Готовый перевод The Dongchang Commander's Little General / Маленький генерал главы Восточного депо: Глава 41

Глава 41

Пэй Чанъин слегка качнул остриё кинжала вперёд и с задорной улыбкой повернулся к Ван Цаню.

Со стороны могло показаться, будто они ведут дружескую, весёлую беседу.

Однако лишь сам Ван Цань чувствовал, как холодная сталь уже прорезала плотную ткань и оцарапала кожу на боку.

У Ван Цаня мелко задрожали колени. Из последних сил стараясь сохранить остатки самообладания, он процедил сквозь зубы:

— Мальчишка, ты в военном лагере! Если вздумал пролить мою кровь, сначала хорошенько взвесь, чего стоит твоя собственная никчёмная жизнь!

— Убить тебя? Много чести, — вкрадчивый шёпот Пэй Чанъина прозвучал подобно шелесту призрака. — Я лишь пришёл напомнить: впредь помалкивай и следи за языком. Не ровен час, этот твой кусок мяса сгниёт в придорожной канаве.

Ван Цань, упрямо кривя рот, попытался огрызнуться:

— Да ты... пса-евнуха в наставники...

Договорить он не посмел — холодное лезвие скользнуло чуть ниже.

Пэй Чанъин с улыбкой надавил сильнее, и в воздухе отчётливо запахло свежей кровью:

— Ну же, продолжай.

— Ты... — Ван Цань беззвучно шевелил губами, словно невидимая рука мёртвой хваткой пережала ему горло.

— Раз молчишь, говорить буду я. Впредь и на словах, и в мыслях держи своё почтение при себе. Иначе быстро узнаешь, на что способны мастера из Восточного цеха.

Лишь когда Пэй Чанъин скрылся из виду, Ван Цань яростно сплюнул. Он прижал ладонь к боку — пальцы мгновенно окрасились багрянцем.

Лицо его потемнело от бессильной злобы.

— Паршивый бешеный пёс! — прошипел он сквозь зубы.

— Ты куда это бегал? — спросил Лин Сяо, сидевший на корточках у лагерных ворот.

— Кое-что обронил, — отозвался Пэй Чанъин.

Пока они разговаривали, со стороны дороги показался выкрашенный чёрным лаком экипаж Восточного цеха.

— Наставник! — радостно воскликнул Пэй Чанъин.

Не дожидаясь, пока лошади остановятся, он ловко взлетел на подножку и юркнул внутрь.

Лин Сяо, которому в лицо полетело плотное облако дорожной пыли, уныло застыл на месте.

— Вечно ты торопишься, — покачал головой Вэй Шаньцюэ, бережно придерживая юношу за локоть.

— Хе-хе, — Пэй Чанъин ласково примостился на сиденье рядом с ним.

Лин Сяо молча забрался на козлы, устроившись поближе к Цзяньбэю. Двоим обделённым вниманием попутчикам оставалось лишь сочувствующе переглянуться.

***

— Ты сегодня славно потрудился. Отвезу тебя в одно место, поужинаем, — негромко произнёс Вэй Шаньцюэ.

Ради этого ужина глава Вэй целиком выкупил расписную ладью.

Сумерки медленно опускались на реку. На берегах один за другим зажигались приветливые огоньки. Тёплый ветерок приносил едва уловимый, нежный аромат цветов, приятно освежающий лицо.

На стол подавали одно изысканное блюдо за другим. Ладья некогда прибыла из Цзяннани, поэтому повар готовил кушанья на южный манер — чуть сладковатыми, что казалось весьма непривычным и новым.

На носу ладьи устроилась певица, тихонько напевая нежные, тягучие южные мотивы.

Лин Сяо сделал глоток вина — сладкое на губах, оно обожгло горло приятной остротой.

— Славное хмельное!

Пэй Чанъин, до этого увлечённо набивавший рот, оторвался от тарелки:

— Вкусное?

Перед юношей тут же опустилась пиала с тёплым отваром.

— Пей это, — ровным тоном велел Вэй Шаньцюэ.

— Ну вот... — без особого восторга протянул тот, но сделал глоток.

«Ого, а ведь и правда вкусно!»

Нежный, сладковатый вкус приятно освежал нёбо.

— Наставник, как славно!

Наевшись досыта, Пэй Чанъин привалился к борту. Под ласковым речным ветром его разморило, в глазах прыгала сонная дымка.

Вэй Шаньцюэ и Лин Сяо всё ещё неспешно цедили вино.

Сквозь прикрытые веки юноша лениво разглядывал мужчину. Вэй Шаньцюэ сидел с безупречно прямой спиной, его длинные, тонкие пальцы с красивыми суставами баюкали лазурную чарку. В мягком сиянии свечей резкие, суровые черты его лица казались куда мягче.

— Хе-хе...

Вэй Шаньцюэ повернул к нему голову:

— Нагляделся? Чему улыбаешься, глупый?

Возможно, речное течение стало сильнее — ладью ощутимо качнуло на волне.

Только собравшийся ответить юноша внезапно переменился в лице, перегнулся через борт и мучительно разродился рвотой.

— Всё добро перевёл, — проворчал Лин Сяо с явным сожалением.

Вэй Шаньцюэ молча поставил чарку, налил свежего чаю и подошёл к ученику.

Он бережно похлопал Пэй Чанъина по спине, а когда тот закончил, протянул пиалу:

— Ополосни рот.

Затем достал чистый шёлковый платок и сам бережно отёр его губы.

Пэй Чанъин вспыхнул до корней волос:

— Наставник, я сам...

— Уже всё, — Вэй Шаньцюэ убрал платок. — Возвращаемся. Дома поешь ещё раз. Должно быть, тебя просто продуло на ветру.

***

Вернувшись в поместье, Пэй Чанъин устроился за столом и принялся жевать сладости, ожидая, пока повара приготовят поздний ужин.

Лин Сяо со стоном закатил глаза:

— И как в тебя только лезет после такого?

— Я же всё выплюнул, отчего бы не поесть? — резонно возразил тот. — Ладно, пойду велю приготовить отвар против похмелья.

— С чего вдруг такая щедрость? Я эту бурду пить не стану, — фыркнул Лин Сяо.

— А кто сказал, что это тебе? — Пэй Чанъин прыснул, потешаясь над его самоуверенностью.

«И кому тогда? Наставнику?»

Лин Сяо лишь покачал головой. Глава Вэй мог выпить бочку и не поморщиться, никакой отвар ему отродясь не требовался.

— Наставник, я войду! — крикнул Пэй Чанъин и, толкнув дверь бедром, протиснулся в комнату с подносом в руках. — Ши...

Слово застряло у него в горле.

Перед его глазами предстала крепкая мужская спина — широкие плечи, узкая талия и рельефные, точёные мышцы, отливающие матовым блеском.

Вэй Шаньцюэ неторопливо набросил на плечи верхнее платье и обернулся:

— Что такое?

http://bllate.org/book/20384/2224050