Готовый перевод Guide to Pampering a Money-Devouring Shou / Руководство по избалованию транжиры: Глава 1

Глава 1

Солнечные лучи лились сквозь панорамные окна, уютным теплом оседая на ковре.

Шэнь Синхуай едва заметно вздрогнул ресницами и медленно очнулся от сна. По давней привычке поваляться в постели, он не спешил открывать глаза, давая себе время окончательно прийти в себя. Прислуга, знавшая его утренние замашки, всегда терпеливо ждала неподалеку, не смея потревожить.

Всю ночь его терзали кошмары. Голова раскалывалась, и вставать не хотелось вовсе.

В памяти всплывали обрывки безумного сна: ему приснился мрачный, жестокий роман, где среди персонажей не было ни одного положительного героя. Сплошная принудиловка, плен, физические и душевные истязания... Весь этот кошмар заставлял сердце сжиматься от ужаса. Даже сейчас, припомнив судьбу своего тезки из этой книги, Синхуай невольно содрогнулся.

Мучитель из романа был настоящим чудовищем — законченным психопатом, переступившим все человеческие и моральные нормы. Безжалостно разрушив окружающий мир, он увлек за собой в ад абсолютно каждого.

— Шэнь Синхуай, проснулся — хватит притворяться, — раздался совсем рядом глухой мужской голос, от которого веяло леденящей, удушающей угрозой.

Синхуай вздрогнул, пронзенный лихорадочным ознобом.

«Этот голос... Почему он один в один как у того психа из сна? Неужели я все еще не проснулся?»

Нащупав под одеялом свое бедро, Синхуай собрался больно ужалить себя ногтями, лишь бы очнуться от этой жути. Быть во власти этого безумца он не желал ни секунды.

Но едва пальцы скользнули к основанию бедра, он, наткнувшись на гладкую, податливую теплую кожу, замер. Что-то было не так.

Он ведь всегда спал в пижаме. Почему под рукой голое тело?!

Прикрывшись одеялом, Синхуай судорожно обследовал себя. Ни единого лоскута ткани! На нем не было абсолютно ничего! Охваченный паникой, он распахнул глаза.

Взгляд уперся в силуэт незнакомца. Высокий, статный мужчина с хищными, безупречно точеными чертами лица возвышался над кроватью. Однако в его глубоких глазах плескался мертвенный, жуткий холод, а вся его фигура источала тяжелую, давящую ауру.

Синхуай завороженно смотрел на него, не в силах сдержать дрожь в зрачках. Кровавые, кошмарные сцены из сна были слишком свежи, и он мгновенно узнал в этом человеке того самого отбитого психа — Е Сючэня.

В момент, когда их взгляды пересеклись, Синхуай будто словил удар молнии. Руки и ноги мгновенно онемели и остыли, а в голове стучала единственная отчаянная мольба:

«Пусть это будет сон... Господи, пусть это окажется сном...»

Е Сючэнь остался искренне доволен его ужасом. Тонкие губы изогнулись в ледяной усмешке, а в мрачных глазах вспыхнула болезненная, зловещая радость.

От этой оскаленной улыбки у Синхуая и вовсе отнялись конечности.

Псих улыбается — жди беды.

В книге каждый, кто перешел дорогу этому безумцу, в итоге молил о смерти. А ведь оригинальный владелец этого тела не раз прилюдно выражал свое презрение к Е Сючэню, клеймил его бездушным выродком и бегал от него как от чумы.

— М-м...

Жесткие, сильные пальцы властно сжали его подбородок. Грубые подушечки с силой прошлись по нежной, белоснежной коже, оставляя за собой пылающий алый след. Подбородок вспыхнул острой, саднящей болью.

Вместе с этой тупой болью сердце Синхуая ухнуло в бездонную пропасть. Чувствовать боль... Значит, это не сон. Все происходило наяву! Каким-то неведомым образом он перенесся из своего мира прямо на страницы этого проклятого романа!

— Очнуться голым в моей постели... Как тебе такой сюрприз? Нравится? — Голос Е Сючэня звучал сухо и глухо, а ленивые, издевательские нотки выдавали его скверный замысел. Он намеренно провоцировал Синхуая, мща за былые оскорбления.

По сюжету оригинальный Шэнь Синхуай от такой поддевки взвился бы, окончательно потеряв рассудок, и натворил бы глупостей, заложив первый камень в фундамент собственного ада.

Переведя дыхание, Синхуай судорожно подавил панику, заставляя себя мыслить трезво. Ни за что на свете он не повторит судьбу прежнего владельца тела!

Едва заметно вздрагивая ресницами, он медленно поднял взгляд. В его чистых, ясных глазах светилась совершенная невинность, а голос прозвучал со смущенной мягкостью:

— А откуда ты знаешь, что я голый? Неужели, пока я спал, ты подглядывал за мной под одеялом?

Е Сючэнь оборвал себя на полуслове.

Его темные, бездонные зрачки оцепенели. Мужчина вглядывался в лицо юноши целых десять секунд, после чего его губы искривились в нечитаемой улыбке.

Шершавый большой палец медленно переместился выше, с нажимом поглаживая податливые, теплые губы Синхуая. Напор был настолько сильным, что губы зажгло огнем.

— Да уж не просто подглядывал... Прошлой ночью я дотронулся до каждого сантиметра твоего тела. Попробовал тебя всего... — Низкий бархат его голоса и интимный подтекст сказанного вызвали бы краску даже у самого искушенного.

Но в черных, ледяных колодцах его глаз Синхуай не увидел ни капли ласки. Там царствовала лишь пронизывающая стужа.

Е Сючэнь хищно вглядывался в его черты, не упуская ни единой тени эмоций.

Под этим леденящим тяжелым взглядом кончики ушей Синхуая медленно налились румянцем...

Впрочем, то была лишь безупречная игра. Внутри у Синхуая царила абсолютная ясность: прошлым вечером Е Сючэнь к нему даже не прикоснулся.

Более того, по оригинальному сюжету вплоть до самой гибели герою так и не довелось разделить с ним постель.

Этот псих от рождения и до мозга костей был асексуален — абсолютный хладнокровный гад, не способный испытывать чувства ни к людям, ни к вещам. В его личном словаре существовало лишь одно слово: «уничтожить».

Он держал оригинального Шэнь Синхуая запертым под замком и подвергал унижениям исключительно ради мести. Причем мстил он не только самому пленнику, но и своему заклятому врагу.

Ведь у оригинала имелась еще одна пикантная роль: он являлся той самой недосягаемой «белой луной», предметом безответной страсти злейшего соперника Е Сючэня.

В душе Синхуая не зародилось и капли гнева. Он с осторожностью вытянул из-под одеяла тонкую, белоснежную ладонь и мягко, несмело переплел свои пальцы с широкой ладонью Е Сючэня. Направив на него полный робкого смущения взгляд, он тихо прошептал:

— Значит... прошлым вечером у нас все-таки... все было?

Синхуай отчетливо почувствовал, как мужские пальцы на мгновение окаменели. Впрочем, на лице психа не дрогнул ни один мускул:

— Естественно. И далеко не один раз.

«Ага, держи карман шире — "не один раз"! Врет и даже не краснеет». Пусть Синхуай и очнулся в его кровати без одежды, собственное тело он чувствовал прекрасно: ровным счетом ничего между ними не было.

Выводить его на чистую воду Синхуай не собирался. У этого психа семь пятниц на неделе, и бог ведает, в какую секунду у него окончательно сорвет резьбу.

Взгляд Е Сючэня скользил по его утонченному, изумительно красивому лицу, ощупывая каждую черту. Заметив долгое молчание юноши, мужчина улыбнулся еще холоднее:

— Что затих? Предаешься воспоминаниям о нашей ночи?

Пунцовая краска с ушей Синхуая уже перекинулась на щеки. Нежно-розовый румянец делал его невероятно соблазнительным. Застенчиво отведя взгляд, юноша едва заметно кивнул и пропел сладким, капризным голоском:

— Старший брат вчера был просто неукротим...

Е Сючэнь потерял дар речи. Уголок его рта нервно дернулся. Разглядывая миловидное, вспыхнувшее лицо юноши, он сменил язвительность во взгляде на пристальное подозрение.

Под этим тяжелым взором Синхуай грациозно поднял изящные, белоснежные руки и ласково обвился вокруг его шеи. Его смущенные глаза задорно прищурились, а губы расплылись в пленительной улыбке:

— Гэгэ, теперь я полностью твой. Ты должен хорошо обо мне заботиться и больше не обижать.

Ощутив у себя на шее чужие объятия и прижавшееся к нему мягкое, теплое тело, мужчина окончательно превратился в ледяную статую.

Синхуай остался безумно доволен такой реакцией и тут же подлил масла в огонь:

— Ну... разве что в постели тебе позволено немного надо мной подшутить.

Мрачная мина на оцепенелом лице психопата дала трещину. Впившись черным, недоуменным взглядом в его кокетливые глаза, он абсолютно серьезно спросил:

— Ты что, свихнулся?

— Просто я пьян от счастья.

«Кто бы говорил про свихнулся! Ты бы уж точно не скромничал!»

Спустя две секунды оглушительной тишины Е Сючэнь грубо оттолкнул от себя поддавшуюся тушку и резко поднялся с кровати. Нависнув над ним, он ожег его перекошенным от злости взглядом.

От столь резкого движения одеяло, прикрывавшее Синхуая, соскользнуло вниз, полностью обнажив торс. Естественная белизна его кожи и изящные, точеные линии ключиц резко бросились в глаза. Мрачный взгляд Е Сючэня на миг обожгло, и он машинально перевел глаза чуть выше.

Потянув одеяло обратно и укутав круглые, белоснежные плечи, Синхуай пробормотал:

— Гэгэ, ты так смотришь... Я стесняюсь.

Тень на лице Е Сючэня становилась все гуще:

— Ты вчера притворялся бессознательным, да? Прекрасно ведь знаешь, что я тебя...

Он запнулся на полуслове, заметив, как краска с лица юноши сошла, уступив место бледности, а уголки глаз налились влажным румянцем. Неужто... собрался реветь?!

Е Сючэнь уставился на застрявшую в уголке глаза слезинку:

— Ты чего ревешь?!

Прежде этот парень держал себя с ним подчеркнуто холодно и гордо — точь-в-точь ледяной лотос на заснеженной вершине: недосягаемый, чистый и смотрящий на него лишь с непреодолимым отвращением.

А сегодня эта неприступная недотрога пустила слезу всего от одной его фразы.

В уголке глаза Синхуая блеснула слеза. Голос сорвался на дрожащий, жалобный хнык:

— Ты просто хочешь натянуть штаны и сделать вид, что ничего не было! Ты меня трогал!

Е Сючэнь лишился слов. Его лицо сделалось темнее тучи. Он раздраженно мерил комнату шагами.

Бешенство требовало выхода. Сделав пару широких шагов к кровати, он занес руку, чтобы сгрести этого вымогателя за воротник и вышвырнуть вон... Но замер.

Синхуай сидел абсолютно голый, демонстрируя лишь тонкую шею да точеные ключицы. Схватиться было банально не за что. И весь его внушительный, грозный запал... пошел насмарку.

— Оденься нормально, потом будем разговаривать.

Синхуай бросил взгляд на разорванные лоскуты на полу и всхлипнул:

— Сам раздел — сам и подавай!

— Ничего я не снимал! Ты уже был таким, когда я вернулся! — Е Сючэнь сгреб тряпки с пола, чтобы швырнуть в него, но, разглядев изорванные швы, неожиданно сдулся: — И рвал тоже не я.

Синхуай прекрасно понимал, что к этому Е Сючэнь непричастен. За его появлением в этой комнате стоял совсем другой человек, преследовавший очевидную цель — убить двух зайцев одним ударом.

Смешать с грязью имя Шэнь Синхуая и одновременно чужими руками подставить Е Сючэня.

Одежду явно изничтожил тот, кто притащил его сюда. Наверняка опасались, что юноша придет в себя и сбежит, потому и оставили без единой нитки.

Понимать-то Синхуай все понимал, да только виду не подал:

— Ну, раз так, придется мне и дальше с тобой голышом разговаривать. В конце концов, за ночь ты на меня и налицезрелся, и натрогался. — С этими словами он вознамерился сдернуть одеяло и встать.

Е Сючэнь мгновенно прижал его обратно к матрасу и проскрипел зубами:

— Сиди тихо, сейчас принесу халат.

Спустя мгновение на кровать полетела махровая ткань.

Накинув халат и выбравшись из-под одеяла, Синхуай уселся на край матраса с видом глубоко обиженной невинности:

— Теперь ты обязан на мне жениться.

Е Сючэнь молчал, сверля его таким тяжелым, зловещим взглядом, будто вознамерился прожечь в нем дыру.

Под этим пристальным взором психопата у Синхуая мурашки побежали по коже. Логика безумца оставалась загадкой, и предсказать его следующий шаг было невозможно.

Повисла глухая тишина, и градус напряжения в комнате упал ниже нуля.

Внезапно раздавшийся виброзвонок мобильного разрядил обстановку. Е Сючэнь принял вызов.

Мужчина стоял достаточно далеко, поэтому Синхуай не мог разобрать слов собеседника. Лицо Е Сючэня сделалось непроницаемым. Проронив лишь короткое: «Пусть поднимаются», он сбросил звонок.

Когда он вновь перевел взгляд на юношу, мрачная тень на его лице рассеялась, уступив место откровенной насмешке:

— И вся эта твоя комедия была нужна лишь для того, чтобы выиграть время?

Синхуай судорожно попытался воспроизвести в памяти дальнейший ход событий, но обрывки сна путались в голове. Не зная, что ждет его впереди, он решил импровизировать по ситуации и тихо возразил:

— Вовсе нет...

Однако эта его неуверенность лишь укрепила Е Сючэня в мысли, что коварный замысел раскрыт.

Вскоре в дверь спальни донеслись сумбурные, громкие стуки. Судя по шуму, за ней собралась внушительная толпа.

Тонкие губы Е Сючэня исказились ехидной ухмылкой:

— Что ж, давай посмотрим, что за представление ты для меня приготовил.

Широким шагом он пересек спальню, вышел в гостиную и решительно распахнул входную дверь.

Поспешно запахнув халат, Синхуай устремился следом. Но едва он вскинул голову, как его тут же ослепила сплошная стена вспышек.

Перед ними выстроилась целая кавалькада журналистов, наставивших объективы своих камер прямо им в лица.

И тут Синхуая осенило! Из-за того, что он отклонился от сценария и повел себя совершенно иначе, события дали сбой!

По первоначальному сюжету оригинал, уверовав в слова Е Сючэня, впал в неистовство и вызвал полицию, обвинив того в принуждении к сексу.

А когда стражи порядка вели обоих в участок для дачи показаний, у самого выхода из отеля их уже поджидала пресса.

К тому моменту оригинальный Шэнь Синхуай окончательно лишился рассудка. Мечтая лишить врага всего и выставить его отпетым подонком перед общественностью, он выложил репортерам всю выдуманную «правду».

И это вылилось в страшную трагедию. Единственный человек, которого искренне почитал Е Сючэнь — его дед, — в тот же день скончался от инфаркта, не выдержав позора. А Е Сючэнь, без труда добыв доказательства своей невиновности, вкатил Шэнь Синхуаю встречный иск за клевету и упрятал его за решетку.

Но и после освобождения кошмар не закончился. Возложив на парня вину за смерть деда, Е Сючэнь превратил его жизнь в сплошную адову муку.

Синхуай смахнул холодный пот. Эти репортеры явно действовали по указке и пришли с четкой целью: не дождавшись скандала у подножия отеля, они прорвались прямо в номер!

Хуже всего было то, что Е Сючэнь уже счел этих репортеров его рук делом. Перед Синхуаем снова выросла смертельная ловушка...

http://bllate.org/book/20581/4439383