Готовый перевод 360-Degree Pursuit Handbook / Инструкция: Как приручить недосягаемый лунный свет: Глава 33

При нажатии на промо-видео в официальном блоге перед глазами разворачивалась эффектная сцена: в небе парил степной орёл, когда пылающая стрела со свистом рассекла воздух, а её пламя сложилось на экране в три величественных иероглифа — «Реестр знатных родов».

Кадры сменяли друг друга. Появились главный герой в исполнении Чжоу Чэнгуана и героиня Сун Минь, открывая панораму эпохи смуты, где переплетались звон клинков, конный топот и утончённая любовная лирика.

Сяо Янь возник в кадре сразу за Коном Цэньанем. Заснеженная ночь, истязаемый плетьми Нин Юань, неспешно приближающаяся воловья повозка… Служанка изящной ручкой приподняла занавесь, открывая лицо, что в сиянии драгоценностей и белизне снега казалось ослепительно прекрасным. В видео прозвучал его надменный, холодный голос:

— Громкое имя, а на деле — сплошное разочарование.

Картинка снова стремительно сменилась, в кадре вновь возникли главные герои, и под энергичный ритм музыки минута с небольшим промо-ролика подошла к концу.

[Мать твоя женщина! Режиссёр Хань реально гений, снято просто на совесть!]

[Зацеловала весь экран… Мама спросила, почему я снова собираюсь менять ноутбук!]

[Какая красота! Брат Чжоу даже на закате карьеры умудряется пробивать потолок привлекательности, а киноимператрица Сун просто ослепительна. Недаром начинала как «муза Ханя».]

Разумеется, за одну минуту невозможно внятно пересказать сюжет. Ролик лишь демонстрировал костюмы, декорации и общий антураж картины, оставляя интригу, чтобы позже заставить зрителей раскошелиться на билеты.

Стоило пролистать комментарии чуть ниже, как где-то на двенадцатой строчке один из пользователей не удержался от вопроса:

[Кто-нибудь знает, что за бог сидел в карете? Сука-а-а, до чего хорош! Даже эта его высокомерная фраза прозвучала чертовски сексуально. Хотя вообще-то я фанатка Лао Кона, хи-хи-хи…]

[Это же наш Янь-Янь! Представить не могли, что он снялся у режиссёра Ханя, и ни слова об этом не просочилось! Я в экстазе!]

…

Короткий тизер делает своё дело, если хотя бы один образ врезается в память зрителя.

И Сяо Янь заставил себя запомнить.

Волна проплаченной критики в сети, доселе задававшая тон общим насмешкам, мгновенно захлебнулась. Поклонники не стали вступать в бесконечные перепалки с ботами — их было слишком много, да и воевать с наёмными комментаторами бессмысленно.

Вместо этого фанаты начали просто и со вкусом отвечать на выпады хейтеров: «Нашему Янь-ге ещё действительно есть к чему стремиться, спасибо @Фильм_Реестр_знатных_родов_V». А те, кому лень было набивать текст, просто копировали эту фразу.

Насмешливая и донельзя ехидная тактика.

Скорость копирования текста в разы превышала рабочие темпы проплаченных ботов, и вскоре под всеми разоблачительными статьями и постами «экспертов» выстроились бесконечные ряды из «спасибо @Фильм_Реестр_знатных_родов_V». Неосведомлённый человек мог бы подумать, будто пользователи дружно соглашаются с критикой.

Случайные прохожие, заинтригованные шумихой, переходили по ссылке. Сначала их поражал звёздный состав «Реестра знатных родов», затем лицо Сяо Яня бесповоротно превращало их в ценителей его красоты, и под конец они оставляли в комментариях записи в духе: «Жду фильм», «Внешность — чистое золото», «Сюань Ян снялся у Ханя, ура!» и «Раз сам режиссёр Хань его выбрал, значит, парень точно не просто красивое мебельное приложение».

В результате этой нехитрой комбинации съёмочная группа «Реестра знатных родов» сэкономила солидную сумму на рекламе.

Заместитель режиссёра, отвечавший за продвижение, изначально лишь хотел поддержать симпатичного ему Сяо Яня, не ожидая столь внушительного эффекта.

Тем временем на площадке сериала «Хроники розни и благодарности у Реки Омовения Цветов» Гу Вэйчэн в перерыве заглянул в сеть. Оценив обстановку, он мгновенно сориентировался: смонтировал небольшой ролик из отснятого от скуки материала, наложил звук, снабдил запись ироничным комментарием и оттегал Сяо Яня.

На фоне десятисекундного появления актера в тизере «Реестра знатных родов» подарок режиссёра Гу выглядел предельно щедрым.

Съёмки «Хроник розни» ещё продолжались, но даже из имеющихся фрагментов вышло нечто потрясающее.

Под звуки музыки камера сверху захватывала горные кручи, между которыми серебряной лентой вилась река. Вспышка, быстрый наплыв — и зритель видит одинокую лодку, а на ней — стройную фигуру в одеянии с широкими рукавами, трепещущими на ветру так, словно герой вот-вот взлетит к небесам.

Этот тизер тоже был коротким, всего несколько десятков секунд.

Дао Цзюэмин в лодке; Дао Цзюэмин, с улыбкой качающий в пальцах цветок; Дао Цзюэмин, соблазнительно глядящий прямо в камеру; Дао Цзюэмин, чьё лезвие разит стремительно, будто падающий снег; Дао Цзюэмин в изорванной после схватки с разбойниками одежде, на чьём лице играет халатная усмешка; Дао Цзюэмин, тепло улыбающийся младшей ученице; и, наконец, Дао Цзюэмин в чёрном одеянии с длинным клинком — с суровым, ледяным взором…

Материал был честным, но реакции зрителей оказались ещё честнее.

[С сегодняшнего дня я фанатею от Янь-ге не за внешность, а за таланжище!]

[В начале, когда он флиртовал, у меня аж дыхание перехватило, а потом, когда стал мрачным — мурашки по спине побежали! Кто там смел орать, что наш Янь не тянет роль Дао Цзюэмина?!]

[Глядя на этот ролик, я безумно хочу выразить респект режиссёру Гу, но как подумаю, сколько ждать выхода сериала… Хочется придушить его прямо сейчас за такую затравку! Но потом понимаешь, что доснять-то кроме него некому, так что ладно — хотя бы просто настылять до полусмерти!] — этот комментарий мгновенно взлетел в топ.

Теперь фанаты в баталиях с хейтерами и ботами оттегивали не только команду «Реестра знатных родов», но и съёмочную группу «Хроник розни».

Режиссёр Гу, бесплатно получивший мощный пиар, искренне радовался жизни.

Вслед за ним и остальные участники процесса, перепощивая официальный анонс, стали непременно упоминать Сяо Яня.

Так пользователи сети стали свидетелями того, как аккаунт новичка постоянно появлялся в отметках у признанных мэтров.

К примеру, публикация киноимператора Чжоу выглядела так:

«Актер Чжоу Чэнгуан V: Скоро на экранах наша новая работа "Реестр знатных родов". Если будет время — обязательно сходите в кино. Эти несколько месяцев совместной работы были прекрасны @Фильм_Реестр_знатных_родов @Хань_Вэйцзинь @Сун_Минь @Кон_Цэньань… @Сяо_Янь».

В итоге скандал не только не навредил Сяо Яню, но и поднял его популярность на новую высоту.

Прежде публика поддавалась на провокации: мол, зелёный новичок претендует на роль третьего плана в одном ряду с мэтрами, с чего вдруг такая спесь, проигрыш в номинации вполне законен.

Теперь же мнение сменилось на противоположное: «Ну надо же, а парень-то хорош! Первая же роль третьего плана в сериале — и сразу номинация на лучшего актёра второго плана. Талант!»

Сетевое настроение порой меняется от малейшего дуновения ветра.

***

Выход тизера «Реестра знатных родов» означал, что для Сяо Яня наступают дни непрерывных перелётов вместе со съёмочной группой.

Работа над «Хрониками розни» ещё не завершилась, однако участие в промо-туре фильма было заранее прописано в контракте. Гу Вэйчэн великодушно отпустил актера, пообещав пока снимать сцены с участием других персонажей.

Если Сяо Янь взлетит благодаря фильму, для сериала это будет куда полезнее, чем его непрерывное пребывание на площадке.

Вечером, когда Сяо Янь вернулся с церемонии вручения премии, в его двери снова постучался второй молодой господин Ци. Предлог был прост: «Ты послезавтра улетаешь, надо устроить отходную».

Сяо Янь понимал, что тот пришёл, беспокоясь из-за упущенной награды, а потому сквозь пальцы смотрел на то, как Ци Мо с нелепым видом выдумывает чушь, пытаясь отвлечь его от мрачных мыслей.

Например:

— А-Янь, глянь на мою троюродную племянницу, правда уродка?

Или:

— Как по-твоему, соевый пудинг вкуснее солёный или сладкий?

Сяо Янь едва удерживался от вздоха, наблюдая за этим искусственным потоком красноречия.

Впрочем, болтовня Ци Мо напомнила ему об одном деле. Порывшись в сумке, Сяо Янь достал банковскую карту и протянул её гостившему парню:

— Это за медицинские расходы. Пока только часть.

Генеральный директор Ци обомлел. В его взгляде смешались крайнее изумление и глубокая обида.

«Мы же вроде как друзья! Какого черта ты снова заговорил о деньгах?! разве между друзьями подсчитывают медяки?!»

Впрочем, высказывать это вслух он не стал.

Как человек, проживший две жизни, Ци Мо прекрасно понимал, как следует вести себя в подобный момент.

Он придал лицу небрежное выражение, будто происходящее его ни капли не волновало:

— Ты сколько в этом бизнесе? На первых порах денег вечно не хватает. Вот разбогатеешь по-настоящему — тогда и вернёшь.

Сяо Янь ответил ровно:

— Буду отдавать частями. Понадобятся — возьму обратно.

В его тоне проскальзывала абсолютная независимость человека, привыкшего поступать исключительно по собственному усмотрению.

Ци Мо почувствовал, как к горлу подступает ком, но не нашёл предлога отказаться. Ему пришлось с неохотой спрятать карту в бумажник.

Однако привычка Сяо Яня думать о чём угодно, только не о собственном комфорте, вызывала у него глухую досаду.

«И чего не оставить всё себе? Вернул бы потом, проценты-то я всё равно не капают!»

В своей прошлой жизни один именитый режиссёр, покровительствовавший Сяо Яню, как-то по-отечески заметил, что у парня начисто отсутствует амбициозность. Мол, ни стремления, ни хватки — ведёт себя как старичок на покое, настоящий философ-буддист от мира кино.

Тогда это превратилось в расхожую шутку.

Непосвящённые считали слова постановщика вздором: актер собрал полные охапки международных наград, и даже если фильм получался откровенно слабым, фанаты своим присутствием в кинотеатрах обеспечивали кассу в пару миллиардов. Это ли не амбиции?

Но лишь двое или трое действительно близких людей знали: Сяо Янь и впрямь не имел никаких амбиций. Если точнее, он оставался равнодушен к большинству мирских вещей, пребывая в некоем отрешённом состоянии.

Его менеджер одно время даже полагал, будто Сяо Янь слишком глубоко входит в роли и теряет связь с реальностью. Однако обследование у психотерапевта показало: душевное состояние клиента абсолютно стабильно, а психика здоровее, чем у девяноста пяти процентов населения страны.

Но ведь это глупость! Кто из крутящихся в шоу-бизнесе — за исключением тех, кто отбыл на покой, — может похвастаться идеальным душевным здоровьем? Да даже у рядовых клерков с графиком с девяти до пяти вечно проявляется невроз!

И всё же специалист был непреклонен. Едва не получив от врача отповедь, менеджер отступился.

А ведь он почти угадал. Просто психотерапевт не был всемогущ. Будучи искушённым придворным политиком, годами плетущим интриги при дворе, Сяо Янь, может, и не разбирался в научной терминологии, зато научился скрывать свои мысли так, что ни один чужак не мог проникнуть в его душу.

Ци Мо же, выросший в роскоши младший сын влиятельного семейства, никогда не ведал давления. Все вокруг привыкли уступать ему, из-за чего он вырос человеком прямолинейным, порой доходящим в своём неведении до эгоистичной слепоты к чужим чувствам.

И всё же Сяо Янь был для него исключением. Ци Мо обладал странным, почти мистическим чутьём, позволявшим ему по самым мелким, едва заметным деталям угадывать истинную природу актера.

Вспомнив о своих наблюдениях, генеральный директор Ци напустил на себя самый свирепый вид и прорычал:

— Остальное пока не смей возвращать! О себе подумай. Слушай, что тебе говорят. Вот когда станешь купаться в золоте, я с тебя ещё и проценты драконовские содеру!

— Ладно, — согласился Сяо Янь.

Чувствуя лёгкую досаду и совершенно не желая ущемлять себя в комфорте, второй молодой господин Ци решил во что бы то ни стало остаться на ночь.

Кхм.

Премьера «Реестра знатных родов» была назначена на завтрашний день, утро оставалось свободным, так что Сяо Янь не стал прогонять гостя.

Кровать в квартире была одна, зато широкая — двоим мужчинам места вполне хватало, чтобы не мешать друг другу.

Во всяком случае, так предполагалось.

Однако Ци Мо спал крайне размашисто.

Вот и сейчас: на полутораспальной кровати Сяо Янь едва примостился на краю, тогда как Ци Мо развалился по диагонали, заняв всё свободное пространство.

Он вечно крутился во сне, и сколько бы места ни было — всё оказывалось мало.

Сяо Янь поднял сброшенное на пол одеяло, встряхнул его и одним неуловимым, отточенным движением обернул им Ци Мо. Тот даже не проснулся, мгновенно превратившись в плотно запакованный рулет.

Или, вернее, в тугой спринг-ролл.

Ци Мо попытался было дернуть ногой, но не смог и снова погрузился в глубокий сон.

Ему тут же приснилось, будто он рыбачит в открытом море. Набежавшая волна сбила его с ног, бросив в пучину, где его тут же обвил щупальцами гигантский осьминог. Тварь сжала свои объятия так крепко, что вырваться не было никакой возможности.

Вдруг картинка сменилась: осьминог исчез, но сам он оказался лежащим на огромном золотом блюде… в виде запечённого рулета?!

http://bllate.org/book/20456/4742961