Готовый перевод Command and Prohibition / Правила выживания: Приказ и запрет: Глава 6

Чжан Чжоди шумно сглотнул.

— Как-то это неправильно...

— Бай Фэнфэн, — внезапно перебила его Нин Бинь, — давай мы тоже заселимся в один номер.

Бай Фэнфэн сориентировался мгновенно и охотно согласился:

— О, давай. Тебе, как девушке, одной наверняка будет не по себе.

Чжан Чжоди сразу понял, что эта парочка умышленно загоняет его в угол, отсекая все пути к отступлению.

Ван Цяньши усмехнулся:

— Сяо Чжан, ты так упираешься... Уж не ревнивая ли невеста ждет тебя дома?

Лю Ие по-прежнему не сводила с Чжан Чжоди глаз, но ее улыбка заметно натянулась. От этой фальшивой любезности веяло нешуточным холодом.

— Да нет у меня никакой девушки, — рассмеялся Чжан Чжоди. — Я просто переживаю, удобно ли это будет вам, сестрица.

— Кое-какие неудобства, конечно, будут, — певуче отозвалась Лю Ие. — Но что поделать? Перед лицом опасности приходится мириться со многим. Так что... надеюсь на твою заботу.

Слово «заботу» она выделила особо — произнесла его вполголоса, мягко, почти интимно. В ее интонациях проскользнули кокетливые, приторно-сладкие южные нотки, отозвавшиеся в груди Чжан Чжоди легким, щекочущим волнением. До этого Лю Ие говорила исключительно на безупречном путунхуа, и лишь сейчас в ее речи проступил этот мягкий, тягучий акцент.

— Хорошо, — согласился Чжан Чжоди.

Ничего страшного. Чжан Чжоди был абсолютно уверен в своей способности устоять перед любыми соблазнами и сохранить целомудрие.

Вернувшись к себе, он взглянул на часы — стрелки приближались к восьми. Он прекрасно помнил, что ресторан закрывается в половине девятого. Чжан Чжоди интуитивно чувствовал: это ограничение очень напоминает негласный комендантский час. Не теряя времени, он наскоро уложил вещи. Пожитков у него было немного, так что уже к десяти минутам девятого чемодан был собран. Выдернув карту-ключ из слота, он вышел в коридор.

В вестибюле царило безлюдье. Номер Лю Ие располагался на приличном расстоянии, в противоположном крыле здания. Чтобы добраться туда, нужно было миновать два небольших декоративных мостика, перекинутых через внутренний ручей. В полумраке вода под ними казалась абсолютно черной, маслянистой.

На полпути к цели створки лифта бесшумно разошлись, и наружу вышла женщина в ярко-красном платье.

От неожиданности Чжан Чжоди на мгновение подумал, что это Лю Ие, но тут же одернул себя. Цоканье высоких каблуков развеяло заблуждение. Незнакомка приближалась. Ее длинные, до самой поясницы, волосы колыхались в такт шагам. На ней было облегающее алое платье-корсет на бретельках, швы которого были расшиты тонкими золотыми нитями, таинственно мерцавшими в тусклом свете ламп. Красные туфли на шпильках уверенно стучали по каменным плитам, устремляясь прямиком к Чжан Чжоди.

Чжан Чжоди крепче перехватил ручку чемодана и, не глядя по сторонам, прибавил шагу. Они стремительно сближались и вот разошлись.

Однако в ту секунду, когда они поравнялись, женщина внезапно ухватила его за запястье.

Чжан Чжоди замер и опустил взгляд на свою руку.

Женщина кокетливо улыбнулась:

— Добрый вечер.

В ее ушах ярко блеснули стразы. Но в следующее мгновение она неуловимым движением извлекла откуда-то оружие. Это был длинный, сияющий клинок — такое грозное холодное оружие Чжан Чжоди доводилось видеть разве что на киноэкранах.

Красавица щегольски крутанула клинок в воздухе, одарив парня на удивление обворожительной улыбкой, и без лишних предисловий нанесла колющий удар.

Чжан Чжоди резко рванул руку на себя, высвободился из захвата и припустил наутек.

Женщина не отставала. Она преследовала его ровным, размеренным, но стремительным шагом. Стук шпилек по кафельному полу становился все чаще, громче, отчетливее. Опасность настигала его.

Впереди забрезжила надежда: дверь номера Лю Ие как раз приоткрылась, и из проема показалась ее голова. Чжан Чжоди совершил последний рывок, буквально сгреб женщину в охапку, втолкнул ее внутрь комнаты, с силой захлопнул за собой дверь и мгновенно запер ее на засов.

Прижав Лю Ие к себе и навалившись спиной на дверное полотно, он наконец перевел дух. Лишь теперь он запоздало осознал, как испуганно и бешено колотится его сердце.

Спустя секунду с той стороны раздался стук.

Удар. Еще один. И еще.

Размеренный, негромкий, пугающе спокойный.

Опомнившись, Чжан Чжоди выпустил Лю Ие из объятий и бросился задергивать плотные шторы. Поведение девушки показалось ему подозрительно тихим — решив, что она до смерти напугана, он повернулся, чтобы успокоить ее, но замер. Лю Ие стояла, привалившись к стене, ее лицо пылало густым румянцем, а взгляд выражал крайнее замешательство.

Чжан Чжоди мысленно выругался.

Атмосфера в комнате мгновенно сделалась неловкой.

Его поступок был чистой воды рефлексом. Когда посреди ночи на тебя нападает безумная девица с огромным тесаком, у любого, даже самого хладнокровного человека душа уйдет в пятки. В тот миг, когда сумасшедшая схватила его за руку, у Чжан Чжоди буквально волосы встали дыбом от ужаса, так что Лю Ие он сгреб в охапку неосознанно, спасая собственную жизнь. Пытаться оправдываться сейчас казалось глупым и натянутым.

— По пути сюда я встретил женщину в красном, — нарушил молчание Чжан Чжоди. — Она вышла из лифта и сразу же набросилась на меня с мечом. Едва увернулся. Будь осторожнее, если соберешься выходить.

Лю Ие резко переменилась в лице:

— Она держала тебя за руку?

Распахивая чемодан и доставая туалетные принадлежности, Чжан Чжоди бросил:

— Да, схватила за запястье.

Лю Ие как-то странно, с подозрением покосилась на дверь. Размеренный стук в коридоре все еще продолжался.

Чжан Чжоди не придал значения ее странной реакции.

— По правилам, раз уж я внутри, мне ничего не грозит, верно? — спросил он. — Страшно? Иди умойся первой, а я побуду у двери. Если что — зови.

— Все так, — согласилась она.

Лю Ие неожиданно улыбнулась, обнажив ровные, мелкие жемчужинки зубов. Ее улыбка была по-настоящему очаровательной. Чжан Чжоди невольно вспомнил ощущение, когда держал ее в объятиях: она казалась хрупкой, почти невесомой, а от ее кожи исходил тонкий, деликатный аромат, не похожий ни на одни духи.

— Подай мне вон ту сумку, пожалуйста, — попросила Лю Ие.

Он проследил за ее жестом и взял со стола объемистую косметичку. Она была набита до отказа и весила прилично — килограммов пять, не меньше.

— Что там у тебя? — удивился Чжан Чжоди. — Тяжеленная какая.

— Женский секрет, — загадочно прошептала Лю Ие.

Она скрылась за дверью ванной комнаты. Чжан Чжоди прислушался, но так и не уловил звука поворачивающегося в замочной скважине ключа.

Достав беспроводные наушники, он вставил их в уши, пододвинул чемодан вплотную к двери ванной и, устроившись на нем, раскрыл ноутбук. Отпуск отпуском, но текущие задачи сами себя не закрыли бы. Однако интернет безбожно лагал: сигнал то пропадал, то появлялся вновь, сводя продуктивность к нулю. С трудом скомпоновав рабочий архив, Чжан Чжоди попытался отправить его коллегам, но шкала загрузки зависла намертво. В конце концов он плюнул на это дело, отправил короткое текстовое сообщение с обещанием разобраться во всем завтра и закрыл крышку.

Лю Ие плескалась в душе больше часа. К моменту, когда она наконец вышла, Чжан Чжоди с удивлением обнаружил странную деталь: отельный Wi-Fi летал, если заходить на игровой форум, но категорически отказывался открывать любые другие сайты.

Заметив его в сети, Фэн тут же прислал сообщение:

«Сделка сорвалась?»

«Какая поразительная осведомленность», — ответил Чжан Чжоди.

«Да просто те заказчики-гурманы сидят тише воды ниже травы. Если бы сделка выгорела, они бы уже раструбили об этом на каждом углу».

«Ясно».

Едва он отправил реплику, как за его спиной со скрипом отворилась дверь. Сдернув наушники, Чжан Чжоди обернулся и на мгновение лишился дара речи: Лю Ие вышла из ванной, завернувшись в короткое полотенце. Избыток обнаженной, ослепительно белой кожи заставил его почувствовать легкое головокружение.

Поспешно отведя взгляд, он пропустил ее и пробормотал:

— Ну... я тогда пойду сполоснусь.

— Куда ты так торопишься? — усмехнулась Лю Ие. — Ты ведь даже обувь не сменил.

Комнатные тапочки лежали на нижней полке шкафа. Девушка изящно присела, чтобы достать их. Короткое полотенце обнажило ее хрупкие, точеные лопатки и плотно обтянуло тонкую талию. Она казалась настолько узкой, что ее, казалось, можно было обхватить ладонями.

«Осиная талия, воспетая поэтами древности», — невольно всплыло в его памяти.

Протянув ему тапочки, Лю Ие достала из гардероба банный халат и вложила ему в руки:

— Вот теперь иди.

Загадочный стук в коридоре к этому моменту окончательно стих.

Пока Чжан Чжоди стоял под струями горячей воды, перед его внутренним взором неотвязно стоял образ ее безупречно белой кожи.

Он помылся за считанные минуты. Когда он вышел, Лю Ие уже переоделась в шелковый пеньюар и, судя по всему, собиралась ложиться.

И тут Чжан Чжоди осенило: уходя из своего номера, он напрочь забыл прихватить запасное одеяло.

Оплошность была настолько нелепой, что со стороны могла показаться дешевым трюком ради соблазнения. Но он действительно совершил эту глупость неумышленно, в спешке позабыв обо всем на свете.

— Лю Ие, тут такое дело... — замялся он.

— Ложись так, — мягко перебила она. — Ты ведь забыл одеяло, верно?

Чжан Чжоди на секунду восхитился ее проницательностью, но все же возразил:

— Я могу устроиться на полу.

— Что за глупости, — отмахнулась она.

Подумав, Чжан Чжоди согласился с ней. Условий для ночлега на полу все равно не было — пришлось бы ложиться прямо на холодные плиты. В конце концов, он был нормальным человеком, а не бродячей собакой, и не видел причин для столь бессмысленного мазохизма.

Поэтому упорствовать он не стал:

— Ладно, сегодня обойдусь без одеяла, а завтра принесу свое.

Сняв очки, Чжан Чжоди положил их на прикроватную тумбочку и, откинувшись на спинку кровати, принялся лениво листать сообщения в телефоне.

— Ты что-то видишь без очков? — поинтересовалась Лю Ие.

— Вполне, — он перевел на нее взгляд. — Диоптрии почти нулевые.

На самом деле зрение у него было стопроцентным. Очки он носил исключительно ради имиджа, но пускаться в объяснения не стал.

— Как здорово, — вздохнула Лю Ие.

В груди Чжан Чжоди шевельнулось смутное подозрение. Он внимательно всмотрелся в левый глаз собеседницы. Тот глядел на него совершенно естественно, тускло поблескивая в теплом свете ночника.

Заметив его пристальный взгляд, она коснулась пальцем левого века:

— Заметил, да?

— Немного.

— Это протез.

— Надо же, — спокойно отозвался Чжан Чжоди. — Выглядит совсем как настоящий.

Лю Ие впилась в его лицо пытливым взором, надеясь прочесть на нем удивление или испуг, но парень оставался невозмутим. Она рассмеялась:

— Правда? Я заказывала его в Германии, отдала за него двести тысяч юаней. Если сама не признаюсь, никто в жизни не догадается.

Чжан Чжоди отнесся к ее заявлению скептически — он-то подвох заметил сразу. Впрочем, работа действительно была ювелирной. Если бы не редкие моменты, когда искусственный зрачок не успевал повернуться вслед за живым, отличить протез от настоящего глаза внешне было решительно невозможно.

— А что случилось? — спросил Чжан Чжоди.

— Я уж думала, ты так и не спросишь, — Лю Ие уткнулась лицом в подушку и повернула к нему голову.

— Из-за болезни? — предположил он, зная, что чаще всего люди лишаются глаз из-за онкологии.

Она горько усмехнулась и легкомысленно бросила:

— Да нет. Выбили.

— Меня похитили. Когда избивали, пряжка ремня со свистом вонзилась прямо в глаз, — она сделала круговое движение рукой возле лица, показывая, как ремень обвился вокруг ее головы, прежде чем нанести удар.

Чжан Чжоди помолчал, разглядывая ее.

— И что потом?

— Да ничего. Это устроил кое-кто из членов семьи, так что делу не дали ход.

Чжан Чжоди не принял ее слова за чистую монету, но расспрашивать не стал — чужие семейные тайны его не касались.

— Хочешь взглянуть поближе? — внезапно спросила Лю Ие и приподнялась на постели.

Он не успел ответить. Девушка плавно приблизилась и, разведя колени, уселась прямо к нему на бедра.

Их лица сблизились настолько, что дыхание стало общим. В нос ударил аромат геля для душа — какой-то неопределенный цветочный запах с едва заметной терпкой, вяжущей ноткой.

— Очень красиво, — негромко произнес Чжан Чжоди.

— Что именно? — прошептала Лю Ие. — Я или глаз?

— И ты, и он.

Лю Ие медленно придвинулась еще ближе, коснувшись пальцами ворота его халата. Их кончики носов едва не соприкоснулись. Чжан Чжоди смотрел ей прямо в лицо, но в тот миг, когда она вознамерилась поцеловать его, он едва заметно отстранился.

Лю Ие мгновенно нахмурилась, но Чжан Чжоди успел перехватить инициативу до того, как она разозлилась:

— Я не привык к такой поспешности.

Она растерялась, не понимая, к чему он клонит. В следующую секунду мир для нее перевернулся: Чжан Чжоди мягко, но уверенно перехватил ее за запястья, обхватил за талию и легким движением опрокинул на постель, оказавшись сверху. Ее руки были зафиксированы, бедра прижаты к матрасу. Он смотрел на нее сверху вниз. Без очков маска благопристойного интеллигента дала трещину, обнажив твердый, пронзительный взгляд.

— Я, видишь ли, человек консервативных взглядов, — ровным голосом произнес он.

Мочки ушей Лю Ие вспыхнули пунцовым цветом. Она крепко вцепилась пальцами в ткань его халата на спине и широко распахнутыми глазами уставилась на него снизу вверх. Смущение на ее лице выглядело настолько искренним и живым, что мелкие морщинки в уголках глаз показались Чжан Чжоди неестественными, чужеродными.

— Предпочитаю, когда все развивается постепенно. Что скажешь? — Чжан Чжоди заглянул ей в глаза. — Я тебе нравлюсь?

Он ожидал, что она уклонится от ответа или попытается перевести разговор на другую тему, но Лю Ие ответила без колебаний:

— Да.

— Ты мне нравишься, — повторила она.

В этих словах не было глубины — они прозвучали легкомысленно, почти кокетливо, но Чжан Чжоди почувствовал, как внутри все замерло.

Он уже слышал эту фразу. Совсем недавно. И произнесена она была точно с такой же интонацией.

Дело было не в его феноменальной чуткости — просто этот голос был слишком запоминающимся. Мягкий, вкрадчивый полушепот, где последний слог едва заметно уходил вверх, словно дразнящее перышко, задевающее натянутую струну души.

В его голове мгновенно выстроилась цепочка фактов. Не подав виду, он разомкнул объятия, поднялся и спокойно произнес:

— Уже поздно. Пора спать.

Улегшись на свою половину кровати, он не стал всматриваться в выражение лица Лю Ие. Чжан Чжоди вставил беруши, закрыл глаза и принялся методично сопоставлять накопившиеся факты.

Не соответствующая возрасту детская непосредственность Лю Ие. Аномально тяжелая косметичка. Тот самый звонок, когда на том конце провода ответил явно мужской голос.

Картина постепенно обретала очертания, хотя некоторые элементы пазла все еще оставались скрыты плотным туманом.

С этими мыслями он и погрузился в сон.

http://bllate.org/book/20442/2108678