Готовый перевод The Server's No. 1 Free-Loader / Главный халявщик сервера: Глава 21

Сюй Ваньчжи прикрыл книгу, поднял взгляд и виновато усмехнулся.

Директор Чан рассердился пуще прежнего и со звонким хлопком приласкал ладонью стол:

— Смеёшься? Ты ещё и щуришься мне тут! Да ты хоть представляешь, сколько глаз снаружи с тебя не спускают?!

Сюй Ваньчжи, перебирая пальцами корешок книги, с полнейшим равнодушием кивнул:

— Знаю.

Губы Чана затряслись от возмущения. Ему перевалило за пятьдесят, и он уже далёк был от юношеской вспыльчивости, но сейчас праведный гнев сменился бессилием. Он вгляделся в глаза юноши — тёмные, прохладные, невероятно чистые. Какими они были при первой их встрече более двадцати лет назад, такими и остались.

Старик качнул головой и тяжело вздохнул:

— Скажи честно, ты на меня затаил обиду из-за этих поручений?

Услышав это, Сюй Ваньчжи погасил улыбку и качнул головой:

— Вовсе нет.

— «Вовсе нет»! — передразнил Чан. — А сам наворотил дел, хоть святых выноси! Лишь бы старику зубы заговорить.

Ядовито ухмыльнувшись, директор выпрямился:

— Военное ведомство с меня живого не слезает, требует отдать тебя им. Но пока я не убежусь, что у тебя есть нормальные человеческие чувства, я тебя к ним и на выстрел не подпущу. А теперь давай начистоту: я ведь просил тебя зайти туда простым наблюдателем. И что же ты там увидел?

«Что я там увидел?»

Сюй Ваньчжи задумчиво усмехнулся:

— Увидел одного любопытного мальчишку... или, вернее сказать, старого знакомого.

Директор Чан достал из стола ручку, намереваясь конспектировать разговор, но при слове «знакомого» его рука замерла в воздухе.

— Старого знакомого?! — опешил он, переходя на фальцет.

— Угу.

Сюй Ваньчжи вальяжно откинулся на спинку дивана, положив голову на сложенную руку, и снова уткнулся в книгу.

Он держался подчёркнуто непринуждённо, да и само слово «знакомый» прозвучало буднично. Но Чан, вырастивший его, прекрасно знал, насколько этот парень скупится на эмоции. Если уж он проронил нечто подобное — внутри у него всё далеко не так спокойно, как кажется.

— Надо же, какое совпадение, — пробормотал директор.

— Да, совпадение, — не поднимая глаз, ответил Сюй Ваньчжи.

Чан покосился на него, о чём-то побурчал под нос и набросал на бумаге пару строчек. Сюй Ваньчжи он знал насквозь: если тот не хочет говорить, клещами из него лишнего слова не вытянешь.

— Встретить старого друга — это ведь хорошо. Скажи, ты был рад его видеть?

Пальцы Сюй Ваньчжи, листающие страницу, на мгновение замерли. Готовые сорваться с языка слова так и остались непроизнесёнными. Ему явно не хотелось развивать эту тему, поэтому он ответил сдержанно и слегка безучастно:

— Рад.

— Рад — и отлично. Подумать только, угодить в локацию на шестерых и столкнуться именно с ним. Какая судьбоносная связь!

Сюй Ваньчжи чуть заметно усмехнулся:

— Правда, под конец я его, кажется, здорово разозлил.

Директор изумился:

— Ого! Ты даже заметил, что он разозлился?

— Но я же ничего плохого не сделал, — вполне серьёзно ответил Сюй Ваньчжи.

Директор лишился дара речи.

— Его отряд полностью погиб, а Третий запрет сам по себе смертелен, — невозмутимо продолжил юноша. — Исход игры зависел исключительно от самих игроков. Я не имел права вмешиваться.

— Тогда на что он рассердился?

— Я лишь последовал его же просьбе и включился в игру.

Чан только вздохнул. Сюй Ваньчжи был таким с самого детства: обожал балансировать на грани правил, и далеко не из благородных побуждений. На обычного ребёнка повесили бы ярлык «с трудным характером», но в случае Сюй Ваньчжи любая мелочь разрасталась в тысячу раз и могла сгубить его на корню.

Юноша предпочёл промолчать.

— Возможно, его задело твоё лукавство? — предположил Чан.

— От начала и до самого финала я не произнёс ни единой капли лжи, — ровным тоном возразил Сюй Ваньчжи. — Я раз десять повторил, что зашёл просто посмотреть.

«Неисправим...»

Чан перелистал листы с отчётом о только что завершённой сессии:

— «Врата жизни и смерти»? Судя по названию, замешано на грани бытия и небытия?

Сюй Ваньчжи ничего не ответил. Сыграв в неисчислимое множество раундов, он давно утратил интерес к истинным целям каждой конкретной игры.

Директор покрутил ручку и усмехнулся:

— Надо же, совпадение. Помнится, твоя мать во время магистратуры опубликовала работу о теломерах, и в качестве метафоры использовала точно такое же выражение.

Однако разговор быстро зашёл в тупик, и в кабинете повисла липкая, тяжёлая пауза.

Чан поспешил сменить тему:

— До выпуска у тебя ещё есть время. Поживи пока здесь. Молодёжи полезно иногда развеяться в играх.

— Я не игрок, — поднял на него взор юноша. — И у меня нет прав играть.

— Ну... посмотреть со стороны тоже неплохо, — прокашлялся Чан.

— Не интересно.

Хотя возвращаться в «Выживший» ему явно не хотелось, от настойчивых просьб директора он отказываться не стал.

Чан чувствовал себя воспитателем в детском саду и попытался зайти с другой стороны:

— Ну хотя бы завёл бы себе друзей.

Сюй Ваньчжи прикрыл глаза:

— Новые друзья мне ни к чему.

Вдруг он замер. В голове мелькнула неожиданная мысль. Он разомкнул веки, и на его губах медленно расцвела улыбка:

— А вот поболтать со старым приятелем я не против. В следующей игре я бы хотел снова с ним встретиться.

Директор лишь молча уставился на него.

***

Главный комплекс Научно-исследовательского института располагался в пригороде Главной планеты. Он занимал огромную территорию, хотя высотностью не отличался: всего шесть этажей, уходящих как вверх, так и под землю. База пряталась в гуще тишины векового леса, под защитой сторожевых башен, предохранявших от вторжения посторонних.

В эру развитых межзвёздных перелётов, когда небосвод был исчерчен бесконечными транспортными артериями, это место оставалось единственной точкой на Главной планете, где в вышине не пролегало ни единого маршрута.

Покинув кабинет директора, Сюй Ваньчжи вернулся к книжному стеллажу в коридоре. Этот шкаф стоял здесь столько, сколько юноша себя помнил. В детстве его полки ломились от детских сказок, но когда детей на базе не осталось, их сменили научные журналы и свежая пресса. Впрочем, одна книга в самом нижнем углу оставалась неизменной: «Сказки братьев Гримм». Простенькая книга в наивном переплёте со множеством ярких иллюстраций — обыкновенный сборник для малышей.

Единственной причиной, почему её не выбросили, было имя владельца на титульном листе.

Сюй Ваньчжи не стал долго задерживать на ней взгляд и шагнул к выходу. Из открывшихся дверей лифта вышли профессор и молодая ассистентка. Заметив юношу, учёный дружелюбно кивнул. Сюй Ваньчжи вежливо ответил тем же и вошёл в кабину.

Девушка-стажёрка, выглядевшая совсем юной и неизощрённой, удивлённо проводила его взглядом:

— Профессор, а кто это?

Учёный, торопившийся в лабораторию сверять данные, нахмурился:

— Твой сокурсник из Имперского университета. Но советую держаться от него подальше.

— А? Почему?

— Он опасен.

***

На планете Хайлань Линь Цзин сидел перед монитором, с невозмутимым видом потягивал молоко и наблюдал, как Фэн Хаочжун беснуется на форуме, поливая его грязью. Относился он к этому с буддийским спокойствием. В конце концов, человеку, у которого духовная сила только что обвалилась с уровня SS до B и который едва выписался из больницы, пережив катастрофический жизненный перелом, мелкие склоки казались мышиной суетой.

Линь Цзин не переживал, а вот Хуан Мао, будучи праздным, но осведомлённым свидетелем, от прочитанного наткнулся на столбняк. Вскипев от возмущения, он тут же настрочил ему целую простыню сообщений.

— Мать твою! Линь-гэ, ты видел форум?! Я тебе ссылку скинул! Чёрт, этот Фэн Хаочжун вообще человек или где?!

— Ссылка: «Ха-ха, зацените, с каким "великим мастером" мне посчастливилось сыграть».

— Всё, я так не могу, меня бомбит! Я выведу этого урода на чистую воду, пусть все видят его гнилое нутро!

Линь Цзин отправлял в ответ лишь вопросительные знаки.

Впрочем, нашёлся кое-кто быстрей Хуан Мао.

586L [Словно ивовый пух, поднимаемый ветром]: Я ещё в игре еле сдерживалась, чтобы не съездить тебе по физиономии, так ты и выбравшись продолжаешь паясничать? Ты совсем совести лишён? Проигрывать не умеешь?!

587L: Ого! Участники драмы подтянулись?

588L: Ха-ха-ха-ха! Я уже угарал с писанины брата Хао, а тут такой поворот!

942L [Словно ивовый пух, поднимаемый ветром]: Я не главная героиня, а сокомандница, могу приложить скриншот итогов. Мастер там был реальным профи — практически все ключевые зацепки нашёл именно он.

И не надо тут свистеть, будто он заигрывал с боссом и слил команду! Нас слил ТЫ, Фэн Хаочжун! Ты снял 11 очков — и тебе норм, а я потеряла 9 — и должна молчать?! Я проиграла только потому, что в последний день по глупости поверила тебе! Меня до сих пор трясёт. Как вспомню, что спасла тебя на Духовной горе... Лучше бы тебя соломенное чучело придушило, глядишь, я бы ещё и выиграла!

943L [Словно ивовый пух, поднимаемый ветром]: В игре я вела себя тихо, потому что не хотела ругани. Но раз уж мы продули, стесняться мне больше незачем.

А теперь давайте подведём итог «подвигам» автора за семь дней:

Сначала строил из себя крутого перца из-за высокого рейтинга, павлином ходил. Когда обосрался — начал язвить и лебезить. Когда его везли к победе — лез без мыла в одно место, демонстрируя верность собачью. А потом этот «гений» слил всю команду и побежал на форум очернять человека! Ты хоть играть-то умеешь, недоразумение?!

Перед NPC ты лебезил и дрожал, а на форуме против своих же сокомандников героем выискался?!

Что за мерзкая рожа?

Форум взорвался хохотом: «А-ха-ха-ха-ха-ха!»

Линь Цзин потерял дар речи.

Тем временем Хуан Мао прислал цепочку многоточий.

—...... Слава богу, я не стал с ней цапаться в игре. А то бы сейчас меня на атомы разобрали.

Своим эмоциональным выплеском Сяо Сюй мгновенно вывела тему в топ. Градус «ха-ха-ха» в комментариях зашкаливал — пожалуй, это был единственный случай, когда разоблачение превратилось в такой фарс.

999L: «Перед NPC дрожал, а на форуме героя включает» — я орнул на весь дом!

1001L: Ха-ха-ха, валяюсь! Что у вас за катка такая весёлая была? Я тоже хочу!

1002L: +2 к хотенью! Какие сокомандники лапочки!

1003L: Выходит, тот топ реально легенда? Ради победы команды даже босса соблазнить не погнушался... А одна паршивая овца всё стадо испортила, да ещё и грязью облила [жуёт рожки]

1004L: Соблазнил? Автор предыдущего коммента, ты так поэтично подбираешь выражения, что у меня рот до ушей разодрало!

1005L: [пот] Автор поста же разоблачён? Его словам ещё кто-то верит?

1006L: Это да. @Словно ивовый пух, поднимаемый ветром, сестрёнка, расскажи подробнее про топа и босса! Про свидание в роще на быке — это реально правда было?! [собака-улыбака]

Пролистав ещё около сотни страниц хохота, читатели снова увидели ответ Сяо Сюй.

1123L [Словно ивовый пух, поднимаемый ветром]: И романтика на быке правда, и поджог леса правда, и три привода в участок — всё правда = =

Чтобы исправить их ориентацию, NPC даже заставил их переписывать сборник древних историй о любви = =

Эй, вы чего зациклились на этом?! Сфокусируйтесь на самой игре!

Мастер реально крут: хладнокровный, внимательный, адекватный. У него итоговый балл 25 — это о многом говорит! А босс... кажется, это тоже был игрок, просто ради баланса он держался в тени. Короче говоря, в гибели отряда виноваты мы сами. Но я всё равно скажу: босс — чертовски коварный тип.

Форум тут же ответил стройной шеренгой вопросительных знаков: «???»

1134L:? Зашёл почитать про рака-сокомандника, а попал на романтическую дораму.

1135L: Ха-ха-ха, не хочу слушать правду! Мне больше нравится концепт «глупая милашка и властный Владыка Тьмы». Разве не кайф — выехать к победе на плечах любимого?

1136L: Вообще кайф! [слюни во сне]

Тред быстро набирал популярность: парни угарали, девушки шипперили. Упомянутый вдоль и поперёк Фэн Хаочжун, обладавший вспыльчивым нравом, окончательно потерял остатки разума, когда Сяо Сюй сдёрнула с него маску.

1876 [Непобедимый брат Хао]: Заткнитесь! Машите своими языками сколько влезет! Я никогда не поверю, что игрок с 0 очков сам нашёл все зацепки! Если целыми днями миловаться с боссом, он тебе любые ключи на блюдечке принесёт! Нуб — он и есть нуб. Нашёл себе папика и возомнил себя гением? Хватит его обелять, тошно смотреть!

Однако Сяо Сюй без лишних слов выложила скриншот итоговых баллов. Увидев цифру 25, любой, кто хоть немного разбирался в механике «Выжившего», окончательно перестал воспринимать Фэн Хаочжуна всерьёз. 25 — это абсолютный максимум, складывающийся из базовых очков и оценки эффективности. Никакой нуб, даже сидя на шее у самого сильного игрока, не смог бы выбить максимум. Теперь брызгающий слюной Фэн Хаочжун вызывал лишь смех — все ярко представляли, как он бьётся в истерике перед экраном.

Какой-то парень не выдержал:

— Хао, держи лицо.

И началось:

— А-ха-ха-ха-ха!

— Хао, держи лицо.

— Хао, держи лицо.

— Отлично! Если раскопаешь, кто этот "папик", обязательно напиши! Я тащусь от пары «нуб и босс», я с тобой в одном отряде, вввв!

—? Эй, сестрёнка выше, держи лицо!

— Ха-ха-ха-ха!

Фэн Хаочжун от бессилия визжал про себя: «А-а-а-а-а-а-а-а!»

Линь Цзин со вздохом ухмыльнулся и закрыл вкладку браузера.

После известий от директора Чана у него было отличное настроение, так что тратить время на эту мышиную возню ему не хотелось. Регистрация на форуме — процедура муторная, да и смысла в ней нет. Всё равно этот пост — однодневка, завтра про него никто и не вспомнит.

Отец был прав: организм ещё восстанавливается, и рваться на Главную планету прямо сейчас — не лучшая идея.

Проведя дома около трёх дней в покое и неге, Линь Цзин снова подключился к терминалу «Выжившего», чтобы начать свою вторую игру.

http://bllate.org/book/20395/3887940