернулись по краям, другие были приклеены только что, скотч на них ещё блестел.

Взгляд Се Шэна зацепился за одно из объявлений.

Эта бумага явно висела здесь уже давно, края её обветшали, но её явно многократно сдирали и наклеивали заново, поверх других уведомлений.

Се Шэн вчитался.

[В корпус требуется ночной охранник, с 22:00 до 7:00, включая аварийный корпус в Северном секторе. Требуется устойчивая психика. Зарплата 260 юаней в день, выплата ежедневно.]

[Собеседование: цокольный этаж здания поликлиники, отдел охраны]

260 юаней в день всего за девятичасовую ночную смену.

Для охранника это казалось ненормально высокой суммой, но почему же до сих пор никто не нанялся?

Или же дело не в том, что никто не устраивался, а в том, что люди нанимались и выходили на работу, отчего объявление снимали, но, проработав какое-то время, увольнялись из-за непригодности, и вакансию приходилось клеить снова.

[Требуется устойчивая психика]

Кто же станет отказываться от денег, если только…

Ивей лизнул лапу:

— Неужто в этом месте по ночам водятся призраки?

Се Шэн:

— Ночью действительно самый слабый уровень энергии ян, но у нас материалистический мир, тут есть только аномалии, а призраков нет.

Ивей:

— …Ничего себе материалистический мир.

Однако парень с котом только что прошлись по всему Северному сектору, включая тот самый аварийный корпус, и никакой индекс колебаний аномалии не зафиксировали.

Се Шэн немного подумал и направился к зданию поликлиники, указанному в объявлении.

За разговорами наступило девять часов вечера. Зимой темнеет рано, и сейчас небосвод погрузился в непроглядную тьму, лишь луна пробивалась сквозь тонкую пелену тумана, разливая холодный серебристый свет.

Двери в приемное отделение еще были открыты, Се Шэн вошел через них и спустился по лестнице на цокольный этаж.

Он постучал в дверь.

— Кто? — донесся изнутри голос мужчины среднего возраста.

Се Шэн:

— Я по поводу работы ночным охранником.

Ивей:

— Ха?

Вскоре дверь открылась, и оттуда вышел мужчина лет сорока с сигаретой во рту.

Сначала Цзоу Чивэнь обрадовался, что наконец-то кто-то пришел устраиваться, а значит, ему самому сегодня ночью не придется патрулировать Северный сектор. Но едва он увидел Се Шэна, его лицо тут же перекосилось, и он с раздражением выплюнул:

— Это еще что за белоручка? С твоими-то тощими руками и ногами в охранники метишь? Иди-ка ты отсюда.

Он махнул рукой, прогоняя Се Шэна, и собрался захлопнуть дверь.

Се Шэн успел перехватить дверную ручку.

— Мне не нужна зарплата, — произнес Се Шэн. — Я могу сегодня бесплатно отпатрулировать за вас.

Кто ж знал, что от этих слов Цзоу Чивэнь перекосится еще сильнее. Выругавшись про себя на «конченых стримеров», он со всей силы бахнул дверью и закрыл ее на засов.

Се Шэн: …

— Ха! — злорадствовал Ивей. — Он принял тебя за стримера, который пришел за острыми ощущениями!

Се Шэн:

— Но это также означает, что в том здании действительно происходит какая-то чертовщина.

— Э-э-э, — с важным видом протянул Ивей, копируя интонации Се Шэна. — У нас материалистический мир, тут есть только аномалии, а призраков нет.

Се Шэн: …

Се Шэн:

— Открой мне дверь, сможешь?

Ивей спросил:

— Там, где он закрыл на засов?

Се Шэн:

— Угу.

Ивей гордо задрал подбородок:

— Разумеется, какой-то вшивый замок не остановит этого кота.

Затем он, сидя на плече Се Шэна, рассек лапой воздух, точно так же, как делал это сотни раз, сбрасывая вещи со стола.

В следующую секунду.

«Дзинь!» — дверной замок вместе с ручкой вылетел и цельным куском грохнулся на пол внутри комнаты.

Цзоу Чивэнь подпрыгнул от испуга.

— …Брат, я вообще ничего не трогал, не веришь — проверь по камерам, — Се Шэн с самым невинным видом поднял руки. — Это у тебя замок дерьмового качества, менять пора.

Цзоу Чивэнь: ???

Се Шэн как ни в чем не бывало вошел внутрь.

Кабинет отдела охраны был небольшим, свет горел тускло, в углу пылились старые архивы и рации.

Цзоу Чивэнь опешил и уже собирался выгнать непрошеного гостя, как вдруг этот чересчур бледный и красивый парень положил на его стол стопку денег.

— Брату на ремонт замка, — Се Шэн прижал двумя пальцами эти десять красных сотенных купюр и спокойным тоном добавил: — Я не стример, я писатель. Не буду мешать вашему патрулированию, но, пока есть время, не могли бы вы рассказать мне, что произошло в том здании?

Цзоу Чивэнь молчал пару секунд, уставившись на яркие купюры.

Как говорится, от денег никто не отказывается, к тому же это давно перестало быть тайной, сюда уже куча стримеров-искателей мистики прибегала.

— Ладно, — выдохнул Цзоу Чивэнь. — Расскажу, только не болтай за пределами больницы.

Он встал, чтобы прикрыть дверь, но замок и ручка были выломаны, так что дверь толком не закрывалась.

Се Шэн: …

Ивей похлопал глазами с видом «сам виноват».

Потерпев неудачу с дверью, Цзоу Чивэнь плюнул и вернулся за стол.

Тут он заметил, что Се Шэн уже аккуратно задвинул стопку денег под его блокнот.

…А белоручка-то сообразительный.

Цзоу Чивэнь достал пачку сигарет, предлагая гостю, но, увидав, что тот не курит, зажег одну себе.

— Здание в Северном секторе, которое огородили сеткой, ты, наверное, видел. Раньше это был стационар, но три месяца назад одна женщина поздно ночью бросилась с крыши. По-хорошему, в больницах и школах подобное случается, такое обычно замалчивают. Мы тоже не придали значения, полиция приехала, провела расследование — и дело с концом. А на следующий день началась чертовщина.

Се Шэн:

— Что за чертовщина?

Цзоу Чивэнь запнулся:

— Как бы сказать… Будто землетрясение произошло: на многих этажах стены пошли трещинами, да не тонкими.

Он покажи пальцами:

— Шириной такой, что руку просунуть можно. Но самое жуть — из этих трещин наружу сочилась красная вода. Это же дурная примета, тем более в больнице, многие пациенты потребовали перевода или выписки. Больница перевела их в стационар Южного сектора, а тот корпус срочно огородила, объявив, что возникли проблемы с конструкцией и требуется ремонт. В итоге первой бригаде рабочих не исполнилось и недели, как проектный менеджер по дороге домой попал в аварию — насмерть на месте. А еще несколько рабочих заявили, что ночью слышали шаги в здании и видели силуэты. На следующий день все уволились. Потом наняли вторую бригаду. Отработали три дня, и один рабочий прямо в здании с ума сошел, кричал, что из стены на него кто-то смотрит. Второй ходил сам не свой и твердил: «Не зовите меня внутрь». Третья бригада даже инструменты не успела завезти, черт знает, с чем они столкнулись, ничего нам не сказали и просто сбежали.

На лице Цзоу Чивэня проступило раздражение, он глубоко затянулся:

— Все три бригады подряд попали в беду. Ремонт корпуса так и встал, сам видел — до сих пор огорожен. Такое дело пытались замять, но кто-то из рабочих пустил слух. За эти два месяца сюда начали ломиться «искатели приключений» — всякие стримеры-мистики, любители снимать видео, как ночь — так лезут через забор. А некоторые твари под шум волны ещё и воровать приходят. Хоть ремонт и встал, внутри осталась куча дорогого медицинского оборудования. Больница не могла это так оставить, вот и пришлось усилить охрану.

Он ткнул пальцем в сторону объявления на столе:

— Вот потому и платим такие деньги за ночные смены.

Се Шэн произнес совершенно ровным тоном, звучавшим как утверждение:

— Охранники тоже сталкивались с чертовщиной.

— Угу, — вздохнул Цзоу Чивэнь. — Приходящие обычно работают два-три дня и уходят. Рассказывают одно и то же: слышали звуки, видели силуэты, а один заявил, что во время ночного обхода увидел в окне того здания повешенного, который таращился на него во все глаза.

Се Шэн:

— А вы сталкивались?

Цзоу Чивэнь отмахнулся:

— Я вообще-то начальник охраны и отвечаю за дневную смену, а на ночную выхожу, только когда людей нет. Я ни с чем не сталкивался, ни единого разу. Сначала думал, они меня разыгрывают, но когда так говорят многие, тут уж не знаешь, чему верить. К тому же там ведь погибла женщина, прыгнувшая с крыши? А они видели вовсе не ее.

Се Шэн:

— Что-нибудь ещё?

Цзоу Чивэнь опешил:

— Что?

Се Шэн:

— Страшилки еще есть?

Цзоу Чивэнь:

— …Нет больше, это всё.

Се Шэн:

— Спасибо.

Сказав это, он собрался уходить.

— Эй! — окликнул его Цзоу Чивэнь, занервничав. — Туда нельзя посторонним! Ты давай без глупостей, не лезь туда ради вдохновения. Я тебе всё рассказал, там правда ничего интересного.

Се Шэн кивнул:

— Понял. Я трусливый, не пойду.

Цзоу Чивэнь перевёл дух:

— Ну и ладно.

— Спасибо.

Он сложил десять купюр пополам и сунул в карман.

Се Шэн ничего не ответил и вышел из здания поликлиники.

Пока они разговаривали, пошел мелкий дождь, укутав все вокруг и поблескивая словно нити в свете фонарей.

Се Шэн поднял взгляд, затем поднял воротник куртки, защищая Ивей у себя на плече от ветра и дождя.

Он направился прямиком к стационару Северного сектора.

Здание по-прежнему было огорожено синим профнастилом, на котором висели выцветшие таблички «Идут строительные работы, вход воспрещен».

Во всем здании не горел свет, оно утопало в непроглядной тьме.

Се Шэн обошел его по кругу, нашел отошедший лист железа, опираясь правой рукой, легко перемахнул через ограду.

http://bllate.org/book/20635/2371439